За кулисами любви

      Похищение Ани было благополучно решено. Она спасена, Ваню вытащили, преступников задержали. Разве что Жеке не повезло — рука сильно пострадала, от выстрела осталась травма. Их промах. Игорь совсем не ожидал от него такого отчаянного спектакля. Наркота творит чудеса, и не всегда в положительном смысле. Хотя он их определенно спас сегодня.       Наконец-то этот день закончился. Игорь вышел вместе с Аней из больницы. Воздух был прохладным, но чистым. И казалось, что все позади.       Но похоже не в этот раз. У входа их уже ждала Вика.       Она шагнула вперед, крепко обняв Аню, прижимая к себе.       — С тобой все в порядке? Ты не ранена? — она быстро отстранилась, оглядывая ее с ног до головы.       — Нет, все хорошо, — Аня слабо улыбнулась.       Взгляд Вики тут же потемнел, стал жестким.       — Больше никогда не смей меня обманывать. Поняла? — голос был твердым, безапелляционным.       Аня кивнула.       Из дверей больницы вышел Ваня. Он остановился, увидев их и слегка улыбнулся. Неловко потоптался и подошел ближе. Вика посмотрела на него.       Игорь ощутимо напрягся, переводя взгляд между ними.       — Да, это моя вина. Простите… нехорошо получилось, — выдавил Ваня и опустил голову.       — Убирайся отсюда, — резко и сухо сказала она.       — Вик… — Игорь шагнул вперед, — Успокойся. Он не хотел. Это не он затеял все…       Она метнула в него взгляд, такой, что он невольно осекся.       — Ситуация вышла из-под контроля, да. Но все закончилось. Никто не пострадал. — он попытался объяснить, глядя ей в глаза.       — Еще бы. Это ты Жеке скажи, — язвительно бросила она.       — Ну, почти никто, — пробормотал Игорь. — Мы искали этого урода до того, как он начал действовать. — он чуть повысил голос. — Мы пытались обезопасить ее. Да, Ваня виноват, что втянул ее, но мы не сидели сложа руки.       — «Мы»? — передразнила Вика, подходя ближе. — А мне сказать никто не хотел? Так, мимо шла? Я вообще кто для вас, скажи мне.       — Вик, все не так, — вмешалась Аня, — Это я сказала ему не говорить тебе. Я боялась, что ты воспримешь все остро и…       — «Остро»? — перебила она, — Аня, на тебя напали! Тебя похитили! Ты могла погибнуть, ты понимаешь это?!       Она опустила глаза. Стыд отразился на её лице.       — Ты прятала у меня под носом чертового преступника, — продолжала Вика, — И теперь стоишь, как ни в чем не бывало.       — Он завязал. Мы договорились. — сказал Игорь.       — Я вижу, как вы «договорились», — она снова врезалась взглядом в него. — Ты тоже хорош. Все знал и молчал, да?       Он не стал оправдываться. Просто опустил голову. Признал.       — Сколько еще ты собираешься скрывать от меня важные вещи, Игорь? Ни слова о ее «друге». Ни слова о деле. Ни слова об угрозах. Ты хоть раз подумал обо мне?       — Вик… — Игорь шагнул к ней и потянулся рукой, но она тут же отступила, даже не дав ему дотронуться.       Движение резкое, как щелчок по сердцу. Он застыл. Пальцы медленно опустились, как будто стали тяжелыми. Глаза на секунду опустились вниз, потом снова поднялись на нее.       Он все понял.       Выдохнул. Глубоко, как будто с болью внутри.       Она снова отдалялась. А он — снова оставался по ту сторону ее тишины.       — Я не хотел тебя тревожить… — прошептал он. — Я бы рассказал, когда все бы закончилось. Без нервов.       — Без нервов? — в ее голосе задрожала боль, — Ты называешь ложь заботой?       Вика выдохнула и покачала головой. В глазах — блеск слез, горький и упрямый. Голос дрогнул, но не сломался:       — Я думала, мы уже прошли через это. Ты обещал… А теперь снова ведешь себя так, будто все вокруг — помеха. Как будто ты один против всего мира.       Игорь покачал головой, не отрывая от нее взгляда. Сделал шаг к ней — короткий, будто боялся спугнуть. В груди нарастало отчаяние, знакомое, удушающее, что давно не давало покоя       — Все не так… — выдохнул он, хрипло, будто это было последнее, что он мог сказать, — совсем не так, Вика…       — Я устала, — перебила она и в ее глазах появилось то, что заставило его вздрогнуть. Разочарование. — Я устала бороться с твоим упрямством, — она перевела взгляд на сестру. — И с твоей ложью тоже.       Аня сжала губы. Ее как будто ударили.       — Хватит уже. — Вика выдохнула. — Если вы продолжите так — я буду действовать по-другому. И не ждите, что я вас прикрою.       Она развернулась, направляясь к машине, но обернулась и бросила последнее:       — А ты — убирайся подальше от нас. — холодно взглянув на Ваню.       Молчание опустилось, будто пелена.       — Теперь я понимаю, почему ты сказал, что вам «влетит», — тихо сказал Ваня. — Она… суровая.       — Она просто боится потерять, — прошептала Аня, не поднимая взгляда. — Но она права. Сейчас лучше сделать паузу. Мы все на пределе.       Повернувшись, она тоже направилась к машине, укутавшись в пальто.       — Ань… — Ваня сделал шаг к ней, но Игорь мягко остановил его рукой.       — Пока что хватит, — спокойно сказал он. — Дай ей время. Нам всем нужно остыть.       Ваня молча кивнул и опустил взгляд.       — Извини. Из-за меня у вас все рушится…       — Это ты ее прости. Гормоны, нервы… ты понимаешь. — Игорь слабо усмехнулся.       — Соколовский! — резко крикнула Вика из машины.       Он вздрогнул, обернулся.       — Ну все. Мне пора, — он хлопнул Ваню по плечу. — И подумай о заявлении. Чтобы мы закрыли этого урода как положено. И тебе спокойнее будет.       — Я понял.       Игорь подошел к машине, сел за водительское место в завел мотор. Бросил последний взгляд на Вику — она не смотрела на него. Только вперед. Лицо — каменное.       Он вздохнул и тронулся с места. А Ваня остался стоять на тротуаре, один, провожая их взглядом.

***

      Выговор ждал их и дома. Короткий, но острый. Вика сказала все, что осталось в ней, сухо, без крика — и ушла в спальню, даже не взглянув на ужин. Просто закрыла за собой дверь, и тишина накрыла квартиру, плотная, давящая.       Игорь с Аней остались на кухне. Сидели напротив друг друга, не прикасаясь к еде. Только стулья поскрипывали от переминаний. Воздух казался натянутым.       — Не голодна? — негромко нарушил молчание он.       Аня покачала головой, обвела взглядом нетронутые тарелки.       — Аппетита нет.       Игорь кивнул.       — У меня тоже, — он поднялся, пошел к полке. — Может, чаю?       Аня едва заметно улыбнулась, кивнула. Хоть что-то. Хоть капля тепла в этой остывшей кухне.       Они пили чай молча, каждый погружен в свои мысли. Думали о том, что произошло и больше, о сказанных словах сегодня.       Когда кружки опустели, Игорь первым вышел из кухни. Уже в гостиной он увидел на диване аккуратно сложенное одеяло и подушку. Полный комплект. Явный знак. Ее решение уже принято.       Он тихо выдохнул и сел, опускаясь на диван с той усталой покорностью, что приходит не от усталости тела, а от того, что внутри — не выговорить.       Почти сразу вслед за ним вышла Аня. Она подошла ближе, села рядом, чуть сжав колени. Взгляд уткнулся в пол.       — Игорь… — голос ее был мягким, полным вины. — Прости. Это из-за меня все.       Он откинулся на спинку дивана, подняв взгляд к потолку.       — Ну, ты не виновата, что тебя похитили, — сказал он небрежно, с долей иронии, которая скрывала усталость. — И кстати, ты была довольно осторожна. Просто… не повезло. Не подгадали момент.       Аня отрицательно покачала головой.       — Нет. Я должна была рассказать все Вике. Ты был прав. Это было опасно. Может, она бы нашла другой, лучший выход. Я просто… — ее голос дрогнул. — Я боялась. Боялась, что она оттолкнет Ваню, запретит ему приближаться. Или хуже — просто сдаст его. А после… после того случая мне впервые за долгое время кто-то снова по-настоящему понравился. — Она горько усмехнулась.       Игорь чуть склонил голову, глядя на нее с легкой, кривой улыбкой.       — Я понимаю, правда. На твоем месте, возможно, я бы поступил так же. Не у всех нас железная воля, как у Вики.       Аня подняла на него глаза.       — Но вы из-за меня поссорились. Я правда… не хотела. Я не хотела так.       Он тихо усмехнулся, почти с теплом.       — Эй… все в порядке. Это не первый раз. Она злилась на меня и раньше. Остынет. И все вернется на круги своя. Всего-то… несколько дней на диване. Переживу, — он усмехнулся слабо, будто сам себе, — не впервой.       Аня глубоко вдохнула и, сжав руки, произнесла твердо:       — Я поговорю с ней. Я все возьму на себя. Как и обещала. Ты не должен расплачиваться за мои ошибки.       Игорь посмотрел на нее пристально, спокойно, с какой-то взрослой серьезностью.       — Ань, я расплачиваюсь за свои. То, что ты связалась с угонщиком, скрывала нападение, укрывала его — это да, на твоей совести. Но то, что я не сказал ей ничего… что решил промолчать, — он сделал короткую паузу, — это уже на мне. Сколько бы ты меня ни убеждала тогда, в итоге решение то принял я. Тоже подумал, что лучше будет сказать ей после. Это наша старая история. Я не говорю ей всего. Поэтому она злится. Не из-за тебя. Это — наше. Наш с ней конфликт. Ты тут ни при чем.       Он мягко улыбнулся.       — Лучше подумай, как решить свои тайны. А я разберусь со своими. Все будет хорошо, правда. Не кори себя.       Аня медленно кивнула, но вид у нее был далекий — будто она все еще спорила с собой. Потом встала.       — Тогда не буду мешать. Спокойной ночи.       Она уже почти ушла, но обернулась в дверях.       — И еще раз… прости.       И исчезла в своей комнате.       Игорь остался сидеть в тишине. Потом опустил взгляд на подушку, медленно улегся на диван, подтянул одеяло до груди. Поднял руку ко лбу и задумчиво уставился в окно.       Тот взгляд… он ненавидел, когда видел разочарование в ее глазах. Оно больнее злости, потому что в нем — усталость. Усталость от попыток.       И все же… он понимал. Понимал, что в этот раз действительно все было не так просто. Возможно, стоило рассказать раньше. Но теперь — поздно. Назад не откатить.       Он закрыл глаза. Медленно вдохнул.       Неважно, насколько она сейчас сердится. Неважно, сколько нужно будет ждать. Он все равно добьется ее прощения. Потому что иначе — никак.       Потому что она — это дом. И он обязательно вернется в него.