velvet killer

      Докуривая уже третью по счёту сигарету, Тэхён тушит её о мраморную пепельницу и со злостью откидывает. Опустошает стакан виски до дна, при этом даже не поморщившись. В груди что-то жжёт, и он уверен, что это вспыхнувшие чувства дают о себе знать таким образом. Он пытается их заглушить, но ничего не выходит. Чонгук везде. Проник в его голову, завладел мыслями и диктует свои правила, которые он с благодарностью и открытым ртом принимает. Тэхён не хочет его расстраивать, но, кажется, делает это гораздо чаще, чем когда-либо. О чём он только думал, вмешиваясь в его жизнь? Вероятно, о том, как красиво будет смотреться на нём чёрный наряд с заплаканным лицом у выкопанной могилы Дохвана.       Усмехнувшись себе под нос, Тэхён снова наливает себе стакан виски и аккуратно возвращает бутылку на стол. Нужно закурить. Взгляд немного плывёт, и он пытается собраться. Зажмурившись, не замечает, как за ним со стороны уже десять минут наблюдают. Дотянувшись до пачки сигарет, он достаёт одну, но не может найти зажигалку. Похлопав себя по карманам, пробегает глазами по столешнице, но ничего не находит. Тяжёлый вздох раздаётся где-то со стороны, но желания повернуть голову — нет. По твёрдым шагам он узнаёт своего брата. Тот протягивает ему зажигалку и садится напротив, закурив.       — Давно я не видел тебя в таком состоянии, — хмыкает Намджун. — Сильно разъебало. Какой год?       Тэхён бросает взгляд на бутылку, но видит лишь расплывчатые буквы.       — Без понятия.       — Может, хватит? Я тебя до кровати тащить не буду, — Намджун отворачивается от него и закидывает ноги на стол. — Что за повод? Кто-то сдох?       — Моя гордость, похоже.       Ещё одна затяжка, явно лишняя, лишает Тэхёна фильтра. Он смотрит на брата и столько всего желает ему рассказать. Надеется на то, что Намджун его поймёт и не осудит.       — А она была? — бросает с усмешкой Намджун. — Ты упал к его ногам, как только увидел. И весь этот цирк с портом порядком уже надоел.       — Чонгук отдаёт Инчхон. Он ему не нужен, — махнув рукой, он нечаянно задевает стакан, и тот слетает со стола, разбившись о каменную плитку.       — Блядь… — стонет вымученно Намджун. — Твой омега просто конченая истеричка. Я ему, кстати, об этом говорил. И что будешь делать?       — Не знаю. Безопасность Чонгука в приоритете. Если с ним что-то случится — ты будешь первый, с кого я спрошу, — рычит в его сторону Тэхён, игнорируя слова про истеричку. Да, его омега умеет трепать нервы.       — Да знаю я. Никто его не тронет, — говорит прямо Намджун.       — И за Юнги присматривай, — Тэхён встаёт из-за стола. Его слегка покачивает, но он всё ещё твёрдо держится на ногах. — Только не как в прошлый раз. Не тащи его в постель.       — Чонгук уже успел нажаловаться, — цокает раздосадовано Намджун. — Ну и язва.       — Я серьёзно, Наму, — произносит Тэхён, не отрывая взгляда от брата. — Либо завязывай с этим, либо забери его себе.       — Разберусь, — Намджун резко поднимается следом и бросает ему «салют» двумя пальцами, прежде чем покинуть двор.       Тэхён лишь фыркает на это. Лезть в отношения брата он не собирается, но сказать должен был. Заботится ведь. Ему совершенно не хочется потом разбираться с Чонгуком и выслушивать, как Намджун по-свински поступил. Их отношения и так находятся в шатком положении. Он всё ещё думает о том, что делать с портом. Несомненно, омегу нужно защитить и обезопасить от возможных угроз, а сделать это можно только одним способом. Тэхён не хочет быть козлом отпущения в этой ситуации, но, видимо, придётся. Он уверен, что Чонгук ему откажет и пошлёт, возможно, даже выстрелит, будь у него в руках пистолет, но идея слишком заманчива.       Вернувшись в кабинет, он достаёт папки с документами. Алкоголь всё ещё гуляет по венам, но он сосредотачивается на нерешённых проблемах. Намджуну удалось за короткий срок установить не только постоянное наблюдение за каждым работником порта, но и за домом Чонгука вместе с персоналом. Теперь Тэхён знает, когда кто приходит, уходит, во сколько ест, спит и даже ходит в туалет. Ему важно вычислить потенциальных предателей, которые в случае передачи порта не останутся ему верны.       Тэхён сидит за бумагами до поздней ночи. Крепкий кофе и выкуренная пачка сигарет поддерживают его уставший организм. Как же ему хочется вдохнуть запах Чонгука и просто уснуть. Прикрывая тяжёлые веки, он откидывается на спинку кресла и даёт себе передышку. В коридоре раздаются шаги. Тэхён бросает взгляд на дверь, через которую спокойно заходит Намджун и садится на диван.       — Вижу, ты протрезвел, — хмыкает он. — Не ложился ещё?       — Нет, — отзывается Тэхён. — У нас много дел. Я нашёл несколько человек, которые могут доставить проблемы. — Он протягивает Намджуну папку. — Когда-то давно эти двое входили в организацию «Троя». Дохван нанял их либо по глупости, либо у него был свой план, о котором мы никогда не узнаем.       — Надо было оставить его в живых и спросить для начала, — бросает альфа, ухмыльнувшись.       — Не язви. За ними не было замечено никакой активности, пока Дохван был жив. Они спокойно работали, как и все остальные, но после его смерти Ли Сынмин начал получать некоторые суммы денег на счета. Они незначительные, но постоянные. У меня это вызывает подозрения.       — Я займусь им, — говорит прямо Намджун. — И этим вторым. Скорее всего, они работают в связке.       — Хорошо. — Тэхён достаёт из пачки сигарету и закуривает. — Когда мы закончим с портом, я предложу Чонгуку выйти за меня.       — Ебанулся? — Намджун впивается в него непонимающим взглядом.       — Похоже на то. Но это самый правильный и логичный вариант. Никто его не тронет, — выдыхает дым в потолок Тэхён.       — Потом и в дом его притащишь? Я бы не хотел заводить суку, давай выберем кого-нибудь другого.       Тэхён бросает в него убийственный взгляд и предупреждающе произносит:       — Я оторву тебе башку, если ты посмеешь вести себя как засранец. Надо будет — я приведу его в этот дом, и ты научишься с этим жить. Ты меня понял?       — Да понял я, — бурчит Намджун. — Не кипятись так.       Выдохнув, Тэхён потирает уставшие глаза. Они ещё несколько минут сидят в полной тишине, погружённые в собственные мысли, пока Тэхён не начинает тихо говорить:       — Какие у тебя проблемы с Чонгуком?       Намджун молчит, но по его лицу видно, что он задумался. Скорее всего, его бесит не сам омега, а тот факт, что из-за него у Тэхёна изменились планы. Он изначально хотел лишить Дохвана власти, пока не узнал, кем является его муж. Уже тогда, планируя его убийство, он много размышлял о том, как ему поступить с Чонгуком. Знал ведь, что просто не будет. Налаживая свою жизнь и выстраивая нужные отношения с бизнес-партнёрами, Тэхён совершенно забыл о том, что когда-то бросил в сердцах молодому омеге. А теперь, видя то, каким Чонгук стал — вина пожирает его изнутри.       — У меня нет с ним никаких проблем, — отвечает ему ровно Намджун.       — Тебе нравится его цеплять?       — Иногда это доставляет удовольствие, — Намджун тянет уголки губ, расплываясь в улыбке. — Просто мне нравится, когда он показывает свой характер. Значит, чего-то стоит.       Хмыкнув, Тэхён тушит сигарету и снова откидывается в кресле назад. Он чертовски устал за эти дни. Ему нужно хотя бы пару часов крепкого сна, чёрный кофе и контрастный душ. Когда всё закончится, и порт можно будет считать нейтральной зоной, он подумает об отпуске. Интересно, Чонгук согласится провести с ним несколько дней на необитаемом острове?       Проваливаясь в свои фантазии ещё глубже, он не замечает, как вышел Намджун, прикрыв за собой дверь. Тэхён так и остаётся сидеть в кресле, но уже с закрытыми веками. В эту ночь ему ничего не снится.       

***

      Намджун сидит в полумраке, комната наполнена дымом и феромонами. Перед ним танцуют несколько красивых омег, но он даже не смотрит на них. Алкоголь тоже не вставляет. Один из танцоров подходит ближе, опускается на четвереньки и ползёт по полу, изображая кошечку. Приблизившись к дивану, он робко кладёт ладони на бёдра Намджуна, ожидая разрешения двигаться дальше. Тот лишь смеряет его отрешённым взглядом и кивает. Омега облизывает губы и забирается к нему на колени.       Плавные движения и изящные изгибы больше не приносят удовольствия. Намджун ощущает, как в воздухе тяжелеет сладкий запах. Омега явно возбуждён и не прочь продолжить эту ночь, но Намджуну это неинтересно. Он и сам не понимает своей реакции. Злится на себя за то, что после их секса с Юнги всё кажется скучным и пресным. Ему хочется снова почувствовать его под собой, услышать низкие стоны и ощутить на языке вкус его смазки. Зубы сводит от острого желания. Альфа рычит и требует конкретного омегу, а не того, что пытается его завести.       Намджун со злостью хватает танцора за шею и останавливает. Омега испуганно хлопает глазами, пока он обнюхивает его шею. Ничего. Совсем. Грубо оттолкнув его от себя, Намджун покидает приватную комнату и выходит на улицу. Несколько дней подряд он толком не спал: нанимал людей, проверял их и проводил инструктаж. Они с Тэхёном выстроили мощную защиту порта, усилив его уязвимые точки. Теперь им осталось только ждать, пока кто-то не попадётся на крючок. Намджун знает, что скоро планируется крупная поставка — вопрос лишь в том, как с этим справится Чонгук.       Откинувшись на сиденье в автомобиле, Намджун желает лишь одного — заснуть на двенадцать часов, желательно в компании омеги. Конкретного. Усмехнувшись себе под нос, он заводит двигатель и уезжает домой. В другой раз он точно не отступит.       С самого утра в особняке что-то происходит. Пока Намджун лениво открывает глаза, осматриваясь, за его дверью постоянно кто-то ходит. Он знает, что это Юнхо боится зайти и ждёт его пробуждения, поэтому не отказывает себе в удовольствии полежать ещё десять минут. Как только он приводит себя в порядок и выходит в коридор, к нему тут же подходит помощник с виноватым выражением лица.       — Ваш брат просил передать, — протягивает он папку. Намджун охотно открывает её и рассматривает фотографии, на которых этой ночью была замечена подозрительная активность на складе. Похоже, кто-то пытается переправить свой товар под другим наименованием. Такие вещи нужно пресекать немедленно.       Захлопнув папку, он говорит:       — Разберусь.       Юнхо быстро уходит, а Намджун громко вздыхает. Не думал, что придётся с самого утра заниматься грязной работой. Но если Тэхён просит — он выполняет. Кофе, как и вкусный завтрак, остаются нетронутыми. Намджун кивает двум альфам у выхода из дома и садится в свою машину; те следуют за ним. До Инчхона ехать чуть больше часа, поэтому он разгоняется по пустой дороге, бросая взгляд в зеркало заднего вида. Телефон вибрирует на пассажирском сиденье. Звонок повторяется через несколько минут после сброса. Выругавшись, он отвечает с громким:       — Что, блядь?       Голос Чонгука моментально приводит в чувство.       — Где Юнги?       Одна фраза, после которой внутри у Намджуна всё переворачивается.       — Без понятия, — бросает он небрежно, а сам в голове перебирает варианты.       — Чёрт, — встревоженно говорит Чонгук. — Он вчера вечером уехал в порт проверить поставку, но так и не вернулся. Телефон выключен, я не смог его отследить. Я подумал, он опять с тобой. Где он, Намджун?       Стиснув зубы, Намджун резко выруливает на встречную полосу, чтобы развернуться. Он не должен так поступать и бросать свои дела, но найти Юнги важнее. Если с ним что-то случится… он даже думать об этом не хочет.       — Я его найду, — сбрасывает звонок и следом набирает Тэхёна.       Гудки, кажется, идут целую вечность, пока в самый последний момент не раздаётся голос:       — Что случилось?       — Юнги пропал. Чонгук звонил мне, думал, что я с ним, — тараторит Намджун, волна беспокойства подкатывает к горлу. — То, что вчера произошло на складе и исчезновение Юнги — это связано.       — Я понял, — выдыхает Тэхён. — Куда ты сейчас?       — Заеду к Минги в участок, отследим его машину и биллинг.       — Держи меня в курсе. Я съезжу в порт, разберусь со всем.       — Хорошо.       Намджун отключает звонок и бросает телефон на пассажирское сиденье. Его одолевает тревога, он не может сосредоточиться и вести спокойно, петляя между другими машинами на дороге. До участка доезжает быстро. Телефон снова разрывается от звонков, которые он отключает. Ему сейчас не до этого. Юнги — в приоритете. Нужно найти его, пока не стало слишком поздно. Они и так потеряли много времени, но винить Чонгука в этом глупо. Он ведь не обязан следить за ним круглосуточно.       Всего один секс, а он так привязался к этому омеге? Намджун не знает, что им движет. Возможно, симпатия или жалость? Скорее первое, чем второе. Юнги просто зацепил. Своим умом, прямым взглядом и неподдельной гордостью. Намджун не пытался сломать его. Он просто его захотел. Так сильно, что сходит с ума уже которую ночь. А теперь сорвался с цепи, узнав о возможном похищении.       Минги — капитан полиции и вечный должник Намджуна за закрытые дела и помощь в поимке преступников. Он заходит к нему в кабинет без стука, знает, что тот будет кричать, но ждать больше не может. Минги смеряет его злостным взглядом.       — Какого хрена? — выкрикивает он сразу.       — Дело срочное, — перебивает Намджун.       — А когда у тебя было не срочно? — с возмущением говорит Минги. — Полицейский участок не твоя собственность, я не могу бросать все дела и заниматься твоими просьбами.       — Мой омега пропал, — раздается посреди кабинета. Намджун пробует на языке «мой омега» и тут же ухмыляется — звучит даже очень приятно.       — Блядь! Так с этого и надо было начинать. Что от меня требуется?       В течение часа на столе перед ними лежат распечатки звонков и местоположение телефона Юнги. Он видит все его передвижения за последние сутки, и в голове кое-что проясняется. Судя по данным, Юнги поехал в порт и пробыл там около часа. Этого времени достаточно, чтобы проверить груз и документы. Затем он вернулся в город и поужинал в одном из ресторанов. Было около часа ночи, когда ему кто-то позвонил. А затем Юнги исчез. Сигнал пропадает в этом районе. Намджун несколько раз просматривает его маршрут и не видит ничего подозрительного. Кроме неизвестного номера, разговор с которым длился около двадцати секунд.       — Нужно проверить камеры ресторана, — он встает из-за стола и идет к двери.       — Позвони, как будет нужна помощь, — говорит ему вслед Минги. — Мы его найдём.       Намджун уходит, не обернувшись. Если кто-то посмеет хоть пальцем тронуть его омегу, от этого человека ничего не останется. Он сам лично испробует на нём все адские пытки, прежде чем порубить на мелкие кусочки. Выдохнув, он закуривает, садясь в машину, вбивает в навигатор адрес ресторана и выжимает педаль газа. Спустя двадцать минут он, наконец, паркуется возле кирпичного здания. Из бардачка достаёт пистолет. У Намджуна свои методы убеждения, и он не будет извиняться за них.       На входе в заведение его встречает администратор и интересуется, бронировал ли он столик. Намджун хмыкает на это и просит пригласить к нему управляющего. Омега хмурится, но затем предлагает присесть и подождать. Намджун вежливо отказывается — ему не терпится увидеть камеры. Молодой мужчина выходит к нему через пять минут. Намджун настойчиво просит его показать записи из зала, рассказывая о пропаже человека. Тот мотает головой, отказываясь предоставить видео, так как ему нужен запрос полиции.       — Я не уйду отсюда, пока не увижу чёртовы камеры, — цедит сквозь зубы Намджун. — Или мы можем поговорить по-другому.       Потянувшись за пояс, Намджун касается пальцами рукоятки пистолета. Омега, проследив за его движением, прижимает руку ко рту, испуганно вскрикнув.       — Не стоит, — мягко отвечает мужчина, тоже заметив это. — Я вызову полицию, если вы достанете оружие.       — Вызывайте. С ними или без них я добуду вчерашнюю запись.       — Ладно, — вздыхает управляющий. — Я покажу вам. Только давайте без шума.       — Я в долгу не останусь, — кивает Намджун. Ему не терпится скорее увидеть всё своими глазами.       Поджав губы, мужчина приглашает его за собой, наказав омеге-администратору молчать об этом, а то уволит. Тот быстро возвращается на своё место, делая вид, будто ничего не произошло.       В подсобном помещении стоит стол, заваленный бумагами. Среди этого беспорядка работает монитор, на котором изображение показывает то, что происходит в реальном времени. Мужчина открывает файл и включает записанное изображение с камер наблюдения. Намджун подходит к столу и грубо отталкивает его, занимая место перед монитором. Он находит Юнги быстро, промотав на примерное время, которое было указано в биллинге. Омега сидит за столом недолго, выпивает кофе и, расплатившись, встаёт, чтобы уйти. Закусив губу, Намджун начинает нервничать. Юнги пропадает с камер наблюдения — и больше ничего.       — Мне нужно изображение с уличной камеры, — цедит он сквозь зубы.       — Они не работают, — говорит мужчина тихим голосом и отходит на два шага назад, явно обеспокоенный тем, как бы Намджун не вспылил.       Рыкнув, Намджун оборачивается. Его глаза наливаются кровью, но он стойко удерживает альфу внутри, не позволяя ему сорваться. Прокручивая в голове все события, он снова возвращается к порту — что-то не складывается. Ему никак не удаётся ухватиться за эту ниточку. Юнги звонил тот, кого он явно знал, а значит, нужно искать среди знакомых. Намджун покидает здание ресторана, и на выходе его взгляд цепляется за машину на парковке. Юнги оставил её здесь добровольно. Или нет? Подойдя поближе, Намджун не замечает никаких странностей. Скорее всего, их и не будет. Вернувшись в собственный автомобиль, он звонит Тэхёну, чтобы выяснить, есть ли новости, но тот не отвечает. Выругавшись себе под нос, Намджун с силой бросает телефон на пассажирское сиденье. Легальные методы никогда не работают так, как ему надо. Он снова берёт телефон и звонит Тэхёну, чтобы услышать лишь монотонные гудки, а затем Минги, чтобы рассказать о том, что узнал, и попросить изображения с городских камер, расположенных вокруг ресторана и на выезде. Минги охотно соглашается.       Намджун возвращается в особняк, чтобы собрать людей. Как только он узнает номер машины и кому та принадлежит — его уже ничто не остановит.