Осколок от звезды

Чужая квартира встретила приезжих запахом сырости. Здесь давно никто не прибирался. Двоюродная сестра Хоши жила здесь до одного несчастного случая, о котором Окумура и её мама узнали недавно. Тётя, сестра мамы, узнала о гибели дочери в ноябре 2003. Приехала навестить её, а вместо живой девочки обнаружила бездыханное тело в ванной. Но говорить об этом не стала никому. Она тихо пережила потерю дочери, устроила похороны в Токио, где она и провела свою юность, где были её старые знакомые, которые смогли оказать ей должную поддержку. А на вопрос «Почему она не сказала об этом остальным родственникам?», она долго молчала. И вскрылось это достаточно глупым способом. Старый знакомый Нанами прислал письмо с соболезнованиями на адрес матери в деревне. Он перепутал адреса сестер, но все же интересно, почему так поздно. Хоши долго не могла принять это, особенно после того, как тётя это умело скрывала. Говорила, что Нанами не пишет, потому что слишком занята в университете, что скоро навестит их. Сестра для Окумуры была всем. Она была олицетворением женственности и взрослости для маленькой девочки. Между ними было всего четыре года разницы, но и этого было достаточно, чтоб увлечения в детском возрасте достаточно сильно отличались. Бабушка всегда успокаивала Хоши, когда она плакала в детстве и спрашивала «Почему Нанами не хочет со мной гулять? Ей не интересно со мной?». Бабушка поглаживала её по голове и ласково проговаривала « Просто именно сейчас у вас слишком заметна разница в возрасте, ты станешь постарше, и вам будет о чем поговорить». Вот только Нанами вплоть до своего поступления в университет и после не замечала Хоши. Они пересекались почти что каждый день, но из года в год им так и не было о чем поговорить. Она очень сильно желала обратить на себя внимание сестры, что оказывала такое сильное влияние и впечатление на неё. Нанами просто проявляла обычную вежливость, но никогда не разделяла заинтересованности в общении как её сестренка. А теперь и говорить уж нечего, они больше никогда не смогут поговорить. Хоши больше никогда не сможет понаблюдать за ней, как она играет на гитаре теплым вечером на радость деревенской детворе. Она никогда не сможет сказать ей «Я тебя люблю». Она не сможет побывать на её свадьбе, и посмотреть на будущих племянников. Она не сможет высказать ей всё свое восхищение. Не сможет банально обнять её. Тётя долго не хотела говорить, но под напором сестры рассказала, что Нанами достаточно продолжительное время рассказывала маме о неком «крутом-парне», какой-то парнишка, который так сильно вскружил ей голову, крутой-парень то, крутой-парень сё. Ни фамилии, ни полного имени тётя так и не узнала. Какой-то парень, который старше её дочери аж на шесть лет! Нанами написала письмо матери в конце октября 2003 года. Из письма тётя поняла, что с этим «Крутым-парнем» что-то случилось, и что Нанами очень плохо. Писала, что больше не видит смысла в жизни, и что готова добровольно уйти из жизни. Что за бред? Какого хрена она вообще пишет такую чушь? Окумура не верила в это, она не хотела верить в то, что сестра все же осуществила задуманное. Именно из-за этого Хоши и Арата сейчас стоят на пороге брошенной квартиры. Тетя была здесь после похорон и больше не появлялась. Арата не знал про сестру ничего. И принял её уход ещё тяжелее. Арата попросил главу отделения полиции в их поселении о переводе в столицу, с целью посетить могилу сестры. Глава отделения был наслышан о случившейся трагедии и не отказал подчиненному, все таки, Арата был почти лучшим из своего года. А Хоши увязалась за ним сразу, как только услышала про новость о переезде. Провести последний год старшей школы в яркой столице, что может быть лучше? Находиться в маленькой деревушке, где одна школа на всех, где все друг друга знают, настолько надоело, что выть хотелось. Этот переезд — это возможность начать новую жизнь. Каждый новый день будет наполнен новыми людьми и новыми событиями. Другая школа, другие люди. Совсем другой менталитет. Шанс быть другим человеком и по-новому преподнести себя обществу. Какой же Хоши будет идиоткой, если не воспользуется этой возможностью. Квартира срочно нуждалась в уборке. При включенном свете отлично видно витающую под потолком пыль. На кухне в раковине стоит один пустой стакан. В спальне у стены стоит одинокая кровать и тумбочка рядом с ней. А в зале, совмещенном с кухней, небольшой пожелтевший диванчик, на телевизионной тумбе телевизора не было. И очень грязные полы. Предстоит много работы. Будет потрачено много денег. Но весь этот процесс закупки мебели и всяких мелочевок для дома был приятен Окумуре. Она испытывала нереальное удовольствие от распаковок сумок или упаковок их куда-то. Так что уберет она эту квартиру не без труда, но с превеликим удовольствием. А Арата пусть едет выбирать мебель, во время уборки он будет лишь мешать, а сорить деньгами он прекрасно умел, пусть этим и занимается. Спать хотелось нереально. Хоши представляла, как устал Арата, после шести часов за рулем. Но сделать это в засраной квартире не представлялось возможным, а убираться ни у кого уж сил не было точно. Они оставили здесь все свои чемоданы, взяли собой по зубной щетке, пасту и выехали в ближайшую гостиницу. Когда они уже легли по кроватям, Окумура активно пытался успокоить разбушевавшийся разум, радость и нереальный шок от мысли, что она находилась в самом Токио! Сколько всего хотелось сделать. Сколько мест хотелось посетить. И одно из них – это могила сестры. К которой наверняка, никто не подходил после тех похорон в ноябре. Может быть пару раз однокурсники. Но она никогда не отличалась общительностью, скорее всего и хотя бы одну подругу завести не успела. Хоши хотелось сыграть на гитаре на могиле сестры. Гитара принадлежала сестре, единственная вещь, которая разжигала детскую ностальгию. Которую хотелось, обнять, словно обнимаешь человека. Токио встретил их дождем, который все еще стучал по окнам. Засыпать под него было отдельным наслаждением.

***

7 Апреля 2004 года Сегодня начинается последний учебный год в старшей школе. Новый класс. Новые одноклассники. Казалось, что дышать с каждым шагом к кабинету становилось тяжелее. От волнения немного тряслись руки. Разные мысли лезли в голову. Что если её не примут? Как с ней вообще будут общаться? Как будут относиться? Не будет ли их волновать её внешний вид? Она знала, что эта школа не из лучших в Тошиме. Здесь было позволено ходить в чем душе угодно, в рамках разумного естественно. Но было ли разумно нацепить на себя мужскую форму? Наверное, она сильно увлеклась с этим переодеванием. Всё её школьное время над ней, мягко говоря, издевались. Её вес выходил за рамки привычных обществу. Ну конечно, кто же в средней школе при росте сто шестьдесят, весит семьдесят пять. Старая форма на ней попросту не сходилась, в то время как все её ровесницы носили форму всю среднюю и почти всю старшую школу. Потому что та покупалась на вырост. В Японии все девочки миниатюрные худышки. А Окумура, в связи со своей страстью к еде, никак не могла являться эталоном красоты маленьких девочек. Да её это, проще говоря, и не волновало, да и остальных детей собственно тоже. До определенного момента. В средней школе почти все девочки резко стали увлекаться внешностью. Разговоры об игрушках резко перешли к помадам и расческам. Хоши, имея перед собой яркий пример женственности, сестру, немного-то разбиралась в этих блесках и маечках. Но разбираться это одно, а уметь пользоваться совсем другое. Хоши взяла из косметички мамы ярко красную помаду и странного синего цвета тени. По примеру из журнала пыталась накраситься, но ничего не получилось, так и пошла в школу. Девчонки сразу подняли её на смех. Ядовито шутили о неумелом макияже, плавно переходя к теме про вес. Она не понимала, что не так, если все всегда с ней нормально общались. А это не город, здесь все с детского сада и до конца школы вместе, никуда не переведешься. В этом возрасте все подростки вспыльчивые и в общем странные по поведению. И Хоши ничем не отличалась. На все подколки она реагировала слишком резко и громко, что казалось окружающим еще смешнее. В общем говоря, она привыкла к такому отношению, она даже завела подругу из параллельного класса, такую же запуганную девочку. Они общались с ней вплоть до первого года старшей школы. Та девчонка уехала из их захолустья, не оставила номера или адреса для дальнейшей связи, ничего. Хоши опять осталась одна. У неё были слишком широкие плечи и узкий таз, поэтому, когда она носила мешковатую одежду, это выглядело очень несуразно. Со спортом Окумура не ладила. В детстве она пробовала много секций, но больше месяцев двух она не задерживалась. Кроме плавания. Им она занималась почти всю младшую школу, а потом бросила. Не добившись успеха ни в какой из спортивных секций, она ударилась в рисование, но и оно не шло. Дело дошло до музыки. У неё получались складные стишки, но не более. Сколько она не пыталась, игра на инструментах не поддавалась ей. Осталось пение, петь она умела с детства, вот только у них не было какого-нибудь детского хора в деревне. А в школе музыкальный кружок кипел злыми ребятами, которые не хотели принимать Хоши к себе. Так она ни чем и не занималась. Кроме еды её ничего не привлекало. Если было скучно, она шла и ела. Если возвращалась расстроенная из школы, то заедала стресс. Когда была рада, поощряла себя сладким. Так и жила. Со временем она стала специально голодать, в модных журналах Нанами она вычитала про диету, во время которой можно есть только раз в день, и то одно яблоко. Это было сложно. Особенно как о Хоши вычитала все в том же журнале, она потребляла слишком много калорий. Статья про быстрое похудение была прочитана несчетное количество раз. Там же снизу была формула расчета нормы калорий в сутки. Среди вещей Окумуры появилась небольшая тетрадка для счета калорий и вырванный в ней из журнала перечень продуктов с числовым обозначением. На долго её не хватило. Спустя недели две она сорвалась и ночью смела всё, что было не прибито в холодильнике. С каждым разом становилось все легче не есть. А метод, который она опять же вычитала в журнале под заголовком «Что делать, если вас обсуждают за спиной?» она использовала ежедневно. Просто закрывала глаза и вспоминала тексты любимых песен. Их ей открыл Арата. В отличии от сестры, он относился к Хоши хорошо. Если с Нанами разница в возрасте была четыре года, то с Аратой аж все десять. Он всегда с радостью приглашал Хоши к себе в комнату, в которой находиться ей было одно удовольствие. Все стены были обклеены огромными постерами металл групп. А от музыки сотрясались стены. Именно Арата познакомил её с такими группами как: System of a Down, Linkin Park, Disturbed, Korn, Taia, Maximum the Hormone, Onmyo-za. Именно он и подарил ей тот диск, что они включали в машине. Брат и выглядел раньше как те мужики с плакатов. Ходил с длинными волосами и в кожанке. Конечно, после того как он устроился на работу, ему пришлось сменить стиль одежды, прятать татуировку на предплечье, но он с удовольствием водил Окумуру на музыкальные фестивали в соседних городах. В пятнадцать лет у Хоши в голове сформировался четкий образ мужчин, по которым многе девушки сходили с ума в клубах. Высокие и тощие, с широкими плечами. Желательно длинные и ухоженные волосы. Она не хотела становиться именно парнем, но образ, который она носила в голове, олицетворял спокойное состояние, в котором если она будет находиться, никто не будет её трогать. В целом, на девочку она и не была похожа никогда, ресницы мелкие, женственных черт лица не наблюдалось, плечи слишком широкие, а волосы всегда были коротко подстрижены. Слегка басистый голос. В целом, она выглядела как яркий представитель сукэбан. За три года она исхудала до страшного состояния, в росте она вытянулась до ста семидесяти пяти и теперь походила на тощих моделей из журналов. Приезжая в Токио, она лишь хотела попробовать себя в таком образе. В конце концов, её здесь никто не знает, можно перевестись в другую школу, в другой район и все. Людей слишком много, каков шанс того, что она встретит простых прохожих еще раз? Население достигало двенадцати миллионов людей. Возможно, Хоши казалась слишком самонадеянной, но кто все такие, чтоб её осуждать? В феврале ей исполнилось семнадцать, прекрасный возраст для учебы и дружбы. Коридоры пустели на глазах, недавно прозвеневший звонок оповестил о начале урока. Хоши плутала в тщетных попытках найти свой кабинет. Школа была чистой, голубые стены и белые рамы. В ней было так светло. Не то, что её старое подобие в деревне. На глаза попалась табличка «3-2», вот он. Наверное, будет выглядеть слишком клишировано, странная новенькая опоздала на урок и её представят перед всем классом. В конце концов, опоздала она из-за Араты, который слишком долго возился со своей машиной. Все собравшиеся ребята в классе уже знают друг друга, они лишь перемешались старыми составами. Поэтому Хоши и подумала, что лучше её представят сразу и один раз, и ей не придется неловко стоять в дверях кабинета, ища свободное место и попутно отвечать на вопросы о ней. Дверь слишком громко открылась, оповещая о новом ученике. Учительница, что стояла у доски, слишком недовольно посмотрела на Хоши. Ученики все как один повернули голову в сторону двери. — Здравствуйте, извините, я немного заблудилась,— Хоши закрыла за собой дверь и подошла к учительскому столу. Учитель Оосима, как было написано на бейдже, кивнула и подошла к Окумуре, положила руку ей на плечо и слегка похлопала. — Класс, внимание! У нас новень…кая, — все еще с сомнением протянула окончание учитель. Естественно документы подделать Хоши не могла, да и незачем. В школе она точно не собралась заводить знакомств, и ей осталось провести здесь всего год. То, как она выглядит, заботить уж точно никого не должно, особенно если обратить внимание на остальных учащихся. Пару девочек с короткими волосами, немного парней с длинными. И почти все одеты по-разному. С яркими аксессуарами: серьги, браслеты, различные прически. Хоши особо не выделялась. — Окумура Хоши. Можешь садиться за вон ту парту, рядом с Танакой. Хоши, как и полагается, слегка поклонилась, а потом, не поднимая взгляда, направилась к крайнему ряду от стены за предпоследнюю парту. Сосед Окумуры приветливо улыбнулся и слегка кивнул ей. На этом всё внимание к её персоне закончилось на следующие сорок минут. По истечению времени прозвенел звонок и все повскакивали с мест. Танака повернулся к своей соседке и протянул руку для рукопожатия — Приятно познакомиться, я Исао Танака, можно просто по имени. Хоши неохотно, но протянула руку в ответ, все же заводить знакомства с бандитами в первый же день не планировалось, а именно таким Исао и выглядел. Расстегнутая и неопрятно заправленная рубашка, осветленные волосы до желтоватого оттенка. На обоих ушах проколот хрящ. Сам по себе жилистый, через одежду видно спортивное телосложение. — Мне тоже приятно, — кивнула она и опять приступила к разглядыванию собеседника, —Можно тоже по имени. К ним сбоку подошел высокий и худощавый парень. Волосы растормошены так, что на лицо спадало пару прядей. Пиджак и галстук, которые Хоши заметила еще на нескольких ребятах в коридоре. Странно, что он ходит в форме, когда может позволить себе чуть-чуть свободы. — Привет! Исао-о, ты уже успел подружиться с новеньким? — протянул он и сел на освободившееся место перед Танакой. — С новенькой. И нет, пока не успел. — Я Ооцука Хаято!— тоже протянул руку парень и энергично пожал протянутую ладонь. Потом он обратился к Исао и они о чем-то заговорили. Хоши стало немного неловко от неожиданного знакомства. Ребята видимо были лучшими друзьями, они очень мило общались и без конца смеялись. Со стороны казалось, что их характеры и внешность как будто поменяли местами. Со стороны выглаженный Хаято казался тихим заучкой, а грозный Исао должен быть громким и грубым. Но на деле Хаято без конца жужжал над ухом друга и постоянно шутил какие-то пошлые шутки. За ними было приятно наблюдать. Хоши и не заметила, как она достаточно продолжительное время тупо пялилась на этих двоих со странной улыбкой. Парни, конечно, заметили это и вопросительно уставились на девушку. — Ты…хочешь с нами? — протянул Хаято и перевел неловкий взгляд на Исао. — Чего? — видимо парни куда-то собирались и подумали, что она хочет с ними. — Ну, ты так смотрела… — А, извините, я просто задумалась. — А-а, бывает, ну так, хочешь с нами? — Куда? — На большой перемене хотим сгонять в магаз напротив. Давай с нами? Ты все равно ещё не познакомилась тут ни с кем,— подал голос уже Исао. — А-а…, ну, да, наверное? — можно ли было назвать это «приятным знакомством», наверное да. В конце концов, пока никто не начал смеяться за спиной или глумиться любым другим способом. А это уже успех. — Окей! В этот момент к их парте подошла новая одноклассница Хоши. На её бейдже было имя «Чиёко Исихара», а снизу «дежурный». Прическа встормошенная, крашеные выцветшие рыжие волосы. Поверх формы на поясе повязана ярко розовая кофта. В ушах большие круглые серьги. На руках браслеты. Что-то на подобии гяру, только не хватало соответствующего макияжа. А в руках она несла еще один бейдж. Она протянула его Хоши. — Исихара Чиёко! Сегодня ты дежуришь со мной, Окумура-кун,— быстро протароторила она. — Она девочка. Дура ты,— раздраженно поправил её Хаято. Недовольно вздохнув, он сложил руки на груди и скептически поднял бровь. Исао кинул на него смешливый взгляд. — Ну, извини, я пришла после классного часа. Оосима-сан сейчас выловила меня в коридоре и попросила оповестить Окумуру о том, что она дежурит сегодня со мной. — Она недавно вышла отсюда. Она сказала бы сразу. Чего ты хочешь от Хоши?— не унимался Хаято. — Да ничего я не хочу! Я вообще не с тобой говорила! Мне сказали, я сделала,— Исихара недовольно цыкнула, обводя взглядом Хоши. — Ага, девиз твоей жизни…,—повторил цыканье Исихары Хаято и закатил глаза. — Да отвали ты! Окумура, сегодня после уроков задержись, мы уберемся в классе и я тебе всё здесь покажу. — Она обещала сегодня после уроков пойти с нами! Она уже занята, —не унимался Хаято. — Я слышала ваш разговор, вы договорились только про перемену. В общем, жду тебя после уроков, —она раздраженно кинула бейдж на парту и ускакала к ряду у окна. Хоши подняла предмет, повертела его в руках. «Окумура Хоши. Дежурный» — Тц! Достала уже…Хоши, посылай её в следующий раз,— Хаято потянулся и выхватил из рук Хоши бейдж, поразглядывал его с абсолютно безразличным лицом и кинул его на стол. — Почему? — наконец прервала молчание Окумура. — Ну…, — уже было начал Хаято, но в это момент прозвенел звонок. В кабинет быстро влетел молодой учитель математики, попутно здороваясь с классом.

***

— А ты разве не слышала? —Хаято запихнул в себя слишком много еды и попытался сейчас её прожевать, параллельно сплетничая с Хоши. Они сидели на лестнице, которая ведет на крышу. Дверь была закрыта, но и здесь было тихо и достаточно пространства для трапезы. Исао опустил взгляд в пол и тихонько жевал какой-то батончик, запивая молоком. Хаято купил в магазине две булки, бутылку газировки, пару шоколадных батончиков. И сейчас он пытался впихнуть в себя все сразу. Когда он подавился, Хоши спешно похлопала его по спине в нетерпении уже ждать сплетни. Хаято слишком затянул интригу. И когда Хоши спрашивала его на предыдущих переменах о Исихаре, Ооцука отмахивался. — Нет. — Исихара — шлюха! — Че? — Что слышала. А еще она из «этих», —Хаято показал пантомимой длинные ногти и серьги.— Она бесит! Вечно липнет ко всем, заноза в заднице. А ещё она сестра Оосимы-сан, двоюродная. И поэтому учителям похер на неё. — Да ну, бред какой. С чего вдруг все решили, что она этим занимается. — Мы с ней в одном классе уже два года, поверь нам,— встрял Исао, не отводя взгляд от пола. — Она дикая сплетница! Отдежурь с ней сегодня и больше не связывайся,— закивал словам Исао Хаято. — Ну мне-то она что сделает?— не унималась Хоши, она всеми силами пыталась оправдать незнакомого ей человека. Почему? — А ещё она уводит чужих парней! — Ну и кого она увела? Хаято с самодовольной улыбкой показал на Исао. Тот, наконец поднял голову. — Тебя что ли? — Почти,— Исао замялся и начал бегать глазами по собеседнице.— Вышло недоразумение… — Короче!— перебил друга Хаято, активно жестикулируя.— Исао встречался с одной девчонкой с параллели. Исихара ещё с ней в одном клубе. Однажды кто-то из ребят увидел, как она выходила из одного стрипушника в Роппонги с каким-то мужиком под руку, ну вот и слухи пошли по школе. Её подруги-сплетницы с ней спокойной общаются, а вот парни, особенно те, что с девушками, стараются не подходить к ней. Ну, а с Исао девушка рассталась, потому что этот добряк согласился проводить старосту до дома поздно, когда они возвращались с допов. Его девушка прознала это, ну и публично порвала с ним. Вот. Короче реально не стоит к ней лезть. — Ясно, —единственное, что она ответила на эту «сногсшибательную новость». Ей было все равно, эту девушку она её не знала, чтоб судить. — Ты кстати, сама-то расскажешь что-нибудь о себе? Ты с Токио или нет?— наконец дожевал Ооцука. Не то чтобы Хоши стеснялась своего происхождения, но на контрасте с недавними историями ребят о жизни в Токио, ей не хотелось рассказывать ничего. Тем более. — Ну-у…

***

Учителя в этой школе сильно отличались от их деревенских. Они могли спокойно ответить на заданный вопрос, и объем рассказываемой информации за урок поражал. Все же, это другой уровень. Хоши никогда не отличалась рвением к учебе, а когда она открыла для себя журналы про кино и мангу, то только их на уроках и читала. Здесь, не смотря на халатное отношение учителей к поведению и внешнему виду учеников, они делали свое дело исправно. Хоши со средних оценок запросто скатится до низких. Нужно начать ходить на допы. За окном опять дождь. Ученики не торопились бежать домой. Кто-то ждал родителей, такси или друга с зонтом. Хоши и Исихара же ждали, когда все освободят кабинет. Исао и Хаято в поддерживающем жесте похлопали Окумуру по плечу. Покидая кабинет, они ещё раз помахали на прощанье. Хоши казалось, что они слишком утрировали. В конце концов, что Исихара ей сделает? Возможно, она недооценивала «городских» и на что они способны. Но почему-то ей казалось, что самое неприятное она уже пережила у себя в деревне. Конечно, она будет осторожна в случае каких-то вопросов, все же ребята сумели нагнать страху. — Окумура!— слегка раздраженно Исихара потрепала она Хоши по плечу. Окумура слегка зависла в стену, размышляя про дополнительные занятия и какие предмеы ей стоит подтянуть. — Пошли, комната с тряпками рядом с туалетом. — Ага… Когда они вернулись с тряпками и швабрами, Исихара потащила Хоши за плечо и ткнула пальцем по листу со списком фамилий на двери. — Я весь год буду дежурить с тобой. Оосима-сан доверила мне тебя, поэтому по организационным вопросам обращайся ко мне. Старосту мы пока не выбрали, поэтому если что, я здесь,—она указала пальцем на ряд у окна на свое место. — Хорошо. Спасибо. Кивнув, Хоши подняла тряпку и окунула её в ведро с водой. — Пока не за что,— она отмахнулась и тоже принялась мочить тряпку. День уже шел на прибыль, но вечером все еще было темно. Яркие лучи закатного солнца ползли по спине Исихары. Та в пол оборота стояла у доски и стирала написанные на ней кандзи. Девушки управились достаточно быстро. За тридцать минут они вымыли: доску, парты, пол. Протерли подоконники. Собрали мелкие бумажки и стружки с пола. За всё это время ни одна из них не проронила ни слова. И Исихара точно не собиралась нарушать молчание. А вот Хоши так и хотелось задать каверзный вопрос, но как именно преподнести его не знала. «А ты случайно не шлюха? А то мне тут успели рассказать, что тебя выебало полгорода», примерно так в мыслях, а на деле без понятия. Хоши постоянно приоткрывала рот и уже было подходила к однокласснице, но быстро передумывала. Когда они закончили и спустились вниз, у Хоши был последний шанс задать ей вопрос, в следующее дежурство у них только через две недели. Пока Исихара переобувалась, Хоши мялась у своего шкафчика и раздумывала, как же сформулировать вопрос. — Ты хочешь спросить на счет слухов?— она опустила усталый взгляд на босые ноги Хоши, не смотря ей в глаза. — Эм, ну...да,— Окумура слегка смутилась и тоже не решаясь взглянуть в глаза собеседнице, опустила взгляд на пол. — Ну, так спрашивай,— Исихара с вызовом посмотрела на Окумуру, та не поднимала глаза до последнего. Они молчали. Минуту, две. Исихара ничего не говорила и никак не выражала недовольство. Хоши прожигала взглядом пол. Потом резко подняла голову и столкнулась с ярко голубыми глазами одноклассницы. — Это правда, что про тебя рассказывают? Ну…что ты… —последнее слово никак не давалось. Хоши не стеснялась материться или как-либо ругаться, но совесть не позволяла так беспардонно кидать обвинение в человека. — Шлюха? — не выдержала и озвучила Исихара, тяжело вздыхая. Дождавшись кивка Хоши, она продолжила.— Я надеялась, что слухи дойдут до тебя позже. Это всё недопонимание, единственное, что я тебе скажу. Можешь относиться ко мне как хочешь, мне все равно. А ответ на твой вопрос – нет. Трахаться за деньги я никогда не буду. Это всё? — она опять скрестил руки на груди и уже не осуждающе, а по-доброму смотрела на Хоши. — Извини. Я, эм…просто Исао и Хаято так яро рассказывали о тебе. И остальные так постоянно на тебя смотрят. Ты всем так грубо отвечала и… Ладно! Забудь, просто стало интересно,— Хоши неловко потерла шею рукой, но все ещё смотрела в глаза Исихары. Солнце играло с её волосами, создавая новые оттенки волос, нежно персиковые волосы теперь казались ярко рыжими, а на носу, оказывается, были веснушки. — Почему я с тобой разговариваю не как с ними? Не обольщайся. Просто Оосима-сан попросила смотреть за тобой, я же говорила. Она доверяет мне чуть больше чем остальным. Эти два оболтуса тебе уже, наверное, сказали, она моя старшая сестра. К тебе не будет особого отношения, только потому, что ты вчера с луны свалилась, ясно? Мне все равно на всех, только из-за того, что это последний год, нет смысла рыпаться. Последние слова показались Хоши очень знакомыми и слегка задели её. Её агрессивный тон напоминал ей её в средней школе, только вот она не выглядело также круто, как Исихара. Возможно, остальным это кажется забавным, но Хоши видела в Исихаре некое подобие дикой кошки, которая отстояла свое право быть свободной. Она не боялась высказывать мысли и не держала в себе эмоции. А Хоши видела себя маленьким котенком, который лишь мог неслышно вякать, но не царапать. Её способ начать «новую жизнь» лишь способ убежать от проблем и не бороться с ними. А вот Исихара не бежала, она грозно отстаивала себя и свое положение, хотя и не сильно получалось. Главное, что для себя она все решила и её убеждение уже ничего не пошатнет. Хоши стояла в ступоре, не зная, что и говорить. Было неловко, скорее не за вопрос, а за то, как она не решалась его задать, придавая ему какое-то значение. Притом, как Исихара на него отреагировала спокойно. — Ладно. Не забивай голову. Тебя проводить может? Ты вроде как, не местная, — предложение было неожиданным и немного приятным. — Нет, спасибо. За мной заедут. Может лучше тебя подвезти? — Хоши как будто не хотелось её отпускать. Хотелось поговорить. Может, это было из-за того, что она давно ни с кем не говорила по душам. Хотя это разговор таковым и назвать было сложно. Просто хотелось ухватиться за какой никакой сближающий элемент. — Меня отвезет сестра, она скоро закончит. — Хорошо… Они стояли около семи минут. Арата попал в вечернюю пробку. А учитель Оосима задерживалась на собрании учителей. Так они и стояли под карнизом школьного дворика. Дождь кончился минут сорок назад, небольшие лужицы усеяли дорогу до калитка, а с крыши изредка падали капли. Наконец, подъехал Арата, прервав неловкое молчание. Хоши повернулась к Исихаре. — До завтра тогда…? — она чуть смутилась и прежде чем снова задать странный вопрос заглянула ей в глаза. —Извини, могу я обращаться к тебе по имени? Ну и ты ко мне соответственно. — Как тебе удобно, — Чиёко махнула рукой, как бы говоря «неважно». Арата выглядел уставшим, у него был не первый рабочий день на новом месте, но вливание в новый коллектив и адаптация на месте отнимала много сил. — Ты уже завела подругу? — он ласково улыбнулся Хоши, когда та села в машину. — Не совсем. Одноклассница, помогала убираться, — устало выдыхая проговорила Окумура. — М-м. Красивая,— он мельком глянул на все еще стоящую девушку. — Ага…— вяло протянула Хоши, укладываясь на все сиденья. Хотелось немого обдумать сегодняшний день. Темнело на глазах. Пока они доехали, солнце успело окончательно спрятаться за горизонтом. Шли к дому они уже в потемках. Не смотря на усталость. Окумура чувствовала себя легко. Возможно это из-за того, что прошел только один день, но она ни разу не захотела домой. Наверное, уже успех? Исао и Хаято позвали завтра сходить с ними в компьютерный клуб после уроков. Они хотели поближе познакомиться с Хоши и потаскать её по самым злачным местам района. Позже и по всему городу.