Картины ужаса (fordriska)

Глава 23. Глупый молодой человек VS властный президент Когда Кэ Сюнь вышел из душа, закутанный в полотенце, он обнаружил Му Ижаня, стоящего у окна и тихо разговаривающего по телефону. Голос его звучал приглушенно, а слова лились на беглом английском — деловом, отточенном, с легким британским акцентом. Кэ Сюнь на цыпочках пробрался в спальню, где аккуратно заправил постель, поправив каждую складку на покрывале. Взяв свой телефон, он вернулся в гостиную и, увидев, что Му Ижань все еще погружен в разговор, выразительно показал жестами: "Я ненадолго выйду, пять минут". С двумя пакетами из химчистки, где остались костюм и рубашка, Кэ Сюнь направился в ближайший супермаркет. По дороге раздался звонок от Вэй Дуна. — Чем занимаешься? — раздался в трубке оживленный голос. — Покупаю п... — начал Кэ Сюнь. — Блин! Ты уже его соблазнил?! — Вэй Дун перебил его с таким энтузиазмом, что Кэ Сюнь едва не выронил телефон. (Примечание переводчика: Кэ Сюнь говорит «买套», прежде чем Вэй Дун прерывает его. Он хочет сказать «купить пижаму». По-китайски это 买套睡衣. Однако 买套 само по себе означает «купить презервативы», отсюда и реакция Вэй Дуна.) —...Покупаю одежду, кретин, — вздохнул он, — Мог бы дать мне закончить предложение, прежде чем впадать в истерику? Твои фантазии становятся опасными, серьезно. — Да кто здесь опаснее — я со своими фантазиями или ты, который в первый же день затаскивает незнакомого парня к себе домой? — парировал Вэй Дун. — Кто знает, какие у тебя на самом деле планы? Кэ Сюнь потер переносицу: — Говори быстрее, если что-то нужно. Я стою в очереди на кассу. — Зачем тебе вообще одежда? — не унимался Вэй Дун. — Чтобы у него было во что переодеться, гений. Вряд ли он сегодня уедет — уже слишком поздно брать билеты на поезд или самолет. — Ого, — протянул Вэй Дун, — ты уже выяснил, где он живет? Настоящий Казанова. — Отвали, — фыркнул Кэ Сюнь, — я просто увидел его визитку в кармане, когда отдавал костюм в чистку. — О? — голос Вэй Дуна сразу стал заинтересованным. — Так чем же занимается великий Босс Му? Он правда какой-то топ-менеджер или, может, секретный айдол? Кэ Сюнь, стоя в очереди, тихо засмеялся: — В любом случае, он определенно 'босс'. Насколько большой — это еще предстоит выяснить. — Ты имеешь в виду не то, о чем я подумал, когда сказал 'выяснить', да? — Вэй Дун фальшиво закашлял. — Потому что мой грязный разум сразу нарисовал... (Кэ Сюнь использует слово, которое буквально может означать «глубоко проникать», и грязный ум Вэй Дуна снова выдаёт свою реакцию.) — Ладно, ты победил, — Кэ Сюнь закатил глаза, — Ты в любой момент можешь снова оказаться в той проклятой картине, а у тебя в голове только такие мысли? — А что мне еще делать? — Вэй Дун внезапно стал серьезным. — Я не могу же следующие тринадцать дней рыдать, обняв мамину ногу. Мой отец всегда говорил: 'Жизнь коротка — делай то, что заставляет тебя улыбаться'. Все восемнадцать поколений нашей семьи Вэй уходили с улыбкой. Я, может, и не смогу улыбаться в конце, но похабные шутки — это мой способ держаться. Кэ Сюнь на мгновение задумался: — Твой отец... определенно дает нестандартные советы. Ладно, продолжай свои грязные фантазии. Если больше ничего, я кладу трубку — передо мной уже два человека. — Подожди, подожди! — завопил Вэй Дун. — Ты так и не сказал, какой он 'босс', этот твой Му Ижань! Кэ Сюнь вздохнул: — Он арт-дилер. Владеет шестнадцатью галереями в восьми странах. Также работает как независимый оценщик и лично занимается покупкой редких полотен. —...Стоп, — Вэй Дун явно был шокирован. — Всё это было написано на его визитке?! — Боже, — Кэ Сюнь потёр лоб, — В следующий раз, когда мы встретимся, я буду смотреть на тебя как на полного идиота. На визитке было название его компании — 'Haojing Art Holdings'. Я загуглил — первая же ссылка вела на его профиль в Forbes. —...Чёрт... — Вэй Дун проглотил ком в горле. — Подожди, сколько ему вообще лет?! Как он уже успел открыть шестнадцать галерей?! — Согласно статье, — Кэ Сюнь переключил телефон в режим громкой связи, пока расплачивался, — в пятнадцать лет он купил на карманные деньги картину неизвестного художника за пятьдесят тысяч долларов. Через три года продал ее за семьдесят три миллиона. Видимо, глаз у него действительно алмазный. —...Я чувствую, как непроизвольно сжимается моя хризантема, — пробормотал Вэй Дун. Кэ Сюнь фыркнул, забирая пакеты с покупками: — Он довольно известен в арт-кругах. Критики хвалят его 'непревзойденный вкус и деловую хватку'. Благодаря этому он смог построить империю, несмотря на молодость. Удовлетворил любопытство? Вэй Дун тяжело дышал в трубку: — Дай мне секунду... Ладно, последний вопрос: ты всё это нашел в интернете? Всё-всё? — Угу, — Кэ Сюнь толкнул дверь плечом, выходя на улицу. — Там не только сухая биография. Есть и дата рождения — двадцать седьмое февраля, — и рост — сто восемьдесят шесть сантиметров, — и даже его увлечения — оказывается, коллекционирует редкие чайные сорта. Есть целый фан-клуб с видео, где он посещает выставки. Одно даже снято скрытой камерой, когда он выбирает картины в частной галерее в Челси. — П-погоди... — Вэй Дун запищал. — У него есть фанатки?! — Что в этом странного? — Кэ Сюнь смеялся, переходя дорогу. — В прошлом месяце даже пекинский продавец жареной лапши стал звездой Douyin. А тут — молодой, чертовски привлекательный миллионер с ледяным взглядом и репутацией гения. Ты удивишься, но у него триста тысяч подписчиков в Instagram. —...Я чувствую, что твой Босс Му существует в какой-то параллельной реальности, — Вэй Дун звучал подавленно. — Он зарабатывает за день то, что мы не увидим за жизнь. У него армия поклонниц. Да, тебя три года подряд выбирали 'Самым красивым парнем кампуса', и да, у тебя неплохой спортзал... Но в глобальном масштабе... Вы будто с разных планет. Как если бы набросок углём вдруг возжелал оказаться в одной раме с полотном Ван Гога. Вы даже не из одной вселенной, понимаешь? Кэ Сюнь внезапно остановился посреди тротуара. — Спасибо за красочное сравнение, — его голос внезапно стал жестким. — Но если тебе больше нечего сказать, я кладу трубку. Мороженое тает. Он резко закончил звонок, даже не дожидаясь ответа. В пакетах у него были: зубная щётка средней жесткости, полотенце голубого цвета, чтобы соответствовать глазам Му Ижаня, пижама темно-синяя, хлопковая, и пара простых белых кроссовок на размер больше, чем его собственные — на глаз. Он вспомнил, как Му Ижань отдал брюки в химчистку — значит, обратно он их уже не наденет. Костюм без брюк — нонсенс, значит, и туфли тоже будут не у дел. У самого порога квартиры Кэ Сюнь вдруг замер, сжимая пакеты. Слова Вэй Дуна и строки из статей о Му Ижане всплыли в памяти с болезненной четкостью. Они действительно были из разных миров. Му Ижань — вундеркинд, превративший страсть в империю. Он сам — владелец скромного спортзала на окраине Пекина. Губы Кэ Сюня непроизвольно сложились в горьковатую усмешку. Он резко встряхнул головой, будто отгоняя навязчивые мысли, и резко открыл дверь. Му Ижань сидел на диване в позе, которая у обычных людей выглядела бы расслабленной, но у него все равно казалась собранной. Его телефон лежал на журнальном столике рядом с чашкой чая — Кэ Сюнь не помнил, чтобы заваривал его. — Закончил с переговорами? — спросил Кэ Сюнь, ставя пакеты на пол. Му Ижань поднял на него взгляд. — Какой марки у тебя телефон? — спросил он без предисловий. Кэ Сюнь ухмыльнулся: — Аккумулятор сдох? Какое совпадение — у нас одна модель. — Он кивнул в сторону спальни. — Зарядка воткнута у изголовья кровати. Му Ижань молча взял телефон и направился в спальню, его прямая спина и безупречная осанка делали его похожим на преподавателя, идущего читать лекцию, а не на гостя в чужой квартире. 'Даже телефон у него обычный, — подумал Кэ Сюнь, наблюдая, как он уходит. — Никаких позолоченных моделей или эксклюзивных гаджетов. Интересно...' Он закинул новую пижаму в стиральную машину с функцией сушки — одно из немногих дорогих приобретений в его квартире. Пока машина жужжала, он нарезал купленные фрукты на тарелку. Когда пижама была готова, Кэ Сюнь аккуратно сложил ее и направился в спальню. Му Ижань сидел на краю кровати, прислонившись к изголовью. Телефон был подключен к зарядке, а сам он говорил что-то тихим, деловым тоном — опять на английском. Кэ Сюнь подошел и сел рядом, положив пижаму между ними. Когда разговор закончился, Му Ижань потянулся к телефону, видимо собираясь сделать еще один звонок, но Кэ Сюнь неожиданно перехватил его руку. — Ты вообще в курсе, что если использовать телефон во время зарядки, он может взорваться? — спросил он, притворно-серьезно. — Я не хочу объяснять пожарным, почему труп арт-дилера нашли в моей спальне. Му Ижань медленно поднял глаза — его ледяной взгляд мог бы заморозить лаву. Он без слов высвободил руку, но звонок так и не сделал, вместо этого он произнес ровным, лишенным эмоций голосом: — Ты не мог бы порекомендовать хороший отель поблизости? Мне нужно где-то переночевать. Кэ Сюнь замер. Хотя в реальном мире время не двигалось, пока они были внутри картины, их тела жили по тем законам. Они не спали нормально уже несколько дней — тени под глазами Му Ижаня были тому подтверждением. — Если не возражаешь, можешь спать здесь. — Кэ Сюнь положил одежду на кровать и направился к выходу. В тот момент, когда он достиг двери, Му Ижань спросил: — А где будешь спать ты? Кэ Сюнь обернулся и улыбнулся. — У себя. Хоть моя квартира и маленькая, но всё необходимое есть. На другой стороне есть гостевая комната. Ещё есть кабинет. Хоть мебели и не много, но мне хватит. Му Ижань встал. — Я посплю в гостевой. Кэ Сюнь махнул рукой. — Мои приятели-хулиганы там всё перевернули вверх дном. Спи здесь. — С этими словами он вышел и закрыл за собой дверь. Му Ижань постоял некоторое время, затем снова сел. Экран его телефона постепенно потускнел и погас. На тёмной поверхности отражалось его задумчивое выражение. Спустя мгновение Му Ижань разблокировал телефон и уже собирался набрать номер, но замер. Затем он перевёл устройство в режим "Не беспокоить", положил его возле подушки для зарядки и подошёл к окну, чтобы закрыть шторы. Вернувшись, он взглянул на новую пижаму. Она была холодного голубого оттенка без узоров, лишь с белой окантовкой. Стиль и цвет полностью соответствовали его вкусу. Было очевидно, что Кэ Сюнь выбирал её специально для него. Тем не менее, Му Ижань всё же внимательно осмотрел одежду - на всякий случай, если где-то затаилась надпись вроде "Bad" или "Fuck". Переодевшись, он лёг в кровать. В незнакомом месте заснуть непросто. Он смотрел на белый потолок и стены, анализируя цветовую гамму интерьера по привычке. Кэ Сюнь оказался сложным человеком. Казалось бы, беспечный и немного странный, без принципов и ограничений. Но его дом был таким... холодным. Белые стены, белый пол, белая мебель, чёрные дверные рамы, геометрические светильники с чёрными линиями, серебристые шторы и постельное бельё. Даже посуда, которой он пользовался, была простой, чисто-белого дизайна. Чувство эстетики часто связано с истинной натурой человека. По фотографиям Му Ижань понял, что в юности Кэ Сюнь излучал теплоту, словно солнце. Этот человек был неряшливым, но искренним, безрассудным, но преданным, наполненным теплом, но в то же время холодным одиночеством. Му Ижань проспал недолго. Когда он открыл глаза, на улице уже стемнело. Взглянув на время, он увидел, что сейчас восемь вечера. Он переоделся и вышел из спальни. Дверь в гостевую комнату на другой стороне была открыта. Му Ижань замедлил шаг, заглянул внутрь и... остолбенел. Он не ожидал, что "перевёрнутая вверх дном" комната окажется абсолютно пустой. Там не было не только кровати, но и вообще никакой мебели. Затем он направился в гостиную. Там он обнаружил Кэ Сюня, свернувшегося калачиком на пуфике. Большая часть его тела утонула в мягкой конструкции, и он выглядел, как беззаботно спящий хаски - глуповатый, но милый. Му Ижань молча постоял, наблюдая за ним, затем отправился в ванную. Кэ Сюнь проснулся от звонка будильника около девяти вечера. В квартире было темно, лишь городские огни за окном отбрасывали пёстрые блики на стены и пол. Он сел, постепенно приходя в себя, и вдруг осознал, что что-то не так. Дверь спальни была открыта, а Му Ижаня нигде не было. Он обыскал всю квартиру, включая ванную, но в итоге пришлось смириться: Босс Му ушёл, не попрощавшись. Причём забрал с собой пижаму, новое полотенце, зубную щётку и даже обувь. Кэ Сюнь почесал затылок и просто сел, уставившись на город за окном. Может, Босс Му ушёл, потому что ему стало неловко видеть его спящим на пуфе? Возможно, он уже в отеле. Стоит ли позвонить? Кэ Сюнь вертел телефон в руках, размышляя. Номер он запомнил тогда, когда увидел визитку. Помедлив несколько секунд, он набрал номер. — Боже, боже, угадай, кто это? - нарочито низким голосом произнёс он в трубку. Му Ижань едва сдержал желание потереть переносицу. — Что тебе нужно? — его голос звучал абсолютно бесстрастно. На другом конце провода собеседник прочистил горло. Кэ Сюнь вернул обычный тон и серьезно сказал: — Ты кое-что забыл у меня. Му Ижань приподнял бровь, перебирая в памяти возможные варианты, но ничего не пришло на ум. — Что именно? — Меня. - ответил тот с прежней серьёзностью, но в голосе проскользнула улыбка. "..." - лицо Му Ижаня потемнело, хотя собеседник этого не видел. — Что-то ещё? — Просто хотел сказать, что ты слишком вежлив. - Кэ Сюнь усмехнулся, потирая ухо. — Я часто сплю на пуфах. Они уютнее кровати. Ты сейчас в отеле? Му Ижань: — Мм. Кэ Сюнь: — Завтра возвращаешься в город? Му Ижань: — Мм. Кэ Сюнь: — Тебя проводить до аэропорта? Му Ижань: — Не надо. Я пока одолжу твою одежду. Отправлю её обратно, когда вернусь. Кэ Сюнь: — Тогда добавь меня в WeChat. Скину тебе адрес. Му Ижань: "..." - ты и правда умеешь использовать ситуацию. Кэ Сюнь: — Скинь и свой адрес. Я отправлю твои вещи после химчистки. Му Ижань: "..." Кэ Сюнь: — В следующий раз увидимся только в новой картине? Му Ижань: — Мм. Кэ Сюнь вдруг потерял дар речи. Следующая встреча произойдёт в ужасающих условиях, где на кону будет жизнь. В следующий раз он может не выжить. Если повезёт - умрёт быстро. Если нет - столкнётся с Му Ижанем лицом к лицу. Му Ижань на другом конце провода тоже молчал. Может, он думал о том же? Кэ Сюнь размышлял: если ему действительно не повезёт оказаться в такой ситуации, он уступит Му Ижаню. Даже если тот холоден, он чертовски красив. А перед красивыми людьми он был беспомощен - даже перед самим собой. --- Примечание автора: Вторая картина "Вера" официально начинается. Добро пожаловать в новое путешествие главных героев! Что касается "шестнадцати галерей по всему миру" и картины за пятьдесят тысяч - это всё основано на реальных событиях! Существует настоящий магнат, который ежегодно продаёт картины на сумму свыше миллиарда долларов. Он даже смог продать гниющую рыбу как произведение искусства за 12 миллионов. Реальность порой удивительнее вымысла! ______ Поддержать переводчика: 2202206740572834