A Reflection on Fire//Отражение в огне

      Эндрю не блефовал, когда предупреждал Натаниэля о разговоре. Вечером субботы оба парня оказались на заднем дворе дома Ники, и долго буравили друг друга взглядом. Эндрю будто сразу же ожидал от Натаниэля ответа на свое предложение, которое еще даже не поступило. Он будто прикидывал, стоит ли вообще рассчитывать на Натаниэля, ровно так же, как Натаниэль сомневался в самом Эндрю. — Я не задержусь в команде надолго, — первым заговорил Натаниэль. — У меня есть обязанности перед кланом Морияма. — Расскажи, — коротко произнес Эндрю и выжидающе уставился на него, прикуривая сигарету.       Он ждал долгой истории. Правдивой истории, которую ему должен Натаниэль Веснински. Правда — за правду, они ведь так договаривались? Вряд ли разговор с Эндрю в «Сумерках» получился удачным для их честного эксперимента, но он был. И он говорил правду, подкрепляя её какими-то псевдо философскими цитатами, от которых у Натаниэля до сих пор бегут мурашки. Недооценивать друг друга — проблема всех братьев.       Кто навел Эндрю на эту мысль? Что случилось в его взаимоотношениях с Аароном, что он так спокойно об этом говорит? Хотелось узнать ответ на каждый вопрос, но сейчас приоритет был у Эндрю. Он попросил ответов и Натаниэль просто не мог себе позволить разрушить эту невидимую и хрупкую цепочку из доверия, выстраивающуюся между ними. — Мой отец работает на Морияму, — честно признался Натаниэль. — Все его дела отойдут ко мне рано или поздно. Сейчас он сидит в колонии Мичигана за мошенничество, но скоро он выйдет на свободу, и я буду обязан вернуться домой. — Почему? — монотонно спросил Эндрю, не проявляя вообще никаких эмоций. — Потому что это мой долг, — хмыкнул Натаниэль так, будто был вынужден объяснять ребенку очевидные вещи. — Его дела отойдут ко мне, а дела Кенго Мориямы к его старшему сыну. — Как его зовут? — Ичиро. — Ичиро Морияма, — произнес Эндрю так, будто пробовал это имя на вкус. — И тебе это нужно?       "Нет". — хотелось ответить Натаниэлю, но он смог лишь усмехнуться, кидая на Эндрю хитрый взгляд. — Припаси этот вопрос для нашего следующего раунда.       Эндрю продолжал, не отрываясь, смотреть прямо ему в глаза. Он явно о чем-то думал, но не собирался ничего говорить, видимо ожидая, что Натаниэль продолжит свой рассказ, но парень упорно молчал. Ничего больше он не мог рассказать Эндрю, не подвергая его опасности. — А ты загадка, Веснински. С твоим братом было проще. — Я рассказал тебе то, о чем ты меня спросил, — Натаниэль проигнорировал часть фразы, не желая в этот момент заполнять свою голову мыслями об Абраме. — Ты рассказал заученную полуправду, которую придумал в своей голове какое-то время назад, — сказал Эндрю и вновь оказался чертовски прав.       Натаниэль старался не показывать своего удивления. Он лишь раздраженно закатил глаза, понимая, что с этим парнем будет очень и очень сложно. Он ведь практически не соврал. Дела отца перейдут к нему. Что именно в этих нескольких фразах разглядел Эндрю, что заставило его усомниться в честности Натаниэля? — Мне что, автобиографию написать? — раздраженно выпалил он. — Постарайся не врать. Может тогда люди перестанут воспринимать тебя как угрозу. — Это твое условие? Не лгать?       Эндрю на пару секунд задумался. Вероятно, он не ожидал, что Натаниэль вообще зацепится за эти слова. Что-то в его взгляде переменилось, и Натаниэль посильнее закутался в свою толстовку. — А ты можешь? — приподнял бровь Эндрю, выкидывая окурок в мусорный бак. — Да, — Натаниэль старался, чтобы это звучало убедительно, но сложно убедить кого-то в том, в чем ты сам ни капли не уверен. — Если ты поможешь мне справиться с этими…паническими атаками. — Это все, что тебе нужно? — в тоне Эндрю скользнуло удивление. — Я все еще уверен, что с остальным смогу справиться сам.       Эндрю как-то недовольно усмехнулся и вошел в дом, оставляя Натаниэля созерцать ночное небо Колумбии. В воскресенье они вернулись в общежитие.       Удивительно, но за эти короткие выходные Натаниэль почувствовал себя намного спокойнее. Договор с Эндрю, который по сути был не нужен, ведь защищать Натаниэля нужно лишь от самого себя, а подобная идея вряд ли была близка Эндрю, принесла свою нотку умиротворения. На обратном пути Натаниэль мог бы сказать, что ему комфортно в этом странном обществе.       Всю неделю Натаниэль корпел над учебниками по математике, потому что тренер Ваймак вежливо напомнил ему, что для присутствия в команде ему нужны хорошие отметки по учебе, а он даже не поступил. Экзамены были назначены на утро четверга. Матч против «Диких Котов» — на вечер того же дня. Тренировочный процесс невольно начал меняться. Команда решительно пыталась переносить все конфликты с поля в раздевалку, но Сет все равно продолжал срываться на поле. Точкой его кипения стала фраза, невольно брошенная Ники: «Нат теперь с нами». Столько удивленных и разочарованных взглядов Натаниэль не ловил на себе ни разу. Он даже сделал мысленную пометку разузнать об этом, но единственным человеком, который согласился бы с ним это обсудить был Николас Хэммик, а разговаривать с ним о таких тонкостях не хотелось.       С понедельника Натаниэль стал посещать ночные тренировки вместе с Кевином. Непонятно, было ли это хоть на долю связано с мнением Эндрю, но пригласили его только после того, как тот дал добро. Пока Эндрю плевал в потолок, Натаниэль и Кевин доводили каждое упражнение, подхваченное у Воронов, до идеала.       В четверг он проснулся из-за громкого звонка будильника и поспешил выключить его, чтобы не разбудить соседей по комнате. Тренировка должна была начаться через шесть часов и сразу же перетечь в матч-открытие студенческого сезона по экси, а значит, у Натаниэля был вагон времени на то, чтобы сдать экзамены.       Утренняя прохлада бодрила, когда парень двигался по направлению к учебному корпусу. Удивительно, но он не чувствовал волнения или страха перед предстоящим экзаменом. Он внимательно изучил систему оценивания студентов и понял, что набрать шестьдесят баллов, необходимых для зачисления, не составит труда. Кевин был прав, когда говорил о его склонности к математике. За пару дней над учебниками Натаниэль Веснински смог осилить кучу материала и ни капли не сомневался в его усвоении.       Обычные студенческие проблемы по типу экзаменов и поисков нужной аудитории изрядно повеселили Натаниэля. С ним такое происходило впервые. И подобное ощущение свободной жизни, не обремененной долгами перед мафией, очень даже манило. Если бы он только мог сбежать от своих обязанностей… — Доброе утро, уважаемые абитуриенты, — монотонно говорил какой-то старый профессор. Он зачитал правила проведения экзамена и ровно в восемь утра перед лицом Натаниэля оказались специальные бланки ответов и задания.       Учитывая, что он подал документы о формальном «переводе» из другого университета, то ему давали материал, положенный для освоения студентом второго курса. Математические уравнения, языковые задания и грамматические основы прямо-пропорционально соответствовали тем дисциплинам, которые он указал в своем резюме для поступления.       В двенадцать Натаниэль беспомощно выполз из здания университета. Казалось, что его мозг скоро расплавится, а желудок сожмется до размера кукурузной палочки. Хотелось есть, спать и кофе, но впереди его ждала тренировка и матч.       Натаниэль с удивлением оглядывался по сторонам, двигаясь к Лисьей Норе. Студенческие объединения повсюду развесили яркие атрибуты своей команды и сами переоделись в рыжие цвета. От переизбытка оранжевого начинало рябить в глазах, но Натаниэль поймал себя на мысли, что начинает глупо улыбаться, когда слышит поддерживающие кричалки. До матча оставалось еще пять часов, но студенты Пальметто уже во всю согревали друг друга своим позитивным настроением.       Уже на стадионе Натаниэль быстро переоделся. Он опоздал на тренировку практически на час, но тренер Ваймак был уведомлен о том, что парень сдавал экзамены, поэтому пообещал, что никаких проблем не будет. — О, явился, — ухмыльнулся Ваймак, замечая в проходе Натаниэля. — Разминка в самом разгаре, — он кивнул в сторону стадиона, а сам направился в кабинет, чтобы урегулировать какие-то организационные вопросы.       На поле Лисы бегали по кругу, разделившись на тройки или пары. Натаниэль по привычке вклинился рядом с Кевином, игнорируя его недовольный взгляд. — Ты опоздал. — Экзамен, — пожал плечами Натаниэль. — Нат! — на расстоянии пары метров от них, впереди, бежал Ники, и приветливо помахал рукой, замечая присутствие соседа. — Как твой экзамен? — он чуть задержался, чтобы вклиниться к Кевину и Натаниэлю третьим. — Результаты обещали сказать завтра. — Не сомневаюсь в том, что ты поступишь, — Ники улыбнулся и прозвучал искренне, заставляя Натаниэля поежиться от такого внимания. В Эверморе, как и дома, его никогда никто не пытался поддержать. Первым человеком, сказавшим, что у него что-то может получиться, был Ичиро, но вспоминать контекст их разговора совершенно не хотелось.       Тренировка прошла достаточно вяло. Лисы отрабатывали пасы и, кажется, не обращали внимание друг на друга. У каждого в голове был предстоящий матч. «Дикие Коты» были достаточно сильными соперниками для второсортной команды из университета Пальметто, но, как недавно сказала Ден, у них действительно появилось значительное усиление. Полагаться только на бывших «Воронов» было сомнительно, но факт наличия их в команде все равно создавал почву для благоприятных мыслей.       Эбби заказала обед для команды прямо на стадион и Лисы рассредоточились по зданию, желая провести время в наиболее приятной компании. Учитывая, что старшекурсники заняли комнату отдыха, а Кевин ушел со своей тарелкой в кабинет Ваймака, чтобы еще раз обсудить стратегию, то Натаниэль вынуждено уселся прямо в раздевалке, напротив близнецов Миньярд, Ники, ожидаемо, уже был здесь.       Они поглощали пищу в молчании. Чем ближе было время матча, тем более напряженной становилась атмосфера. Удивительно, но даже Натаниэль испытывал легкое волнение. Когда с обедом было покончено, он взял наброски Кевина об игре котов и принялся изучать корявые записи товарища по команде. Ему, по сути, это было совершенно не нужно, потому что на поле Натаниэль Веснински предпочитал ориентироваться по ситуации, но сейчас хотелось занять чем-то голову, поэтому подобное времяпрепровождение помогло скоротать целый час времени.       В четыре часа начали запускать болельщиков. Стадион медленно заполнялся голосами, скандирующими поддерживающие кричалки. Кровь начинала закипать от предвкушения. — Пока вы не вышли на разминку, скажу пару слов, — откашлялся Ваймак, когда команды вновь собралась в комнате отдыха в полной боевой готовности. — Соперник у нас сегодня тяжелый, да, но и вы тоже сделали огромный шаг вперед за те четыре месяца, что мы не играли. Помните, что для некоторых это — последний сезон, а значит нужно постараться выложиться на полную. Я не прошу от вас победы. Я прошу лишь достойной игры. Постарайтесь оставить все свои проблемы за пределами корта, чтобы журналисты вновь не кричали о нашей разобщенности. Вы — команда. На поле вы должны играть друг с другом, а не друг против друга. — Мы размажем их, тренер, — с натянутой улыбкой произнесла Ден. — Правда, ребят?       Она по очереди посмотрела на каждого игрока, и постаралась подавить в себе любые эмоции, когда разглядывала безучастный взгляд Эндрю. — В первом тайме в ворота встанет Рене, — произнес тренер. — Все силы постарайтесь тратить на то, чтобы защитить свои ворота и своего вратаря. В старте в защиту выйдет Абрам, Элисон и Ники. Кевин и Ден встанут в нападение, дальше будем проводить замены по мере необходимости. Всем ясно? — Да, тренер, — синхронно произнесли Лисы. — Тогда двигайте на разминку. А то всё начнется без вас.       Учитывая, что обе команды были не слишком многочисленными, разминку решено было проводить одновременно на разных концах поля. Лисы бездумно пытались пробить ворота Рене. Натаниэль понимал стратегию тренера Ваймака о том, чтобы поставить Рене в первом тайме. Вероятно, ко второму, большая часть Лисов будет еле волочить ноги, поэтому все последние силы будут уходить на попытку забить мяч в ворота соперника. И чтобы в этот период не нужно было оглядываться в сторону своей вратарской зоны, выйдет Эндрю. Хоть на тренировках тот и игнорировал свои прямые обязанности, Натаниэль знал, что на матче Эндрю сможет выложиться на максимум. По крайней мере так ему пообещал Кевин, а у Натаниэля просто не было поводов не доверять ему. Если Дэй сказал, что Эндрю сыграет — значит он сыграет. Но разминку тот всё же проигнорировал, отсиживаясь на скамейке запасных.       На второй половине поля «Дикие Коты» отрабатывали пасы и хитро поглядывали в сторону своих соперников. Они, видимо, не ожидают от Лисов ничего особенного. — Они на нас как на кусок мяса смотрят, — напряженно прошептал Ники. — Плевать, как они на тебя смотрят, — ответила Элисон. — Этим идиотам явно не хватает чувства такта, чтобы заниматься исключительно своей работой.       Команды покинули поле, когда громкоговоритель объявил трехминутную готовность. Стартовый состав занял свои позиции, и Ден вместе с капитаном "Диких Котов" наблюдали за подброшенной судьей монеткой. Судья указал на правую половину поля, назначая её Лисам и им же отдавая право первой подачи. Натаниэль перевел взгляд на брата, занявшего правый дальний угол. За решеткой шлема сложно было определить выражение лица Абрама, но Натаниэль готов был поставить все свои деньги на то, что близнец соскучился по матчам ровно так же, как и он сам. Клюшка в его руках лежала легко, да и полу-расслабленное положение буквально кричали о том, что со стартовой сирены Абрам готов броситься в бой. Раздался гудок, оповещающий о начале матча и Элисон ввела мяч в игру, передавая его капитану команды.       «Дикие Коты» не имели техничность «Воронов», но тоже были неплохи. Они с первый же минуты пытались отобрать мяч и пробить ворота Лисов, но Абрам ловко расправлялся с их нападающим вот уже во второй раз за последние три минуты. — Идиот, — хлопнул себя по лбу Ваймак, когда Ники сделал нечеткий пас на Кевина и снаряд угодил в клюшку противника. Друг громко выругался на поле, уворачиваясь от крупного защитника, летящего прямо на него.       Наблюдать за игрой Абрама со скамьи запасных было невероятно. Обычно, Натаниэлю удавалось украдкой выцепить несколько основных моментов в интернете, ведь в команде Эдгара Аллана, пока один из них находился на поле, второй вынужден был отсиживаться в раздевалках, медицинских кабинетах, а иногда, даже туалетах. Никто не должен был видеть одного Веснински на скамейке, пока второй находился на поле. Абрам играл четко и технично. Во всех его действиях читался холодный расчет и сдержанность. На мотив Воронов, Абрам никогда не задерживал мяч в своей клюшке дольше, чем на секунду, поэтому предугадывать траекторию его полета было более чем интересно.       «Дикие Коты» забили гол через десять минут после начала матча. Ваймак громко выругался, но не предпринял никаких попыток, чтобы достучаться до своих игроков. Видимо, на поле с этим неплохо справлялись Ден и Кевин, громко кричащие друг на друга прямо сейчас.       Когда до конца первого тайма оставалось пятнадцать минут Натаниэль вышел на поле вместо Ден. Та коротко стукнулась с ним клюшкой и пожелала удачи, правда на её уста лучше бы легла фраза: «Размажь их» — ведь именно за этим Натаниэль и появился на поле. Ему хватило получаса на скамейке, чтобы понять, что Коты пытаются всеми силами не дать Лисам выбраться со своей половины поля, применяя грязные приемы, за что уже четыре игрока получили свои желтые карточки. Натаниэль занял место справа от Кевина, прямо перед собственным братом, и хитро посмотрел на защитника, который должен был его «опекать». Высокий, но хилый парень был достаточно сильным, но при этом у него была одна большая проблема: его правые пасы совершались максимально не точно, а значит обходить его было нужно преимущественно с этой стороны.       Игра возобновилась, когда нападающий Диких Котов ловко протиснулся левее от Кевина и потерял свой мяч в борьбе с Элисон Рейнольдс. Ники подобрал снаряд и запустил его в сторону Натаниэля с погрешностью, которая была компенсирована скоростью игрока. Натаниэль ловко подхватил мяч и обвел нападающего команды противника. Он кинул мяч в правую стену и быстро оббежал защитника, подхватывая снаряд прямо за его спиной. Пас на Кевина оказался не самым выгодным вариантом, но уже через пару секунд Натаниэль ловко выхватил мяч прямо из-под носа другого защитника и наугад ударил по воротам. Красные лампочки оповестили команды о том, что Лисы забили гол.       2:1 на табло. Дикие Коты до сих под обладают преимуществом за тринадцать минут до конца первого тайма.       Натаниэль невольно перевел взгляд на брата и получил короткий, но одобрительный кивок. Мяч снова оказался в игре. На левой половине поля Кевин уже в который раз вступал в схватку с опекающим его защитником, и каждый раз этот парень ненароком старался зацепить руку Дэя своей клюшкой. В этот раз Кевин был вынужден увернуться особенно резко, потому потерял мяч, а следом за ним и клюшку, вылетевшую из руки. Судьи наградили защитника желтой карточкой за нарушение правил, но это, кажется, никак не умерило его пыл. — Нат, — окликнули Натаниэля сзади и он с помощью какого-то шестого чувства развернулся через левое плечо и поймал мяч, летящий прямо в его клюшку.       Обвести защитника Майлса, как было написано на его футболке, никак не удавалось, поэтому Натаниэль сделал вынужденный пас на брата, а тот в свою очередь отдал мяч Кевину. Бывшие вороны могли похвастаться слаженной работой, даже если двое из них никогда не работали в паре. Сейчас это было не важно. Натаниэль знал, что Кевин будет пасовать на него, чуть ли не через всю линию первой четверти. За долю секунды снаряд оказался в клюшке Натаниэля Веснински и он, не глядя, понесся вперед, отсчитывая шаги. Нападающий мог совершить не более десяти шагов с мячом, а значит, что поднимая правую ногу в десятый раз, Натаниэль резко передал снаряд Кевину и со всей дури врезался в защитника, не успевая затормозить. Звук падающих тел был заглушен ревом болельщиков. Кевин Дэй сравнял счет.       Натаниэль, наверное, как и все Лисы, был благодарен Диким Котам лишь за то, что они не тратили время на разговоры и оскорбления. Балтиморцы играли тихо, переговариваясь лишь друг с другом. Тем не менее, они были грубыми и жестокими, поэтому, когда защитник Котов громко выругался и с силой спихнул с себя нападающего, Натаниэль не удивился. Когда он как бы невзначай пнул парня в голень, Натаниэль лишь поморщился, вставая на ноги. Он мельком оглядел свою ногу и понял, что, вероятно, завтра на ней расцветет огромный синяк, но главное, чтобы это не помешало игре.       За пять минут до конца тайма на поле вышел Мэтт, а Ники устало поплелся на скамейку. Он стойко защищал свои ворота на протяжении целого тайма и, замечая печальную полуулыбку на его лице, Натаниэлю захотелось приободрить своего сокомандника. Ники выкладывался на полную, это было видно даже невооруженным глазом. И пусть он совершил немало ошибок за эти сорок минут, он все равно сражался до последнего.       Натаниэль кинул взгляд на Элисон. Она выглядела невероятно сурово с той гримасой серьезности на лице и в огромном количестве экипировки на утонченном теле, но тем не менее, Элисон заметно выдохлась, а значит, после перерыва Ваймак заменит её на Аарона.       Мяч продолжал неугомонно летать на поле от одного игрока к другому, но до конца тайма ни одного гола так никто и не забил. — Ничья — это хорошо, — громко произнес в раздевалке Ваймак, пока Эбби раздавала игрокам стаканчики с водой и тонизирующей жидкостью. — Мы сможем их дожать, если вы продолжите в том же духе. Отдыхайте, у вас пятнадцать минут.       Натаниэль уселся на скамейку, опираясь головой на шкафчик. Выносливость, подаренная Эвермором, определенно приносила свои плоды. Он еще не выдохся, это главное, а значит сможет начать второй тайм достойно. — Простите, — виновато протянул Ники. — Я сделал все, что мог, но этот… Байрон. — Все хорошо, — серьезно посмотрела на него Ден. — Ты молодец. Мы все молодцы. — Они хорошо играют, — произнес Абрам из своего угла. — Да, но и мы неплохо смотримся на их фоне, — подмигнула парню Элисон, опираясь головой на плечо Сета. — Вы должны их дожать, — неожиданно, но она посмотрела прямо в глаза Натаниэлю и ему не оставалось ничего, кроме как сдержанно кивнуть ей.       Элисон была права. Если команда продолжит играть так же, то они имеют все шансы на победу. — Будет фурор, если мы выиграем, — улыбнувшись, произнесла Рене. — Они все равно найдут, за что нас ненавидеть, — махнула рукой Элисон. — Кто? — спросил Натаниэль. — СМИ, студенческая ассоциация по экси, «Вороны» и их болельщики, — Элисон могла бы, наверное, перечислять вечность, но Натаниэль знал, что только последние составляющие имели для нее реальный вес. Матч против «Воронов» запланирован первого октября, чуть больше, чем через месяц.       Обе команды вышли на поле в обновленном составе. Коты сменили своих нападающих и одного защитника, тогда как у Лисов на корте оказались Абрам, Аарон, Мэтт, Сет, Натаниэль и Эндрю. Перед стартовой сиреной Натаниэль кинул взгляд на скамейку запасных и усмехнулся от того недовольства, которое было написано на лице Кевина Дэя.       В этом тайме было решено сделать упор на голы, а значит, что большую часть времени Натаниэль и Сет занимались перепасовками на половине поля противников. Удивительно, но у них действительно получалось работать в паре. Пару раз Натаниэль даже поймал себя на мысли, что Сет был не так уж и плох.       В сложной ситуации нападающий вынужденно сделал пас назад, надеясь, что кто-то из защитников его подберет. Аарон сделал пас через Эндрю и вратарь запустил снаряд под потолок к середине поле. Натаниэль прорвался через окружавших его защитников, поймал мяч в свою клюшку, сразу же перебросил его Сету и побежал прямо к воротам. Шанс того, что тот поймет его тактику был минимальным, но эта ставка сыграла и Сет сделал передачу Натаниэлю. Лампы вновь загорелись красным. Лисы обгоняли Диких Котов на одно очко.       Центральный нападающий балтиморцев был под два метра ростом, широкоплечим и сильным. Возможно, он смог бы потягаться своей комплекцией с Мэттом, но парень в который раз принимался атаковать ворота через Аарона Миньярда. Первый его удар был отражен клюшкой Эндрю, второй — Аароном, который ловко выкрал мяч прямо из-под носа нападающего и перебросил его Натаниэлю. Неожиданно прямо в бок влетел защитник Котов, снося Натаниэля со своего пути. Он поморщился от боли в запястье, на которое опирался при падении, но все равно встал, перехватывая клюшку поудобнее.       Центральный нападающий Диких Котов — Фрэнк Байрон — на всей скорости несся к воротам Лисов. Сет находился слишком далеко, Мэтт пытался сдерживать другого нападающего в своем углу, а Абрам старался удержать мяч в своей клюшке. Ему практически удалось сделать это, но в какой-то момент, его крепко припечатали к бортику, лишая снаряда. Натаниэль перевел взволнованный взгляд на брата, но тот лишь отмахнулся, кивая в сторону центрального нападающего. Пока Бэггинс второй раз бил по воротам, удерживаемые лишь вратарем, Байрон несся прямо на Аарона Миньярда. Учитывая разницу их комплекций, подобное столкновение могло бы стать фатальным для защитников Лисов, поэтому Натаниэль инстинктивно подался влево, выставляя клюшку вперед. Плечо резко пронзило болью и рефлекторно он отпустил клюшку, прижимая руку к своей груди. От острой боли потемнело в глазах, но Натаниэль всеми силами старался удержаться на ногах.       Фрэнк Байрон с грохотом упал на пол в двадцати сантиметрах от ног Аарона Миньярда, тут же раздался оглушительный свист судьи. Натаниэль Веснински грубо нарушил правила игры. Главный судья бесцеремонно достал из своего кармана красную карточку и продемонстрировал её нападающему.       На лисьей половине поля повисла оглушительная тишина. Натаниэлю казалось, что каждый игрок сейчас слышит бешенный стук его сердца: от боли, от страха, от осознания. Красная карточка с последующим отстранением до конца матча и разбирательствами по поводу дальнейших игр… — Нат, — позвали его откуда-то сзади, но голос раздавался будто через толщу воды. Натаниэль обернулся, сталкиваясь с испуганными глазами Абрама. — Порядок? — одними губами спросил он.       Натаниэль коротко кивнул и двинулся в сторону выхода с поля. Он даже не стал тянуться к собственной клюшке, осознавая, что не сможет поднять её. Краем глаза он заметил, как нападающий Диких Котов, хромая, движется в сторону своей скамейки запасных. Ну и поделом ему. Перед глазами все еще стояла картинка несуществующего столкновения огромной туши Байрона с Аароном Миньярдом, принесшая бы защитнику немало травм.       Собственное плечо изнывало от боли, а шум в ушах никак не хотел проходить. Натаниэль старался сфокусировать взгляд на Эбби, которая присела перед ним на корточки и взволнованно что-то говорила. В какой-то момент она протянула руку к его щеке и Натаниэль резко дернулся. Все звуки вернулись. Он осмотрел поле: «Дикие Коты» и «Лисы» бурно о чем-то спорили с судьей и, учитывая их жестикуляцию, Натаниэль понимал, что предметом разговора стал он сам. Единственным человеком, стоявшим в стороне был Эндрю Миньярд и Натаниэль готов поклясться, что даже через решето шлема его лицо было бледнее чем обычно. Когда их взгляды пересеклись, Эндрю коротко кивнул и отвернулся. — Ты слышишь? — воскликнула Эбби рядом с парнем. — Что у тебя с рукой? — Травма, — хрипло произнес Натаниэль, возвращая взгляд к ней. — Старая травма. Разрыв суставно-плечевой связки левого плеча.       Эбби ошарашенно переводила взгляд с него на тренера Ваймака и обратно. — Ты совсем головой ударился, Веснински? — тренер рявкнул настолько громко, что некоторые игроки с поля обернулись в их сторону. — Откуда? — Пару лет назад меня впечатали в борт. После этого меня оперировали, — отчеканил он. — Нахера ты сделал это? — не снижал громкость голоса тренер, указывая рукой в сторону поля. — Зачем подставился? — Он бы размазал Аарона, тренер, — тихо произнес Натаниэль.       Ваймак хотел сказать что-то еще, но, пораженный, закрыл рот, выходя на встречу судье. Из их короткого разговора Натаниэль услышал собственный приговор.       Красная карточка с отстранением на два матча. — Блять, — шепотом произнес Кевин рядом с ним. — О чем ты только думал? — чуть громче выплюнул он. — Как мы будем играть против «Воронов» без тебя?! — Не ори на него, — неожиданно в поле зрения показалась Ден. — Иди и играй сейчас, — он несильно пихнула Кевина в бок. — Матч против «Воронов» подождет.       Друг вышел на поле вместо Натаниэля и игра возобновилась. Эбби принесла какие-то таблетки и проконтролировала, чтобы Натаниэль выпил обе. Она так же сделала косыночную повязку для его руки, бережно завязывая узел на задней стороне шеи. — Все будет хорошо, — прошептала она. — Да, — кивнул Натаниэль, не до конца понимая, что она имеет ввиду.       До конца матча обе команды забили гол, только вот благодаря раннему преимуществу Лисов счет на табло горел цифрами 4:3. Команда университета Пальметто выходила с корта победителями, только вот их лица напоминали скорее траурное шествие. — Идешь на интервью вместе с Кевином, — произнес Ваймак. — С остальными проблемами разберемся после. Остальные, валите в раздевалку и чтоб после душа все сидели в комнате отдыха!       Лисы засеменили по коридору, а Натаниэль покорно двинулся за Кевином в ту часть стадиона, которую специально отдали репортерам во время матчей. — Как вы прокомментируйте свою красную карточку? Вы не считаете, что подвели свою малочисленную команду этим действием? Вы травмировали игрока. — Я защищал своего игрока от более серьезных травм после столкновения. Никто из судей не обращал внимание на грубую игру Фрэнка Байрона, — с ухмылкой произнес Натаниэль. — Может я и подвел команду, но не жалею о своих действиях. — «Лисы» теперь будут играть с «Воронами» без вас, что вы думаете о предстоящем матче? — Жаль, что я лично не смогу утереть нос Рико Морияме, но думаю, что в нашей команде есть другие желающие, — вопросы сыпались один за другим и некоторые из них Натаниэль предпочитал игнорировать. — У меня легкое растяжение, рад, что вы беспокоитесь, — улыбался он. — Коты играли грязно, не вижу смысла это обсуждать. Да, это первая красная карточка в моей жизни, спасибо, что напомнили. — Нат, — шикнул на него Кевин. — Простите, что? — усмехнулся Натаниэль. — Я спрашиваю, не жалеете ли вы о том, что поменяли титулованную команду на… это, — видимо, журналистка пыталась подобрать какое-то оскорбительное, но цензурное слово, но вовремя передумала, никак не выкручивая ситуацию в свою пользу. — К вашему сведению, дорогая, "это" называется «Лисы», университет Пальметто и, если вы обладаете базовыми навыками арифметики, то должны заметить тот факт, что сегодня ЭТО победило Балтиморских «Диких Котов». Поэтому, будьте так добры, выбирайте выражения и пересмотрите свою квалификацию. Образованный журналист должен обладать не только дутыми губами, но и элементарными знаниями этики. Спасибо, — грубо произнес Натаниэль и покинул зал для интервью, игнорируя остальные восклицания репортеров.       Хотелось вернуться и послать журналистку на хуй за то, что она спросила. «Лисы» сегодня впервые вышли на поле после долгого перерыва и Натаниэль более чем доволен игрой. Он осознанно не собирался терпеть оскорбления своей команды. Если идиотка считает, что «Вороны» — лучшие, то пусть смело отправляет туда своих детишек, чтобы они становились чемпионами в титулованной команде. — Ты что натворил?! — прошипела Ден, но не смотря на суровость её лица, в карих глазах плескались искорки веселья. — Ваймак тебя убьет. — Плевать, — отмахнулся Натаниэль, продолжая идти в сторону раздевалки.       Превозмогая боль и усталость он принял душ. С удивлением он заметил Кевина, сидящего в комнате отдыха. Где тот принял душ и переоделся, знать даже не хотелось, поэтому Натаниэль молча опустился на диванчик рядом с Эндрю. Аарон, видимо, решил уступить ему место в знак благодарности, потому что сейчас стоял за спиной, опираясь руками на белую спинку дивана. В комнате отдыха царила тишина. — Бога ради, Веснински! — в помещение резко ворвался Ваймак. — Я даже не знаю, убить мне тебя за херовое интервью, совершенно не улучшающее нашу репутацию, или похвалить за командный дух. — Командный дух? — удивленно произнес Абрам со своего места. — Он назвал журналистку идиоткой, — хмуро произнес Кевин. — Я сказал, что она необразованна. Не надо врать, — возмущённо произнес Натаниэль. — Ты сам слышал, что она сказала о «Лисах». — Что она сказала? — спросил Мэтт. — Она спросила, как можно было променять титулованную команду на «это», — пояснила Ден. — И я все-таки склоняюсь ко второму варианту, тренер, — она улыбнулась, глядя на Ваймака. — Красная карточка, травма, сорванное интервью и все это за одну игру, — раздраженно выплюнул Дэвид Ваймак. — Но вы же видели этого амбала, тренер! — воскликнул Сет. — Если бы я… — Я понял, заткнись.       Натаниэль кинул удивленный взгляд на Сета. Он что, попытался его защитить только что? Это определенно не укладывалось в голове. — Вы сыграли более чем отлично, поэтому завтра можете отдохнуть и подготовиться к учебному году. Нат, твои экзамены проверили, у тебя восемьдесят три балла, поэтому ты зачислен на второй курс, поздравляю.       Лисы дружно захлопали в ладоши и что-то закричали. Натаниэль попытался подавить смущение таким вниманием, буравя взглядом собственные колени. — И, если вас всех это успокоит, то Фрэнку Байрону после матча дали еще одну желтую карточку. Поэтому он тоже дисквалифицирован, но на один матч.       Лисы закивали, довольные таким исходом. — Валите в общагу и повеселитесь. Вы сегодня победители.       Дружной толпой команда покинула стадион и рассредоточилась на парковке. Натаниэль шел за компанией Эндрю последним, пока рядом с ним не оказался Аарон. Он замедлил шаг и, схватив Натаниэля за предплечье, вынудил нападающего остановиться. — Не знаю зачем ты это сделал, — нахмурился Аарон. — Но, спасибо.       Натаниэль скупо ему улыбнулся и продолжил движение по парковке. К собственному удивлению, он заметил недовольную гримасу Кевина на заднем сидении и открытую переднюю дверь.       Эндрю хотел, чтобы Натаниэль ехал спереди.