Ради мира...

— Нам… Нам нужно послать сигнал бедствия! И оставаться рядом с кораблём — как с ориентиром! — раздался высокий, надтреснутый от тревоги голос дипломата. — С чего ты собрался посылать, умник? — резко отозвался капитан, поворачиваясь к нему. — Я уже передавал в рубку, что, что-то аномальное в зоне этой планеты рубит технику. Соответственно — и сигнал. Корабль вырубился, как старая гирлянда, стоило нам пролететь мимо этой чёртовой дыры! — Аварийная батарея? — не унимался мистер… Мир напряг память. Олдон! — Аварийная батарея дала нам шанс не задохнуться по пути вниз. На этом её полномочия исчерпаны. Ещё будут такие же полезные замечания? — Прекратите ёрничать, капитан! — визгливо крикнул дипломат. Молодой, глянцевитый, он пошёл красными пятнами. В лесу, в своём деловом костюме-тройке, он выглядел максимально нелепо. Кого он вообще собирался впечатлить при диалоге с племенем?.. — Если бы не вы, нас бы тут не было! — продолжил он, уже с нажимом. — Зачем вас понесло к этой планете? Нельзя было пройти по известному маршруту?! Капитан хищно прищурился, подошёл ближе, будто собирался вкопать его в землю. Мир вздрогнул от этого злого, прожигающего взгляда. — О, вы всецело правы, — сказал капитан. Дипломат тут же самодовольно поджал губы, как будто уже праздновал моральную победу. — Если бы не я, нас бы и правда тут не было! — рявкнул капитан. — Наши тела давно болтались бы среди астероидов, мать их, как космический мусор! Если бы был шанс проскочить по известному маршруту — я бы это сделал. Но его не было. Я принял решение и мы живы благодаря ему. А теперь закройте свой рот и дайте мне думать. От ваших идей — один шум, да ноль пользы. — Да какое право вы имеете так со мной разговаривать, вы знаете кто я? Мир едва заметно поморщился. От тона дипломата у него будто зубы свело. Но сказать ничего не решился, ещё не понимая, кто в этой схватке прав. — О избавьте меня от этой бесспорно полезной информации! — капитан даже не повысил голос, но в его фразе сквозила такая холодная насмешка, что Мир невольно сглотнул. — Я отказываюсь принимать ваше главенство в этой группе. Вы не вызываете у меня доверия. И по возвращению я оспорю ваше… — Прекрасно, по возвращению можете оспаривать хоть погоду. А сейчас — заткнитесь и дайте мне делать свою работу! Голос капитана хлестнул, как удар. Мир инстинктивно опустил взгляд. Хотелось стать невидимым. — Ваша работа — обеспечивать мою безопасность, — уже не так уверенно пробормотал дипломат. Мир украдкой посмотрел на него. Видно было, тот начинает осознавать, что капитан здесь единственная гарантия, что они не сдохнут посреди этой зелёной пасти. Капитан медленно обернулся. Его глаза нехорошо блеснули, уголок губ дёрнулся в усмешке. — Моё задание — вернуть эту группу живой. Всю. Даже таких, как вы. И если для этого придётся тащить вас за шиворот или связать — я это сделаю. Он шагнул ближе, нависая. Мир ощутил, как пересохло во рту. Капитан был как прицельно выпущенный заряд — хладнокровный, но уже на грани. — Так что, определяйтесь: идёте или мы вас несём, без вариантов. Тот чертыхнулся, махнул рукой и отошёл в сторону. Всей команде стало неловко. Мир переводил взгляд с одного на другого, чувствуя, как от напряжения саднит между лопаток. Не понимал, как можно спорить, когда самое важное — сплотиться. Это же очевидно, разве нет? В голове метались варианты. Поначалу у него были те же мысли, что у мистера Олдона — остаться у корабля, ждать помощи… Он даже почти сказал это вслух. И теперь был рад, что промолчал. Знал: слова назад не возьмёшь. Неожиданно что-то щёлкнуло внутри. Надежда? — Капитан? — неуверенно подал голос. Прозвучал он пискляво, аж самому стало неловко. Он сглотнул, будто извиняясь перед собой. — Что ещё? Очередные гениальные идеи от второго полевого стратега? Мир проигнорировал колкость, понимал: капитан не злится на него, просто держится на зубах. — Вы сказали, технику начало глушить, когда мы приблизились к аномальной зоне. Питание мигало… значит, всё отключилось не сразу. Вы случайно не отправили координаты, пока всё ещё работало? Он выдохнул только после того, как договорил. Почувствовал, как на лбу выступил холодный пот, не от жары, от страха сказать глупость. Капитан бросил взгляд на дипломата, фыркнул: — Даже пацан мыслит яснее. Тот промолчал, отвернувшись. Мир внутренне сжался, всё ещё чувствовал себя чужаком среди этих людей, но на секунду — его услышали. — Разумеется, я отправил сигнал бедствия, как только система начала сбоить. Координаты — тоже, всё по протоколу. Команда оживилась, Мир заметил, что даже дипломат отреагировал, повернул лицо, словно забыл обиды. — Но?.. — осторожно уточнил Мир. Он уже предчувствовал ответ и от этого холодок поднимался по позвоночнику. — Но, — капитан усмехнулся. — Мы дрейфовали невесть сколько после того, как всё отрубилось. Планета притянула нас, как космический мусор. Мы далеко и спасатели в первую очередь будут искать на привычных маршрутах. А если подойдут ближе… — …то сами попадут в зону аномалии, — закончил Мир. Слова вырвались прежде, чем он их осознал. Он замолчал и испугался, что опять перегнул, но капитан только кивнул: — И спасать придётся уже всех. Удивил, приятно, молодец. Мир чуть растерянно отвёл взгляд. Похвала? Настоящая? От капитана? Он не знал, что с этим делать, плечи сами собой распрямились. — Тогда… что мы можем сделать? — выдохнул врач, опускаясь на землю. Мир встал чуть ближе, но не вмешивался. Он чувствовал, как в груди скапливается не тревога — нет, ответственность. Нужна была идея, нужен был план. — Вот как раз пытаюсь это понять. Помолчите, наконец, — рыкнул капитан и отвернулся. — Ждём дальнейших указаний, командир, — отозвался второй солдат, подчёркнуто по-уставному. Капитан отмахнулся. И начал расхаживать по периметру. — Так, вот что, господа хорошие. Излагаю ряд фактов. Корабль мёртв, радио глушится. Аварийных систем не осталось. Мы не знаем, где точно находимся, но база получила координаты, когда мы вошли в аномальную зону. Возможно, они уже отправили спасательную группу, возможно — нет. Капитан обвёл взглядом каждого участника группы. Мир чуть вздрогнул, когда взгляд остановился на нём. Он почувствовал, как напряглись плечи и невольно сглотнул. Автоматически кивнул капитану, подтвердил его слова, скорее чтобы не привлекать внимания, чем из уверенности. Не встретив ничьё стороннее мнение, капитан также сухо продолжил: — Надеяться можно, но слепо сидеть здесь нельзя. Оставаться у обломков — всё равно что ждать смерти. Мы на чужой, потенциально враждебной планете. Мир внутренне сжался. Всё звучало разумно, логично и обоснованно. Но это не делало ситуацию менее пугающей. — Если тут и есть жизнь — она уже знает, что мы приземлились, надо уходить. Дипломат фыркнул и покачал головой, но с возражениями не лез. Мир отвернулся от него: уже сделал вывод, что этот человек будет сидеть на месте и ждать, пока другие предложат рациональный план и сделают всю работу. Но злость даже не вспыхнула — он и сам не чувствовал себя бойцом, но и быть обузой не хотел. — Берём всё, что можно унести: воду, питание, огнестрел, свет, всё, что поможет. Дальше двигаемся по местности, ищем возвышенность, пещеру или что-то, что можно превратить в убежище. Заодно — ищем источник аномалии. Если глушилка рядом — её надо обойти или отключить, иначе нас никто не найдёт. Мир кивнул снова уже увереннее, соглашаясь с планом. Всё это звучало правильно: надо идти, надо что-то делать. В противном сойдёшь с ума, уставившись в щербатый корпус мёртвого корабля. Но неизвестность… Неизвестность пугала и настораживала. Он часто был в походах. С рюкзаком, картой, GPS и гарантией, что через пару недель будет горячий душ, но сейчас всё иначе. Сейчас он был не просто участником экспедиции. Он был первооткрывателем. И это слово, впервые в жизни, показалось ему не романтичным, а жутким.

***

Мир начал работать без лишних вопросов. Задание и так было понятно: выгрузить необходимое, распихать по рюкзакам, подготовиться к выходу. Ветер усиливался, кроны деревьев шумели, птицы вдруг замолчали. Он принюхался, в воздухе запахло дождём. В тропиках ливни приходят внезапно и сильно. Надо было поторопиться — закончить работу и найти хотя бы временное укрытие. Мир хотел предупредить команду, но промолчал. Капитан и сам глядел в затянутое, хмурое небо. Напоминать раздражённому человеку о чём-то очевидном, точно не лучшая идея. Он встряхнул головой и юркнул в трюм. Работать — сейчас это было важнее всего. Очередной ящик оказался неподъёмным. Мир едва не рухнул вперёд, когда потянул его на себя, будто туда насыпали кирпичей. — О, малыш, это не твоя ноша. Оставь, — усмехнулся стоящий рядом солдат. Он легко вскрыл крышку. Внутри оказалось оружие. Мир поморщился. Сама идея брать оружие в мирную экспедицию к племени Мунгов, казалась ему неправильной. Солдат вытащил несколько… автоматов? Мир неуверенно осмотрел один из них: чёрное дуло, зелёный индикатор на корпусе — проверка на реакцию живых форм. Он почти ничего не понимал в этом. Автомат? Ружьё? Для него это просто то, что убивает. Солдат взял только три единицы. Одну тут же повесил себе на плечо, остальные — с боеприпасами — уложил в рюкзак. Мир отступил, выдохнул, пора заняться своими делами. Найдя ящик с припасами, он быстро начал заполнять рюкзак: сухие пайки, концентраты, воду. Больше воды — чистой, безопасной. В тропиках легко подцепить заразу или паразита. Сзади снова послышалась приглушённая ругань. Мир поморщился и выглянул наружу. Конечно… Кто бы сомневался. Мистер Олдон стоял в стороне и… курил сигару, наблюдая, как остальные надрываются. Естественно, это не вызвало у команды восторга. — Я вам что, грузчик? Собрал себе всё нужное, а вы сами пихайте своё барахло, — с пафосом произнёс он, потрясая лёгкой сумкой. Внутри, судя по всему, почти ничего не было. Мир уставился на него с искренним удивлением. Неужели дипломат всерьёз считает, что кто-то должен нести за него еду, воду, медприпасы? А он ограничится личными вещами и… сигарами? Где-то внутри поднялась тихая, почти детская обида и раздражение. — Живо убери это дерьмо и шуруй работать, как все, — не выдержал лейтенант, швырнув тяжёлый ящик к рюкзакам. — Очередной претендент на лидерство в нашей славной команде, — насмешливо фыркнул Олдон, выдыхая в его сторону облако сладковатого дыма. Солдат зарычал и стремительно пошёл на сближение. Дипломат заметно побледнел, но даже не попытался отступить. — Субординация, солдат! Я вам, между прочим, плачу! — Я тебе сейчас покажу, сука, субординацию… — Ларс, отставить, — вмешался капитан. Он поморщился, будто от зубной боли. — Продолжать работу. Господин Олдон будет жевать свои сигары на привале. — Вот ещё! — возмутился дипломат. — Вы обязаны — — Капитан… — тихо пискнул медик, но его проигнорировали. — Обязан? Знаете, я начинаю думать, что обязан вставить вам кляп, как угрозе, подрывающей мораль команды. — Себе вставь… — Капитан! — медик выкрикнул чуть громче. Мужчина резко обернулся, раздражённый. — Что?! Медик тут же стушевался, опустив голову. Мир сам почувствовал, как неловко стало в воздухе. Эти стычки становились опасны. — Там… кусты. Они шевелились… — О господи, док… — капитан раздражённо махнул рукой. — Собирайте вещи, выступаем. Кусты шевелятся… Великое открытие. Но Мир скепсис командира не разделял. Он вгляделся в кусты, сейчас они были неподвижны, но внутри у него всё сжалось. Предчувствие? Да, именно оно. Он осторожно присел на корточки и, продолжая оглядываться, торопливо занялся сортировкой припасов. Врач немного помедлил, подошёл ближе к кустам, кинул в них камень. Мир замер, сердце сжалось, несколько секунд — тишина. Потом врач выдохнул и хмыкнул с облегчением. Мир тоже улыбнулся и опустил голову, надо продолжать… Он быстро перебирал содержимое ящика. Оценивал, что взять, а что оставить. Сумки выходили тяжёлыми, тащить такое по джунглям будет нелегко. По его мнению, нужно было брать почти всё: спальные мешки, защиту от насекомых, еду, но места мало. Приоритет — провизия и вода на первые дни. Внезапно раздался резкий вскрик, как выстрел в темноте. Мир подскочил, метнулся взглядом в сторону, там, где секунду назад стоял врач было пусто. — Док?! — хрипло позвал кто-то из бойцов. Никакого ответа, только кусты… снова качнулись, будто что-то проскользнуло внутрь — тихо, почти бесшумно. Капитан метнулся вперёд, но замедлил шаг, что-то в этой тишине сдавливало воздух. — Все назад. Назад к кораблю! Живо! Солдаты отступали спинами, прикрывая друг друга. Мир застыл — руки всё ещё сжимали лямку рюкзака. Он чувствовал, как холод медленно стекал по позвоночнику. Он точно знал, секунду назад врач был там. А теперь его не было — исчез, только резкий вскрик, будто споткнулся. — Мы… Вы что, не будете его искать?! — выдохнул мистер Олдон, пятясь вместе со всеми, но прячась за спинами солдат. — Можете организовать поисковую группу в одиночку, мистер Олдон, — отмахнулся капитан, ведя стволом автомата по периметру. Индикатор стабильно светился зелёным — чисто. Мир отходил вместе со всеми. Всё осталось позади — и припасы, и снаряжение, сейчас были важны только жизни. Под собственной ногой хрустнула ветка и он вздрогнул. Вокруг слишком тихо, словно все птицы разом исчезли. — Врач — важный элемент в команде! Мы не можем… — дипломат зашипел злым шёпотом. — Пусть один солдат… — Никто не будет разделяться, — глухо отрезал капитан. — Его что-то утащило, быстро и бесшумно. Это может быть хищник или нечто более опасное, возможно, что-то разумное, хорошо адаптированное к среде. Открытая местность, особенно джунгли, теперь плохой выбор. Мир вжался спиной в обшивку корабля. — Значит, нам надо… — начал дипломат, но тут же осёкся. Сверху раздался глухой грохот, будто на металлическую крышу что-то свалилось. Капитан сразу вскинул автомат. За ним и двое военных. Никого, только зелёный, чёртов зелёный… Мир сглотнул, нервы начинали сдавать. Всё это выглядило как игра и они были мышами. Что-то щёлкнуло в голове, как спусковой крючок. Он резко отпрянул от стены, по корпусу корабля стекала тёмная, густая струя. Мир покачал головой. Нет. Нет-нет-нет. Но это была именно она — кровь. Тело соскользнуло вниз и зависло головой вниз. Врач смотрел на них мёртвым, мутным взглядом. Изо рта тонкой струйкой текла кровь. Горло вспорото, на шее были три глубокие, рваные раны. Когти?.. Животное?.. Сбоку раздался рвотный звук: Олдона вывернуло прямо на ботинок командира. Тот выругался, сплюнув на землю. Мир резко прикрыл рот, пытаясь удержаться, он и сам в панике озирался. Тело только что скинули, значит, тварь всё ещё рядом и была… — Сверху… — хрипло выдохнул он. — Да, сверху… — подтвердил капитан. — Она в кронах. Ствол его автомата медленно водил по верхушкам зелёного ада. — Тогда что вы ждёте?! Открывайте огонь! По этим чёртовым листьям! Пусть видит, что мы вооружены! — сорвался дипломат, теряя контроль над собой. Мир попятился от него. Олдон резко отдёрнул руку лейтенанта, который пытался затолкнуть его внутрь корабля. — Вы бесполезны! Дайте мне автомат! — он рванулся ко второму солдату, пытаясь выхватить оружие. Солдат тут же упёрся ладонью в его грудь, не подпуская ближе. — Отставить, мать вашу. Лейтенант, хоть свяжите его, хоть вырубите, но уберите это тело в трюм! — Я не пойду в трюм! Судно было открыто! А вдруг оно уже внутри?! Мир вздрогнул. Это была первая здравая мысль от дипломата и оттого пугающая. Если тварь уже проникла внутрь… В узком замкнутом пространстве даже выстрелить нормально нельзя сработает рикошет. — Проверь, — коротко бросил капитан и лейтенант нервно двинулся к входу. — Я требую оружие для самозащиты! — выкрикнул дипломат, снова дёргаясь к автомату. Солдат мотнул пушкой в сторону, чтобы та не упёрлась ему в грудь. Мир отступил, отводя взгляд. Ситуация была отвратительная, где-то рыскало оно, а эти двое тянули на себя заряженный автомат, как игрушку. — Прекратите, — выдохнул Мир. Без особой надежды, просто… инстинктивно. — Я сейчас сам тебя вырублю, — рыкнул капитан и двинулся к ним. И тут раздался тихий, тянущий, почти противный писк. Все замерли, даже солдат, у которого дуло гуляло по кустам, застыл. Индикатор… загорелся красным. Мир резко повернул голову, но там по-прежнему ничего. Листва, кусты, тишина. И… ветка. Ветка, та самая, на земле — хрустнула, будто от веса. — В корабль! — заорал капитан. И тут же нажал на спуск — выстрел разорвал тишину. Там, где секунду назад не было ничего, раздался визг. Он вытянулся в пронзительный ультразвук. Мир сжался, закрыл уши ладонями. На траву плеснула зеленоватая жидкость. Он смотрел в шоке, там… начинало проявляться нечто, словно сбрасывая маскировку. Чёрное, вытянутое тело. Длинный, почти двухметровый хвост с острым наконечником. Всё существо было покрыто гладким, матовым хитином. Оно стояло на четырёх продолговатых лапах, каждая с длинными когтями. Тварь скребла землю, перебирая лапами, будто готовилась к прыжку. Мир дёрнулся, перевёл взгляд на морду. Глаз не было, вообще. Череп был гладкий, вытянутый, с огромной пастью, забитой острыми зубами. И язык — длинный, шевелящийся, как отдельное существо. С морды капала вязкая слюна. Тварь двигала головой, водила носом, будто так ориентировалась. И… рычала — глухо, низко, угрожаще. Мир вдруг почувствовал, как что-то капает ему на плечо. Вязкое. Он заставил себя оторвать взгляд от твари и поднял голову. В полуметре от него… с крыши корабля свисала вторая. Такая же, капающая на него слюной. Он не выдержал и завопил на все лёгкие, отшатнувшись. Капитан рванул ствол вверх и открыл огонь прямо в пасть второй твари. — Всем внутрь! — заорал он. Мира толкнули в трюм, кажется, это был лейтенант. Он ничего уже не понимал. Голова пустая, в ушах стучала паника. Вбежали все. Дверь корабля захлопнулась. Осталась лишь тьма и тишина.