Глава 3. Все дороги ведут в...
25 июля 2025 г., 20:49
Дорога от дома Бабы Нюры до местного поста полиции была не сильно длинной — всего-то пройти через всю улицу домов. Деревня покрыта серым холодным туманом, лес не шумел, вообще никаких звуков, кроме шагов по песчаной вытоптанной тропе. Арсений шёл, повесив голову, рука Антона в его давала некое ощущение того, что всё это — не одна большая галлюцинация. Внутри после вчерашней истерики сделалось пусто, как в глубоком небе, которое нависло над ними белым куполом густых облаков.
Тишина уже начинала звенеть в ушах. Обычно на природе комфортно молчать, дышать свежим воздухом, но здесь всё не как у людей: напрягал каждый дом, каждый косой взгляд деревянных окон. На скамейке перед достаточно большим домом сидела фигура деда в чёрной шубе, между его ног металлическое ведро полное воды и яблок, а рядом бабка, прижималась к деду и улыбалась. У старика на одном глазу повязка, чем-то напоминающая гриб. Арсений зажмурился, а потом снова посмотрел на деда. Сейчас странный дед это меньшее из всего, чему стоило бы удивляться.
— Как хорошо, что ты взял меня замуж! Я так счастлива быть с тобой и любить тебя, мой хороший, — воскликнула бабка и звонко чмокнула деда в щёку, — Как подумаю об этом, сразу так приятно на душе.
Взгляд её безумный, приторно радостный, на шее какой-то дурацкий жёлтый платок. А у деда единственный зрячий глаз выглядел так, словно, если смотреть в него слишком долго, то можно умереть. Глупо, но именно это ощущение появилось в груди у Арсения, когда он снова встретился с ним.
На лице у старика даже мелькнуло подобие нежности. Он медленно наклонился, поднял с земли красное яблоко, чей бок немного порченный и протянул его своей жене. Та охнула. Лицо старухи приняло удивлённое выражение.
— Это мне? — не веря произнесла она и взяла сомнительный презент, — Спасибо!
Бабка обняла его, радостно смеясь, уткнулась лицом в мех шубы. Она, с безумной улыбкой откусила яблоко с чистого бока и протянула деду, тот, с её рук откусил с другого края, гнилого…
Арсений не знал, как реагировать на эту странную сцену, но внутри что-то тревожно зашевелилось. Антон потянул его вперёд, сбивчиво прося поторопиться. Попов ускорил шаг, стараясь успеть за Шастуном.
— Нам нового не надо. Со старым бы еле прожить, — пробормотала бабка, поглаживая деда по голове, а смотрела она в сторону Антона. У Арсения пробежали мурашки по спине.
— Да, со старым прожить… — старуха обратилась уже к деду.
У Арсения нервно дёрнулся правый уголок губ, рука в кармане сжала многострадальную коробочку. Антон протянул ему ко рту сигарету, спасибо, что не гнилое яблоко. Арс затянулся прям из пальцев Шаста, ощущая, как горло обдало горечью, а дым осел в лёгких. Выдохнул, закашлялся немного, глотку саднило, сигареты Антона ему нравились больше Димкиных, которые Антон у него выцепил, за неимением собственных.
Позов нервно кусал губы, в конце концов достал сигарету, и тоже закурил прямо на ходу.
— Мы можем с ними поговорить? — Серёжа кивнул на парочку. Максим покачал головой.
— Не, дед не говорит вообще, а баба, ну, короче не в себе, — Кольцов неопределённо махнул рукой, — ну подойдите, если хотите, но мы только время потеряем.
— Ещё долго? — Арсений сменил тему, не выдержав усиливающийся с каждым шагом звон в ушах и в голове. Давление скакнуло? Арс сглотнул противную горечь. Так хреново ему давно не было. Это от перепада эмоций. Да. Просто стресс. Стресс от ебучей галлюцинации, в которой он слишком явно видел трупы своих друзей, но да, просто стресс. Поговорить со стариками — неплохая идея, но сейчас Арсений не в том состоянии.
— Извините, а вы не подскажете, как выйти из деревни? — обратился к бабке Серёжа
— Да как же выйти? Никак же не выйти! — воскликнула старая, театрально всплеснув руками. Она снова прижалась к своему деду.
— Два дома пройти, вон тот, крайний, — Максим тяжело вздохнул, глядя на эту сцену, показал рукой на какой-то из домов. Арсений всё равно не понял какой именно, но кивнул. Дима, видать понял, куда им идти и ускорился. Серёжа плёлся где-то в хвосте, опустив нос в землю.
Максу следовало отдать должное, он говорил: выхода отсюда нет, но к менту проводить согласился, хотя перед этим усиленно убеждал, что ничего не получится, и они уже пробовали. Они — это сам Кольцов и его уже мёртвые друзья.
Антон курил красиво. Арс постоянно залипал на то, как тот втягивал щёки, вдыхая дым, а потом выдыхал его, чуть задрав голову вверх. Но сейчас Арсений готов был упасть в обморок не от красоты Антона, а от, вероятно, скакнувшего всё-таки, давления.
***
Дом, в который Максим вошёл без стука и сразу же скрылся в нём, выглядел самым обычным для этой деревни, только возле него стояла машина с надписью «милиция». Интересно, а они и по устаревшим законам работают, раз называются так до сих пор. Арсений остановился у крыльца, хватая ртом воздух, в надежде, что ему станет легче. Звон в голове никуда не делся, сердце билось в такт этому гулу. Вот так себя Антон чувствовал, когда говорил про тени? Никаких теней Арс не видел и не чувствовал с момента той истерики. Лес зашумел. Попов даже через звон слышал это утробное шуршание из тёмной чащи. Через секунду его отпустило. Дышать стало легче и сердечный ритм пришёл в относительную норму. — Они тут в каком веке живут? — Серёжа кивнул на машину, нервно усмехаясь, — Что-то мне эта «милиция» доверия не внушает. — Может мы в другом временном отрезке? Или они просто в этой глуши решили машину не перекрашивать? — Дима обошёл тачку. Ничего в ней особенного кроме надписи не было. Антон докурил сигарету и бездумно сунул окурок в карман. Взглянув на машину, он только плечами пожал, смотря куда-то сквозь ребят, в пустоту. — Пацаны, мне плохо! — выкрикнул Антон обессиленно и сразу повалился в сторону, плечом Арсению в грудь, который чудом успел повернуться к нему и удерживал теперь в вертикальном положении. — Антон? — Арс усадил его на крыльцо и сам присел рядом. Получается, не у одного него давление. — Чё ждёте? Заходите, — выглянул Кольцов из двери, понял, что за ним не пошли, — Я думал они за мной идут, а они сидят. Это нам как бы всем надо, ок? Макс недоволен, очевидно, но здоровье Антона важнее. — Шасту плохо стало, сейчас мы, — Поз хмуро осмотрел побледневшего Антона, полулежащего на Арсении, — Что такое? — Тени ползут везде, под туманом. Оно что-то говорит, не понимаю… Голова кружится, — Антон закрыл глаза, едва не свалил Арсения на бок, навалившись на него всем весом. — О-о-о… Ты приход словил? Какую траву курил? И со мной не поделился, а я ведь вам по доброте душевной помогаю, — Максим криво усмехнулся, глядя на Шастуна. — Что сидите? Заходите. Разберёмся кому плохо, а кому жить надоело, — из-за плеча Кольцова выглянул усатый мужчина с уставшим взглядом.***
Капитан Козлов, вопреки устоявшемуся стереотипу о полицейских, вызывающих тревогу, излучал спокойствие и, утраченное за время нахождения в топях, ощущение безопасности. Он выдал Антону старенький тонометр, чтобы померил давление. Оказалось, правда резко поднялось. Арсений уложил его на диван в просторной гостиной, намного больше, чем у бабы Нюры, а сам пристроился на подлокотнике у головы Антона. — Ну, рассказывайте, — Капитан Козлов сел в старое потёртое кресло у столика с таким же древним маленьким телевизором. Кресло под ним жалобно скрипнуло пружинами. Серёжа сел в ногах Антона, чтобы те оказались за его спиной, а Дима рядом на другом подлокотнике. Макс остался стоять в дверном проёме между верандой и гостиной. — А вот… Виталий Алябьев, он вообще кто? — Арсений боялся узнать ответ на свой же вопрос, дрогнувший голос с потрохами выдавал этот страх. Арс потеряно оглянулся на ребят, неосознанно ища в них поддержку. Дима уставился в красный ковёр с безвкусным орнаментом посреди комнаты, молчал. Серёжа сцепил руки в замок и упёрся в них подбородком, упираясь взглядом в стену с фотографиями за сидящим перед ними Козловым. — Хозяин Топей, — вместо Капитана ответил Макс и с дедовским «эть» сел на ковёр. — Ну в смысле глава посёлка? — Позов поднял глаза на Козлова. — Он — Хозяин, а жители деревни — скот, — Козлов снял фуражку, в которой до сих пор сидел и принялся нервно теребить её в руках, — От меня вы что хотите? — Не знаю, что у вас за странные порядки, но он убил двух человек. Отрубил головы топором! Мы стали свидетелями убийства. А Антона чуть не убили, а перед этим похитили! Этот, — Дима кивнул на Максима, — сказал, что всем тут на случившееся плевать и заявление на него бесполезно писать и что выхода отсюда нет. Вопрос: какого хуя? Позов едва не задыхался от возмущения и паники, которая отражалась на его лице покусанными губами, а ещё пальцы у него слегка подрагивали, когда он машинально поглаживал обручальное кольцо. Капитан Козлов с вымученным вздохом закрыл лицо фуражкой. — Москвичи… — прошипел он, кладя головной убор себе на колени, — Топи — не просто деревня. Вы своим обострённым чувством справедливости только себе же хуже сделаете. Максим допытался уже. Арсений сглотнул слюну в пересохшее горло, которое в миг сдавило спазмом, стоило Диме упомянуть недавнюю встречу с «Хозяином». Рука на автомате потянулась к русым кудрям Антона, который лежал с закрытыми глазами на диване, согнувшись в три погибели. Пальцы перебирали пряди волос, а Арсу становилось чуть-чуть легче. — Никто не знает, зачем именно Хозяину убивать. Он говорил, что ему нравится… Не лезьте в общем, если жить хотите, — Козлов шмыгнул носом и с каким-то обречённым видом окинул взглядом непрошенных гостей. Арсения передёрнуло от этого «нравится», что даже Антон открыл глаза и кое-как сел на диване, случайно пнув при этом Серёжу. Тот никак не отреагировал, только сел поудобнее, когда место за спиной перестали занимать чьи-то ноги. — Он говорил, что чтобы уйти, нужна жертва. Что правила такие, — хрипло заговорил Антон, затем коротко кашлянул и продолжил: — И он хотел убить меня, потом сказал… — Шастун нахмурился, словно забыл эту сцену, которую почему-то так ярко помнил Арсений — та пугающими цветными пятнами всплывала в сознании, — что я особенный и меня нельзя убивать. И он убил двоих, кто они, я не помню, как их звали, в лесу за кругом из ленты жили. Как пример того, что будет со всеми нами, если мы не выберем одного человека. Антон замолчал, опустил глаза в пол. Арсений шумно вздохнул, прерывая повисшую в напряжении тишину. — Поменьше отсвечивайте и всё нормально будет, — Козлов разве что рукой не махнул, с каким пренебрежением он это сказал. — Да вы тут все психи! Ты, блять, мент, хули ты делаешь? Почему у вас чувак какие-то свои порядки устроил, людей убивает, а ты, вместо того, чтобы свою работу делать, потакаешь ему? Он у вас один такой особенный с топором? Ну так, а чё вы вопрос не решаете? — до этого молчавший Серёжа вдруг не выдержал и, видимо, решил высказать всё, что думал об этой ситуации. — Хозяин тут не просто так. Вы все дальше своего носа не видите. Один из вас что-то про тени говорил, и то, не понял, да, к чему они тебе? Думаете я не пытался? Я пол жизни в болоте этом живу и выхода реально нет! Я пытался привлечь Алябьева, по закону, искал, блять, каждого пропавшего человека, но бесполезно. Место живое, оно требует — Алябьев выполняет. Козлов оправдывался. Все эти оправдания звучали одновременно тупо и отчаянно. Серёжа закипал ещё сильнее, что Антон схватил его за запястье, молчаливо призывая умерить пыл. У Арсения гудела голова от упоминаний Хозяина и самих Топей. Место живое… Антон тоже пытался донести им это. Но всё равно происходящее походило на бред сумасшедших сектантов. — Это не отменяет ваше сумасшествие, хорош затирать, — Матвиенко продолжал злиться, руку из длинных пальцев Шаста не вырвал, значит собой владеет. — Куда идти, чтобы выйти на трассу? Желательно туда, где связь ловит, — Дима, если и слушал бредни Козлова, то явно решил не копаться в этом дальше и задал конкретный вопрос. Вот за это Арс Позова и уважал как человека и друга. — Туда, откуда вы приехали, — буркнул Капитан Козлов с обидой в голосе. Видать не привык, что в его слова не верили. Максим встал с пола, хрустя коленями. — Ребят, я могу подтвердить, что куда бы вы не поехали вы вернётесь обратно, — Кольцов звучал почти отчаянно, да и выглядел так, словно его хоть сейчас на сцену театра выпускай, драматического героя играть, — И дозвониться вы тоже ни до кого не сможете. — И ты туда же… — Арсений потёр пальцами переносицу. Тревога, вопреки неверию в слова уже двух людей, зашевелилась в сердце, — На вопрос, поставленный, кто-нибудь внятно ответит? — Арс, но я тоже чувствую… Место. Оно правда особенное, — Антон взял его за локоть, заставляя повернуть голову на него. Шаст смотрел такими глазами, что сказать его словам «не верю» — значило быть полным говном. — Вы орёте, сектанты? А знаете, что действительно смешно? То, что мы, нахуй, не сюда даже ехали и с поезда сходить не собирались. Мы проснулись, а вокруг нихуя, — Дима посмотрел на Максима, который вдруг стал выглядеть настороженно. Козлов же молча сжал козырёк своей многострадальной фуражки. — Антон, тебя точно ничем не качали? — Серёжа глянул на Шаста. Тот отрицательно мотнул головой. — Мы не секта! — зло выплюнул Козлов. Взгляд его бегал по сидящим на диване. Арсений чуть ли не кожей ощущал его беспокойство и раздражение, — Как и вы в ловушке оказались, не поверите. — В поезде было что-то странное? Ну там спонтанный секс с малознакомой девушкой… — Кольцов странно хмыкнул на последней фразе. Все пятеро посмотрели на него с осуждением, — Ладно-ладно, понял, а что-нибудь необъяснимое с участием голубоглазой блондинки с грустным взглядом? Следующий вопрос он задал уже серьёзнее. Арсений выдохнул: — Я видел девушку у окна, в тамбуре, в толстовке с капюшоном. У неё был просто невероятно грустный вид, и я… — И ты заговорил с ней? — перебил Кольцов. — Да, я спросил помочь ли ей, она сказала, что у неё друзья умерли… Потом предложила чай с малиной. И я не помню, что я ей ответил, но в итоге мы попили чай, а проснулись уже в пустом поезде, — объяснил Арсений, чувствуя, как внутри закипало раздражение. — Блять! Вот оно что! — Макс безумно улыбнулся и сделал круг по комнате. Арсений в растерянности взял Антона за руку, не подумав о посторонних людях в помещении. — Так, а в чём прикол? Ну спросил он, и чё? — Серёжа выглядел уже не таким злым, но всё равно с настороженностью смотрел на замолчавшего Козлова. — И то, что Соня мертва. Девушка, Соня Громковская, которую он видел, мёртвая! И я почти поверил, что я тоже мёртв, но моя могила пустая. Во всех остальных лежат тела, я проверял. Вы же видели кладбище, — Кольцов снова сел на пол, на этот раз лицом к ребятам. Арсений кладбище не видел, но все остальные мрачно кивнули. — И Арс как-то спровоцировал наш переход сюда, заговорив с Соней? И то, что мы ещё чай попили тоже повлияло? — Антон кинул взгляд на Арсения, затем на их сплетённые руки. Внутри у Арса разлилось приятное тепло, которое на время затопило собой тревогу, на жалкие несколько мгновений. — Да. Она сейчас в роли проводника, — прокашлявшись, сказал Козлов. — Проводницы, — поправил Макс. — Заткнись. — А чай — это что-то вроде «мёртвой» воды. Вы сказки читали в детстве? —продолжал Максим, будто объяснял очевидное. — Ну вся эта притянутая за уши история с «мёртвой» водой на вопрос о том, как выбраться не отвечает, — Позов решил вернуть разговор в более значительное, для их спасения русло. — Блять, возьмите машину, попробуйте выехать. Получится — собирайте монатки и вперёд, — раздражённо выплюнул Козлов и встал со стула. Капитан достал из кармана ключи, кинул их в руки Димы и вышел из гостиной в другую комнату. — Ты с нами? — обратился Арс к Максиму. Тот слабо улыбнулся. — Я бы вам ещё сказал «живую» воду найти, но таковой тут не водится, как я понял, — Макс громко заржал со своего тупого каламбура. — Ребят, я не хочу вас расстраивать, и сам не хочу расстраиваться, но у нас не получится, — Антон, ссутулившись, поднялся с дивана. Арсений отпустил его ладонь. Он в эту фразу, полную обречённости верить не хотел, но от чего-то так больно резануло по сердцу, будто всё что Антон сказал уже произошло. — Шаст, давай без вот этого вот. Всё у нас получится, больше слушай всякий бред, «мёртвая» вода, «живая», да хоть кипячёная, — Серёжа с осуждением бросил взгляд на Макса и направился к выходу из дома, куда ушёл Дима. — Я не слушаю… Я чувствую и знаю. Не выпустят нас так просто, — после этой фразы Шастуна на улице поднялся ветер. — Антон, но мы хотя бы попробуем, — Арс похлопал его по плечу, надеясь, что проснувшиеся «способности» Антона его подведут и что ему всё это на фоне стресса кажется.***
Машина подпрыгивала на каждой кочке, Серёжа за рулём сосредоточенно следил за подобием дороги. Антон на переднем пассажирском нервно вертел в пальцах шнурок толстовки. Остальные, как селёдки, жались сзади. За пределами деревни Арсений почти поверил, будто всё происходящее с ними было просто кошмарным сном. Он опёрся головой на окно, когда машину перестало трясти, что на каждом «прыжке» он бился головой об крышу машины. Арс закрыл глаза, надеясь открыть их через какое-то время и увидеть не жуткий лес, а возвышающиеся вдали многоэтажки и ровную асфальтированную трассу. — Ребят, а можно стрёмный вопрос? — Максим прервал долгую напряжённую тишину. Арсений открыл глаза, ощущая себя так, словно они едут уже часа четыре, хотя прошло по меньшей мере пол часа. — Какой смысл спрашивать, можно ли задать вопрос, если ты уже задаёшь вопрос? — пробурчал Дима, тоже лёжа головой на окне. — Спрашивай, раз начал, — добавил Арсений. Он даже представлять не хотел, о чём именно Кольцов решил спросить именно в этот момент. — А вы с Антоном типа вместе? Ну, пара? Типа артон-канон? — Максим опустил глаза, как провинившийся школьник. В машине вновь повисла вязкая тишина. — Нет, так по приколу за ручки держимся, — Арс в своей обычной манере выдал эту фразу с присущим ему ядом. Макс тактичностью не отличался, потому как через пару мгновений уже несдержанно улыбался, будто он видел больше, чем просто держание за руки на диване, ну Арсений ещё волосы Антону перебирал, но это не важно и не повод лезть, куда не надо. — Странные у тебя вопросы, даже не знаю надо ли тебе отвечать, — проговорил Антон, явно не заинтересованный в обсуждении их с Арсом личной жизни. Арсений отвернулся к окну, за которым пейзаж выглядел как зацикленное видео: однотипные деревья раз за разом проносились перед глазами и конца этому не видно. — Да, блять, лучше бы спросил скоро ли мы приедем, потому что мы походу заблудились и едем кругами, — Серёжа нервно стучал пальцем по рулю, бегал глазами по дороге, которая тоже никак не поменялась за всё время их пути. — Мы вон тот дуб слева уже проезжали, — Арсений подхватил тему Серёги, тоже не желая отвечать на поставленный Максимом вопрос. — Арс, иди нахуй, капитан очевидность. Я только что сказал, что мы кругами катаемся! — Матвиенко со злости стукнул по рулю, а у того даже сигналка не сработала, руль только издал какой-то жалобный писк и всё на этом. — Ну вы вместе? Я без доёбов, мне реально интересно, — Максим то ли не понял, то ли настолько в своём познании преисполнился, что его не пугало их положение, но Арсений решил, что он просто тупой. — А я без доёбов, сейчас втащу тебе за такие «без доёбов», — Арса злила эта непосредственная бестактность. Фанаты в директ или в комментариях такое часто писали, но, когда спрашивал взрослый малознакомый мужик — это уже перебор. В машине снова тишина. Серёжа прибавил скорость, только успевал объезжать возникающие на дороге деревья, особенно большие кочки. У Арсения голова начали кружиться, от таких финтов, но желание побыстрее выбраться пересилило плохое самочувствие. Туман, возникший за считанные минуты заволакивал дорогу, перекрывал обзор дальше двух метров. В мелькающих деревьях, в густом белом облаке резко возник жёлтый дождевик. — Блять! — Арсений дёрнулся, больно ударяясь головой. Ему показалось. Точно показалось. Просто мозг от стресса перегрузился и всё. — Вы видели? Видели, тот псих стоял?! — воскликнул Антон, только повышая этим градус возникшей паники. Арса снова передёрнуло. — Да видели! Хули он только тут стоит? Над нами издевается, — Дима наклонился вперёд, чтобы лучше увидеть дорогу впереди. — Не важно это! Серёжа, ты главное не останавливайся, гони куда-нибудь, только от него подальше! — Максим задёргал ногой, тоже нервничал. — Мы не выберемся… — прошептал он тише. Арсению от таких слов хотелось то ли разрыдаться, то ли всё-таки стукнуть Кольцова по голове за такие слова. — Мы не выберемся, — повторил Антон громче, а у Арса сердце упало вниз. Машина снова и снова проезжала одно и то же. Серёжа поворачивал то налево, то направо, ехал назад, вперёд, по диагонали, но всегда они оказывались в лесу, проезжали деревню и на входе встречали Хозяина. Хозяин держал в гнилых зубах сигарету и улыбался, скалился, наслаждался их жалкими попытками выехать. — Я же вам не разрешал! — крикнул он им вслед, а Матвиенко в панике материл всё, на чём стоял свет и самого Алябьева в первую очередь. — Пиздец, блять, нахуй, мы в жопе, блять. Почему? Я же, ебаный нахуй, везде уже проехал! Какого хуя мы опять здесь?! — Серёжа выжимал из старой тачки невозможное, что-то внутри неё скрипело на последнем издыхании, гудело и рычало так, как до этого не делало. — Без его разрешения никак… Мы вам с ментом об этом и говорили! Но вы ж бараны упёртые, решили, что самые умные и в рот ебали наши слова! — Да потому, что хуйня ваши слова без доказательств! Ну не может быть такого, чтобы из-за одного еблана мы катались кругами, чёрт знает, сколько времени! — Позов повернулся к Максу, который продолжал от нервов дёргать ногой.***
Арсений зажмурился. Хотел бы он верить, что это просто кошмарный, правдоподобный сон, но левое запястье уже красное от щипков, а он всё не просыпался. Серёжа въехал в деревню, снова, проехал до конца, остановился у последнего дома, на крыльце которого сидел Козлов в окружении сигаретного дыма и молодой девушки в белом топе, едва прикрывающем грудь и коротких шортах. — Подожди. А с хера ли ты с нами тогда поехал, если ты такой уверенный, что не получится? — Арс заставил себя посмотреть на Макса, это значило признать, что нет, нихуя не кажется и выхода действительно нет. Из машины никто выходить не торопился. Антон закрыл лицо руками, опираясь локтями в колени, Серёжа упёрся головой в руль и тяжело дышал, видимо так справлялся с эмоциями. — Потому что всё ещё надеюсь отсюда уехать, даже когда очевидно, что нихуя не получится! — Максим с силой ударил по спинке сидения Антона. Арсений выставил руку, закрывая Шаста. Нечего тут злость вымещать. — Без драк! Ещё не хватало. Выперлись все. Покатались, блять, — Серёжа вылез из машины и хлопнул дверью. В голове не укладывались потерянные часы. Может это из-за тумана они ехали кругами? Но Матвиенко пробовал в разные стороны и всё равно возвращались в то же место. Куда не поедешь — всё равно в Топи вернёшься. Странное выражение стало их обречённой реальностью. Арсений проглотил желание закурить, выйдя из машины. Антон уже стоял с сигаретой и дрожащими руками пытался её зажечь. Осознание безысходности навалилось тяжёлым грузом на плечи и хотелось сесть на землю, позорно разрыдаться, но увы, Арс давно не маленький мальчик, проблемы слезами не решаются. Мысли в панике раздавались тревожным гомоном в мозгу, казалось, их слышно и за его пределами. Арсений осмотрелся: деревня в сизом тумане сейчас выглядела особенно уныло, а гудящий на фоне лес, создавал атмосферу ещё более удручающую. Выхода нет. Здесь не как в метро и вообще не в песне Сплина, здесь по факту. Арсений подошёл ближе к молчаливому Антону, который всё курил, смотрел тяжёлым взглядом на шуршащий лес и курил. Вокруг туман, словно это Шаст столько выкурил. Арс даже усмехнулся. Антон повернулся к нему и поднял брови: — Чего смеёшься? — Ты будто туман этот выдыхаешь. Не боишься, что опять плохо станет? Антон покачал головой на заданный вопрос. Руки касались совсем невесомо, ещё немного и пальцы сплетутся. Арсений вынул изо рта Антона сигарету и тоже затянулся, тот не сопротивлялся, не спрашивал, понимал. — Может туман рассосётся и ещё раз попробуем? — Позов посмотрел на Шастуна, достал сигареты и тоже закурил. — Да. Будем пробовать пока не выедем, не верю я всё равно в эту хуйню, — Серёга устало потёр глаз и протянул ключи Козлову, который смотрел на них всех с такой раздражающей жалостью. Арсений невольно вспомнил отца, тот тоже так смотрел, когда Арс совершал ошибку, или, вернее сказать, когда узнавал о каких-то неудачах сына. Девушка рядом с ментом оценивающе окинула взглядом каждого из приехавших. — Ну как экскурсия? — большие голубые глаза пронзали Максима, а тот мрачной кучей сел рядом. Кольцов достал сигареты, порылся в своей жилетке, ещё где-то в карманах, в поисках зажигалки. — Дашь огонька? — Макс решил проигнорировать адресованный ему вопрос, зажал сигарету в зубах и смотрел на Шастуна, как на второе пришествие. Антон вытащил из кармана дорогую металлическую зажигалку и поджёг сигарету, не глядя сунул её обратно. — Ну не отвечай. И так понятно, что ничего у вас не выйдет, — девушка уставилась куда-то себе под ноги, — Сколько раз говорили: нет отсюда выхода? А вы продолжаете, бараны, только смерть свою приближаете. — Ариш, ну не начинай… Здесь невозможно жить, — хмуро пробурчал Максим. Он втянул щёки, затягиваясь сигаретой. Выдохнул. Дым смешался с ползущим у ног туманом. — Ты обещал со мной остаться и остался. Мы не уедем никуда. Или ты решил бросить меня? Диалог не получил продолжения, Макс снова затянулся сигаретой, вместо ответа на вопрос-претензию. — К монастырю сходите. Помолитесь, чтоб не убили раньше времени за попытки побега, — Арина показательно отвернулась от курящего Максима, морщась от дыма дешёвых сигарет. — Такой у вас принцип — в любой непонятной ситуации — молись? Гениальные люди, — усмехнулся Дима, немного нервно. Он вышагивал туда-сюда перед крыльцом, выдыхая сигаретный дым. Серёжа стоял, скрестив руки на груди и с хмурым лицом смотрел на Арину. — Это работает, — бросила она и поднялась с крыльца. Арина подошла к Позову, настороженно скользила по нему взглядом, — Попробуйте. Это безопаснее, чем делать то же самое перед Хозяином. Грехи свои лучше в монастыре отмаливать, чем перед ним. — Нет, это бред какой-то… — прошипел Арсений, ещё больше убеждаясь в том, что это явно какая-то секта. Сначала монастырь, а потом как в том фильме заставят со скалы прыгать. Молился Арс в своей жизни только один раз в далёком детстве. Что тогда, что сейчас его отношение к религии было нейтрально никакое. Крестик не носил, в церковь нет времени ходить, «Отче наш» наизусть так и не выучил. Мать бы сейчас разочаровано покачала головой. Так ещё и с мужчиной в отношениях! Хоть одну библейскую заповедь он применил в жизни: возлюбил ближнего своего, как самого себя и даже больше. Коробочка с кольцом так и лежала на дне дорожной сумки, под всеми вещами, чтобы Антон случайно не нашёл и ждала своего часа. Это должно было быть что-то романтичное, при этом не замороченное. Если они здесь застряли придётся действовать, только учитывая последнее. Делать предложение на болоте — казалось Арсению ужасной идеей и это одна из сотен причин, почему они обязаны пробовать выбраться. Как дарить Антону дорогущее кольцо, в качестве предложения стать ему мужем, в такой убогой глуши, где какой-то мужик с топором пытался их всех убить? Никак. Потому что это тоже бред, как и идея пойти молиться, от которого всё ещё хотелось разрыдаться. А ведь благодаря всё тому же мужику с топором, предложение руки и сердца могло вообще не состояться, без Антона. Арса передёрнуло от одной этой ужасной мысли. Серёжа молчал, но по лицу его понятно, что идея идти в монастырь ему не нравилась. — Давайте сходим… — Антон докурил сигарету и теперь сжимал руку Арсения в своей. Фраза его прозвучала неуверенно, он посмотрел на Арса своим вот этим взглядом, от которого сердце сжималось. — Зачем? Он сто пудов старый и заброшенный, просто стоит народ пугать, — Дима повернулся в сторону Антона и Арсения. — Вот именно, нахер туда идти, время тратить, — Матвиенко бросил взгляд на Арину, которая в возмущении подняла брови и фыркнула. — В смысле «нахер туда идти»? Он реально, типа, волшебный. Можно попробовать попросить монастырь нас отпустить. Блять, почему мы раньше не додумались? — Макс вдруг вскочил с места, выбросил бычок от сигареты прямо на землю, как-то уж слишком радостно. — Максим. Я больше не нужна тебе? Наигрался? Что ты просить вздумал? Куда звонить? Оно не отпустит, только покалечит, — Арина дёрнула его за рукав, заставляя повернуться к себе. — Знаешь, я понял, что нет, не нужна. И жизнь такая мне тоже не нужна, — Кольцов проговорил это прямо ей в губы. И ничего его не смущало, что вокруг них пять человек были вынуждены смотреть на эту сцену. Арсений тактично увёл за собой Антона за милицейскую машину — пусть сами разбираются. Серёжа и Дима прошли за ними. — И что мы? Поверим этой сказке про волшебный монастырь и пойдём проверять? Они же здесь все на голову ебанутые, — Серёжа сунул руки в карманы. Арсений близок к тому, чтобы поверить, чему угодно, лишь бы выбраться. — Ебанутые. А у нас есть выбор? Нет, — Антон чуть сжал руку Арса, — Давайте просто посмотрим. Понятно, что это не правда, про волшебный монастырь, но в своих ощущениях я уже уверен. Место тут правда живое, здесь можете мне поверить. Серёжа закрыл руками лицо и промычал что-то неопределённое. Арсений едва заметно погладил ладонь Антона большим пальцем. Шасту он не верить не мог, просто потому, что ему невозможно не поверить — он же как открытая книга, врать не умеет. Как только в покер играет? И Арсений хотел верить, но это настолько странно, что прибавляло только беспокойства за психическое состояние Антона. — Ради чего мы туда пойдём? Ну это тупо. Ты просто услышал про него и теперь хочешь пойти. Давайте ещё святой водой обольёмся, а чё — вроде «живая»! — Поз не дурак, понимал ведь тоже, что им не из чего выбирать, — Давайте подождём пока туман уйдёт и ещё раз попробуем выезд найти. Зачем такой хернёй страдать? В монастыре наверняка делать нечего. — Давайте так, мы не в том положении, чтобы продолжать выёбываться. Я тоже не верю в волшебность монастыря, но туман, как видите, и не планирует рассасываться, мы ничего не потеряем, если посмотрим на монастырь, — Арсений, по правде говоря, не горел желанием туда идти, но внутри теплилась эта глупая детская надежда «а вдруг получится?», «а вдруг всё это правда?», хотя взрослый мозг был убеждён что всё это бред и нужно только дождаться, когда туман уйдёт. Присутствие где-то в деревне мужика с топором напрягало, сильно напрягало, но их много, а он один. За эту мысль Арс цеплялся последние несколько часов. — Всё равно мы можем не идти. Пойдём обратно к бабке и переждём ебучий туман. Для чего вам вдвоём в монастырь? Не самое удачное время для венчания, — Серёжа опёрся спиной на машину. — Серёжа… Дело вообще не лично в нас, а в том, что нас реально не выпускают. Вот у вас хоть раз, не считая этого, было такое, что вы несколько часов проехали в машине по, ебучей, прямой, сука, линии, чтобы по итогу снова оказаться в той же деревне из которой, вы, блять, выехали? Поз, не смотри так. Хватит быть скептиками, вы тут лучше ситуацию не делаете. Признайте, что не из-за тумана это всё. Ну мы бы всё равно куда-то выехали за это время, но вернулись обратно. Серёжа, ты не настолько тупой водитель, чтобы не понимать очевидного наёба, — Антон высказался резко, никто не смел пока ничего против сказать, а Серёга глаза опустил, задумался. — Ладно, по сути всё логично, но по факту — хрень. Ну вот как? Место волшебное? Монастырь? Хорошо, давай, блядь, проверим, чё там. Только если нас там поджидает тот хуй с топором, то я не знаю, что тогда, — Дима с видом некоего принятия выдохнул. — Я такими темпами реально уверую или с ума сойду, — буркнул Серёжа обречённо. Арс согласно кивнул, только он уже был уверен, что сошёл с ума примерно в тот момент, когда увидел три мёртвых тела своих друзей перед собой и свято верил в реальность происходящего. — Да ты не выберешься отсюда, а умрёшь! Никто ни тебе, ни им не поможет, идиот. Мало было приключений? Мало? Все твои хвалёные друзья из-за тебя и умерли. Сказали же, не лезть, — донёсся голос Арины со стороны дома. — Пусть сдохну! Пусть! Хули мне терять? Зато попробую, надоело сидеть бояться, — с жаром ответил Максим. — Так. Заткнулись оба! Решайте свои вопросы не у моего дома. Хотите в монастырь — идите! Нечего здесь «Пусть говорят» устраивать, — Козлов впервые заговорил за это время.
