Резцы и клыки

      Отправившись изучать правое крыло, Фред заглядывал в одинаковые залы, похожие на тот, в котором проходил ужин — разница была только в цвете стен. Когда он вышел из третьей гостиной, в коридоре его встретила Бетти.       — О, вы здесь, — с улыбкой протянула она, очень ненатурально изображая удивление.       Интересно, подумал Фред, а Уилл вообще терялся? Или всё это было ловушкой, чтобы выцепить их с Гермионой по отдельности и допросить?       — Да, как и договаривались, — невозмутимо ответил он и направился к следующей двери.       За спиной раздавался торопливый цокот каблуков. Фред принялся с особой тщательностью обыскивать комнату, заглядывая под столы и за шторы, словно Уилл мог там прятаться. Краем глаза он постоянно ловил ярко-розовое пятно в дверном проёме — Бетти перекрыла выход, деловито сложив руки на груди.       — Вы не спрашивали у… — Фред пытался подобрать правильное слово для мужчины во фраке, — дворецкого? Может, он видел Уилла?       — Я как-то не подумала, — со смешком отозвалась Бетти.       Фред напрягся. Вообще-то, почти у всех маглов теперь были штуки для связи, даже среди гостей в их зале он видел нескольких, разговаривающих с прижатыми к уху «кирпичиками» с антеннами.       — А самому Уиллу звонили?       — Он оставил телефон у меня в сумке.       — Выходит, нужно идти дальше.       Бетти отступила, пропустив его и зашагала рядом.       — Знаете, Фред, — загадочно протянула она, остановившись перед следующей дверью, — я весь вечер ломаю голову. Вы ведь явно не так прост, как кажетесь.       — Почему же? — насторожился Фред.       — Я-то Ника и Элис знаю всю жизнь! Знаю, как они обычно себя ведут. И заметила, что они смотрят на вас как-то особенно. Не спешат с расспросами и нас отваживают. — Её чёрные глаза пристально изучали его. — Явно охраняют вас и пытаются сохранить тайну. Да и вы, не в обиду, держитесь особняком. И от вопросов так изящно уворачиваетесь.       — Меньше всего я хотел бы выглядеть так со стороны. Думал, у меня получается вливаться в ваше общество. И отвечать по мере возможностей. Просто не все темы… удобно обсуждать в незнакомом кругу.       — О, ну вот! Вы и сами говорите так, будто из другого мира!       Бетти смотрела на него со смесью торжества и восхищения. И первое Фред мог понять — её догадки были уж слишком близки к правде, и она явно это чувствовала. Но почему она сейчас была похожа на фанатку «Ведуний», получившую плакат с автографом?       — Ваши родители… Я угадаю, если скажу, что они — важные люди, может даже титулованные?       — Доктор Пейдж, я бы сказал, что для любого его родители будут важными людьми. Но я не из тех, кто станет кичиться родом или положением, если вы об этом.       — Понимаю, понимаю, — с лёгким разочарованием отозвалась Бетти. — Скромность украшает. Это верно.       Она снова пристально на него посмотрела, расплываясь в улыбке. Стараясь ускользнуть от этого до странности неловкого внимания, он потянул на себя дверь.       — И всё же… — раздалось за спиной. — Чем вы занимаетесь?       — Я думал, мы ищем Уилла.       Бетти засмеялась.       — Ну как ловко вы это делаете! Всё пытаетесь свести в нейтральные темы.       — Я… просто ориентируюсь по ситуации.       — Дипломатическая гибкость, — покивала Бетти. — О… Так вот кто вы? — озарённо протянула она. — Я права?       — Давайте сойдёмся на том, что я сейчас просто Фред Уизли. Просто спутник Гермионы. И просто помогаю вам искать мужа.       — Я поняла, хотите всё держать в секрете, — подмигнула Бетти. — Можете на меня положиться, никто ни о чём не узнает.       Эта женщина почему-то вызывала у Фреда только одно чувство: желание поскорее от нее отделаться.       — Разделимся? — предложил он. — Так будет проще искать. О, вот и мужская комната, — указал он на табличку туалета. — Там я справлюсь сам.       Бетти покивала, но с места не сдвинулась. Неужели она собиралась поджидать его здесь?       — Доктор Пейдж, у меня к вам деликатная просьба, — понизив голос, произнёс Фред, и она мигом оживилась. — Уверен, вы поймёте, — Бетти с жаром закивала. Он продолжил: — М-м, вы ведь знаете, что некоторые дела требуют полного уединения? Мне будет гораздо легче, если я не буду думать о том, что вы тут стоите и слушаете. И так я скорее вернусь к поискам Уилла.       — О-о-о! — протянула Бетти. Её щёки стали заливаться румянцем. — Да-да, пойду пока… у дворецкого всё же спрошу.       Она стремительно удалялась, и когда стук её каблуков стих в конце коридора, Фред с облегчением выдохнул и посмотрел на дверь туалета. По-хорошему, стоило отсюда удрать, чтобы увеличить дистанцию с Бетти и как можно скорее отыскать Гермиону. Но в этом крыле оставалось всего две двери. Стоило проверить для чистоты совести.       К его удивлению, в богато обставленной комнате, похожей на предыдущие гостиные, только без камина и с кабинками вдоль одной стены, у окна обнаружился Уилл: на его голове были надеты наушники, а в руке дымилась сигара. Он даже не обернулся, когда вошёл Фред.       Несколько раз топнув в надежде, что Уилл ощутит ногами вибрацию паркета, Фред всё же приблизился и похлопал его по плечу. Уилл закашлялся, резко обернулся и спрятал сигару за спину, а рукой, в которой была зажата коробочка с крутящимися внутри плоскими катушками, стянул с себя наушники.       — Жаркий вечер, да? — усмехнулся Фред. — У вас даже дым валит сзади.       Уилл вытащил из-за спины сигару.       — Бетти об этом ни слова, ясно? — мрачно пробурчал он.       — За кого вы меня принимаете? — сев на подоконник, спросил Фред. — Я своих не сдаю.       Уилл недоверчиво взглянул на него.       — Да, похоже, меня уже зачислили в ваши ряды. Все собрались, чтобы обсудить, какие старые байки рассказывать. Но ищут вас.       — И как успехи?       — Как видите, только я здесь, — развёл руками Фред. — А почему такое местечко? В другом крыле была целая сигарная. Я думал, в таких местах все держатся правил. Хотя… понимаю, как их иногда хочется нарушить.       — Это мужская комната. Бетти сюда точно не зайдёт, — выпустив в сторону колечки дыма, отозвался Уилл. — И никто из наших — есть же такая же в другом крыле.       — О, — протянул Фред. — Минутка одиночества. Хотели бы себе мантию-невидимку, наверное?       — Чего? — нахмурился Уилл.       Спохватившись, Фред пытался сообразить, как бы выкрутиться.       — Потрясающая вещь — накидываете её на себя и никто вас не видит. Жаль, конечно, вымышленная. — Он огляделся и стопка пушистых полотенец возле умывальников зажгла в нём идею. — Но я могу, вообще-то, продемонстрировать, как она работает.       — Выйдешь отсюда и сделаешь вид, что меня не видел?       — Нет-нет, всё по-честному. Повернитесь к окну.       Уилл недоверчиво хмыкнул, будто бы говоря «меня не проведёшь».       — Ну же, доктор Пейдж. Это не глупости какие-то.       Когда он повернулся, Фред стащил ближайшее полотенце и набросил ему на голову.       — Ну ты и паршивец! — рыкнул Уилл из-под «прикрытия» и поднял руку, но Фред остановил его.       — Стойте так. Я же ещё не объяснил, как всё работает. Договоритесь с Бетти, что если у вас на голове такая штука, то это значит, что вас ни для кого нет. И оправданий лишних не понадобится, и она не будет как сейчас суетиться. Там даже дворецкого на уши подняли.       — Ты меня семейной жизни учишь? — стянув с себя полотенце, грозно спросил Уилл.       — Ну что вы! Я уважаю ваш опыт, да и с Бетти у вас всё хорошо. Вы дополняете друг друга, это видно. Просто иногда бывает нужно побыть одному, и это… Ну, знаете, не что-то плохое, что нужно прятать… в сортире.       — Вот именно, — устало выдохнул Уилл. — А попробуй объясни… В торговле, говоришь, работаешь?       — Ну, именно я этого не говорил. Это догадка Джоанны.       — А про корабли… правду говорил?       — А вам как кажется?       — Вот эта манера у тебя… — вздохнул Уилл. — Вопросом на вопрос отвечать. Ты прямо как та тётка, к которой Бетти меня однажды привела, — он снова выдохнул облачко дыма. — И вообще… каждую выходку Джо и Эла пытался сгладить, всё темы переводил. Как психотерапевт.       Фред кивал, не зная, стоит ли пытаться выяснить, кто такие эти психотерапевты.       — Вот и сейчас киваешь, прямо как… — на лице Уилла мелькнуло озарение.       — Продолжайте, Уилл.       Застыв с задумчивым выражением лица, Уилл покосился на свою сигару.       — Скажешь сейчас, что это какой-то символ? — пробормотал он с опаской.       Чего он от него хотел? Предсказания, что ли? Вспомнив туманные речи профессора Трелони, Фред сказал:       — Ну… Когда вы выдыхаете дым, то похожи на дракона. Это символ огня внутри, верно?       Лоб Уилла сморщился гармошкой, когда он удивлённо поднял брови.       — Точно, — Уилл повернулся к окну и пытался что-то разглядеть в темноте, хотя в стекле можно было увидеть только призрачное отражение. — Ну невозможно держать всё в себе постоянно, понимаешь? Чтобы не взорваться. А она вот любит все заслонки позакрывать…       — Заслонки позакрывать? — удивился Фред, совсем не понимая, о чём шла речь.       — Ну, она это не со зла, конечно, такой уж характер…       Очевидно, он говорил о Бетти, и о её характере Фред не мог сказать ничего, кроме «прилипчивая». Но такое Уиллу вряд ли понравилось бы — он, казалось, смягчился, но, судя по комплекции, и в нос двинуть мог. А это бы уже не понравилось Гермионе.       — Конечно, — покивал Фред. — Она беспокоится за вас, — попытался он снова перевести тему к его поискам.       — Именно! Даже слишком. Понимаешь, о чём я? — Уилл на мгновение замер, нахмурился и тряхнул головой, будто отгоняя мифического мозгошмыга. — Чёрт возьми… Вот ведь ты нас за нос водил весь вечер! — хохотнул он, приятельски хлопнув Фреда по плечу. — Не хотел, чтобы к тебе пристали с вопросами и консультациями?       Уилл, как и Бетти, кажется, принимал его совсем за другого человека. Фред едва сдерживал смех: Гермиона так усиленно прорабатывала их легенды, но оказалось, что друзья её родителей с этим и сами успешно справлялись. Главное во всём этом фокусе было вовремя остановиться и сбежать до того, как они начнут сверять версии.       — Ну, я вам честно скажу, — спрыгнув с подоконника, сказал он. — Я сюда пришёл с родителями Гермионы познакомиться. Других планов не было.       — Понимаю, — сочувственно кивнул Уилл. — Мне тоже на сборищах не хочется рассматривать камни и кариес.       — Э-э… Я пойду?       — Давай. Ты меня не видел, и я тебя тоже.       — Не заставляйте Бетти слишком уж долго ждать.       Снова оказавшись в коридоре, Фред задумался, как можно избежать столкновения с Бетти и оказаться в левом крыле. Заглядывая по очереди в предыдущие комнаты, он проверял двери в сад, но все они оказались запертыми. Но ему помог дворецкий, сообщив, что Бетти незадолго до его появления отправилась на второй этаж.       Фред поспешил в сторону жёлтой гостиной, и едва не столкнулся с открывшейся дверью дамской комнаты, из-за которой вышла Джоанна. Глаза под очками были красными, нос опух. Похоже, Эллиоту удалось её доконать.       — С вами всё в порядке? — спросил Фред.       — А похоже? — сварливо отозвалась она.       — Вообще-то, не очень.       — Ну и зачем вы тогда глупые вопросы задаёте?       Сейчас она напомнила ему Плаксу Миртл — не только заплаканным видом, но и тем, что отвечала претензиями на безобидные вопросы.       — Глупости помогают поднять настроение, — сказал Фред.       — Скорее уж наоборот, — парировала Джоанна. — У меня голова пухнет от идиотизма некоторых…       — Просто нужно всё делать по науке. У хорошей глупости есть формулы. И законы. Кстати, один из них гласит, что глупость не равна идиотизму.       Джоанна скептически выгнула бровь.       — Формула, полагаю, такая: клоунада плюс бестактность, умноженные на браваду?       — Это для дилетантов.       — Вроде Эллиота?       — Заметьте, не я это сказал.       Уголки рта Джоанны поползли вверх. Медленно. И совсем чуть-чуть. Будто у неё вообще этот механизм проржавел напрочь. Может даже от слёз. Фред решил продолжить попытки развеселить её:       — Но если хотите получить формулу для профессионалов, то не надейтесь: я её годами оттачивал. И патентами защитил. Могу поделиться переменными: энтузиазм, остроумие, намерения и возможные последствия. Если сможете верно расставить знаки — так и быть, претензий от меня не будет.       Джоанна смотрела на него с каменным лицом. Не сработало.       — Ну, всего хорошего, доктор Рид, меня там Гермиона уже ждёт.       Фред попытался обойти её, но она преградила путь.       — Не торопитесь, мистер Уизли. У меня, вообще-то, есть что обсудить с вами. Полагаю, вы можете быть серьёзным, если захотите?       — Если захочу, — покивал Фред, — то, конечно.       — Это в ваших интересах, если вы действительно планируете быть с Гермионой и у вас не какой-то мимолётный роман.       Это был шантаж. И Фред не мог не признать: довольно действенный. Откуда она только знала, куда давить?       — И что вы бы хотели обсудить?       — Вашу работу. Чем вы торгуете?       — Хорошим настроением и сиюминутной радостью.       — Вот как, — задумчиво протянула Джоанна. — И всё это прибывает в страну по морю? Сотнями кораблей в год?       — Не совсем так. Настроение и радость создаются на месте. Мы получаем… ну, скажем, ингредиенты, а дальше в ход идёт изобретательность и мастерство. Знаете, рождественская хлопушка — это ведь не только порох и конфетти, тогда бы она была просто хлопушкой.       — Перестаньте морочить мне голову! — сердито воскликнула Джоанна. — Вы и так весь вечер этим занимаетесь. Эллиот был прав — вы ничего о себе не рассказали по-настоящему.       — Эллиот прав? Разве он не ваш идейный враг?       Вот здесь он оступился: это было ясно по убийственно-холодному взгляду Джоанны. Тут бы понадобилось то, что Гермиона называла «линией защиты». Проблема была в том, что его линия пролегала прямо по лезвию ножа.       — Строго говоря, возможности не представилось, — сказал Фред, пытаясь не улыбаться и быть по-джоанновски серьёзным. — Вы и сами за столом были, всё слышали — стоило произнести слово, как фразу за меня заканчивал кто-то другой. И… может, мне показалось, но ведь никто не задал правильных вопросов.       — Хорошо, — выдохнула Джоанна. — А я задам. То, чем вы занимаетесь, вообще законно? Гермиона в курсе вашей деятельности?       — Вы меня в чём-то подозреваете?       — Да. Подозреваю, что вы не тот, за кого пытаетесь себя выдавать. И думаю, Нику и Элис стоит пристальнее к вам присмотреться, потому что влюблённые девочки на многое глаза закрывают. Особенно умные — потому что даже не думают о том, что могут ошибаться.       Насколько мог судить Фред, говорила она по своему опыту: иначе откуда могло взяться столько эмоций на её лице за считаные секунды? В ответ он мог ей выставить только один козырь — свой опыт.       — Умные — а Гермиона, безусловно, такая — обычно люди сомневающиеся, — заметил он. — Иногда даже слишком. Мы с ней встречаться начали только через год после того, как… чувства появились. А до того много лет приятелями были. Так что… влюблённость может быть не только отчаянной и слепой. У меня наоборот на многие вещи глаза открылись.       — Говоришь, как Элис, — растерянно пробормотала Джоанна.       — Наверное, это хороший знак, — пожал плечами Фред. — Ник и Элис кажутся крепкой парой.       Ему стоило больших трудов не продолжить: «В отличие от некоторых». Но похоже, эти слова были очевидны, потому что пару мгновений Джоанна выглядела смущённой. Впрочем, она быстро собралась, нацепив на себя строгую маску.       — Всё это очень романтично, конечно, но сейчас вам бы стоило просто признаться, чем вы занимаетесь.       Фред вздохнул. Будет чем порадовать Гермиону: не зря легенду готовила.       — Продаю товары для праздников, доктор Рид.       — Товары для… В самом деле, или это очередная уловка?       — Фейерверки, хлопушки, фокусы, шары и всё в таком духе. Для хорошего настроения и сиюминутных радостей, я же говорил.       — И всё это так востребовано? На сотни кораблей в год?       — Может я и приукрасил. Но праздники случаются каждый день, — развёл руками Фред. — И скажу вам по секрету: необязательно ждать какого-то особого повода — Рождества или дня рождения, — чтобы повеселиться. Кто-то так просто скрашивает будни.       — Странно… Гермиона всегда была целеустремлённой и серьёзной, а у вас даже работа несерьёзная.       — Только потому, что связана с праздниками? — хмыкнул Фред. — А давайте уж честностью на честность: неужели вы не встречали людей с серьёзной работой, которые бы оказались в жизни полными оболтусами и вели себя хуже самых несносных подростков?       Взгляд Джоанны снова полыхнул холодом, а красные пятна на щеках и носу сменились бледностью.       — Не встречала.       Она резко развернулась и зашагала прочь, будто его слова всерьёз её задели. А Фреду стало слегка стыдно за то, что никаких сожалений по этому поводу он не ощутил: её высокомерие ему тоже не пришлось по душе.       Оказавшись наконец в жёлтой гостиной, Фред выискивал среди гостей Гермиону. Её родители были здесь, а вот её самой не было видно. Зато рядом нарисовался Эллиот — разрумянившийся, растрёпанный и совсем навеселе.       — Эй, приятель! — хлопнув его по плечу, сказал он. — Ого! — он сильно сжал пальцы на его мышцах. — Бетти верно подметила, ты в хорошей форме. Джо не видел?       — Побежала в сторону холла, — отозвался Фред. — Она, кажется, не в духе.       — Да… — протянул Эллиот. — Беда. Ты не заметил, сильно всё там плохо у неё?       — Вы догнать и позлорадствовать хотите?       Эллиот округлил глаза и рассмеялся.       — Ну ты даёшь! Нахал, как и я в своё время. Очаровательно!       Сравнение было сомнительным, а то, что оно могло оказаться правдивым, слегка пугало. Фред подумал даже сказать Гермионе, чтобы она его придушила, если он начнёт вести себя с ней, как Эллиот.       — А знаешь, что любопытно? Встретил я тут Бетти — так она на твой счёт помалкивает теперь, как и Ник с Элис.       — Это плохо? — поинтересовался Фред.       — Бетти любого достанет и выпытает всё что угодно, — Эллиот встал ближе и зашептал, обдавая его сильным запахом виски. — Она интрижки мои умудрялась раньше всех разоблачить, иногда даже если ещё ничего серьёзного не намечалось… Понимаешь уровень? Бетти — наша мисс Марпл.       Фред не нашел более подходящей реакции, кроме как угукнуть, уподобившись Уиллу.       — Ты, приятель, хорошо — даже слишком хорошо — выкручиваешься. И с битой, значит, управляешься, и доходы не раскрываешь… Джо про торговлю говорила за столом, но это не слишком убедительно звучит. Не похож ты на дельца обычного, понимаешь? Я подумал бы, что дело тёмное, но Гермиона — умная девочка, да ещё и в государственной конторе работает, она бы не стала с кем попало связываться.       Фред кивнул.       — Ты, часом, не из этих… Ну, не из агентов разведки?       Каждый сегодня создал в своём воображении разные версии того, кем он являлся. Но ему даже нравилось, насколько крутым вообразил его Эллиот. Фильмы про Бонда Фред видел, и разрушать такую иллюзию было бы преступлением против хорошей глупости.       — Эллиот, ваша проницательность просто поражает, — сдержанно сказал он и подмигнул.       Можно даже было поставить сотню галлеонов на то, что Эллиот не поймёт подкола. И действительно: он шумно выдохнул, откинув голову назад, и упёр руки в бока. А затем возбужденно заговорил:       — Я знал! Ну ясно, теперь всё ясно… Складывается картинка. Так где именно? МИ-пять или МИ-шесть?       Фред понятия не имел, что круче. Да и не запомнил, где именно работал Джеймс Бонд.       — Эллиот, не стоит об этом, — с важным видом произнёс он, качая головой. — Вы ведь понимаете, что просите меня раскрыть все карты?       — Карты?       — Это образно. То, чем я занимаюсь, должно казаться фокусом или трюком для обычного наблюдателя. Так что запомните, Эллиот, этот наш разговор — тоже своего рода иллюзия.       — Очаровательно! А… Как Ник и Элис относятся к вашей работе?       — Лучше спросите у них. Но не сейчас, давайте ближе к концу вечера, так будет лучше. Народу поменьше и всё такое, ну вам ли мне объяснять?       — Разумеется! Конспирация! — Эллиот завёлся ещё больше. — И вот что, приятель… Моё предложение об исправлении клыка всё ещё в силе. Знаешь, Дуглас, у которого Гермиона резцы правила, может, и хороший специалист, но трепло, а вот я могу позаботиться о полной конфиденциальности и лишнего за это не возьму. И какие-то экспериментальные импланты с микроэлектроникой, если будет нужно…       — Я учту, — перебил его Фред. — И скажу вам по секрету: никакой это был не Дуглас. У нас свои специалисты есть.       — Свои… — Эллиот выглядел так, будто его оглушили. — Так Крошка Банни тоже завербована?       Фред приложил палец к губам, изо всех сил стараясь выглядеть серьёзно. Скулы и щёки от напряжения начинали побаливать.       — Не используйте больше это прозвище, — шикнул он. — Она взяла его как позывной для особо важных миссий.       — А вот и она, — кивнул в сторону двери всё ещё шокированный Эллиот. — Поверить не могу! Крошка Банни… ну надо же!       — Эллиот, — с укором сказал Фред. — Вы ведь обещали, что можете обеспечить конспирацию.       — Виноват. Прошу прощения.       Эллиот взъерошил волосы и направился к дверям в сад, а Фред бросился к Гермионе.       — Ты не представляешь, как я рад тебя видеть! — сказал он. — Нам бы неплохо теперь если не убежать, то никому на глаза не попадаться.       — Ты что-то успел натворить? — нахмурилась она.       — Слегка увлёкся импровизациями. Они меня вынудили! — вскинув руки, ответил он.