Запретный цветок

Сара шагнула в кабинет Аарона, её глаза быстро пробежались по комнате. Тёмная кожаная мебель, массивный деревянный стол, заваленный бумагами и парой пустых стаканов, полки с какими-то старыми книгами и бутылками виски — всё это выглядело одновременно хаотично и продуманно, как сам Аарон. Она чувствовала себя не в своей тарелке — подросток, оказавшийся в кабинете мужчины, который был старше, опаснее и, чёрт возьми, притягательнее, чем она хотела бы признать. Её сердце колотилось, но если бы кто-то спросил, она бы солгала, сказав, что ей это не нравится. Аарон нравился ей — его хриплый голос, его взгляд, его манера держаться, как будто он всегда на шаг впереди всех. — На удивление, не воняет табаком, — прокомментировала Сара, скользнув взглядом по комнате и остановившись на Аароне. Её тон был лёгким, с привычной дерзостью, но в нём мелькнула искренняя нотка удивления. Аарон не сдержался и рассмеялся, его смех был низким, чуть хриплым, и он заполнил пространство кабинета, как дым. Он прислонился к столу, скрестив руки, его тёмные глаза блестели, пока он смотрел на неё. — А ты собираешься, чтобы я умер от прокуренных лёгких? Не дождёшься, Мурка, — ответил он, его голос был пропитан иронией, но в нём чувствовалось тепло, которого Сара не ожидала. Она фыркнула, её губы растянулись в усмешке, и она плюхнулась на кожаный диван, чувствуя, как он слегка скрипнул под ней. Её чёрное платье с серебристыми заклёпками чуть задралось, но она небрежно поправила его, бросив на Аарона взгляд, полный вызова. Он наклонил голову набок, его глаза внимательно изучали её, будто он пытался разгадать, что она задумала. — Почему ты одна, без Майкла? — спросил он, его тон был спокойным, но в нём мелькнула тень любопытства. Сара пожала плечами, её пальцы слегка постучали по дивану. — Он сказал, что ты будешь ругаться, если он опять притащит меня, — ответила она, её голос был лёгким, но с намёком на насмешку. Аарон хмыкнул, его бровь приподнялась. — Ты в курсе, что твой мальчишка там тусуется с какой-то девицей и с «Драконами»? — спросил он, кивнув в сторону зала, откуда доносились приглушённые звуки музыки и смеха. Сара замерла на миг, её глаза сузились. — Рыжей? — спросила она, приподняв одну бровь, её голос был острым, как лезвие. Аарон покачал головой, его губы дрогнули в лёгкой усмешке. — Нет, Адель я бы узнал. Не знаю, кто она, — ответил он, его тон был небрежным, но внимательным. — Может, очередная девчонка приползла за деньгами какого-нибудь папика. Сара нахмурилась, её пальцы сжались на крае платья. Упоминание Адель, даже косвенное, вызвало в ней странное чувство — смесь раздражения и чего-то ещё, что она не хотела называть. Она посмотрела на Аарона, который уже повернулся к столу, его руки уверенно обхватили бутылку бурбона. Он достал ещё один стакан, и звук льющегося алкоголя был единственным, что нарушало тишину кабинета. — Ты знаешь Адель? — спросила Сара, её голос был тише, но в нём чувствовалась настороженность. Она наблюдала за ним, за тем, как его пальцы ловко распределяли бурбон по стаканам, за тем, как свет от лампы отражался в его тёмных глазах. — Есть такое, — Аарон рассмеялся, его смех был коротким, но искренним. — Она временами сюда приходит, я её видел неоднократно. Ей для этого и Майкл не нужен. Мне порой кажется, что эта девчонка меня сталкерит. Сара почувствовала, как внутри что-то сжалось, будто кто-то стиснул её сердце. Опять эта Адель. Её нахмуренные брови выдали её больше, чем она хотела, и она быстро отвела взгляд, чтобы Аарон не заметил. Но он заметил — его глаза мельком скользнули по её лицу, и он шагнул ближе, протягивая ей стакан с бурбоном. — Не переживай, Мурка, — сказал он, его голос был мягким, почти успокаивающим. — Я не Вишня, одним бокалом тебя не ограничу. Сара взяла стакан, её губы дрогнули в улыбке, но она тут же нахмурилась, когда Аарон продолжил, его тон стал шутливым, но с лёгкой провокацией: — Максимум — пять. Её глаза расширились, и она посмотрела на него с таким выражением, что Аарон едва сдержал смех. Он прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться в голос, но его глаза искрились весельем. Сара фыркнула, закатив глаза, но её улыбка всё же вернулась, хоть и была слегка натянутой. Она сделала маленький глоток бурбона, чувствуя, как тепло алкоголя растекается по горлу, и посмотрела на Аарона, который всё ещё стоял у стола, наблюдая за ней с той самой усмешкой, которая, кажется, уже стала её слабостью. — Пять, говоришь? — переспросила она, её голос был наполовину насмешливым, наполовину вызывающим. — Посмотрим, Хилл, кто из нас первый сдастся. Аарон хмыкнул, его взгляд стал чуть острее, но в нём мелькнуло что-то тёплое, почти опасное. Он поднял свой стакан, слегка наклонив его в её сторону, как будто принимая её вызов. Этот кабинет, этот момент, этот мужчина — всё это было как игра, в которой Сара ещё не знала правил, но уже не могла остановиться. Сара сделала ещё один глоток бурбона, чувствуя, как тепло алкоголя немного успокаивает её нервы, но не до конца. Она откинулась на спинку дивана, её пальцы слегка постукивали по стакану, а взгляд скользнул к Аарону, который всё ещё стоял у стола, наблюдая за ней с той же полуулыбкой, что заставляла её сердце биться быстрее. Она решила сменить тему, чтобы отвлечься от мыслей об Адель и Майкле. — Есть проблема, Аарон, — начала она, её голос был лёгким, но с лёгкой ноткой смущения. — Я не помню стук, который использовал Майкл, чтобы войти… Я уже думала вернуться домой и плакать в подушку. Последние слова она произнесла с явным сарказмом, её губы дрогнули в насмешливой улыбке, но в глазах мелькнула тень неловкости. Она действительно чуть не ушла, стоя перед той проклятой дверью, и мысль об этом всё ещё раздражала её. Аарон приподнял бровь, его усмешка стала шире, и он шагнул ближе, опираясь на край стола. Его тёмные глаза внимательно изучали её, будто он наслаждался её признанием. — Плакать в подушку? — переспросил он, его хриплый голос был пропитан иронией. — Не похоже на тебя, Мурка. Я думал, ты из тех, кто скорее выломает дверь, чем сдастся. Сара фыркнула, её улыбка стала чуть увереннее, но она всё же отвела взгляд, чувствуя, как её щёки слегка розовеют. — Ну, я же не совсем безбашенная, — ответила она, пожав плечами. — Но, серьёзно, как мне теперь запомнить этот ваш секретный стук? Или мне каждый раз тебя лично вызывать? Аарон рассмеялся, его смех был низким и тёплым, заполняя кабинет. Он поставил свой стакан на стол и скрестил руки, его взгляд стал чуть мягче, но всё ещё с той искрой, которая заставляла Сару чувствовать себя одновременно на своём месте и в опасности. — Может, я научу тебя, — сказал он, его тон был наполовину шутливым, наполовину серьёзным. — Но за это придётся заплатить, Мурка. Ничего в этом мире не бывает просто так. Сара вскинула подбородок, её глаза сверкнули вызовом. — И что ты хочешь за этот урок, Хилл? — спросила она, её голос был дерзким, но в нём мелькнула искренняя заинтересованность. Аарон наклонился чуть ближе, его усмешка стала почти хищной, но в его взгляде было что-то, что говорило, что он сам ещё не решил, как далеко готов зайти в этой игре. — Пока подумаю, — ответил он, его голос понизился до шёпота. — Но не расслабляйся, малышка. Я всегда беру своё. Сара закатила глаза, но её сердце забилось быстрее. Она сделала ещё один глоток бурбона, чтобы скрыть, как его слова задели её, и откинулась на диван, стараясь выглядеть непринуждённо. Этот кабинет, этот разговор, этот мужчина — всё это было как танец на краю пропасти, и Сара уже не была уверена, хочет ли она остановиться. Сара откинулась на спинку дивана, её пальцы всё ещё слегка сжимали стакан с бурбоном, но её взгляд стал серьёзнее. Она посмотрела на Аарона, пытаясь скрыть, как её сердце ёкнуло от волнения. Этот вопрос крутился в её голове с того момента, как она впервые услышала его фамилию, и теперь, в полумраке его кабинета, она решилась задать его. — Хотела спросить… — начала она, её голос был лёгким, но с ноткой осторожности, — ты знаешь миссис Хилл? Старушку, что держит лавку с травами, старинными вещами и всякими… прекрасными по-своему безделушками? Аарон замер на миг, его тёмные глаза сузились, а затем его губы растянулись в широкой, почти мальчишеской ухмылке. Он поставил свой стакан на стол с глухим стуком и скрестил руки, прислонившись к краю стола. Его взгляд, полный иронии и чего-то ещё, неуловимо тёплого, встретился с её. — Меня не настолько за все годы отбили по голове, чтобы я не помнил свою бабушку, — ответил он, его хриплый голос был пропитан лёгкой насмешкой, но в нём чувствовалась искренняя привязанность. Сара моргнула, её глаза расширились, и она чуть не поперхнулась бурбоном. Она ожидала чего угодно — уклончивого ответа, шутки, даже отрицания, — но не этого. Аарон Хилл, с его байком, казино и «Чёрными Драконами», был внуком доброй миссис Хилл, чья лавка пахла лавандой и уютом? Эта мысль была настолько неожиданной, что Сара не смогла сдержать короткий смешок. — Серьёзно? — вырвалось у неё, её брови приподнялись, а губы дрогнули в недоверчивой улыбке. — Миссис Хилл — твоя бабушка? Это… — она замялась, подбирая слова, — как-то не вяжется. Аарон хмыкнул, его ухмылка стала шире, и он наклонил голову набок, словно изучая её реакцию. — Что, думала, я из подворотни выполз? — спросил он, его тон был шутливым, но в нём мелькнула тень вызова. — Бабуля — единственное, что в этом городе держит меня на плаву. Но не вздумай ей трепать, что я тут с тобой трынжу, Мурка. Она мне уши надерёт. Сара рассмеялась, её смех был звонким и искренним, разрывая напряжение, которое всё ещё висело в воздухе. Она покачала головой, всё ещё пытаясь осмыслить, как миссис Хилл, с её мягкой улыбкой и рассказами о травах, может быть связана с этим мужчиной, чей мир был полон дыма, виски и опасности. — Не переживай, Хилл, — ответила она, её глаза блестели от веселья, но в них мелькнула искренняя теплота. — Твоя тайна в безопасности. Но… это правда неожиданно. Ты и миссис Хилл — это как… байк и лаванда. Аарон фыркнул, его взгляд стал чуть мягче, но он всё ещё смотрел на неё с той самой смесью интереса и осторожности, которая делала его таким притягательным. — Жизнь вообще штука странная, Мурка, — сказал он, его голос понизился, став почти интимным. — Привыкай. В Сентфоре всё не то, чем кажется. Он поднял свой стакан, слегка кивнув ей, как будто предлагая тост за этот странный город и их ещё более странную встречу. Сара ответила тем же, её улыбка была дерзкой, но в груди что-то сжалось — не от страха, а от ощущения, что она всё глубже погружается в мир Аарона, и этот мир, кажется, уже не отпустит её так просто. Их лёгкий, почти игривый разговор оборвался в один момент. Громкий выстрел разорвал гул казино, за которым последовали крики — мужские, яростные, и женские, полные паники. Сара замерла, её тело напряглось, глаза расширились, как у оленёнка, застывшего в свете фар. Стакан с бурбоном чуть не выскользнул из её рук, но она успела поставить его на стол, её пальцы дрожали. Аарон мгновенно бросил взгляд на дверь кабинета, его лицо стало жёстким, а глаза — холодными, как сталь. Он уже не был тем насмешливым мужчиной, который дразнил её минуту назад. Теперь перед ней стоял Хилл — лидер «Чёрных Драконов», готовый к бою. — Сюда, — рявкнул он, схватив её за руку с такой силой, что Сара едва не споткнулась. Он потянул её за собой, быстрым движением открыв ящик стола и схватив коробку с патронами. Его губы шевелились, бормоча что-то вроде «грёбаные ублюдки», но Сара едва разбирала слова, её сердце колотилось так громко, что заглушало всё вокруг. Аарон вывел её из кабинета, но вместо того чтобы направиться в зал, где крики и выстрелы становились громче, он повёл её в противоположную сторону — к узкой лестнице, ведущей в подвал. Его шаги были быстрыми, уверенными, а хватка на её руке — твёрдой, но не грубой. Они спустились вниз, в тёмный угол, где пахло сыростью и старым деревом. Аарон толкнул её в нишу, скрытую за штабелем ящиков, где её не было бы видно. — Присядь, — приказал он, его голос был низким, почти рычащим, но в нём чувствовалась стальная решимость. — Сиди молча. Я за тобой вернусь. Никаких звуков. Никаких криков. Ты меня поняла? Сара смотрела на него, её глаза были полны страха, но она заставила себя кивнуть. Её голос дрожал, когда она прошептала: — Я… поняла. Её сердце рвалось из груди, каждый удар отдавался в ушах, а горло сжалось от ужаса. Она опустилась на корточки, прижавшись к холодной стене, и зажала уши руками, скрутившись в комок, чтобы не слышать, не видеть, не чувствовать ничего, кроме тени, укрывшей её. Она пыталась дышать тише, но каждый новый выстрел из зала заставлял её вздрагивать. Тем временем Аарон, пригнувшись, быстро и бесшумно двинулся обратно к залу, прижимаясь к стене, как хищник, готовый к прыжку. Его пистолет был уже в руке, а взгляд — острым, выискивающим угрозу. Зал казино превратился в хаос: столы были перевёрнуты, карты и фишки валялись на полу, а воздух пропитался запахом пороха и крови. Крики смешались с грохотом выстрелов, и среди этого безумия Аарон узнал врагов — Ривервудские, те самые ублюдки, что уже не раз вставляли палки в колёса «Чёрным Драконам». — Ривервудские сукины сыны, — прорычал он себе под нос, его челюсть сжалась, а глаза сузились от ярости. Он заметил Вишню, укрывшегося за барной стойкой, его лицо было напряжённым, но собранным. Ещё один выстрел прогремел где-то рядом, и Аарон, пригнувшись, рванул через зал, бросившись за стойку к своему другу. Тяжело дыша, он прижался к дереву, проверяя патроны в обойме. — Как они пробрались? — спросил он, его голос был хриплым, но спокойным, как будто он уже привык к таким передрягам. Вишня, стиснув зубы, бросил на него быстрый взгляд. — Не знаю, но сейчас будут копы. Надо убираться, — ответил он, его тон был резким, но в нём чувствовалась та же стальная выдержка. Аарон хмыкнул, его губы дрогнули в горькой усмешке. — У Никсона будет повод меня закрыть, — пробормотал он, имея в виду местного шерифа, который давно мечтал прижать «Драконов». — Или опустошить твой кошелёк, — добавил Вишня, его голос был пропитан сарказмом и шуткой, несмотря на напряжение. Аарон кивнул, его взгляд скользнул по залу, оценивая ситуацию. Он знал, что времени мало — копы могли появиться в любую минуту, а Ривервудские явно пришли не просто пошуметь. Но в глубине его мыслей мелькнула Сара, спрятанная в подвале, её испуганные глаза, её дрожащий голос. Он стиснул челюсть, прогоняя эту мысль. Сначала нужно было разобраться с этим хаосом. Он бросил взгляд на Вишню. — Прикрывай. Я разберусь, — сказал он, его голос был твёрдым, как сталь, и он, пригнувшись, двинулся вперёд, готовый встретить врагов лицом к лицу. Но даже в этом хаосе, среди выстрелов и криков, он не мог полностью выкинуть из головы девчонку, которая, кажется, уже стала для него чем-то большим, чем просто случайной гостьей в его мире. Аарон, пригнувшись, двигался вдоль стены зала, его пистолет был наготове, а глаза выискивали каждое движение в хаосе казино. Выстрелы гремели, отражаясь от стен, крики смешивались с грохотом падающих столов, а запах пороха и крови пропитал воздух. Вишня остался за барной стойкой, прикрывая его, но Аарон знал, что Ривервудские не уйдут просто так. Эти ублюдки пришли с целью — нанести удар по «Чёрным Драконам», и он не собирался давать им этот шанс. Он заметил одного из врагов, высокого парня с татуировкой змеи на шее, который целился в Вишню из-за перевёрнутого покерного стола. Аарон мгновенно поднял пистолет, выстрелил, и парень рухнул, схватившись за плечо. Но в этот момент краем глаза он уловил движение сбоку — ещё один Ривервудский, с пистолетом в руке, вынырнул из тени у барной стойки, его оружие было направлено прямо на Аарона. Время будто замедлилось, Аарон начал разворачиваться, но понял, что не успеет. Громкий выстрел разорвал воздух, и Аарон инстинктивно напрягся, ожидая боли. Но вместо этого Ривервудский, что целился в него, рухнул на пол, его глаза остекленели, а из груди хлынула кровь. Аарон резко повернул голову и увидел Викторию, стоящую в нескольких метрах позади. Её руки крепко сжимали пистолет, поза была твёрдой, а тёмные волосы растрепались, падая на лицо. Её глаза горели яростью, но в них мелькнула тень триумфа. Она только что спасла его. — Не благодари, — бросила она, её голос был резким, но с лёгкой дрожью. Она опустила пистолет, но её взгляд всё ещё был прикован к Аарону, полный смеси злости и чего-то, что он предпочёл не замечать. Аарон стиснул челюсть, его сердце колотилось, но он лишь коротко кивнул, не тратя времени на слова. Он не любил быть в долгу, особенно у Виктории, но сейчас было не до этого. Выстрелы продолжали греметь, и он знал, что копы уже на подходе. Он бросил взгляд на Вишню, который кивнул ему, подтверждая, что держит позицию. — Уходим! — рявкнул Аарон, его голос перекрыл шум. Он махнул рукой, указывая на задний выход, и несколько «Драконов», уцелевших в перестрелке, начали отступать, прикрывая друг друга. Но его мысли снова вернулись к Саре, спрятанной в подвале. Он не мог оставить её там, не в этом хаосе. Пробираясь к выходу, Аарон бросил ещё один взгляд на Викторию, которая двигалась за ним, всё ещё сжимая пистолет. Её лицо было напряжённым, но она держалась уверенно, как человек, привыкший к таким передрягам. — Не отставай, — бросил он ей, его голос был холодным, но в нём мелькнула тень благодарности, которую он не хотел признавать. Виктория фыркнула, её губы дрогнули в горькой усмешке. — Не мечтай, Хилл, — ответила она, но её глаза всё ещё искали его взгляд, как будто она ждала чего-то большего. Аарон не ответил, его мысли уже были в подвале. Он рванул к лестнице, ведущей вниз, его ботинки гулко стучали по ступеням. Добравшись до ниши, где он оставил Сару, он нашёл её там, сжавшуюся в комок, с руками, зажимающими уши. Её лицо было бледным, глаза — полными страха, но она сидела молча, как он и просил. Увидев его, она вздрогнула, но тут же выпрямилась, её дыхание было тяжёлым. — Аарон… — прошептала она, её голос дрожал, но в нём чувствовалась искренняя облегчённость. — Пойдём, Мурка, — сказал он, его голос был твёрдым, но мягче, чем обычно. Он протянул руку, помогая ей встать. — Надо валить. Быстро. Сара кивнула, её пальцы крепко сжали его руку, и она поднялась, всё ещё дрожа, но стараясь держаться. Аарон вывел её из подвала, его рука снова легла на её талию, направляя через тёмные коридоры к заднему выходу, где уже ждал Вишня с несколькими «Драконами». Звуки сирен копов уже доносились снаружи, и Аарон знал, что времени почти не осталось. Он бросил взгляд на Сару, её бледное лицо и решительный взгляд, и понял, что эта девчонка, несмотря на страх, не собирается ломаться. Но в глубине души он чувствовал, что её присутствие здесь, в его мире, только усложняет всё — и для него, и для неё самой. Аарон, не теряя времени, почти швырнул Сару в чёрный пикап, припаркованный у заднего выхода казино. Хаос вокруг всё ещё гудел: звуки сирен приближались, крики затихали, а «Драконы» разбегались, растворяясь в тенях Сентфора. Никто, кроме Виктории, не обратил на Сару внимания. Её взгляд, острый и полный злости, проследил за тем, как Аарон заталкивал девчонку в машину, но она не сказала ни слова, лишь сжала губы и отвернулась, уходя в толпу. Машина рванула с места, шины взвизгнули по асфальту, и пикап быстро исчез в темноте, оставив за собой лишь клубы пыли. Сара вжалась в кожаное сиденье, её пальцы сжимали край чёрного платья, а взгляд был прикован к дороге, мелькающей за окном. Её сердце всё ещё колотилось, дыхание было неровным, а в голове крутился вихрь из выстрелов, криков и крови, которую она видела в зале. Она пыталась собраться, но страх, как холодный пот, всё ещё лип к её коже. Аарон, сидя за рулём, бросил на неё короткий взгляд, его лицо было напряжённым, но голос, когда он заговорил, был спокойным, почти успокаивающим: — Успокойся, Мурка. Уже всё хорошо. Ты цела, жива. Он свернул с главной дороги, направляя машину в сторону леса, туда, где асфальт сменялся узкими тропами, а фонари исчезали, уступая место густым теням деревьев. Сара не знала, куда они едут, но её это, как ни странно, не пугало. Она доверяла ему — или, может, просто не хотела сейчас думать о том, что будет дальше. Они ехали к его дому, о котором никто не знал. Небольшой деревянный коттедж, спрятанный среди сосен, был его убежищем — уютным, но строгим, с камином, старой мебелью и всем необходимым, чтобы переждать бурю. — А ты? — спросила Сара, её голос был тихим, почти шёпотом, но в нём чувствовалась искренняя тревога. Она повернула голову, её глаза, всё ещё полные страха, внимательно посмотрели на него. Аарон промолчал. Его левое плечо ныло, тёплая струйка крови медленно стекала под курткой, пропитывая ткань, но он сидел так, чтобы Сара не заметила. Рана была не смертельной, но достаточно глубокой, чтобы доставлять боль с каждым движением. Он стиснул зубы, его пальцы крепче сжали руль, но голос, когда он наконец ответил, был ровным, убедительным: — Всё хорошо. Наивная Мурка, поверила. Её плечи слегка расслабились, она откинулась на сиденье, всё ещё глядя на дорогу, где тени деревьев мелькали в свете фар. Она не видела, как Аарон на миг скривился от боли, когда повернул руль, не видела, как его правая рука невольно коснулась плеча, проверяя, насколько сильно течёт кровь. Он не хотел, чтобы она знала — не сейчас, когда она и так была на грани. Машина остановилась перед коттеджем, окружённым тишиной леса. Аарон заглушил двигатель, его взгляд скользнул по Саре, которая всё ещё сидела, вжавшись в сиденье, её светлые волосы были растрепаны, а чёрное платье с заклёпками выглядело неуместно в этой тишине. Он знал, что привёз её сюда не просто так — это было место, где он мог держать всё под контролем, где ни копы, ни Ривервудские не найдут их. Но в глубине души он чувствовал, что её присутствие здесь, в его убежище, меняет правила игры — и он пока не знал, к чему это приведёт.