Картины ужаса (fordriska)

Глава 28. Первое условие смерти Услышав слово "случайно", по коже пробежали мурашки. Если не существовало никаких правил или закономерностей, то не было и способа избежать смерти. Всё зависело бы исключительно от удачи. Кэ Сюнь бросил взгляд на Му Ижаня, сидевшего рядом. Тот оставался совершенно неподвижным, словно каменная статуя. Даже дыхания его не было слышно. Кэ Сюнь отвел взгляд. Теперь он слышал лишь тяжелое, хриплое дыхание гигантской тени, медленно приближающейся к ним. Неосознанно он начал дышать в такт этому существу, и вскоре уже не мог различить собственное дыхание — оно полностью растворилось в громких, глубоких вдохах и выдохах, доносящихся снаружи. Гигантская тень наконец достигла их палатки. Кэ Сюнь наблюдал, как её восемь рук беспорядочно мечутся в воздухе. Между ними, у самого верхнего края палатки, появился темный округлый объект — Кэ Сюнь предположил, что это голова существа. Похоже, оно присело на корточки, приблизив голову к верхушке их временного укрытия. Звук его дыхания внезапно сместился прямо над головой Кэ Сюнь. Сквозь тонкую ткань палатки он смутно различал, как два глаза на этой гигантской голове медленно двигаются, осматривая пространство внутри. Оно вглядывалось внутрь палатки. Кэ Сюнь инстинктивно зажмурился. Невозможно описать, каково это — находиться под пристальным взглядом неописуемого существа, ведь нельзя было предугадать, не протянет ли оно в следующее мгновение свою огромную лапу, чтобы вырвать их из палатки и швырнуть в свою ненасытную пасть. Кэ Сюнь отчаянно надеялся, что оно уйдет поскорее. Однако тяжелое дыхание продолжало звучать прямо у него над головой. Тень неотрывно рассматривала Кэ Сюнь и Му Ижаня, не моргая. Чем дольше это продолжалось, тем сильнее нарастало напряжение в теле Кэ Сюня. Ему казалось, что его нервы вот-вот не выдержат. Это было похоже на ощущение острого лезвия, подвешенного на волоске над шеей, когда не знаешь, в какой момент оно сорвется вниз. По сравнению с этой мучительной неизвестностью, он бы предпочел, чтобы нож упал сразу — лишь бы не терзаться ожиданием. Холодный пот струился по спине Кэ Сюня. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот разорвет грудную клетку. Если бы не оглушительно громкое дыхание гигантской тени, она наверняка услышала бы этот бешеный стук. Кэ Сюнь не мог сказать, сколько времени длилось это испытание. Но после мучительно долгого ожидания дыхание наконец начало отдаляться. Гигантская тень переступила с ноги на ногу и медленно зашагала в сторону следующей палатки. Все мышцы Кэ Сюня, напрягшиеся до предела за это время, наконец расслабились. Он открыл глаза и повернулся к Му Ижаню. Тот лежал на боку. В тусклом свете Кэ Сю различал лишь половину его изящно очерченного профиля и один прикрытый веками глаз. Никто из них не шелохнулся. Они просто молча прислушивались к звукам, доносящимся снаружи палатки. Вскоре пронзительный, искаженный ужасом крик разорвал ночную тишину их лагеря. Крик был настолько высоким и неестественным, что Кэ Сюнь не сразу смог распознать, кому он принадлежал. Он повернулся в сторону звука и увидел, как гигантская тень выхватывает человека из соседней палатки своими огромными лапами. Тот отчаянно дергался, пытаясь вырваться, но не мог освободиться из мертвой хватки. Гигантская тень вела себя так, будто подняла за хвост мышь. Она выпрямилась во весь свой чудовищный рост. Человека подняли высоко в воздух, а руки существа продолжали двигаться в каком-то жутком, неестественном танце. Внезапно все восемь рук резко рванулись вперед, длинные пальцы сжали голову, конечности и туловище несчастного. Затем тень резко дернула. Кэ Сюнь зажмурился. Но кровавая сцена уже успела врезаться в его сетчатку. Душераздирающие крики еще звенели у него в ушах, когда Кэ Сюнь наконец узнал голос — он принадлежал молодому парню, Тань Чжэну. Пожилой мужчина говорил, что в каждой палатке должны размещаться ровно два человека. Поэтому сегодняшней ночью погиб Тань Чжэн, которому по жребию досталась палатка в одиночку. Когда небо начало светлеть, все вокруг постепенно ожило вместе с возвращением ветра. В палатке было холодно. Кэ Сюнь чувствовал, как ледяные сквозняки проникают со всех сторон. Он пошевелил онемевшими конечностями и медленно поднялся. В этот момент он увидел, как Му Ижань приподнимает полог палатки и выходит наружу. Кэ Сюнь последовал за ним. Его взгляд устремился в ту сторону, откуда забрали Тань Чжэна. Ярко-алая кровь была разбрызгана по мелким серым камням, усеивавшим землю, останки Тань Чжэна были разбросаны повсюду, представляя собой жуткое зрелище. Новички были напуганы до полусмерти. Красивая девушка по имени Ли Цзылин потеряла сознание от ужаса и до сих пор не приходила в себя. Девушка Чжоу Биня, Чжао Дань, вырвала прямо в палатке. Вэй Дун был перепачкан чем-то отвратительным и теперь лихорадочно искал, чем бы это оттереть. Ма Чжэньхуа обделался от страха. Он сидел у входа в свою палатку с землистым лицом, лишь изредка набираясь храбрости бросить взгляд в сторону, где погиб Тань Чжэн. Цинь Ци и Му Ижань тем временем собрали разбросанные останки, аккуратно сложили их в одно место и накрыли потрепанным одеялом. Цинь Ци посмотрел на Му Ижаня: — Нам не хватает головы. — Угу. — Му Ижань поднял взгляд к небу. — Эта штука унесла её. Цинь Ци сказал: — Похоже, на этот раз правила очень просты. Умереть может только тот, кто останется в палатке один. — Сейчас нас осталось двенадцать, так что сегодня ночью никто не будет один. Значит ли это, что больше никто не умрёт? — подошёл Кэ Сюнь. Цинь Ци опустил глаза: — Это не очень хорошо. Если никто не умрёт, нам придётся голосовать. Каждую ночь должен умереть хотя бы один человек. Новичкам было гораздо труднее адаптироваться по сравнению с ветеранами. Когда они собрались у палатки мужчины средних лет, некоторые выглядели ужасно бледными. Несколько человек едва могли идти от страха. Мужчина средних лет уже ждал внутри палатки. Его мрачный взгляд упал на толпу перед ним: — Жертвоприношение состоится на седьмой день. Вы должны подготовить жертвенные дары. Это включает пять Рос Мудрости, пять жертвенных мяс, дуому, вино для возлияния, жертвенную чашу, фонарь, галу, данка... Люди переглядывались, пока мужчина перечислял эти странно звучащие термины. В то время как выражение лица Му Ижана постепенно мрачнело. — Мы соберёмся здесь снова, когда стемнеет. А сейчас время завтрака. — С этими словами мужчина средних лет вышел из палатки. На низком столике позади него уже была расставлена еда. На завтрак были лепёшки из какой-то грубой муки, молочный чай, разделившийся на водяной и молочный слои, и несколько кусочков кислого сыра. Все ели, не ощущая вкуса. Несколько новичков вообще ничего не ели. — Поешь хоть немного. Иначе у тебя не будет сил держаться, — уговаривал Вэй Дун Ли Цзылин, сидевшую рядом. — А вдруг еда отравлена? — голос Ли Цзылин был хриплым от слёз. Её глаза были красными и опухшими, казалось, она выплакала все слёзы. — Нет, не переживай. На вкус, конечно, не очень, но лучше что-то, чем ничего, — сказал Вэй Дун. Кэ Сюнь тихо спросил сидевшего рядом Му Ижаня: — Как думаешь, те вещи, которые перечислил тот парень, имеют отношение к сахизму? Му Ижань поставил чашку с чаем, его голос звучал холодно: — Нам нужно выяснить, какое именно направление сахизма здесь представлено. Едва утолив голод, Чжоу Бинь, один из новичков, первым пришёл в себя. Он посмотрел на Му Ижаня и Цинь Ци: — Где обычно появляется подпись или печать? Как она обычно выглядит? Цинь Ци ответил: — В каждой картине по-разному, так что точно сказать нельзя. Но исходя из предыдущих картин, мы знаем, что есть два способа обнаружить подпись. Первый — разгадать замысел художника или тайный смысл картины. Второй — выполнить миссию, порученную нам этим миром. Между расположением подписи, подсказками в картине и её смыслом, который мы в итоге определяем, существует сложная взаимосвязь. — Так как же нам разгадать эту картину? Я вообще ничего не понимаю! — нервно сказал Чжоу Бинь. Цинь Ци ответил: — Честно говоря, у нас тоже нет идей. Мы не можем просто ждать, пока подсказки появятся сами. Нужно искать днём. — Как мы будем искать, если у нас вообще нет зацепок? — спросил Чжоу Бинь. Ша Лю, девушка в очках, неожиданно заговорила: — Я думаю, подсказки связаны с теми жертвенными предметами, которые перечислил тот мужчина. Цинь Ци слегка кивнул: — Скорее всего, это и есть наша миссия. Выполнив её, мы, возможно, что-то поймём. Чжоу Бинь сразу же сказал: — Тогда чего мы ждём? Давайте начинать! Его девушка Чжао Дань ухватилась за его руку: — Но что это за вещи? Я вообще не представляю, что это такое. Мясо, вино, фонарь — это понятно, но остальное звучит как слова из какого-то другого языка. Ша Лю поправила очки: — Мне кажется, это место похоже на регион, где распространён сахизм — нагорье Ганьсюн. Видите те разноцветные флаги вдалеке? Это явный признак. Думаю, те вещи, которые перечислил тот человек, должны быть местными предметами. Чжоу Бинь сказал: — Значит, нам просто нужно найти всё, что он перечислил? Давайте побыстрее! Чем скорее соберём эти вещи, тем скорее уберёмся из этого проклятого места! Цинь Ци окинул взглядом собравшихся: — Конечно, нам нужно искать эти вещи, но делать это надо организованно. Нас двенадцать. Предлагаю разделиться на четыре группы и отправиться в четырёх направлениях. Затем встретимся здесь в полдень, поделимся находками и обсудим дальнейшие действия. Никто не возражал. Чжоу Бинь спросил: — Как нам разделиться? Ма Чжэньхуа подошёл к Му Ижаню: — Можно я буду в твоей группе? Умоляю тебн! Увидев это, Ли Цзылин тоже подбежала к Му Ижаню, обхватила его руку и посмотрела жалобно: — Сяо гэгэ, я тоже хочу быть с тобой в одной группе. Пожалуйста... Мне страшно... Кэ Сюнь: "..." Вэй Дун: "..." Ша Лю посмотрела на Кэ Сюня: — Можно я буду в твоей группе? Кэ Сюнь: "..." Вэй Дун: "..." Цинь Ци посмотрел на Му Ижаня и Кэ Сюня: — Как нам разделиться? Кэ Сюнь: — Я против такого разделения. Вэй Дун: +1. Цинь Ци: — Может, бросим жребий? Чжоу Бинь нахмурился: — Почему вы всё время хотите бросать жребий? Времени и так мало. Чего вы его тратите зря? — Он прав, — сказал Кэ Сюнь. — Нехорошо будет, если его с девушкой разделят. Сейчас день, а не ночь. Мы можем работать с теми, кого знаем, чтобы выполнить миссию. Чжоу Бинь с девушкой точно хотят быть вместе. Семью из троих тоже нельзя разделять. Две девушки — одноклассницы. Их неудобно разделять, да и кроме друг друга у них никого нет, так что их не стоит разлучать. Вы согласны? Чжоу Бинь и семья из троих кивнули. Му Ижань бесстрастно посмотрел на Кэ Сюня. Он подумал, что этот парень специально устраивает проблемы. Кэ Сюнь продолжил: — С таким раскладом разделиться очень просто. Двенадцать человек на четыре группы — в каждой по три человека. Те, кто пришли парами или втроём, не разделяются. Значит, одиночкам нужно просто присоединиться к одной из этих групп. — Если разделить по уже сложившимся парам и тройкам, группы такие: Чжоу Бинь с девушкой, брат Гэн с семьёй, две девушки, и я с Вэй Дуном. Брат Гэн с семьёй уже полная группа. Остальным троим нужно присоединиться к одной из оставшихся трёх групп. — Две девушки — самая слабая физически группа. Им нужен взрослый надёжный человек с навыками первой помощи. Доктор Цинь отлично подойдёт. Если девушки подвернут ногу или у них заболит голова, доктор сможет сразу помочь. — Ма Чжэньхуа присоединится к группе Чжоу Биня. Хотя у вас разница в возрасте, вам будет проще найти общий язык, чем с кем-то нашего возраста — то есть со мной, Вэй Дуном или братишкой Му. — Есть возражения против такого разделения? Му Ижань: ...Так и знал. _________ Поддержать переводчика: 2202206740572834