Шифр Сердец

Следующее утро началось слишком спокойно — и это было плохим знаком. Капитано первым заметил тревожные сигналы. Он проверял новости, когда на экране появилось сообщение о взрыве на складе оружия, который курировало их агентство. — Это они, — коротко сказал он. — Кто «они»? — Чайльд уже был настороже. — Те, кто напал на отель. Это только начало. Тарталья натянул рубашку и вздохнул: — Значит, отдых окончен? — Он и не начинался, — мрачно ответил Капитано. --- Следы врагов В штабе их встретил начальник, разъярённый как никогда: — Мы потеряли часть оборудования и зацепку по делу! Эти шпионы играют на опережение. Капитано, Тарталья — вы идёте первыми. — Ну что, партнёр, — ухмыльнулся Чайльд, — снова вместе против мира? — На этот раз — без твоих шуток, — ответил Капитано, надевая бронежилет. --- Засада На пути к разрушенному складу их встретила группа наёмников. — Слишком открытая позиция, — сказал Капитано, оглядываясь. — Думаешь, засада? — Я знаю, что засада. Через секунду выстрелы разорвали тишину. Тарталья перекатился за бетонный блок, выстрелив в ответ. — Ну вот, а я надеялся на ещё один день у моря! — Концентрируйся! — рявкнул Капитано. --- Опасный момент В разгар перестрелки один из врагов попытался обойти их с тыла. Тарталья заметил его слишком поздно — пуля прошла в сантиметре от него. — Ты ранен? — резко спросил Капитано, оказавшись рядом. — Ничего серьёзного. Но в глазах Капитано мелькнула та же тень ярости, что и во время похищения. Он атаковал нападавших так, словно это был его личный бой. --- Неожиданная находка После боя они нашли тайник с картами и зашифрованными планами. — Это похоже на подготовку к чему-то крупному, — заметил Чайльд, рассматривая бумаги. — Это не похоже. Это и есть крупное, — ответил Капитано. — Они готовят удар прямо по агентству. --- Вечер в штабе Когда они вернулись, Тарталья заметил: — Ты снова был на грани. — Ты слишком часто подставляешься. — А ты слишком часто спасешь меня, — улыбнулся Чайльд. — Похоже, у нас с тобой такая динамика. Капитано на секунду задержал взгляд на нём, но промолчал.