On instincts

      Как справедливо заметил Минхо — Сольги не глупая девушка. Более того, она обладала редкой пробивной силой и уверенностью в себе. Она впервые приметила альфу около восьми месяцев назад на одном из конкурсов политических дебатов между университетами, проходившем в просторном зале университета «Ханян». Минхо, к тому моменту уже два года возглавлявший этот кружок и носивший титул его бессменного президента, был в центре внимания. После триумфального выступления, где команда Минхо разгромила соперников практически всухую и взяла первое место, Сольги подкараулила его у выхода. Она осыпала альфу искренними, но довольно откровенными комплиментами, чем совершенно смутила парня. Минхо привык сам добиваться внимания омег, быть инициатором общения, а не получать такой напористый флирт. Сольги без лишних церемоний предложила обменяться контактами и уже на следующий день сама пригласила его на свидание. Именно эта непохожесть на других, эта уверенность и выделяли Сольги среди омег и привлекли Минхо. Девушка его восхищала. Их отношения развивались стремительно. Инициатором официального статуса также выступила Сольги: спустя всего неделю знакомства они уже считались парой. Так она вошла в тесный круг друзей Минхо и с поразительной легкостью нашла с ними общий язык. Сольги пользовалась популярностью в университете: неугомонная активистка всех студенческих инициатив, ведущий автор университетской стенгазеты. Минхо также был завидным альфой — выходец из крепкой семьи выше среднего достатка, студент престижного факультета международного бизнеса. Его жизнь была расписана по минутам: бокс, американский футбол (вместе с Чаном, Чанбином и Феликсом) и, конечно же, руководство кружком политических дебатов. Свободного времени практически не оставалось, но у Минхо была четкая цель, и для ее достижения он стремился быть лучшим во всем. Со стороны их пара с Сольги смотрелась органично: для перспективного, амбициозного альфы такая омега казалась идеальной партией. Минхо не испытывал к девушке всепоглощающей страсти или безумной влюбленности, но она была ему важна и дорога. С ней было комфортно, спокойно и надежно в плане совместного будущего. Альфа даже всерьез рассматривал брак в будущем. Рассматривал… Но жизнь — штука непредсказуемая. Можно прожить с человеком бок о бок десять лет, а потом встретить другого. Того единственного, кто перевернет твой мир с ног на голову, наполнит его такими яркими красками, о существовании которых ты и не подозревал, и откроет в тебе нечто новое, доселе неизведанное, спящее глубоко внутри. Сталкиваясь с подобными экзистенциальными кризисами, люди поступают по-разному. Кто-то, боясь перемен и неизвестности, предпочитает привычную стабильность, цепляясь за прошлое, и опасаясь сделать шаг в туманное, пугающее будущее. А кто-то, рискуя всем, выбирает счастье здесь и сейчас, даже если оно однажды рассыплется, оставив за собой лишь тлеющий пепел воспоминаний. Минхо потребовалось много времени, чтобы принять решение. Он взвешивал все «за» и «против», ставил себя на место и Хёнджина, и Сольги. Если он останется с девушкой, что ждёт их отношения? У скольких пар получалось возродить чувства, когда они потухли и воспылали к другому человеку? Минхо видел ситуацию абсолютно патовой. Он не верил в возможность что-то исправить. В таких отношениях будут страдать все. Альфа будет тосковать по Хёнджину, искать его взгляда, прикосновения, встречи. Сольги будет всё видеть и понимать, и от этого страдать. Минхо и так уже поступил некрасиво по отношению к ней. Пора ставить точку. Альфа по пути домой, думал о предстоящем разговоре со своей пока ещё девушкой, который должен был состояться сегодня поздно вечером. Погружённый в тяжёлые раздумья, он почти на автопилоте шёл по знакомым улицам. Он не заметил, как переступил порог квартиры. Его мама была в декрете — три года назад, к неожиданной и безмерной радости всей семьи, у них родилась чудесная и невероятно непоседливая малышка — Харин. Родители и сам Минхо души в ней не чаяли. С того момента, земля начала вертеться не вокруг солнца, а вокруг этого маленького энерджайзера с копной тёмных кудряшек. — Ты сегодня что-то рано, — заметила мама, выходя в прихожую из кухни, вытирая руки о полотенце. — Был важный разговор, пришлось отменить кружок и бокс, — ответил Минхо, снимая куртку и направляясь вглубь квартиры, где пахло свежеприготовленной едой. — И вправду важный, раз всё отменил, — она насторожилась, изучая его усталое лицо. — Это как-то связано с Хёнджином? Минхо удивленно обернулся на маму, смотревшую на него с лукавой улыбкой. — Почему сразу с ним? — В последнее время ты слишком часто менял или отменял свои планы, чтобы навестить его в больнице. Даже готовил и носил ему обеды, — мягко напомнила она, убирая со стула разбросанные Харин игрушки. Минхо смутился. Все думали, что еду передавала его мама, и лишь домочадцы знали его маленький секрет. Не то чтобы секрет, просто альфа не хотел лишний раз смущать омегу или выглядеть безнадежно влюбленным подростком в глазах окружающих. — Да, ты права, — они прошли на кухню, залитую тёплым светом. — Это связано с Хёнджином. — Как он? — спросила мама, наливая сыну стакан воды. — Уже лучше, вышел на учёбу, — Минхо прислонился к кухонному столу. — Бедный парень, на него столько всего свалилось… Наверное, голова кругом идет. — Да, но он справляется. Хёнджин сильный, — в голосе Минхо прозвучала неподдельная гордость. — Ещё бы! Отвергнуть «спонсорство» и подвергнуть свою жизнь опасности со стороны неадекватных альф… Это требует недюжинной смелости. — У него надёжная поддержка родителей. Да и мы его не бросим, — твердо сказал Минхо. Он вымыл руки в раковине и наложил себе еды из кастрюль на плите. Мама села за стол, внимательно наблюдая за сыном и что-то обдумывая. — Так почему бокс отменил? Он же только вечером. — Потому что у меня ещё одна важная встреча чуть позже, — ответил Минхо, садясь напротив с тарелкой. Мама пристально смотрела на сына, пытаясь поймать его взгляд, но Минхо упорно отводил глаза, сосредоточенно ковыряя вилкой в рисе. — Сынок, я чувствую, что в твоей жизни происходят серьёзные перемены. Не хочешь поделиться? — она положила свою теплую руку поверх его ладони. Минхо замер, почувствовав прикосновение, и наконец встретился с мамой взглядом. В её глазах он увидел не тревогу, а готовность принять и поддержать. — Мне нравится Хёнджин, — выдохнул он, снимая камень с души. — Это я знаю, — спокойно ответила мама, лишь чуть сжав его руку. — Догадаться было нетрудно по твоему поведению в последние недели. — И сегодня я планирую расстаться с Сольги, — добавил он, следя за её реакцией. Женщина помолчала, выжидающе глядя на сына, но её лицо оставалось непроницаемым. — Это взвешенное решение? Ты уверен? — Абсолютно уверен. — Что ж… — мама глубоко вздохнула. — Будь с ней деликатным. И не говори, что влюблен в другого, если она сама не догадается и не заставит признаться в этом. Это лишь сделает больнее и заденет её гордость. Борьба с другими девушками понятна и знакома, а вот с парнями хоть и омегами… — Постараюсь быть максимально тактичным, — пообещал Минхо. Мама встала и поставила на стол забытые сыном закуски из холодильника. — Так значит, вы теперь с Хёнджином вместе? — спросила она. — Нет, мы решили не торопить события. Сейчас ему важнее всего восстановиться и адаптироваться, — пояснил Минхо, чувствуя странное облегчение от того, что его чувства и желания не осудили. Альфа приступил к еде, и мама не стала его больше отвлекать расспросами, погрузившись в новостную ленту на планшете с чашкой ароматного чая. Когда Минхо покончил с едой и вымыл посуду, на кухню влетела, словно маленький торнадо, Харин в розовой пижамке с единорогами и сразу прыгнула брату на руки. Он подхватил её и закружил под звонкий, заразительный детский смех, на мгновение отвлекаясь от тяжелых мыслей. — Ты давно проснулась? — спросил Минхо, видя её заспанные, но уже озорные глазки. — Только что. Мне снилось, что я потеряла Роко, — девочка надула губки, крепче прижимая к себе плюшевого единорога. — Это тебя расстроило? — Минхо крепче прижал сестренку и поцеловал в макушку, вдыхая мягкий запах детского шампуня. — Угу, — кивнула она, пряча лицо у него на плече. — Тогда нужно немедленно поднять тебе настроение, — заявил альфа с преувеличенной серьезностью. — А что лучше всего поднимает настроение? — Когда ты катаешь меня на спине! — тут же выпалила Харин, оживляясь. — Ну кто бы сомневался, — усмехнулась мама, отрываясь от экрана. — А я думал предложить тебе пудинг, — нарочито грустно сказал Минхо, делая печальные глаза. — Пудинг! Пудинг! — тут же закричал ребенок, забыв про катание. — А как же катание на спине? — поддразнил её брат, уже открывая холодильник. — Вечером покатаешь! — скомандовала Харин. Минхо с мамой рассмеялись. Они съели десерт — ванильный пудинг с карамелью, и после того, как Минхо принял душ, Харин устроилась с братом на диване в гостиной, укутанная в плед, смотреть мультики про принцесс. Минхо чувствовал её тёплое доверчивое тельце, прижатое к боку, и это придавало ему какую-то внутреннюю силу. Ближе к назначенному времени Минхо занял столик в небольшом, стильном кафе недалеко от университета, где они договорились встретиться с Сольги. Вечерний город за окном мерцал огнями, внутри пахло свежесваренным кофе и выпечкой. Девушка немного задерживалась. Альфа волновался, перебирая бумажную салфетку в руках, хотя это волнение было не таким сильным, как перед разговором с Хёнджином. После принятия окончательного решения на душе стало легче, он хотел поскорее поставить точку в этой главе своей жизни. Сольги пришла минут через десять. Она была одета в элегантное платье, с безупречным макияжем и укладкой, подчеркивавшими её природную красоту. На лице — лучезарная, чуть напряжённая улыбка, но в глазах читался немой страх и предчувствие беды. — Прости за опоздание, задержал папа, — сказала она, занимая место напротив, аккуратно положив сумочку на соседний стул. — Ничего, всё в порядке, — альфа подвинул к ней меню. — Выбирай, что хочешь. Кофе? Десерт? Пока девушка изучала меню и уточняла у официанта наличие её любимого чизкейка, Минхо пытался собраться с мыслями, решая, с чего начать и как подвести к сути, наблюдая, как её накрашенные ногти нервно постукивают по обложке меню. — Мы так давно никуда не выбирались вдвоём, — заговорила Сольги, когда официант ушел с её заказом. Она поправила прядь волос. — Ты постоянно занят. Нет, я всё понимаю, внеклассных занятий куча, но мы последний месяц видимся только в университете, да и то мельком. Такое ощущение, будто мы в застое. — Она сделала паузу, глотнула воды. — Может, съездим куда-нибудь на выходные? Только вдвоем. — Девушка затараторила, и, выдавая нервозность, её слова сливались в один поток. — На пляж? Или на горячие источники? Или в поход? Ты же любишь походы? У папы вроде была палатка, но я не знаю, в каком она состоянии. Или у тебя есть? Нужно будет купить рюкзак… новый спальник… — Сольги, — попытался остановить её Минхо. — …Хотя, если на источники, то никаких затрат на инвентарь… просто билеты и отель… — Сольги, — позвал он снова, чуть громче. — …Тогда мне только купальник новый купить… тот старый уже, наверное, не подходит… — Сольги! — Минхо невольно повысил голос, заставив девушку и пару посетителей за соседним столиком вздрогнуть. Она замерла, широко распахнув глаза. Дыхание участилось, пальцы нервно перебирают край салфетки, смятой в маленький комочек. — Остановись, пожалуйста, — уже спокойно, но твердо сказал Минхо. Девушка кивнула, схватилась за стакан воды и сделала несколько больших глотков. В этот момент вернулся официант с её чизкейком и двумя айс-американо. — Сольги… — Минхо смотрел, как девушка для вида ткнула вилкой в десерт, отломила крошечный кусочек и без всякого аппетита отодвинула тарелку. Её руки слегка дрожали. — Я перебрал в голове кучу вариантов, как это сказать, но просто не нахожу подходящих слов. — Только не говори, что хочешь расстаться, — перебила она ледяным, почти бесцветным тоном, глядя куда-то мимо него. Минхо на долю секунды замер, но тут же взял себя в руки, пряча волнение за маской решимости: — Да. Я хочу расстаться, Сольги. Девушка молчала, уставившись в свою тарелку, её щеки слегка заалели. Потом она резко, неестественно засмеялась, вызвав у Минхо полное недоумение и тревогу. — Значит, всё же решил променять меня на Хёнджина, — её голос звучал язвительно, обвиняюще и горько. — Как только на горизонте замаячил омега-самец, поддался всеобщему безумию и захотел заполучить его? Минхо непроизвольно сжал кулаки под столом, чувствуя, как в нём зарождается гнев. — Дело не в этом… Не своди всё к биологии, Сольги. — Кого ты обманываешь, Минхо? — вспыхнула девушка, её глаза сверкнули. — Между нами будто выросла ледяная стена именно после того, как все узнали, что Хёнджин — омега. Ты думаешь, я слепая? Что ж. Он не хотел вплетать сюда Хёнджина, концентрируясь только на их с Сольги отношениях, на своих ушедших чувствах. Но она, видимо, просто так не оставит эту тему. — Да, я виноват в этом, — кивнул альфа, признавая правду. — Я не могу объяснить тебе того, что и сам не до конца понимаю, но… — Но почему тогда хочешь всё закончить, если сам ещё не разобрался?! — парировала она. — Как ты можешь рушить то, что у нас есть, из-за неясных чувств?! — Я не до конца разобрался в том, что касается моих чувств к Хёнджину, — честно признался Минхо, глядя ей прямо в глаза, — но в том, что касается наших с тобой отношений, в том, что они изжили себя, что я больше не могу дать тебе того, что было раньше — у меня сомнений нет. Сольги замерла, будто получила пощечину, а затем её красивое лицо исказила ярость и обида. — Хочешь сказать, что не любишь меня? — глаза полыхали холодным огнем. — Хочу сказать, что не знаю, как вернуть те чувства и ту заинтересованность, что были раньше. Они ушли, Сольги. — Я могу подсказать, — девушка наклонилась ближе через стол, понизив голос. — Через две недели, мы с тобой будем отмечать наши восемь месяцев. Это твои самые долгие отношения. Неужели сейчас, только из-за того, что на горизонте замаячил омега-самец, ты хочешь их разрушить? Из-за мимолетного увлечения? — Дело не в Хёнджине, а в моих чувствах к тебе. Точнее, в их отсутствии, — повторил Минхо, чувствуя, как его терпение начинает истощаться. — Хорошо, — она откинулась на спинку стула, её взгляд стал жёстким. — Я понимаю твоё желание его трахнуть. Вы же этого все хотите, верно? Так вот, я даю своё согласие. На то, чтобы ты с ним переспал. Один раз. Попробуй. Сравни. Утоли это любопытство. Но не рушь из-за этого желания наше будущее. Минхо шокировано уставился на девушку, мысленно переваривая её неожиданное, унизительное предложение. Видя его растерянность, Сольги продолжила, её голос звучал неестественно спокойно: — Тебе всегда хотелось сравнить нас — таких, как он и как я. Омегу-самца и обычную омегу. Я даю тебе такую возможность. Минхо встряхнул головой, сгоняя оцепенение, чувствуя, как гнев поднимается изнутри. — Мне бы хотелось лишь сравнить вас, если бы это был левый парень, которого я встретил где-то в клубе. Но это Хёнджин. Мой друг. Человек, которого я давно знаю, с которым у меня есть связь. Я не хочу тупо его «трахнуть», Сольги! — голос Минхо сорвался на последнем слове, привлекая взгляды. — А чего ты хочешь?! — её шёпот превратился в шипение. — Отношений с ним? Хочешь, как и все эти помешанные альфы, авторитета в обществе и кучи открытых дверей в любые отрасли только из-за наличия подобного омеги? Аааа, я поняла. — Она фальшиво усмехнулась. — Ты всегда хотел добиться высот, а этот омега будет тебе более эффективным трамплином, чем я. Вот какой ты на самом деле, Ли Минхо. — Я предполагал, что этот разговор не будет простым, — Минхо заёрзал на стуле, пытаясь унять раздражение, что покалывало по телу. — Но не думал, что всё примет такие… меркантильные и циничные обороты. Это буквально самое последнее, о чём я могу подумать, глядя на Хёнджина. Да, я хочу достичь высот, — его голос зазвучал твёрже, — но не за чей-то счёт. Ни за твой, ни за его. Я добьюсь этого сам. Ты выбрала меня не просто так, Сольги. И не нужно притворяться, что это была любовь с первого взгляда. — Минхо остановил девушку, которая хотела резко возразить. — Твоя семья испытывает финансовые трудности. И после того, как двоюродный дядя твоей мамы получил огромные отступные за своего сына-омегу, вы загорелись идеей так же подняться. О, не нужно спорить, — он вновь не дал открыть ей рта, видя, как она бледнеет. — Твой отец сказал мне кучу всего на твой день рождения, а ты знаешь, когда он выпьет, становится очень… откровенен. Ты сделала на меня большую ставку, потому что знаешь — я добьюсь успеха, чего бы это мне ни стоило. И я это понимал. Любая омега хочет хорошо устроиться в жизни, чтобы её потомство ни в чём не нуждалось, это абсолютно нормально. Но сейчас… сейчас ты переходишь черту, предлагая мне «трахнуть» человека, как вещь. Будто Хёнджин игрушка какая-то, не имеющая чувств и уважения. Я очень разочарован в тебе, Сольги. — Ты бросаешь меня ради другого омеги! А я еще перехожу черту?! — Сольги повысила голос до крика, привлекая всеобщее внимание в кафе. Несколько человек обернулись, проявляя интерес к их драме. — Ты предаешь всё, что было между нами! — Я расстаюсь с тобой, потому что больше не испытываю к тебе чувств! — ответил Минхо, тоже повышая голос, но стараясь контролировать себя. — Я не хочу с тобой близости. Не хочу лжи. Я не ухожу «к» кому-то другому прямо сейчас, я просто не хочу делать больно нам обоим, продолжая эти отношения. — Ты делаешь мне больно сейчас! — глаза Сольги наполнились едва заметными слезами. — Было бы хуже, если бы мы оба знали, что между нами происходит, но пытались делать вид, что всё хорошо, не замечая посреди комнаты слона. — Минхо, — Сольги вдруг схватила его за руку через стол, резко меняя тактику, её голос стал молящим. — Возьми время подумать, чтобы не предпринимать поспешных решений. — Это не поспешное решение. Мне потребовалось немало времени, чтобы всё взвесить и понять, что это то, что я действительно хочу. — Минхо мягко, но неумолимо освободил свою руку. Сольги тяжело вздохнула, опустив голову. Она сидела так несколько секунд, а потом резко встала, отодвинув стул с громким скрежетом. — Надеюсь, ты об этом пожалеешь, — бросила она ледяным, полным ненависти тоном. И стремительно направилась к выходу, не оглядываясь. Минхо тяжело вздохнул, потирая виски, где начинала пульсировать тупая боль. Он чувствовал себя опустошенным и измотанным. Расплатившись наличными, чтобы не задерживаться, он вышел на прохладную вечернюю улицу. Минхо медленно пошел домой, мысленно прокручивая в голове напряженный диалог. Слишком много событий и эмоций за один день. Минхо чувствовал себя выжатым как лимон. В голове стояла гулкая пустота и усталость. Ему отчаянно хотелось сбежать от всего на пару дней в горы, устроить полный информационный и социальный детокс. Но, увы, он и так запустил занятия, снижать темп было нельзя. С такой большой конкуренцией, как в Корее, нужно выкладываться на двести процентов. Уже лежа в кровати в темноте своей комнаты, слушая, как за окном начинает накрапывать дождь, Минхо набрал сообщение Хёнджину: «Доброй ночи. Не забудь завтра зонт. Обещали сильный ливень». Не дожидаясь ответа, он отложил телефон на тумбочку и почти мгновенно погрузился в глубокий, бессознательный сон.