Часть 6
27 июля 2025 г., 20:30
Лекса подъехала к больнице с пакетиком свежих булочек из пекарни и вошла в палату к Эмерсону. Он лежал, отдыхая, но улыбнулся, увидев её.
— Спасибо, что пришла, Лекса, — сказал он тихо.
— Не за что, — ответила она, садясь рядом. — Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, но врачи всё ещё настаивают на покое.
Он посмотрел на Лексу слегка улыбнувшись, а затем задумался.
- А как оказалась Кларк в больнице?
— Я позвонила Кларк и рассказала ей, что ты в больнице, — ответила Лекса.
Эмерсон задумчиво кивнул.
— Хм, хорошо. Я хочу пригласить её на ужин, когда поправлюсь.
Лекса нахмурилась.
— Думаю, это отличная идея.
— Да, — улыбнулся Эмерсон. — Я рад, что у меня теперь есть такая знакомая как Кларк.
Разговор плавно перешёл на более лёгкие темы. Лекса рассказывала о работе — о делах, которые нужно было уладить, о новых проектах, которые только начинались.
— Анья была здесь совсем недавно, — улыбнулась Лекса. — Как всегда, шутит и поднимает настроение. Она умудряется даже про медсестёр пошутить — говорит, что те сдают нас на милость врачам.
Эмерсон тихо засмеялся.
— Звучит так, будто она действительно живчик.
— Да, именно такой и есть, — подтвердила Лекса. — Без неё в больнице было бы намного грустнее.
Они говорили ещё о разном — о мелочах, о планах, о людях, которые делают их жизнь немного светлее. В такие моменты тяжесть болезни и одиночества казалась чуть менее ощутимой.
— Спасибо, что пришла, — тихо сказал Эмерсон.
— Мне самой приятно быть здесь, — ответила Лекса, улыбаясь.
Лекса вышла из больницы, усталая, но с мыслями о предстоящем вечере. В кармане телефона мигали несколько пропущенных сообщений от Кларк. Она быстро набрала номер.
— Привет, Кларк, это Александрия, — услышала она через пару гудков.
— Привет, Александрия! Как дела? — голос Кларк звучал тепло и живо.
— Я хотела узнать, как у тебя дела после работы , — начала Лекса. — И… может, ты сегодня не занята? Хотела бы пригласить тебя поужинать.
— О, это приятно, — ответила Кларк, — я как раз сегодня свободна после занятий. Давай!
— Отлично, — улыбнулась Лекса, — тогда договоримся о времени.
Лекса заехала за Кларк ровно в назначенное время. Кларк вышла из дома, облачённая в нежное кремовое пальто, волосы аккуратно уложены, а на лице играла лёгкая, но теплая улыбка. Её глаза — ясные и мягкие, словно утреннее солнце, излучали спокойствие и какую-то трогательную нежность. Она казалась одновременно хрупкой и сильной, словно утешительный свет в холодном мире.
В машине царила неловкая тишина, но она не давила — скорее, была моментом задумчивости, в котором каждая из них собиралась с мыслями. Лекса украдкой смотрела на Кларк, поражаясь её естественной красоте, внутреннему свету, который от неё исходил.
Наконец Кларк нарушила молчание тихим, немного грустным голосом:
— Знаешь, мистер Эмерсон — удивительный человек. Мне кажется, я начала скучать по нашим встречам, по тому свету, что он приносит… даже несмотря на всю сложность ситуации.
Её слова были мягкими, наполненными теплом и искренностью, словно ласкающий ветер в осенний вечер. Лекса слушала, не отрывая взгляда, чувствуя, как нежность в голосе Кларк согревает что-то глубоко внутри.
Они сидели в уютном углу ресторана, освещённом мягким светом свечей. Аромат свежей пасты и вина создавал особую атмосферу спокойствия и уюта. Кларк рассказывала всё больше — о своих мыслях, о мистере Эмерсоне, о том, как этот октябрь принес в её жизнь столько перемен, столько новых чувств и надежд. Её голос был тёплым и мелодичным, словно нежная мелодия джаза, которую она так любила.
Лекса слушала, погружённая в свои мысли, почти не перебивая. Она внимательно следила за каждым словом Кларк, наблюдая, как её глаза искрятся искренностью и какой-то трогательной уязвимостью. Но молчание Лексы становилось всё заметнее.
— Ты так не многословна, — наконец с улыбкой заметила Кларк, слегка наклонив голову и глядя на неё в глаза.
Лекса улыбнулась в ответ, тихо вздохнула и ответила:
— Иногда слова не нужны. Иногда достаточно просто слушать.
Между ними повисло спокойное понимание, и атмосфера ужина стала ещё теплее — такой, где не обязательно говорить всё, чтобы почувствовать друг друга.
Когда они наконец допили последний глоток вина и оставили пустые тарелки на столе, Лекса спокойно достала кошелек и оплатила счет. Кларк посмотрела на нее с лёгким удивлением и благодарностью, но Лекса лишь улыбнулась и сказала:
— Я не дам тебе заплатить за счет.
Они вышли на улицу, где их встретил прохладный октябрьский вечер, наполненный мягким шелестом дождя и запахом мокрого асфальта.
— Ты в скорлупе, Александрия, — тихо заметила Кларк, слегка улыбаясь.
Лекса взглянула на неё и не смогла сдержать улыбку в ответ — это была простая, но очень точная правда.
По пути к дому Кларк они шли рядом, почти не разговаривая, но молчание не казалось напряжённым — скорее уютным и спокойным.
Подъехав к дому, Лекса остановилась, открыла дверь машины и вышла.
— Я провожу тебя до двери, — предложила она.
Кларк кивнула, и они вместе прошли по освещённой улице к входу в её квартиру. Лекса на секунду задержалась у двери, взглянула на Кларк с лёгкой теплотой в глазах и тихо сказала:
— Спокойной ночи, Кларк.
Когда Лекса тихо произнесла:
— Спокойной ночи, Кларк, — девушка лишь улыбнулась в ответ, уже собираясь повернуться и войти в квартиру.
Но вдруг Лекса мягко, но уверенно взяла её за плечи и повернула обратно к себе. Их взгляды встретились — в глазах Лексы горел тихий огонь, а в сердце чувствовалась трепетная нерешительность.
И тогда Лекса наклонилась и поцеловала Кларк — нежно, глубоко, словно раскрывая перед ней давно закрытую дверь в свой внутренний мир.
Кларк ответила с такой же теплотой и страстью, положив ладонь на щеку Лексы и проводя пальцами по её коже, словно запечатлевая этот момент навсегда.
— Кажется, ваша скорлупа трескается, Александрия… — прошептала Кларк с улыбкой, играя с новообретённой близостью.
Лекса лишь улыбнулась в ответ, позволяя себе раствориться в этом чувственном мгновении.
