В плену роскоши.

— Знаешь, это утруждает… В ответ тишина. — Ты понимаешь о чём я говорю. Эти двое кружат вокруг друг друга так, будто не могут ничего сделать. Молчание. — Он ведь король! Он буквально забрал трон силой, подчинил себе всю Итаку. Всё, что ему нужно сделать — это сказать пару слов, и принц тут же растает в его объятиях. Всё ещё нет ответа. — За всей драмой та-ак интересно наблюдать, но это та-ак утомляет, тебе не кажется? Кивок. — Ты так хорошо меня понимаешь, дорогой. — Афродита оставляет поцелуй на щеке молчаливого Ареса. Она давно положила глаз на эту парочку: уж больно интересная история любви складывалась между ними. Да и с тех пор, как Афина стала слишком занята спасением Одиссея, на Олимпе делать было почти нечего. Её маленькая божественная игра давным-давно закончилась, а понаблюдать за представлениями богине любви очень хотелось. И кажется удача была на её стороне. Потому что эта парочка была что-то с чем-то. — Как думаешь, должна ли я снизойти и помочь им? Тишина. Очевидно, из них двоих в этом разбирается больше точно не Арес. — Я, конечно, не сделаю всю работу за них. — Она фыркает, поправляя длинные волосы. — Но маленький толчок бы им не помешал. — Как посчитаешь нужным. Губы богини тут же изгибаются в хитрой улыбке. Она не сделает ничего нового: лишь подёргает за ниточки нескольких человек, чтобы эта маленькая драма обрела новые краски. Всё остальное сделают эти двое. О, это будет очень интересно…

***

Телемах заканчивает одиночную тренировку, когда слышит тихие, приближающиеся голоса. На мгновение его сердце останавливается, но тут же продолжает биться, когда он не слышит голоса Антиноя. Слабую щемящую боль в груди он упорно игнорирует. — …Но это было довольно тяжело. Они ни в какую не хотели соглашаться на этот договор. Эвримах лишь смеётся в ответ на слова Амфинома. — Ты бы знал об этом, если бы присутствовал на собраниях, знаешь… — О, помолчи. — Эвримах хлопает его по плечу. — Это нудно. Я предпочту провести время с служанками, чем выслушивать ваши бессмысленные споры. О, малец! Принц вздыхает, понимая, что его всё таки заметили. Он поворачивается к ним, складывая руки на груди. — Эвримах. — Холодный взгляд сменяется на более тёплый, когда он поворачивается к Амфиному. — Амфином. Последний лишь молча машет ладонью в ответ. — Что ты здесь делаешь? — Тренируюсь. — Телемах вздыхает, не особо желая разговаривать с самым раздражающим человеком в этом дворце. — Уже заканчиваю. — О, не так быстро. — Эвримах подхватывает его за локоть, когда принц собирается пройти мимо. — Ты такой недружелюбный. Я даже не успел ничего сказать. — Эвримах… — Амфином пытается его остановить, но тот лишь отмахивается от него. Телемах с силой вырывает руку из хватки, хмуро вскидывая голову. — Чего ты хочешь? — О, ничего особенного. — Ухмылка Эвримаха сменяется оскалом. — Просто ты в последнее время всё больше и больше ведешь себя так, будто вновь вернул себе контроль. Хочу напомнить тебе о твоём месте. — Эвримах… — Да помолчи ты. — Шикает он на Амфинома, не сводя взгляда с принца. Тот вновь пытается что-то сказать, но их разговор прерывает голос Антиноя. — Что здесь происходит? Телемах замирает. Это их первая встреча впервые с того момента, как он не сдержался. С тех пор принц старался избегать его. И у него это отлично получалось ровно до сегодняшнего дня. — А, дружище. — Телемах готов поклясться, что видит раздражение в его глазах. — Ничего особого, мы просто болтаем. — И уже уходим. — Добавляет Амфином, потянув его за собой. — У нас ещё есть дела. Хорошего дня, Телемах. Говорить с Эвримахом ему не хотелось. Но оставаться наедине с Антиноем всё же отталкивало вдвойне. Не потому что он его ненавидел — это уже давно было понятно — а потому что он боялся наконец догнавшей его реакции. Ной провожает советников взглядом, а после поворачивается обратно к принцу, оглядывая уже его. Телемах открывает рот, чтобы извиниться и убежать, но он оказывается быстрее. — Прогуляешься со мной? Принц звонко щелкает челюстью, закрывая рот. На мгновение он хочет отказаться. Ему слишком стыдно даже смотреть в чужие глаза, о каком разговоре идёт речь? Но серьёзный взгляд Антиноя останавливает его. — Да… Конечно. Будь что будет.