Наяву чужой

Я отшатнулся, будто меня ударили током. Сердце бешено колотилось. — Кто… кто вы?.. — голос мой сорвался, а слова застряли в горле. Пастух стоял неподвижно, будто из камня. Колокольчик на конце посоха тихо звякнул от ветра. Его голос прозвучал глухо, словно сквозь ткань маски: — Тот, кто слышит звон — слышит и шаги за спиной. Я моргнул. — Что?.. Он медленно наклонил голову, как будто прислушиваясь. — Шаги, что тянутся за тобой во сне, могут догнать, если поверишь, что это только сон. Холодок пробежал по коже. — Я не понимаю, что происходит… Колокольчик дрогнул. — Сон — не место для игр. Там, где падает свет, там рвётся жизнь. — Ты хочешь сказать… что это всё реально?.. Он замер, потом тихо, почти шёпотом произнёс: — Сон может убить тех кто наивны. Слова ударили сильнее, чем я ожидал. Я сжал кулаки. — Что мне делать? Пастух сделал шаг ко мне. Овцы послушно двинулись следом, будто тени. Он взял мою руку, раскрыл ладонь, положил что-то холодное и сжал мои пальцы. — Дороги есть только у тех, кто слышит стук колёс. Я медленно разжал руку. На ладони лежал билет. Пожелтевшая бумага с символами странных знаков и черт. Ни названия поезда, ни станции отправления, ни пункта назначения. Просто… билет. — Куда?.. — прошептал я. — Ищи заброшенное депо, когда небо разорвёт гром, когда дождь зальёт улицы и туман спрячется в каждом дворе. Я поднял взгляд. — Ты мне помогаешь?.. Он медленно покачал головой. — Я не друг и не враг. Не ищи во мне спасения. Развернулся, тихо, спокойно, и пошёл прочь. Колокольчик на посохе звенел в такт шагам. Овцы одна за другой потянулись за ним, пока их белые спины растворились среди заброшенных домов. Я стоял, сжимая билет. …Дом встретил тишиной. Я бросил сумку, сел за стол, достал карту города. Искал глазами, пока наконец не нашёл: старая промышленная зона, за ней — заброшенное депо. В этот момент воздух разорвал треск. Я вздрогнул. С крыши дома донёсся звонкий удар молнии в громоотвод. Окно озарило белым светом. Я подошёл к стеклу. Ливень. Улицы затопило. В воздухе клубился туман, густой. Всё выглядело так же, как сказал пастух. Я не думал. Просто надел куртку, взял билет и вышел на улицу. Дождь бил в лицо, холодный, тяжёлый. Я шагал, не разбирая дороги, пока серые контуры города не сменились заброшенными цехами. Депо. Огромная тень среди тумана. Рельсы блестели мокрым металлом. И тогда я услышал: далёкий, хриплый стук колёс. Из тумана вынырнул поезд. Весь раздолбанный, будто прошёл сотню аварий. Стёкла разбиты, корпус в вмятинах и ржавчине. Он медленно остановился напротив меня. Двери с протяжным скрипом открылись. Я шагнул внутрь — и мир изменился. Внутри поезд был совсем другим. Уютные коридоры, мягкий свет. Купе с белыми простынями на кроватях, будто это вовсе не тот ржавый монстр снаружи. Я шёл по вагонам и чувствовал: я здесь не один. В некоторых купе мелькали тёмные силуэты, неподвижные, без лиц. Тени людей. Я замер, затаил дыхание. Инстинкт шептал: не привлекай внимание. Шаги эхом отдавались по коридору. Я дошёл до кабины машиниста. Рука легла на холодную ручку. Дверь скрипнула и медленно открылась.