Буря|Алхимия душ[Со Юль]

· · ─────── ·𖥸· ─────── · Она ненавидела отступать. Каждое движение приходилось обдумывать, сдерживаться. Её меч двигался лишь для защиты, а не для нанесения урона. Каждое столкновение было блоком. Каждый шаг — выбор между открытостью и контролем. Ей приходилось продумывать каждый взмах меча, следить за своей стойкой, за противником, стараясь не пролить кровь и не стать уязвимой. Она почти не боролась, только блокировала удары и отступала. В конце концов пожар погас. На Ра смотрела, как последний из нарушителей исчезает в тени. Она скользнула взглядом в сторону… и увидела мага с обнажённым мечом, направленным прямо на неё. Она вздохнула. Сегодня получилось шесть. Вот вам и незаметность. Если уж ей и нужно было привлекать внимание, то не так. «Кто ты?» — спросил маг спокойным, но настороженным голосом. В его голосе не было угрозы, но меч остался. Ещё несколько магов подошли и осторожно окружили её. Среди них появился На Му. «Все в порядке», — сказал На Му, собираясь вмешаться, но другой маг, постарше и, вероятно, из числа старших, остановил её, подняв руку, и шагнул вперед. «Он задал вам вопрос, юная леди, — твёрдо сказал он. — Кто вы и как попали в Чонджингак?» На Ра всматривалась в лица окружающих. Они были готовы ударить, если она хоть немного дернётся не так. «Чон», — спокойно ответила она. Несколько голов повернулись в её сторону. «Чон На Ра. Дочь Чон И Сыль». Одного этого было достаточно, чтобы воздух вокруг нее изменился. «Она отправила меня в Сонгрим изучать иностранные медицинские техники под руководством мастера Хо», — сказала она, поднимая отложенный ею ранее деревянный ящик. «Мы сравниваем методы лечения, используемые здесь, с теми, что практикуются в крепости Эодум. Это часть постоянного обмена между нашими регионами». Она протянула ящик. «Эти травы были запрошены для его исследований». Маг моргнул, прежде чем к нему пришло осознание. Он опустил меч и обменялся взглядами с товарищами. «Чон... То есть мастер меча и нынешняя стюардесса Крепости Эодум?» — спросил другой, получив утвердительный кивок. Маг, стоявший напротив, теперь смотрел на неё внимательнее. «Прости. Ты так хорошо двигалась... Я тебя не узнал. И мы тут редко видим выходцев из крепости Эодум». На Ра наклонила голову, глядя на него. Его голос, его поза… что-то пронзило её память, слабое, но знакомое. Всплыла сцена из прошлого: маленькие руки, деревянный свисток и невысказанное обещание. «Всё в порядке», — мягко сказала она. «Молодой господин». Его брови слегка приподнялись, но прежде чем он успел ответить, на сцену ворвался запыхавшийся маг. «Тело Нак Су... исчезло!» Глаза На Ра сузились. Значит, слухи оказались правдой. У Нак Су произошла перемена в душе. Злоумышленники не сбежали, потерпев неудачу… они получили то, за чем пришли. Этот огонь, этот хаос, это отвлечение – всё было сделано достаточно хорошо, чтобы её тело скрылось в дыму. И они своего добились. Если они действительно были союзниками Нак Су, то, возможно, тело было в безопасности. Но даже когда она говорила себе это, ее терзало беспокойство. То, что они когда-то работали вместе с Нак Су, не означало, что им можно доверять. На Ра помнила осторожность в голосе Нак Су, когда она упоминала Дан Джу. Дан Джу. Ей нужно было найти Дан Джу. Она не могла рисковать, оставляя судьбу Нак Су в их руках надолго. Если бы она могла поговорить с ним, договориться, пригрозить, сделать всё, что угодно, то, возможно, ей удалось бы вернуть тело и душу. Её пальцы дрожали от желания пошевелиться. Чем дольше она здесь стояла, тем холоднее становился её след. Она вздохнула и перенесла вес, готовая ускользнуть. Но прежде чем она успела сделать шаг, со двора раздался властный голос. «Никому не разрешено уходить», — объявил старший маг. «По приказу мастера Пак Джина, среди нас подозревают шпиона. Пока он не отдаст распоряжение, ворота остаются закрытыми». На Ра стиснула челюсти. Конечно. Карантин. Она предвидела препятствия, но не настолько большие и не так скоро. Тем не менее, она сохраняла спокойствие. Её имя защитит её. Её история, тщательно подобранная, отведет подозрения. Ей просто нужно будет действовать осторожно, правдоподобно. Одно неверное движение, одно неуместное слово, и на неё обратят внимание по совершенно неправильным причинам. «Вы в порядке, юная леди Чон?» — спросил На Му, снова подходя к ней. Она кивнула с лёгкой улыбкой, хотя взгляд её скользнул мимо него, к удаляющейся фигуре. Что-то в его спине, в его облике тронуло давно погребённую нить. Воспоминание всплыло, наполненное горем и гневом. Юная девушка, сжав кулаки, дрожащим голосом: «Уходи. И не возвращайся. Если вернёшься... умрёшь». На Му легонько подтолкнул её. «Я знаю, что Со Юль красивый, но не смотри на него слишком долго. Ты привлечёшь внимание», — игриво прошептал он. На Ра тихонько усмехнулась. «Извините», — пробормотала она, следуя за магами, которые вели группу в Чонджингак. Хаос утих не сразу, и среди собравшихся магов послышался шёпот. Весть быстро распространилась: из семьи Джин вызвали подкрепление. На Ра окинула толпу внимательным взглядом. И тут она увидела её. Она выделялась, словно тень при дневном свете, выглядя не к месту. Слишком сдержанная для простой служанки, но недостаточно смелая, чтобы привлечь внимание. Дело было не только в неловкой скованности её позы, но и в том, как она осматривала комнату взглядом, как нервно дергались пальцы, несмотря на спокойное выражение лица. Глаза На Ра сузились. Эта девушка была не просто наблюдателем. Она не знала, была ли это Нак Су... но даже если нет, эта служанка что-то знала. На Ра чувствовала это. Дрожь под поверхностью, тяжесть в её взгляде. Если она связана с союзниками Нак Су, то может знать, куда увозят тело. Или, что ещё хуже, она сама может быть частью плана по перемещению души. «Позже, — сказала она себе. — Я разберусь с ней позже». Так или иначе, ответы липли к этой девушке, как дым, и На Ра намеревалась пойти по ее следу. Затем в комнате стало тихо. Холодный и властный голос прорезал воздух, словно лезвие. «Один из вас помог людям Нак Су проникнуть в Сонгрим». Этот голос... она знала его. Мастер Пак Джин шагнул вперёд, его присутствие было столь же тяжёлым, как и наступившая тишина. Он не держал клинка, но он и не требовался. Одного его авторитета было достаточно, чтобы заставить всех замолчать. Губы На Ра вытянулись в прямую линию. Это лицо, такое спокойное, такое безмятежное. Она отчётливо помнила его. Оно было там в ночь, когда сгорела крепость, в ночь, когда её семью оторвали от неё. Он наблюдал, молчаливый и соучастник. «Чтобы раскрыть правду, — сказал он, — я обратился за помощью». Двери со скрипом отворились. Вошла величественная и сдержанная дама, за которой следовали её свиты. Они действовали быстро, что-то собирая на кафедре умелыми руками. Металл звякнул, и раздался низкий гул. На Ра прищурилась. Она ничего не узнала, пока мастер Пак не заговорил снова. «Леди Джин привела Гвигу». На Му наклонилсь к ней и прошептала на ухо: «Это призрачная гончая семьи Цзинь. Реликвия, разоблачающая колдовство душ». Дыхание На Ра едва заметно перехватило. Она помнила его по рассказам госпожи Чон И Сыль: древний дух, связанный кровной связью, обученный чувствовать магию души. Он чувствовал неестественный разрыв между телом и душой. Говорят, он был непреклонен и неподкупен. Освободившись, он не остановится, пока не найдет свою цель. «Закройте двери», — приказал Пак Джин. Болты с грохотом встали на место. «Никому не позволено уйти», — продолжил он. «Любой, кто попытается это сделать, будет объявлен шпионом и убит». Он повернулся к молодой девушке и кивнул: «Можете начинать». Тёмный дым клубился над мраморным полом, словно живой. Воздух становился холоднее и тяжелее. На Ра наблюдала, как юная леди Цзинь начала призыв, её изящные руки рассекали воздух. Наблюдая за танцующими руками женщины и поднимающимся черным дымом, мысли На Ра вернулись к словам леди И Сыль. «Алхимия душ порочна. Как бы идеально она ни была проведена, она оставляет шрам. Разрыв между телом и душой. И Гвигу... он чувствует этот разрыв». Затем раздался рык, низкий и дикий. Взгляд На Ра следил за призрачной гончей, крадущейся сквозь толпу. Рычание нарастало с каждым шагом. Светящиеся глаза осматривали комнату. Она медленно кралась, принюхиваясь, её мускулы напряглись под призрачной шерстью. Она пристально наблюдала, затем её взгляд снова упал на служанку. И вот перед ней кто-то стоял. Мужчина. Спокойный, но бдительный. Защищающий. Слишком защищающий. Он защищал её. На Ра нахмурилась. Девушка оказалась больше, чем казалась. А мужчина, защищавший её... он был либо дураком, либо замешан в этом. Внезапно Гвигу прыгнул. На Ра напряглась, но существо промчалось мимо служанки и ее защитника, с силой повалив на пол другую фигуру. Раздались вздохи, когда мужчина оттолкнул зверя и бросился к двери. «Он изменяет души!» — закричал Мастер Пак. «Взять его!» Комната взорвалась. Толпа бросилась вслед за убегающим оборотнем душ, и На Ра последовала за ними. Скрежетнула сталь, сверкнула магия, и несколько магов Сонгрим быстро упали, их тела смялись. Снаружи было холодно. Она наблюдала с края толпы, как так называемый предатель, спотыкаясь, вышел на открытое пространство. Его кожа стала пепельно-серой, глаза запавшими и чёрными. Он завыл — грубый, гортанный звук, не принадлежавший ни одному живому человеку. На Ра стояла среди остальных, наблюдая с тихим любопытством. Оборотень душ пошатнулся, дыхание стало прерывистым, движения неуверенными, силы таяли с каждой секундой. Это было ясно. Он выгорал. Он резко поднял голову, чёрные глаза обвели толпу взглядом, диким, невидящим… а может, и нет. На мгновение ему показалось, что он смотрит прямо на неё. Или, может быть, на кого-то рядом с ней. Его рот искривился. Губы потрескались, горло сжалось, когда он попытался заговорить. "...Размыто...ррр..." Звук был прерывистым, искажённым до неузнаваемости. «Цветок»? Слово отозвалось эхом в её голове, слабое и странное. Бессмысленное или что-то ещё? Прежде чем На Ра успел принять решение, оборотень рванулся вперед, издав гортанное рычание. Он сделал выпад. Прямо к всей группе магов. На Ра напряглась, едва переместив вес. Непонятно, была ли она целью или просто стояла на пути. Воздух прорезал резкий синий вихрь. Он ударил перевертыша душ в прыжке. Тот резко дёрнулся, на мгновение замер, а затем с криком рухнул на землю. Магия принадлежала не ей. На Ра резко обернулась. Её взгляд упал на источник. Со Юль. Он спустился по ступеням, обнажив два сверкающих клинка. Каждое движение было точным и выверенным, когда он нацелился на оборотня души. Существо завизжало от ярости и бросилось вперёд, бешено размахивая когтями, но Со Юль оказался быстрее. Его клинки рассекали воздух, изящно встречая атаки. Вой оборотня становился всё более неистовым, он извивался и кружился, теряя контроль. Затем Со Юль вонзил один клинок глубоко в его грудь. Существо сделало последний прерывистый вдох, прежде чем исчезнуть. У На Ра перехватило дыхание, когда кожа существа начала меняться, твердея и трескаясь, как древний камень, конечности деревенели, плоть рассыпалась острыми осколками. Последнее, что она услышала, был голос леди И Сыль, доносившийся тихим эхом: «Когда душа выходит из-под контроля и сжигает последние остатки энергии... она распадается». · · ─────── ·𖥸· ─────── · «Ты что, совсем не спала?» Голос Мастера Хо нарушил тишину, когда он вошёл. На Ра мягко улыбнулась и покачала головой. «Это было трудно», — ответила она. «Вчерашний вечер был шумным. Столько шума и представлений. Было приятно познакомиться с четырьмя сезонами Тэхо». Она старалась не выдавать горечи в голосе, но чувство не покидало её. Дети семей, молчавших во время падения её собственной, теперь процветали, удостаиваясь титулов и почёта. Их имена произносились с восхищением, в то время как её имя несло лишь воспоминания и разрушение. Какая-то малая часть её чувствовала зависть и обиду за то, что они продолжали существовать нетронутыми, а ей оставалось лишь собирать осколки прошлого. Во время собрания она попыталась отойти, чтобы подойти к служанке, но мастер Хо заметил ее. «Это Чон На Ра, дочь Чон И Сыль», — сказал он с нескрываемой гордостью. На Ра поклонилась, остальные последовали ее примеру и представились. «Вы надолго?» — спросила леди Джин Чо Ён. Её улыбка сияла, а в голосе слышалось любопытство. На Ра вежливо кивнула. «На какое-то время. Я хотела бы изучить здешние медицинские техники. Они отличаются от того, что я знаю." Чо Ён тихонько захлопала в ладоши от волнения, но быстро взяла себя в руки, откашлявшись. «Если хотите, я могу вам всё показать». «Это действительно ты, Чо Ён?» — поддразнил Пак Дан Гу, смеясь. По их реакции было ясно, что это нетипичное для нее поведение. «Приятно, что наконец-то рядом есть еще одна леди», — сказала Чо Ён, надувшись. «Мать никогда не позволяла мне дружить с теми, кого она не одобряла. Но дочь величайшей воительницы Дэхо... Уверена, даже она не будет возражать». На Ра улыбнулась вежливо и сдержанно. Но едва слова сорвались с её губ, в её сознании промелькнуло нежелание. Какой смысл в формировании связей, которые в конечном итоге станут слабостью? Ей не нравилась идея играть в дружбу, особенно с людьми, так глубоко связанными с семьями, которые молча наблюдали за крахом семьи Су. И всё же, если она собиралась остаться в Сонгриме на какое-то время, ей нужно было обустроить там своё место. Даже если это означало бы потакать наследникам тех, кто когда-то стоял в стороне и ничего не делал. Они могли быть полезны. Связи — это сила, и она не могла позволить себе оставаться одна на незнакомой территории. Ее взгляд быстро скользнул по ним: Джин Чо Ён, Пак Дан Гу, даже по Мастеру Хо. Они все были такими беззащитными. Такими доверчивыми. Даже легковерными. Все, кроме одного. Взгляд На Ра задержался на Со Юле ещё на мгновение. Он смотрел на неё слишком пристально. Слишком тихо, слишком проницательно. Он был далеко не таким наивным, как остальные. «Тогда для меня будет честью быть твоим другом», — наконец произнесла она, и улыбка не сходила с ее лица. Со Юль подошла к концу и тихо извинилась: «Твоя мать, должно быть, тебя тренировала. Ты хорошо сражалася». «Да», — ответил Ра. «И, пожалуйста, не нужно снова извиняться. Я понимаю». И вот остался последний из них — Чан Ук. Человек с запутанной родословной, застрявший между слухами и наследием. Она видела, как он стоял на коленях снаружи в наказание. Говорили, что он сломал талисман Гвигу, и причина была странной. Неясной. Он утверждал, что ему было скучно, хотя никто не понимал, почему. Она вспомнила, как он заботился о служанке. Лгал ли он о своих причинах? Знал ли он что-то? Позже мастер Хо предложил ей остановиться в Седжукване. И вот теперь, когда небо озарилось утренним светом, он снова предложил ей это. «Разве ты не говорила, что хочешь осмотреться? Тебе стоит начать с Чхонбугвана». На Ра вопросительно подняла бровь. «Чжин Му, помощник Кванджу из Чхонбугвана, поймал людей Нак Су прошлой ночью, — сказал он. — Сегодня он сожжёт её тело». Слова дались ей с трудом. Что-то внутри неё напряглось. Этого не может быть. Слишком рано. Она уехала в Чхонбугван, не сказав больше ни слова. Двор уже был полон людей. Тяжелый и горький дым клубился в утреннем воздухе. На костре горело тело Нак Су. Она молча наблюдала, слушая, как люди вокруг нее перешептываются. «Чхонбугван поймал Нак Су, когда Сонрим потерпел неудачу». «Гордость Сонгрима пострадала». «Вот помощник Кванджу, Джин Му». На Ра проследила за их взглядом. Господин Джин Му сидел рядом с другим знакомым ей мужчиной. Он стоял рядом с Дан Джу в ту ночь, когда Нак Су приказали лишить Пак Джина жизни. В ту ночь На Ра пряталась в тени, наблюдая издалека. Она не видела лица Дан Джу, но человека рядом с ним невозможно было спутать ни с кем. И теперь он был рядом с Цзинь Му. Почему? Был ли он шпионом? Может ли этот помощник Кванджу быть врагом? Эта мысль казалась неверной. Чхонбугван был священным учреждением, почитаемым и пользующимся доверием всех жителей Тэхо. И всё же вопросы не прекращались. Зачем было торопиться сжечь её тело? Почему бы не провести дальнейшее расследование? Почему бы не использовать это, чтобы поймать Нак Су? У На Ра закружилась голова, но она заставила себя сосредоточиться. Тело Нак Су исчезло, но сама Нак Су осталась. Она всё ещё была где-то там. И На Ра теперь хорошо знала, кто она. Она шагнула вперёд, ближе к огню. Служанка стояла перед ним, молча наблюдая. «Если мы потушим пламя, — тихо сказала На Ра, — возможно, нам удастся что-то спасти». Служанка не двинулась с места. Голос её был тихим, но твёрдым. «И вызвать подозрения? Это не стоит риска». «Тебе так много нужно рассказать», — пробормотала На Ра. «Если ты меня впустишь, я смогу тебе помочь». Губы служанки изогнулись в лёгкой улыбке, одновременно грустной и насмешливой. Она продолжала смотреть вперёд, пока говорила тихим, почтительным голосом. «Я горю», — сказала она, чтобы услышала На Ра. «Как мой дом... и мои родители в тот день». На Ра отступила назад, боль от этих слов эхом отдалась в ней. Она хотела сказать что-то ещё, но девушка уже переключила внимание. «Молодой господин Чан», — позвала служанка, на этот раз громче. Чан Ук приблизился, его взгляд метался от костра к На Ра. «Как видишь, — продолжила она, — я ничего не могу сделать, кроме как смотреть, как горит моё тело. И я ничего не могу сделать для тебя». Чан Ук посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула неуверенность. Он не узнал её, но покачал головой. Он протянул меч. «Я нашёл твой меч, — сказал он. — Ты сказала, что с его помощью сможешь вернуть себе силу». После сожжения в Чхонбугване они не ушли далеко. Чуть подальше от шума и жары сборища Чан Ук повёл их в бордель, который он арендовал полностью ради уединения. Служанка молча сидела в углу, уже не будучи убийцей, известной как Нак Су. Теперь она стала Му Док не только телом. Её присутствие казалось тусклым, её некогда грозная энергия едва мерцала. На Ра знала без вопросов: меч не вытащится. Тело было слишком слабым, душа слишком изношенной. «Му Док», — тихо сказала На Ра, подходя к девушке, которая, казалось, была погружена в свои мысли вдали от нее. Нак Су моргнула, очнувшись от своих раздумий, и повернулась к ней. «Я в порядке», — сказала она дрожащим голосом. «Мне просто нужно побыть одной». На Ра не стала спорить. Ей больше нечего было сказать. Она неохотно отступила назад, ещё немного понаблюдала за ней, прежде чем вздохнуть и отвернуться. «Похоже, у вас есть скрытая личность, юная леди Чон». Из-за её спины раздался голос Чан Ука. Он стоял, скрестив руки на груди, и уже не скрывал подозрения в глазах. «Ты знакома с Нак Су?» На Ра повернулась к нему спокойно, но в её голосе слышалась напряжённость. «Теперь, когда она тебе бесполезна, сдашь ли ты её властям? Расскажешь остальным в Сонгриме всё, что знаешь?» «Ты что, принимаешь меня за стукача?» — спросил он, явно обидевшись. «Если честно, я тебя не знаю», — категорично ответила она. Она выдержала его взгляд, не дрогнув. «Тогда, возможно, ты ослышался». Они бы ещё долго стояли там, сверля друг друга взглядами под деревьями, если бы не Цзю Воль, которая подошла к ним. Она вошла, явно не желая вмешиваться, но беспокойство пересилило её сомнения. «Молодой господин Чан, — осторожно спросила она, — как долго нам следует держать это место закрытым?» «Я закончил», — ответил он, не глядя на На Ра и стиснув зубы. Чу Воль кивнула, а затем быстро добавила: «Что не так с Му Док? Раньше она выглядела отстранённой. Я спрашиваю только потому, что... она направлялась к озеру Кёнчхондэхо». Выражение лица Чан Ука мгновенно изменилось. На его лице отразилась тревога. «Озеро Кёнчхондэхо?» — переспросил он низким от страха голосом. Напряжение между ним и На Ра мгновенно исчезло. Вся гордость и обида, остававшиеся между ними, исчезли, когда оба быстро двинулись вперёд. «Му Док!» — крикнула На Ра, как только они достигли берега. «Му Док!» Чан Ук повторил рядом с ней. Они замерли. Она стояла, Му Док, на берегу озера, вода была позади неё. В руках у неё был меч, который теперь каким-то образом оказался обнажён. Она медленно повернулась к ним, выражение ее лица было непроницаемым, глаза пустыми. Затем, не говоря ни слова, она подняла клинок. И рухнула. Чан Ук тихо выругался, когда они бросились к ней. На Ра опустилась на колени рядом с упавшей девушкой, её руки уже тянулись к ней, проверяя дыхание, пульс, вообще всё. Следующее, что она осознала, — это то, что она моргнула на свет, струящийся сквозь бледные льняные экраны. Глаза Му Док распахнулись. Стон сорвался с её губ, когда она пошевелилась. Мышцы ныли от напряжения и душевного напряжения. Тело казалось слишком маленьким, слишком изношенным для того, что ему пришлось вынести. Она медленно села, оглядывая незнакомую комнату – простую, деревянную, тихую. В воздухе витал аромат трав и сушеного лотоса. Чан Ук стоял рядом, скрестив руки и прислонившись к столу. Несмотря на непринуждённую позу, в его глазах читалось беспокойство. Он пытался скрыть его, но оно не отпускало. «Вы в Седжуквоне, — сказал он через мгновение тихим голосом. — В лазарете мастера Хо Ёма в Сонриме». Последовала пауза, а затем его губы тронула легкая, почти насмешливая улыбка. «Я должен быть благодарен твоей подруге, На Ра. Благодаря твоей травме у меня появился повод снова войти в Сонгрим, хотя мне когда-то это было запрещено. Твои глаза были налиты кровью. Она дала мне капли для глаз, чтобы я закапал их тебе. Сказала, что синяки похожи на синяки... Я... э-э, я их уже закапал. Продолжай закапывать. Они помогут осветлить цвет». Он произнес все это на одном дыхании, как будто пытался заполнить тишину чем угодно, только не правдой о том, что только что произошло. Но в тот момент, когда ее взгляд упал на стол рядом с ним... на лежащий там меч, знакомый и целый, все остальное померкло. У нее перехватило дыхание. Она поднялась слишком быстро, ее сердце забилось, когда она потянулась к нему, руки дрожали. Меч, которым она когда-то владела. Меч, который когда-то подчинялся только ей. Ее пальцы обхватили рукоять. Но в этот раз это не сработало «Я рисовала это раньше», — сказала Нак Су, и в её голосе слышалось разочарование, когда она посмотрела на оружие в своей руке. «Знаю, что рисовала». «Знаю, я видел», — спокойно, но твёрдо подтвердил Чан Ук. «Но тебе это удалось только благодаря энергии озера». «В этом озере я вновь обрела силу, — утверждала она. — Если я вернусь, возможно, я смогу сделать это снова». «А что потом?» — спросил он, выпрямляясь. «Ты будешь жить под водой, как рыба?» Нак Су проигнорировал сарказм. «Я почувствовала, как во мне что-то пробудилось. Эта энергия, вот что открыло мне глаза. Если бы я могла найти кого-то с такой же силой, он смог бы высвободить энергию, которая всё ещё дремлет во мне». Глаза Чан Ука сузились. «И кто же это может быть? Ты что, собираешься теперь искать мастера? Ты вообще думаешь, что существует кто-то настолько могущественный? И даже если бы и был… зачем тебе помогать? Ты — Нак Су. Убийца, способный менять души». Она вздохнула. Он был прав, и, к сожалению, прав. «...Где На Ри?» — вдруг спросила она и замерла, как только имя вырвалось у нее из уст. Слишком поздно. Её глаза расширились, когда она поняла, что только что сказала вслух. Она быстро обернулась, готовая найти какое-нибудь оправдание, но Чан Ук уже замер, его лицо побледнело, когда всё встало на свои места. «Н-На Ри?» — ошеломлённо повторил он. Нак Су снова вздохнула, на этот раз с покорностью. Пути назад уже не было. «Да», — призналась она, уже успокоившись. «На Ра — белый убийца.Ри.» Чан Ук повернулся к двери, его взгляд был устремлён вдаль, словно он увидел тихую фигуру прямо за ней в новом свете. Конечно. Это многое объясняло. Почему она была с Му Док. Но всё ещё оставалось вопросом: как дочь знатной женщины могла встать на путь убийцы? Ему повезло, понял он, что она не убила его, когда у неё был шанс. Дважды. Один раз в Чвизеонру... и ещё раз, не так давно, когда они спорили о том, кто будет охранять Нак Су. У него сжалось горло. Он с трудом сглотнул, его охватил страх. «Пусть это осознает», — пробормотал Нак Су, внимательно наблюдая за его реакцией, прежде чем пройти мимо него и направиться к двери. На Ра подняла взгляд от своего места рядом со служанкой как раз в тот момент, когда Нак Су вошла в зал. «Мне нужно, чтобы ты приготовила отравленный чай», — спокойно сказала Нак Су, не сводя с нее глаз. · · ─────── ·𖥸· ─────── ·