Крылья ангела

      Едва Феликс и Хёнджин вошли в здание клуба, пройдя охрану, как к ним тут же подбежал Чан. Судя по его виду, он был очень встревожен и рассержен.       — Где ты был? — спросил лидер, схватив Ли за руку, как будто тот пытался убежать. — Что я тебе говорил про твои выходки?       Хёнджин тут же вмешался.       — Чан, всё в порядке, — спокойно сказал он, мягко, но настойчиво надавив на руку Чана и заставив его разжать пальцы. — Мы с Феликсом разговаривали насчёт моей сестры. — Почти не соврал. Они же и правда говорили в том числе о Юци.       Чан внимательно посмотрел в его глаза, затем перевёл взгляд на стушевавшегося Феликса.       — Всё нормально? — спросил он у своего подопечного. Тот молча кивнул. — Ладно. Я вас потерял, думал, что-то случилось.       — Извини, что заставили волноваться. Мы разговорились и не уследили за временем, — сказал Феликс. — А телефон на беззвучном стоял.       Чан поверил. Или сделал вид, что поверил. Во всяком случае он отпустил их и пошёл на второй этаж. Оттуда вовсю звучала музыка, было слышно весёлые, беззаботные голоса. Феликс благодарно посмотрел на Хёнджина и одними губами произнёс: «Спасибо».       Наверху было шумно. Все танцевали, кричали, пили. В самом центре танцплощадки, привлекая внимание и заражая окружающих буйной радостью, отжигали Юци и Соён, по одному взгляду на которых сразу было понятно, что обе девушки выпили. Чтож. Хёнджин не запрещал Юци пить, даже сам в её семнадцать угостил первым в её жизни шампанским тайком от родителей. Единственные условия, которые выдвинул брат своей сестре — не напиваться до беспамятства и не пить в незнакомых компаниях. Но, надо отдать должное, Юци меру знала. Обычно она доходила вот до такой кондиции, когда становилось очень весело, и останавливалась, переходя на воду.       Хёнджин огляделся по сторонам в поисках друга, однако Джисона нигде не было видно. Странно. Хван отправился к барной стойке, за которой стоял мужчина, по мнению Хёнджина, чуть более подходящий внешне на должность бармена, чем Феликс: высокий, крепкий, внушающий нежелание нарываться на неприятности. Однако откуда ни возьмись за стойкой рядом с барменом материализовался Феликс. Он улыбнулся одними глазами и обратился к Хёнджину, войдя в роль штатного бармена:       — Что будете пить?       Бармен, стоявший за стойкой, спокойно отреагировал на появление своего коллеги.       Хёнджин облокотился локтем о чёрный мрамор и положил голову на ладонь.       — Ты что, работаешь сегодня? В такой день? — спросил он, выгнув бровь и сдержав улыбку.       — Да нет, просто решил сам себе налить чего-нибудь. Заодно и тебе, раз уж ты здесь. Хочешь попробовать мой фирменный коктейль? — предложил Феликс.       — Если только он безалкогольный, — сказал Хёнджин. Феликс театрально надул щёки.       — Обижаешь. Я же знаю, что ты за рулём. Хотя, — добавил он, ухмыльнувшись, — ты можешь вызвать водителя в приложении. Или такси, а додж останется на парковке бара, она охраняется. — Он вытащил два стакана и поставил их на стойку. — А я бы предложил тебе что-то поинтереснее газировки с сиропом. О, кстати, — вспомнил Феликс. — Раз уж Юци теперь со мной нельзя, то ей придётся вызвать такси, потому что в твоей машине место сзади занято. Тогда вариант с такси для всех вас будет актуален.       — Ты пытаешься меня споить или что? — усмехнулся Хёнджин.       — Развеселить, — поправил Феликс. — Только если ты не против.       — Не нужно, спасибо, — вежливо отказался Хван. — Я перетащу вещи в багажник, и Юци поместится. Ты не видел Джисона?       Феликс нахмурился, взглядом пробежав по залу.       — Джисона не вижу. Из наших тоже кое-кого нет, — сказал он настороженно. — Может, в толчке зависают? — предположил он.       — Я на минутку. — Хван встал и направился к туалетам. Он хотел переговорить с Джисоном, поделиться тем, что узнал сегодня о преследовании участников «Hellevator».       В узком тамбуре туалета горел розовый неоновый свет, непривычно яркий, режущий глаза. Первым, что увидел Хёнджин, когда открыл дверь, оказался прижатый к стенке Хан. Чужие ладони упирались по обеим сторонам от его головы, словно кто-то поймал его в ловушку. Кто-то с хищным взглядом и… фиолетовыми волосами, вырвиглазно-яркими в непривычном неоновом освещении.       — Какого…       Хёнджин уже сделал шаг вперёд, намереваясь оттащить этого мудака Минхо, который за каким-то хреном напал на Джисона, но… увидел его поднятую коленку, красноречиво упирающуюся между разведённых ног Хана.       Парни не обращали на ахуевающего от происходящего Хёнджина никакого внимания, полностью погружённые друг в друга. Минхо приблизился к лицу несопротивляющегося Джисона с однозначным и понятным намерением, и этого вполне хватило Хвану. Он вылетел за дверь, вернулся на своё место за барную стойку и на вопрошающий взгляд Феликса сказал только:       — Я согласен на такси. Наливай.       — Что-то случилось? — спросил Ли. Он вытащил несколько бутылок и шейкер. — Ты побледнел, — заметил он.       — Всё в порядке, — ответил Хёнджин. — Я только что увидел, как мой друг-заядлый-гетеросексуал сосётся в толчке с парнем.       Феликс прыснул.       — Что в этом плохого?       — В этом? Ничего. Просто именно от него я меньше всего ждал. Этот вечер полон потрясений.       Феликс поставил перед ним высокий бокал с тёмной жидкостью и кубиками льда и воткнул в напиток трубочку. На вкус коктейль был в меру сладким, немного отдавал мятой и ягодами, пился легко. Алкоголь почти не чувствовался, он оставался едва уловимым шлейфом горечи на языке, словно имбирь. Хёнджин за один заход опустошил бокал наполовину.       — Эй, притормози. Может, тебе чистый виски? — предложил Феликс. — Коктейли растягивают, чтобы смаковать вкус, а ты почти всё выпил за секунду, словно хочешь побыстрее надраться.       Хёнджин отказался. Феликс поставил рядом с ним ещё один бокал с таким же коктейлем, взял стакан со своим напитком, вышел из-за стойки и спустя несколько секунд опустился на соседний от Хвана стул.       Прошло несколько минут молчания. Хёнджин задумчиво смотрел в одну точку, медленно потягивая коктейль, а Феликс залипал в свой телефон, не докучая разговорами. За год работы барменом он понял, что в такие моменты лучше не приставать к человеку, а дать ему побыть с собой и своими мыслями наедине. Он лишь незаметно сменил почти пустой бокал на полный.       — Привет, ребята! — К ним вскоре подошла Юци. — Вы где пропадали? Фел, пошли танцевать?       Она, не дожидаясь ответа, взяла Феликса за руку и упорхнула с ним на танцпол. Хёнджин проводил их скучающим взглядом и снова вернулся к разглядыванию узоров на столешнице. Спустя несколько минут к нему подсел запыхавшийся Джисон и заказал у бармена «Лонг Айленд». Хёнджин внимательно оглядел друга, с интересом отмечая его счастливую улыбку, взъерошенные волосы и сползшую на шею бандану.       — Куда вы ушли с Феликсом? — поинтересовался друг чуть хрипловатым голосом. От Джисона непривычно пахло чужими духами. Духами Минхо. — Вас долго не было, мы с Юци решили, что ты ему мозги промываешь. Ты хоть что-то оставил от бедного парня?       Хёнджин вместо ответа кивнул на танцпол. Феликс, целый и невредимый, в это время кружил Юци в танце, поддерживая её за талию. Джисон обернулся на парочку, затем недоумённо посмотрел на друга.       — Чего? — спросил Хван. — Не трогал я Феликса. Зато тебя в моё отсутствие потрогали. Я бы даже сказал, пожамкали.       Глаза Джисона расширились и были готовы покинуть орбиты.       — А как же твоё «Фу-фу-фу, меня не интересуют парни и вообще быть голубым это мерзко»? — Хёнджин голосом очень похоже изобразил друга. В его взгляде было не меньшее удивление, чем у Хана. — Я спалил тебя с Минхо в туалете. Сони, я в ахуе.       Джисон сначала побелел, потом вдруг покраснел до корней волос. Он был похож на зашуганного зверька. От волнения он даже начал заикаться.       — Ты… Ты видел? Слушай, я сам… сам не знаю, как так вышло. Но целуется он… ахуенно!       — Давай без подробностей, — попросил Хёнджин. — Я думал, он нас с первых секунд возненавидел.       — От ненависти до страсти, так сказать… — вырвалось у Хана, и он покраснел ещё больше. — Да честно, не знаю! Он сначала игнорил меня, даже не поздоровался. Я подошёл и поздравил его с сегодняшней победой, а он фыркнул и свалил. А потом как подловил меня в туалете. Я думал, он прибить меня хочет, а он… Начал говорить всякую хуйню, что я слишком милый и похож на хомячка. Как будто сожрать меня хотел, прямо как удав. А потом взял и поцеловал. Джин, я до сих пор в ахере! Он ещё мой телефон взял и записал свой номер туда. И заставил сказать свой.       — Вот прям так и заставил? — не поверил Хёнджин.       — Постой с ним рядом хотя бы минуту, поймёшь, о чём я. Он реально как удав, гипнотизирует взглядом. Страшно… И будоражит.       — Блять, — закатил глаза Хван. — Ох, Джисон… Ты только Юци не спались. И смотри, чтобы мой отец не узнал.       — Да знаю, — вздохнул Хан. — Я не самоубийца. Но хотя бы ты к такому нейтрально относишься.       Хёнджин с тоской подумал, что он в целом к такому относится.       В зале чуть приглушили музыку, и со сцены, взяв в руки микрофон, заговорил Чонин с улыбкой до ушей и хитрыми как у лисы глазами. Взгляд его обвёл всех присутствующих в зале, удовлетворённые глаза чуть сузились, и в них Хёнджин уловил для себя обещание чего-то нехорошего.       — Ребята, классная сегодня вечеринка! Давайте сделаем её ещё круче! — Присутствующие согласно зашумели, захлопали в ладоши, а кто-то даже засвистел. — Как насчёт бармен-баттла?       Идею Чонина поддержали, хотя было похоже, что раскрепостившиеся под градусом гости согласились бы на абсолютно любой интерактив. Джисон и Хёнджин переглянулись, ничего не понимая, но, к счастью, Чонин тут же пояснил:       — Правила очень простые. Нам нужно несколько команд по… — он на секунду задумался, — два человека. Нужно будет за шестьдесят секунд приготовить авторский коктейль. Победителей определят наши непредвзятые… Чанбин, иди сюда, — вдруг махнул со сцены Чонин. Чанбин встал из-за своего столика, поправив рукава рубашки, и уверенно прошёл к сцене. — Так, отлично. — Чонин всмотрелся в толпу, выискивая ещё кого-то. Хёнджин в эту секунду заметил, как Феликс очень медленно, стараясь не привлекать внимания, уводит за руку с танцпола Юци. — Феликс! — громко позвал Чонин, и тот застыл. Все обернулись к нему. Хёнджин различил движение Феликсовых губ, с которых сорвалось, очевидно, какое-то ругательство, и усмехнулся. Кажется, Ли не хотелось участвовать в этом. — Давай-давай! — подбодрил Чонин со сцены. — Ты как-никак уже давно тут работаешь барменом, тебя будет трудно чем-то удивить, так будет даже интереснее. В качестве приза у нас сегодня… — он сделал вид, что задумался, а затем восторженно объявил, — «пьяная башня»!       Ёнджун вынес к сцене небольшую коробку с игрой, рекламируя её зрителям. Внешне она была похожа на «дженгу», а судя по названию можно было предположить, что деревянные блоки этой настольной игры были с какими-то заданиями.       К Джисону и Хёнджину подсел Чан, заказав у бармена воду со льдом и лимоном. На лице лидера читались вселенская усталость и лёгкая усмешка, едва тронувшая уголки его губ. Хёнджин участливо у него поинтересовался, обернувшись:       — Ты не одобряешь такое?       — Дело не в этом, — не без улыбки ответил ему Чан. — Только думаю, что им уже нечем меня удивить, как кто-то из команды выкидывает что-то подобное. Ну, в этот раз хотя бы не пиньяты с алкогольными конфетами и не корона из пробок.       Пока Чонин разъяснял правила и набирал желающих поучаствовать, Чан забрал напиток и удалился, а бармен начал выкладывать на стойку стаканы, шейкеры, ёмкости со льдом и всё, что могло понадобиться для конкурса. Взгляд Хёнджина упал на тарелку с клубникой, которую поставили прямо перед ними.       — Хочешь поучаствовать? — предложил Хан, разглядывая бутылку с текилой напротив него. — Я бы хотел себе эту «пьяную башню». Понятно, что её можно купить, — тут же пожал плечами он, — но интереснее же её выиграть, правда? — Джисон посмотрел на друга с плохо скрываемой надеждой.       — Ты хочешь поучаствовать ради приза или из-за желания быть кое-кем замеченным? — многозначительно ухмыльнулся Хёнджин, поиграв бровями. Хан не ответил, насупившись. — Я пошутил. Бармен из меня такой себе. Может, тебе лучше предложить это Юци?       Они обернулись к танцполу и поняли, что Юци уже участвует в баттле. Она, сияя самой обворожительной улыбкой, стояла на сцене в нетерпеливом ожидании вместе с отобранными участниками.       — Ребята, нам не хватает ещё одной команды, — подбадривал народ Чонин, ожидая последних желающих.       Хёнджин мысленно вздохнул, решаясь на безрассудный поступок, схватил руку Хана и резко поднял её. Улыбающийся ведущий тут же их заметил и с радостными возгласами пригласил друзей проследовать к сцене. Всего команд оказалось пять. Юци была в паре с Соён, из знакомых Хёнджину лиц на сцене также стояли Рэй и Ёнджун. Жюри, в качестве которых были назначены Феликс и Чанбин, уже сидели за ближайшим столиком и что-то горячо обсуждали, смеясь и активно жестикулируя.       Стоя на сцене, Хёнджин чувствовал себя несколько неловко. На него были обращены заинтересованные взгляды многих людей, знакомых и незнакомых. Кто-то перешёптывался, и в голову пришла одна неприятная мысль, что он не обделён вниманием исключительно из-за того, что являлся сыном владельца этого заведения. Хвана наверняка тут знал каждый первый, именно по этой причине он не горел желанием здесь тусить. Ох, Хёнджин надеялся, что после этого баттла к нему не подойдут познакомиться поближе, он терпеть не любит прилипал и навязчивое внимание.       Пока Чонин ещё раз объяснял правила, которые и без этого были всем понятны, Хван наклонился к стоявшему рядом Джисону и спросил:       — У тебя есть какие-нибудь идеи? У нас будет всего минута.       — Сымпровизируем, — ответил Джисон.       — Ладно. Я кое-что придумал, — сказал Хёнджин, внимательно разглядывая барную стойку с подготовленным инвентарём.       — Готовы? — хитро улыбнулся Чонин. — Три! Два! Один! Время пошло!       Все побежали со сцены к барной стойке. Хёнджин на бегу крикнул Хану:       — Найди белый ром, лимон и лёд.       — Ром, лимон и лёд, — повторил друг, кивнув.       Участники забегали вдоль барной стойки. Хёнджин выцепил в суете миску с клубникой и приступил к готовке. Все шумели, стучали, задевали друг друга локтями.       — Никто не видел текилу? — заозиралась по сторонам Юци. Хёнджин, мельком оглядевшись вокруг себя, не задумываясь протянул ей бутылку. — Спасибо, Джинни.       Вскоре подбежал Джисон, выложив рядом тарелку с нарезанными лимонными дольками, ведром льда и двумя бутылками.       — Белого рома не было, — сообщил он. — Есть обычный и ещё клубничный ликёр.       — Давай ликёр.       Оставалось тридцать секунд. Посуды было катастрофически мало, времени не хватало, так что Хёнджин смял клубнику прямо в руках. По коже потёк сладкий сок. Вдвоём с Джисоном они кое-как успели залить ингридиенты в шейкер, забросили кубики льда, выдавили лимон. Десять секунд ушло на смешивание. За последние озвученные Чонином пять секунд Джисон вылил напиток в стакан, а Хёнджин схватил предложенную сестрой веточку мяты и воткнул в коктейль.       Когда по команде ведущего все отошли от барной стойки, на ней остались пять коктейлей посреди откровенного бардака. Кто-то что-то пролил, уронил, перевернул. М-да уж. Будто в детском саду на утреннике.       — Блин, мы даже не попробовали, что получилось, — шёпотом сожалел Джисон. — Мне кажется, я переборщил с газировкой.       Участников вновь попросили построиться на сцене, и пока те выстроились в линию, коктейли пронумеровали маркером и перенесли на стол жюри. Хёнджин недовольно посмотрел на свои липкие испачканные руки, а затем поймал на себе подбадривающий взгляд Феликса. Хван растерянно огляделся по сторонам, сомневаясь в том, что этот взгляд был адресован ему, но Юци стояла от него слишком далеко, так что Ли и правда смотрел на него. Что ж… Феликс чуть раньше приготовил для Хёнджина коктейль, а теперь получилось наоборот. Интересно, что он скажет про задумку Хвана, как оценит их с Джисоном работу?       В каждый пронумерованный стакан воткнули по две соломинки. Чонин перевёл внимание зрителей с участников на жюри и, встав рядом с их столиком, предложил попробовать первый коктейль прозрачно-зелёного цвета. Клубничное безумие, сотворённое Джисоном и Хёнджином, стояло под пятым номером. Розовый напиток с лаймовой долькой Юци и Соён был четвёртым.       Первые два коктейля в целом Чанбин и Феликс оценили неплохо. Попробовав третий коктейль, Чанбин чуть не подавился. Оказалось, что Ёнджун, готовивший его с другом, переборщил с портвейном и специями. Феликс попробовал коктейль Ёнджуна с некоторой опаской и стоически выдержал жгучее желание скривиться. Но от одного взгляда на него сводило рот. Хёнджину было его очень жаль.       Джисон заметно нервничал. Когда жюри пробовали четвёртый коктейль, он шепнул Хёнджину, что Феликс наверняка проголосует за него.       Коктейль Юци и Соён получил хорошую оценку от Феликса (кто бы сомневался) и спорную оценку от Чанбина. Наконец, они перешли к последнему бокалу.       Хёнджин внимательно, с трепетным волнением следил за чужими тонкими руками, обхватившими стакан, за чужими губами, прикоснувшимися к соломинке. Феликс попробовал его первым, и на лице у него отразилось удивление, однако, понравилось ему или нет, понять было сложно. Феликс сделал несколько невыносимо долгих глотков и передал коктейль коллеге, не сказав ни слова. Зато на лице Чанбина помимо удивления читалось восхищение.       — М-м-м, — протянул Чанбин. — Сладко с кислинкой. Будет сложно выбрать победителя.       — Это точно, — согласился Феликс.       — Ребята, вы меня заинтриговали, мне теперь тоже хочется попробовать все коктейли, — протянул в микрофон Чонин, склонившись над их столом. — Вас оставить пошептаться? Или вы сразу сделаете выбор?       — Дай нам пару минут, — попросил Феликс.       — Хорошо. Пока жюри выбирают победителя, объявляю музыкальную паузу. Эй, Хён! Включи что-нибудь заводное!       Заиграла музыка, снова приглушили свет, и участники разбрелись по залу.       — Извини, если мы не выиграем, — сказал другу Хёнджин.       — Ладно, — махнул Хан, широко улыбнувшись своей милой улыбкой. — Главное, что мы поучаствовали, так что спасибо.       — Я пойду помою руки. — Хван показал свои красные от клубники пальцы.       Неоновый свет узкого тамбура напомнил Хёнджину о недавно увиденной им картине с Минхо и Джисоном, но он отогнал эти мысли прочь, склонившись над раковиной. Думать о Минхо — последнее, чего ему сейчас хочется. В конце концов, это не его дело. Если Джисон будет счастлив с этим мудаком, то так тому и быть — Хван точно никак не станет им препятствовать. Наоборот, поддержит друга.       Ему даже капельку завидно…       Хотя нет. Не завидно. О чём Хёнджин сейчас вообще думает? У него учёба. Сейчас это единственная жизненная цель, на которой нужно сосредоточиться. Ещё бы колористику успеть доделать до среды, а потом расчётно-графическую работу доделать.       Да. Учёба. Больше ничего.       При таком освещении было трудно различить пятна от сока на коже, так что он тёр наугад, стараясь понять по ощущениям липкости, всё ли смылось. Клубника… Несколько минут назад Хван не задумывался об этом, но сейчас мысль о том, что он руками сдавил ягоды клубники для Феликса и что в этом можно разглядеть что-то странное, личное, не покидала его голову, забившись птицей в черепной коробке и отскакивая от её стенок. В конце концов, Хёнджин не с рук его кормил, а ягоды сдавил для пюре в коктейле, который попробовал и Чанбин. Но почему-то эта тема с ягодами в руках будоражила. Может, ему в голову, наконец, как следует ударил алкоголь?       Вскоре дверь одной из кабинок распахнулась, и незнакомая девушка, осторожно обогнув Хёнджина в тесном пространстве, вышла, а спустя пару секунд вошёл Феликс. Выглядел он неважно, насколько это можно было разглядеть при дурацком розово-фиолетовом освещении.       — Ты в порядке? — нахмурившись, спросил Хёнджин, чувствуя, что его собственные щёки и уши почему-то начали гореть. Он выключил воду, стряхнул с рук капли и вытащил бумажное полотенце.       — Выпей залпом пять коктейлей, я на тебя посмотрю, — отшутился Феликс. — Нам пришлось быстренько всё допить с Чанбином, чтобы Йени не попробовал, как обещал. Его бы унесло с одного глотка. — Он протиснулся к раковине и умыл лицо прохладной водой.       — Почему вы просто их не вылили?       Феликс в ответ тяжело вздохнул.       — Не догадались. И так было всё равно быстрее. Блять, надо было Ёнджуна заставить выпить его адскую смесь. Рот просто горит.       — Да, это было необычное решение — добавить в алкоголь специи, — заметил Хёнджин.       Феликс ополоснул рот, затем резко поднялся, забрызгав зеркало каплями воды.       — Кстати, я видел, как вы с Юци друг другу что-то передавали за стойкой. — Он вытер бумажным полотенцем лицо и провёл по растрепавшимся волосам рукой, зачёсывая их назад. — Помогать не совсем честно, вы же были в разных командах.       — Это на автомате, — пожал плечами Хван. — Мы не воспринимаем друг друга как соперники, так что я даже не задумывался. В общешкольных соревнованиях нас по этой причине всегда ставили в одну команду.       — Таким братским отношениям можно только позавидовать.       Хёнджин усмехнулся.       — Да уж. Только Джисон нас потом разнимал, потому что мы вечно были недовольны игрой друг друга и спорили до драк.       Феликс улыбнулся, посмотрев на него через зеркало.       — Скажу честно, мне ваш коктейль понравился больше всего, — признался он. — Клубничный ликёр, клубничное пюре, лимон, мята. Ты нигде барменом не подрабатываешь случайно? У тебя здорово получилось, ещё и за минуту.       — Это была импровизация, — смущённо ответил Хёнджин. — Я не умею делать коктейли, действовал скорее по наитию, добавлял то, что мне нравится.       — Талантливый человек талантлив во всём, да? — спросил Феликс, и Хван закатил глаза. — Ладно. У вас второе место.       — Эй, нечестно говорить результаты заранее, — возмутился Хёнджин.       — Я просто хотел тебя предупредить, чтобы ты не расстраивался.       — Скорее Джисон немного расстроится, он хотел эту «пьяную башню». А мне всё равно.       — Окей. — Феликс привёл себя в порядок, ещё раз вытер лицо бумажным полотенцем. Глядя на поправлявшего волосы Хёнджина, он добавил как-то виновато: — У Соён с Юци первое место. Не потому, что их коктейль лучше, а потому что Бини всегда голосует за своих.       — Я думал, потому что Юци твоя девушка, — ответил Хёнджин, — и ты выберешь её. Это же логично.       — Ну… Нет. Я за непредвзятость. Но Чанбина это не волнует. А я бы отдал им второе место.       — Боже, Феликс! — Хёнджин посмотрел на него как на ребёнка, которому нужно объяснять элементарные вещи. — Не ляпни это Юци. Скажи, что её коктейль был самым лучшим. Ты же её парень, ты априори должен быть за неё, даже если тебе на самом деле хочется проголосовать за что-то другое. Ты её поддержка во всём.       — Я не хочу врать, — возмущённо пробормотал Феликс.       — Тебя никто не заставляет врать. Если бы её коктейль оказался самым худшим на свете до блевоты, ты бы так и сказал ей, но если он и правда хороший, то почему бы её не похвалить за это? Невкусный и не самый вкусный — разные вещи, понимаешь? Предвзятость была, есть и будет всегда и везде, это нормально, потому что мы люди, а не роботы. Потому что есть верные друзья, как Чанбин, и любящие парни, как ты.       Феликс ничего не ответил, опустив глаза на свои ладони. В тамбур вошёл Ёнджун, и Хёнджин, решив, что туалет — всё-таки не самое подходящее место для разговоров и что их беседу пора заканчивать, первым покинул его.       Когда объявили результаты, Хан только буркнул: «Ну я же говорил», а Хёнджин утешающе погладил его плечо, не в силах оторвать взгляда от светящейся от счастья сестры, радостно обнимающей, очевидно, свою новую лучшую подругу Чон Соён. «Пьяная башня» позже всё равно оказалась у них дома, так что Джисон мысленно считал её и своей заслуженной наградой тоже.