Картины ужаса (fordriska)

Глава 40: Впечатляющая операция Кэ Сюня Гигантская тень зависла над палаткой Кэ Сюня на очень долгое время. Много раз Кэ Сюню казалось, что она вот-вот протянет руку внутрь палатки. Но она так и не сделала этого решающего шага. Кэ Сюнь совершенно не представлял, чего она ждала или что искала. Она стояла над ними, её дыхание было долгим и протяжным, словно перебирала их прошлые жизни, настоящие жизни и будущее, прежде чем принять окончательное решение. Кэ Сюнь не мог сказать, сколько времени прошло, когда гигантская тень наконец выпрямилась во весь рост. Затем она отошла от пары палаток, где они находились. Кэ Сюнь услышал, как отец Гэн рыдает в горе. — Хуэй Синь... Хуэй Синь было именем матери Гэн. Гигантская тень медленно, неотвратимо направлялась к женской палатке. — Мамочка... я хочу к мамочке...— Мальчик больше не мог сдерживаться. Он заёрзал, отчаянно желая выйти из палатки. Кэ Сюнь крепко прижал мальчика и тихо позвал Вэй Дуна. — Дун-цзы, присмотри за ним. У меня есть план. Вэй Дун тут же схватил мальчика. Он уже открывал рот, чтобы спросить Кэ Сюня, в чём заключается его план, но тот уже перекатился в соседнюю палатку, прежде чем вопрос успел сорваться с его губ. Му Ижань был совершенно застигнут врасплох, когда Кэ Сюнь неожиданно перекатился прямо на него. Его лицо мгновенно стало ледяным, и он уже приготовился пнуть наглеца обратно в его палатку, когда увидел, как тот поднимает палец в красноречивом жесте "тише". Затем Кэ Сюнь пристально посмотрел на гигантскую тень. Гигантская тень, казалось, что-то почувствовала. Она медленно, очень медленно повернулась. Увидев это, Кэ Сюнь снова перевернулся и с поразительной ловкостью вернулся в свою палатку. Он наблюдал, как гигантская фигура внезапно замерла, прежде чем снова повернуться в другом направлении. Кэ Сюнь внимательно, неотрывно следил за гигантской тенью. После того как она окончательно повернулась к женской палатке, он вновь перекатился в палатку Му Ижаня. На этот раз Му Ижань не позволил ему перекатиться прямо на себя. Он стремительно сел и демонстративно освободил для него место. Вэй Дун полностью осознал, что он делает, лишь когда Кэ Сюнь во второй раз вернулся в их палатку. Его лицо отражало полнейшее потрясение. Неужели можно было использовать такой потрясающий, такой дерзкий ход? Эмоции, испытываемые Му Ижанем, пока он сидел в соседней палатке, были невероятно сложными. Первое условие смерти — невыполнение квоты на количество людей в палатке. Хотя другие условия непрерывно накладывались на это, очевидно, что именно этот фактор оставался первостепенным при определении того, кто умрёт. Когда выполнялись два условия, казалось, что гигантская тень сначала действовала в соответствии с первым условием смерти. Лишь разобравшись с ним, она переходила ко второму и третьему соответственно. Похоже, устранение инакомыслящих навсегда останется самым важным вопросом в любой группе. Просто Му Ижань никогда не мог предположить, что у Кэ Сюня может быть настолько непредсказуемый, изобретательный ум. Он не ожидал, что тот сможет использовать такой неординарный метод, чтобы поставить врага в тупик. Можно даже сказать, что сейчас он буквально играл с демоническим богом и получал над ним преимущество, устанавливая абсолютный контроль. Он даже осмелился играть с демоническим божеством. Что неизбежно вызывало вопрос: было ли что-то, чего он не осмелился бы сделать? Му Ижань неосознанно сжал руку, которую тот держал всего несколько минут назад. Кэ Сюнь продолжал методично перекатываться между двумя палатками. Хотя гигантская тень безусловно превосходила их в силе и размерах, у неё была ключевая слабость — она ужасно медленно поворачивалась. Движения её поворотов были невероятно масштабными, поэтому на их выполнение уходила целая вечность. Но это отнюдь не означало, что она была глупой. Если бы Кэ Сюнь был такого же размера, как она, демонического бога можно было бы считать весьма проворным. Проблема заключалась именно в разнице их размеров. Муха всегда сможет поднять лапку быстрее, чем человек успеет моргнуть. Кэ Сюнь превосходно уловил эту разницу в скорости и продолжил свою игру с гигантским существом, заставляя его бесконечно крутиться на месте. Кэ Сюнь не мог знать, как долго ему удастся продолжать этот трюк. Возможно, этот гигантский тип вскоре придумает способ проучить его. В конце концов, это было божество. Даже если оно было демонической природы, маловероятно, что оно опустится настолько низко, чтобы позволить человеку так издеваться над собой. Тем не менее, он прилагал все усилия, чтобы продолжать свои действия. Он будет держаться так долго, как только сможет. В идеале — до самого рассвета. — Сяо Кэ, ты сможешь продолжать? — Он услышал, как Цинь Ци задаёт этот вопрос приглушённым шёпотом. — Пока у этого типа нет никаких козырных карт в рукаве, — сказал Кэ Сюнь, перекатившись в их палатку, — я могу продержаться ещё часа два-три. Двух-трёх часов явно не хватит до рассвета. Цинь Ци уже открывал рот, чтобы выразить своё беспокойство, но Му Ижань опередил его. — Я возьму на себя через два-три часа. — Только если эта тварь продолжит вестись на этот трюк. — Цинь Ци полностью разделял опасения Кэ Сюня. — Не сидите просто так, — сказал Кэ Сюнь в следующий раз, когда перекатился, — Ижань... Му Ижань: — Зови меня полным именем. Кэ Сюнь: — Я едва могу перевести дух от всех этих перекатываний, дай мне передышку. В любом случае, вам стоит изучить узор на крыше палатки... Цинь Ци не сразу понял, к чему он клонит. — Узор слишком размытый. К тому же сейчас ночь. Мы не можем его как следует разглядеть. Кэ Сюнь снова перекатился и быстро бросил выразительный взгляд в сторону Му Ижаня. — Это свет. Я думаю, всё дело в свете. Попробуйте использовать его, и посмотрите под другим углом. Взгляд Му Ижаня мгновенно стал острее. Он тут же устремил глаза вверх. Затем продолжил неотрывно смотреть на потолок, не моргая. Узор всё ещё оставался размытым с его текущей позиции, поэтому он начал менять положение. Он принял во внимание направление источника света и продолжал менять свою позицию, постоянно подстраиваясь. Наконец, он замер на месте. — Что-то увидел? — спросил Кэ Сюнь, перекатившись обратно. — Да. — Голос Му Ижаня звучал задумчиво. — Это преувеличенный, замысловатый узор. Вроде как изображает животных и растения. Кажется, я различаю лошадей, собак, слонов, павлинов, людей, что-то похожее на колючки и... Когда Кэ Сюнь перекатился в очередной раз, он услышал, как Му Ижань спокойно, чётко произносит: — Мирабилис Ялапа. Гигантская тень, которую заставили вертеться, как шумную погремушку, наконец пришла в ярость. Она не отвернулась, как обычно, после поворота к палаткам Кэ Сюня и Му Ижаню. Вместо этого она начала приближаться к их палатке на своих столбообразных ногах, яростно размахивая восемью руками. — Что нам делать?! — голос отца Гэна дрожал от паники. — Кэ Сюнь, Мирабилис Ялапа! — резко крикнул Му Ижань, прежде чем достать букет цветов, который Кэ Сюнь подарил ему в тот памятный вечер. Он быстро, почти молниеносно разделил его на три равных пучка и передал Цинь Ци и отцу Гэна. Кэ Сюнь мгновенно понял, что имеет в виду Му Ижань. У него было несколько Мирабилис Ялапа, которые он взял из букета Му Ижаня в ту ночь и носил за ухом как украшение. Он не выбросил их. Они всё это время были бережно заправлены в складки его одежды. Он вытащил два цветка и протянул их Вэй Дуну. Вэй Дун тут же указал на свой пояс: — У меня есть свои. Я взял несколько в тот день, когда ты подарил букет Боссу, и с тех пор носил их на поясе! Кэ Сюнь аккуратно вложил два стебля за воротник рубашки мальчика. Затем они втроем легли и в напряжённой тишине наблюдали, как гигантская тень неумолимо приближается. Никто не мог знать наверняка, будут ли цветы эффективны и какой именно эффект они произведут. Но времени на раздумья больше не было. У них не оставалось выбора — только поставить всё на эту единственную карту и ждать приговора демонического бога. Гигантская тень подошла вплотную к их палаткам, её чудовищное тело с восемью толстыми руками и огромной головой закрыло собой всё небо, принеся невыносимо гнетущую атмосферу. Её восемь рук без малейших колебаний раскинулись в стороны. Через мгновение они резко, яростно устремились к их палаткам. Она полностью перекрыла своим телом весь свет, погрузив всё вокруг в абсолютную, непроглядную тьму. Казалось, будто весь мир был внезапно поглощён этой тьмой. Кэ Сюнь изо всех сил сжал цветы в руке, оказавшись в кромешной темноте. И тогда, внезапно, ярко-фиолетовые цветы таинственным образом начали излучать слабое свечение. Восемь рук гигантской тени принялись царапать палатку, снова издавая тот ужасающий звук, похожий на скрежет по кости. Этот звук заставлял кровь стынуть в жилах, вызывая нестерпимое желание проткнуть собственные барабанные перепонки, лишь бы не слышать его. От него немели не только дёсны — казалось, немела вся душа. Кэ Сюнь почувствовал странное колющее онемение, распространяющееся по костям, пока он слушал этот звук. Ему казалось, что тысячи трещин образуются на его коже, словно его плоть медленно отслаивается, обнажая слой за слоем кровавую мышечную ткань. Как будто эти слои скручивались, образуя замысловатую сеть, напоминающую кровавую рубленую свинину. Эта тошнотворная, невыносимая боль становилась всё отчётливее, всё реальнее. Кэ Сюню казалось, что он вот-вот сойдёт с ума. Он готов был умереть, лишь бы не превратиться в это. Он больше не хотел жить — он отчаянно жаждал смерти! Он не мог сопротивляться этому всепоглощающему желанию умереть! Как раз когда Кэ Сюнь стиснул зубы и собрал всю силу воли для последнего противостояния смерти, Вэй Дун внезапно резко сел. Он начал рвать на себе волосы и вонзать ногти в собственное лицо, оставляя глубокие кровавые царапины. Кэ Сюнь мгновенно вышел из галлюцинации и бросился на друга. Он всем телом прижал Вэй Дуна и мальчика, который корчился от боли между ними, к земле. Обеими руками он обездвижил двоих и тихо, но очень чётко прошептал Вэй Дуну на ухо: — Дун-цзы, успокойся. Это галлюцинация. Не поддавайся. Дунцзы, подумай о своих родителях. Подумай о своём тупом боссе. Подумай о своих тупых клиентах, которые строят из себя всезнаек, заваливая тебя невыполнимыми требованиями. Вэй Дун постепенно, с трудом успокаивался. Он сжал зубами свисающий перед его лицом рукав Кэ Сюня и выдавил сквозь стиснутые зубы: — Верно... и мой босс, и клиенты — полные тупицы... Господи, спаси меня... Кэ Сюнь: "..." Похоже, тупость его босса и клиентов оказалась сильнее демонического бога. Никто не мог сказать, сколько времени прошло, пока они страдали под воздействием этого невыносимого звука. Постепенно, очень постепенно звук стал стихать, и гигантская тень выпрямилась во весь рост. Её голова и руки отвернулись от двух палаток. Затем она медленно двинулась прочь, направляясь к женской палатке. — Я должен спасти мать моего ребёнка— — отец Гэн вскочил на ноги. Он рванулся к выходу с цветами в руках, но Цинь Ци и Му Ижань мгновенно преградили ему путь. — Ты задохнёшься там за считанные секунды. — Му Ижань уже понял это, когда втаскивал Кэ Сюня обратно в палатку. — Он прав. — Цинь Ци тоже попытался его образумить. — Было бы возможно, если бы палатка была ближе. Палатка Кэ Сюня находилась рядом с той, где я был вчера, поэтому я смог перенести Чжао Дань. Но даже тогда дышать было невероятно трудно. Палатка госпожи слишком далеко. Ты умрёшь от нехватки кислорода, даже не добравшись до неё. — Тогда, давайте снова попробуем этот метод! Заманите её обратно сюда! — отец Гэн отчаянно повернулся к Му Ижаню. Отец Гэн находился в самой глубине палатки. Всё, что он мог сделать в своей беспомощности, — это бросить умоляющий взгляд на Му Ижаня. Му Ижань сжал губы. Он раздвинул полог палатки и перекатился в соседнюю. Кэ Сюнь только что слез с Дун-цзы и мальчика. Он лежал на спине, когда Му Ижань неожиданно перекатился прямо в его объятия. Кэ Сюнь был ошеломлён, увидев холодное, как лёд, лицо Му Ижаня, лежащего на нём. — Внезапная мощная атака. Это самый смертоносный приём из всех возможных. Вэй Дун, всё ещё тяжело дыша после схватки со смертью, покосился в их сторону и спросил: — Трогаешь? Кэ Сюнь: — Боюсь пошевелиться. Му Ижань проигнорировал их с ледяным выражением лица. Он повернулся, чтобы наблюдать за гигантской тенью. К сожалению, гигантская тень не повернула обратно, она продолжала неуклонно двигаться к далёкой палатке. — Нет—я должен спасти жену— — отец Гэн в панике попытался вырваться из палатки. Услышав это, Кэ Сюнь поднялся, как только Му Ижань отодвинулся, и твёрдо сказал: — Я пойду. Му Ижань бросил на него леденящий взгляд. — Ты потратил слишком много сил. Ты не успеешь. Когда Кэ Сюнь бежал к другой палатке ранее, гигантская тень ещё не появилась. Поэтому недостаток кислорода не был проблемой. Но на обратном пути гигантская тень уже начала спускаться. Несмотря на всю свою энергичность, Кэ Сюнь едва не погиб снаружи. Сейчас он уже изрядно выдохся. Шансы на успех были ещё ниже. — Я пойду. Ты оставайся здесь. — Му Ижань бросил на него последний взгляд перед тем, как вернуться в соседнюю палатку. Он не сразу бросился к другой палатке. Причина была в том, что гигантская тень ещё не достигла цели. Если бы он побежал сейчас, был высокий риск быть схваченным по пути. Исходя из того факта, что Цинь Ци смог унести Чжао Дань во время смерти Чжоу Биня, можно сделать вывод, что гигантская тень не обращала внимания на других, когда была занята убийством. Поэтому Му Ижань покинул палатку только тогда, когда гигантская тень была уже почти у женской палатки. Ему удалось добраться до палатки в тот самый момент, когда гигантская тень подняла одного из трёх человек. Да. Один человек всё равно должен был погибнуть. Но это уже был наилучший возможный исход с минимальными жертвами. ___________ Поддержать переводчика: 2202206740572834