Меняя направление ветра

*** - Мелли, послушай, я не согласилась потому, что я хочу ему счастья! - Глупенькая, ну так ведь он любит тебя.  - Я тоже его люблю, но как брата люблю. И я ему рассказывала, как брату о... Ну ты понимаешь. Какой мужчина захочет жениться на девушке, зная в подробностях о ее помолвке с другим? - Кэррин, дорогая, если он предложил, значит он хочет. - Мелани, я чувствую, что не должна выходить за него. Я должна уйти в монастырь. Мелани смотрела на Кэррин и видела в ней упрямого ребенка, который что-то решил, и теперь не дает себя переубедить.  - Послушай, девочка моя, я люблю тебя как младшую сестру. Даже Скарлетт говорит, что мы похожи. Мелани улыбнулась.  - Я хочу тебе сказать несколько вещей или, может быть, дать несколько советов. Я люблю Эшли тоже, наверное, как брата. В конце концов, какая разница как, если это любовь? Но я знаю любовь, которая может быть выше и прекраснее любой другой. Это то чувство, которое я испытываю, когда держу на руках своего сына. И я знаю, что ты бы тоже хотела узнать, прожить это.  Мелани видела, что Кэррин начала колебаться: видимо, она верно поняла уязвимое место девушки. Мелани и сама не хотела ни на кого давить, и она помнила о словах Уилла, но уверенность в том, что она поступает правильно и делает благое дело придавала ей сил.  - Ты обязательно полюбишь мужчину, от которого у тебя будет ребенок, и будешь еще больше любить ребенка от любимого мужчины. Поверь мне, у меня все же есть опыт.  Мелани снова улыбнулась и Кэррин улыбнулась в ответ, но улыбка у нее была все еще какой-то грустной. - Конечно, я тебе верю, Мелли. Считай, что ты меня почти убедила. Я обо всем еще раз подумаю, обещаю. *** Спустя несколько недель - Мелани, позови, пожалуйста, Скарлетт. Мне очень нужно с ней поговорить. Через несколько минут Скарлетт вышла в коридор. Она была бледная, с синяками под глазами, волосы растрепались, а платье было слегка примятое. - Уилл, мой отец умирает. Мне кажется, что сейчас не лучшее время для разговоров.  Джеральду стало хуже несколько дней назад и Скарлетт твердо знала, что он вот-вот покинет этот мир. Она не чувствовала боли, но ее все больше и больше угнетал вид умирающего, угнетала пропахнувшая лекарствами комната, ей казалось, будто она вернулась в госпиталь Атланты. А еще ее раздражало то, что она как старшая дочь и хозяйка дома, была ответственна за все. Больше, чем сама смерть, ее страшил час, когда ей придется заниматься похоронами, разговаривать с сочувствующими соседями и рассказывать им о своих планах на будущее. - Я все понимаю, Скарлетт, - мягко начал Уилл, - и именно поэтому я решился поговорить с тобой сейчас.  Скарлетт смотрела на него непонимающе. - Я и Кэррин, мы решили пожениться. Мне хотелось бы сказать… ты понимаешь, получить благословение... - Я сомневаюсь, что он сможет тебя понять, - с горечью ответила девушка. - Но ты позволишь мне попробовать? - Да, разуметься, если ты считаешь нужным, - Скарлетт отступила и освободила Уиллу проход в комнату Джеральда.  Минут через 5-7 Уилл вышел. Скарлетт вопросительно на него посмотрела. - Он согласен, - сказал Уилл и пошел вниз по лестнице. - Я рада, - крикнула ему вслед Скарлетт и вошла в комнату к отцу: он спал, дыхание было ровным и спокойным. Скарлетт подумала, уж не соврал ли Уилл про разговор с ее отцом, не похоже, чтоб тот всего минуту назад разговаривал о женитьбе своей младшей дочери.  На следующее утро все сидели в столовой, ожидая завтрака. Неожиданно наверху скрипнула дверь и показался Джеральд. Он бодро спустился по лестнице и сел во главе стола. За ним неуверенно шла Сьюлин, которая оставалась с ним на ночь. - Папа?  «Как ты себя чувствуешь?» — удивленно спросила Скарлетт.  - Со мной все хорошо, дочка, насыпь ко мне побольше каши. Завтрак прошел в молчании. Скарлетт, ровно, как и Сьюлин, Кэррин и Мелани, не понимала, что за чудо вдруг произошло с Джеральдом. У Уилла в глазах, кажется, блестела какая-то догадка, но он тоже молчал. Джеральд вел себя как ни в чем не бывало: после завтрака он взял в конюшне свою любимую лошадь, махнул шляпой на прощание и ускакал в неизвестном направлении.  Больше всех за отца переживала Кэррин. Как не странно, Уилл не спешил успокаивать свою невесту, зато этим занялась Мелани. Она была уверенна, ну или во всяком случае так говорила, что все будет в порядке и справедливо отмечала, что даже если что-то произойдет, Джеральду обязательно поможет кто-то из соседей, ну и им соответственно сразу-же сообщат.  Скарлетт не любила думать о том, что было ей непонятно, поэтому она занялась обычными хозяйственными делами и скоро другие, более практичные мысли заняли ее голову. Где-то в глубине души она была уверена, что все само собой разъясниться.