Амнезия

      И куда ты пойдёшь? Снова вернёшься к своему одиночеству?              Так быстро меняешься, стоит только чему-то оказаться не таким, как ты хочешь.              Боишься меня? Или я просто тебе надоел? Хочешь найти новую игрушку?              За пределами этого дома ты ничего из себя не представляешь. Ни друзей, ни близких, да? Поэтому и пришла ко мне. Разве сейчас что-то изменилось?              Прекрати истерику и посмотри на меня!              Посмотри на меня!.. Ты никуда отсюда не выйдешь!              Лэйн отмахнулась от очередного видения и чуть не врезалась в железный столб. Дыхание срывалось, бежать становилось невозможно. Она остановилась, и в сознании перед ней снова возникло неестественно прекрасное лицо Каина с холодной усмешкой на губах. Ей почудилось, что его глаза горят алым, хотя, конечно, это было невозможно, и отблески красных аварийных лампочек просто играли с её воспалённым мозгом.              – Я тебе не верю!              Она прошептала это в пустоту, вспоминая, как то же самое когда-то кричала Каину в лицо.              – Ты стал другим! Что-то скрываешь от меня!              – Ненормальный, неуравновешенный!              В какой-то момент она пыталась разорвать их граничащую с одержимостью связь, но после сдалась и решила, что, раз принадлежит Каину, то и его сделает полностью своим. Большой особняк станет их общим заточением. А Лэйн – личным кошмаром мужчины. Ей не хотелось, чтобы он уходил. Но когда он оставался, её пробирала дрожь. Отвращение мешалось с желанием, ей казалось, что Каин тоже хочет сбежать и при первой возможности обязательно сделает это. Изменит, предаст, выкинет вон... Она боялась быть покинутой. Ненавидела его за то, что ограничивал свободу. И обожала, когда он извинялся после своих приступов ярости, целуя ей колени. А после опрокидывал на кровать, сжимал запястья, обхватывал шею и кусал до кровавых следов.              – Нет, нет!       Лэйн показалось, что он вот-вот догонит, повалит её на асфальт и зацелует до полной потери дыхания. Неужели когда-то такое её возбуждало?! Она действительно сошла с ума. Сходила так долго, так глубоко погружалась на дно, переставая видеть перед собой любой свет, кроме холодных серо-голубых глаз Каина... И лишь удар головой смог избавить её от этого безумия. Может быть, только на время, и вместе с воспоминаниями всё вернётся на круги своя?              – Нет! – Одна только эта мысль показалась противоестественной.              Она снова чуть не врезалась, на этот раз в бетонную стену. Вокруг совсем не осталось фонарей. Строения с пустыми отверстиями вместо окон окружали со всех сторон, а под подошвами сапог хрустел мелкий гравий. Никто не преследовал.       Кажется, Лэйн забралась так далеко, что даже при большом желании её нашли бы не сразу. Голова раскалывалась от множества образов прошлого. Дезориентированно озираясь по сторонам, девушка продолжала двигаться, лишь бы не стоять. Её вёл совсем слабый свет за недостроенными домами. Паника шаг за шагом проходила, холодный воздух постепенно приводил в чувство. Она осознала, что в кармане нет телефона, и хотела выбраться туда, где будут какие-нибудь признаки цивилизации, чтобы спросить дорогу или дойти до шоссе в обход стройки.       Наконец, показался забор. В нём быстро нашлась крупная брешь. Лэйн вышла на открытую местность. Точнее, на небольшую парковочную площадку. На ней было свободно, в отдалении друг от друга стояли всего несколько машин. Рядом почти вплотную к парковке располагалось невысокое здание – с виду ничем не выделяющееся строение, внутри которых обычно размещают маленькие магазины, частные салоны красоты или офисы странных контор. На сторону стройки выходил чёрный ход, это можно было понять по тускло светящемуся прямоугольнику дверного проёма. У входа толпилось несколько человек, кажется, трое. Похоже было, что они курили. Лэйн не решилась приближаться, но и уходить из их поля зрения не стала.       Она оглядела местность и ощутила странную тревогу, как будто уже была здесь однажды. Парковка, дверь и само здание выглядели знакомо. Потом блуждающий взгляд зацепился за небольшой офисный комплекс на фоне вдалеке. Девушка его вспомнила. «Здесь что, тот самый клуб?» – её озарила догадка. Каким-то образом она поняла, что чёрный ход ведёт именно туда.       Пока она осматривалась, не заметила, как один человек из компании у двери двинулся к ней. Лэйн сначала подумала, что он идёт к машине, но нет: его голова была повёрнута прямо на неё. Неизвестный мужчина достал телефон, посмотрел в экран, потом на девушку и снова в экран. Она отступила на шаг, уже предчувствуя что-то нехорошее. Этого человека она не знала, но он, похоже, не был сильно удивлён её присутствию.       – Эй, стой! Подойди сюда! – Он позвал её не слишком дружелюбно, но и без лишней агрессии.       Его дружки у чёрного хода тоже насторожились. Побросали свои сигареты на асфальт и наблюдали за ситуацией. Один из них начал кому-то звонить. Второй стал искать что-то под полами пальто и одновременно с этим подошёл на пару шагов.       Лэйн боялась что-либо ответить или даже закричать. Она медленно попятилась к забору.       – Я сказал, стой! Не двигайся! – Мужчина хоть и кричал, почему-то не спешил приближаться. Боялся напугать?       Тем временем, второй поравнялся с ним. Лэйн увидела в его руках продолговатый, слабо блестящий предмет. Он поднял руки, направив предмет на неё, и теперь она отчётливо разглядела ствол, дуло которого смотрело ей прямо в грудь. Ноги задрожали, к горлу подкатила тошнота. Девушка рефлекторно сделала ещё один шаг назад, всё так же не произнося ни слова.       Что-то глухо щёлкнуло, а через долю секунды с дребезжащим звуком ударилось в забор, пролетев совсем рядом с плечом. Понять произошедшее было не трудно. Но сразу осознать и принять это разум отказывался, цепляясь за иллюзию относительной безопасности из последних сил. Перед глазами всё поплыло, звуки смешались.       – Блять, долбоёб, ты что делаешь?! – Первый мужчина прикрикнул на второго.       – А что, будем ждать, пока до неё дойдёт?!       – Нам сказали живой брать!       – Пошёл ты нах...       Изображение раздвоилось и снова стало целым. Лэйн сорвалась с места, перестав чётко слышать что-либо, кроме биения собственного сердца. Она за долю секунды добежала до проёма в заборе, через который ранее пришла, и влетела в него, тут же повернув в сторону, чтобы затеряться в хаосе заброшенной стройки. Мужчины сразу среагировали, закричали, но их голоса только подстегнули бежать вперёд. Не хотелось даже думать, что они могут выстрелить в спину. Она метнулась за первое попавшееся здание, перепрыгнула какую-то яму, нырнула под балку, которая, видимо, должна была служить опорой для чего-то, но теперь просто торчала из стены. Налево, направо, снова налево и в неопределённом направлении вдоль цепи аварийных ламп.       Кроме ужаса внутри ярко билось ещё одно чувство – дежавю. Лэйн уже убегала из клуба в страхе. Может быть, не этим маршрутом, не от этих людей, но с тем же осознанием полной беспомощности. Она мотала головой, пытаясь стряхнуть с себя образы прошлого, словно они могли нагнать её вместо реальных преследователей и утянуть за собой. И продолжала бежать, непонятно как не падая и не теряя темпа, ведь силы у неё уже давно закончились, а под рёбрами сводило из-за сбитого дыхания.              За зданиями, наконец, забрезжил желтоватый свет фонарей, которые освещали дорогу. Лэйн не знала, каким чудом ей удалось выбраться, но при виде выхода со стройки она из последних сил ускорилась. Преследователи остались позади, но надолго ли они оторвались, предполагать было страшно. Девушка протиснулась в дыру в заборе, едва не зацепившись за острый край рукавом. Почти вскрикнула от счастья, когда увидела на обочине трассы чёрный мерседес, от которого не больше часа назад унеслась прочь.       – Лэйн?! – От машины навстречу ей двинулся силуэт.       На миг она замерла, но, узнав человека, бросилась к нему, уже не замечая ничего вокруг.       – Авель!       Она вцепилась в его пальто и до того, как он успел что-либо сказать, схватила за руку и потянула к машине. Ей казалось, что неизвестные вооружённые мужчины всё ещё дышат в спину. Если они знают о её присутствии, если имеют цель схватить её любой ценой, то вот-вот могут появиться, и тогда на открытой местности уйти от них будет почти невозможно…       – Там люди! Они стреляли! – Её голос сорвался на крик – Быстрее, залезай! – Лэйн затолкала его на водительское сидение мерседеса. От шока он даже не сопротивлялся.       Сама она обежала машину и залезла в салон с другой стороны.       – Запри дверь! Пожалуйста!.. – Она почувствовала, что близка к истерике.       Он послушался, но после схватил за запястье и заставил посмотреть ему в глаза.       – Что случилось? Где Каин?       – Не знаю! – Мысль о Каине снова всколыхнула воспоминания, и их вспышки, будто по цепной реакции, начали пробуждать в памяти что-то ещё. – Нам надо ехать! Сейчас! Быстрее!       – Эй, мы не можем! И надо найти Каина! – Авель отшатнулся от неё с испугом на лице и начал нервно оглядываться, пытаясь различить что-то в окнах. – И вообще, что за бред?.. – Хоть он и сказал так, по поведению не было похоже, что он не верит Лэйн на слово. Скорее уж он пытался найти отговорку…       – Не надо искать Каина, они его не тронут… – Лэйн не знала, откуда у неё взялась такая уверенность, но ни секунды не сомневалась в своих словах. – Ледфорду нужна я! И ты!       «Откуда я это знаю?!» – вспыхнуло в голове, пока губы сами продолжали говорить.       – Поехали, прошу! – Она дёрнула его за рукав.       – Нет, мы не можем! – Он вырвал руку и с неожиданной яростью посмотрел на девушку.       – Почему?       Авель сжал губы в тонкую линию.       – Почему?! – Лэйн требовательно закричала на него в отчаянии, уже представляя, как машина сообщников Ледфорда приближается к ним.       – Потому что, блять!       Он развернулся к ней, тяжело дыша от гнева. Его лицо было отчего-то пугающе бледным.       – Что это значит?! – Она подавила рвущийся из горла всхлип. – Ответь!       Авель несколько раз шумно вдохнул и выдохнул. Лэйн с ужасом заметила, как его руки начинают трястись. Подумав, что он собирается её схватить или ударить, она отодвинулась к двери. Но он вдруг выкрикнул с неожиданной для него беспомощностью в голосе:       – А если мы разобьёмся?!       Мимо пронеслась машина, заставив Лэйн вздрогнуть, ведь на секунду она подумала, что это приехали за ней. Она устремила взгляд на мужчину.       – Что?.. Что, блять? Что?! – В панике она не могла найти подходящих слов.       Только сейчас сложила все знаки воедино и, наконец, заметила, что глаза Авеля наполнены страхом.       – Нет, мы не можем тут остаться! Мы должны уехать! – Она схватила его за плечо и потрясла. Он только помотал головой.       Поняв, что разумные доводы бесполезны, Лэйн тряхнула его с такой силой, с которой смогла. Заставив посмотреть на себя, прокричала:       – Если не уедем, нас убьют! Слышишь?! Авель!       Она не знала, правда ли это, но сейчас ей казалось именно так. В конце концов, в неё чуть не попала пуля, а вспышки воспоминаний, которые никак не хотели складываться в цельную картинку, в подсознании кричали: беги!       Авель вырвался, поставил ногу на тормоз и повернул ключ. Одна рука легла на руль, а вторая на рычаг переключения передач.       – Быстрее, пожалуйста… – Лэйн прошептала одними губами.       – Не торопи! – Он огрызнулся и тряхнул рукой, чтобы та не дрожала.       Слишком медленно… Девушке казалось, что каждая секунда промедления может стать фатальной. А Авель, изо всех сил подавляя панику, не мог решиться тронуться с места.       – Да ебанный ты в рот! – Потеряв всякое терпение от страха, Лэйн накрыла его ладонь своей и заставила дёрнуть рычаг.       – Сама така… аааааааааааааааааа!.. – Он хотел ответить, но его нога рефлекторно надавила на педаль газа, и мерседес со скрежетом сорвался вперёд.       От резко возросшей скорости Лэйн прижало к сидению. Она вцепилась Авелю в плечо, надеясь, что это как-то удержит его от того, чтобы от страха вжать тормоз. Он взялся за руль обеими руками и развернул машину. Визг колёс ударил по ушам, и девушка невольно вскрикнула. Авель тоже вскрикнул вслед за ней, но быстро опомнился.       – Не ори, прошу! – Резко бросил он, не отрывая взгляда от дороги.       – Тебе можно, а мне нет?       Как только машина поехала, Лэйн почувствовала себя в относительной безопасности.       – Я и так в голове слышу, как ты кричишь. – Ответил Авель уже тише, но всё равно с явным напряжением в голосе. – Если будешь повторять это, поверну руль не туда!       – Хорошо...       Она посмотрела на него с опасением. От вида его сосредоточенного профиля, сдвинутых бровей и того, как он от нервов закусывает губы, на секунду перехватило дыхание в груди. И не только от страха за свою жизнь, которая сейчас находилась в его руках…              Они летели по ночной трассе на полной скорости, возвращаясь обратно в город. В зеркале заднего вида иногда мелькали фары другой машины, о которой Лэйн отчаянно старалась не думать. Наверное, Авель тоже видел это со своей стороны и только поэтому не останавливался.       – Если вдруг это поможет, можно музыку включить. – Предложила она, глядя на его мертвенную бледность.       Он только фыркнул. Не дождавшись ответа, Лэйн свободной рукой включила радио. Заиграло что-то ритмичное и, к счастью, даже не очень раздражающее.       – Куда мы едем? – Он спросил это, нервно оглянувшись через плечо на дорогу позади.       – Ко мне домой.       Возвращаться в особняк девушке не хотелось всей душой, тем более это было самым очевидным местом, где их могли искать. А из других вариантов оставался всего один.       – Это где?       Лэйн назвала адрес.       – Без понятия, где это. Вбей в навигатор.       Она хотела выполнить просьбу, но только оторвала от его плеча руку, Авель вскрикнул:       – Не убирай!       – А как я адрес введу?       – Не знаю, голосом. Или просто покажешь мне дорогу. – Несмотря на явный страх и на всю опасность ситуации, он закатил глаза.       – А как пристегнуться? – Только сейчас она осознала, что всё это время они ехали без пристёгнутых ремней безопасности. И вспомнила о них, лишь потому что машина въезжала в город, где могли встретиться посты полиции.       – Не вижу проблемы...       Мужчина сбавил скорость, одной рукой взял ремень со своей стороны за застёжку и, вывернувшись, протянул Лэйн.       – Можешь помочь?       Она приложила усилие, взяла конец его ремня и защёлкнула механизм. Затем свободной рукой пристегнулась сама, хоть и провозилась дольше, чем могла бы. Заметила в зеркале, что неизвестная машина, ехавшая позади, почти нагнала их.       – Мы можем ускориться? – Она обеспокоенно сжала плечо Авеля.       Он молча вдавил педаль в пол. Лэйн по инерции откинуло назад. Фары в отражении начали постепенно отдаляться, но всё ещё не скрывались из вида.       – Езжай в центр, потом покажу, куда дальше. – Попросила она, почему-то испугавшись, что если вобьёт в систему навигации конкретный адрес, то его непременно кто-нибудь узнает.       Только отступившая паника начала снова накатывать волной: ощущаемое затылком чувство преследования не давало покоя, а в голове творился хаос из беспорядочных воспоминаний. Стоило задуматься о чём-то конкретном, как вспышки страха перекрывали все образы прошлого. Случайные факты то возникали в мыслях, то забывались вновь. Неизменно было лишь одно – желание сбежать. Оно присутствовало в голове и в прошлом, и в настоящем. Кажется, в первый раз оно тоже привело девушку в машину Авеля, и тогда чуть не произошло непоправимое… Лэйн покосилась на него. Он крепко держал руль и неотрывно смотрел на дорогу. Движение вокруг стало заметно плотнее, количество полос на шоссе прибавилось. Приближался центр города.       Авель несколько раз перестроился, обгоняя другие машины. Мерседес скользил по дороге плавно, хоть и довольно быстро. Машина, которая так беспокоила Лэйн с самого начала поездки, начала пропадать из вида. Но только девушка хотела с облегчением выдохнуть, как увидела впереди светофор. Он горел зелёным, но был слишком далеко, чтобы рассчитывать, что свет не станет красным раньше, чем мерседес проедет мимо. Как назло, светофор мигнул и изменил сигнал: теперь зелёной была только стрелка, разрешающая поворот. Лэйн догадывалась, что это продлится не долго. Авель вдавил педаль газа на максимум. Перекрёсток стремительно приближался, но стрелка замигала. Захотелось закрыть глаза. Выжав из машины всю мощность, Авель на полной скорости вписался в поворот за долю секунды перед тем, как зелёный сигнал сменился на предупреждающий жёлтый. Кто-то загудел ему вслед, но он не остановился, а, лишь немного затормозив, ещё раз свернул – теперь уже на узкую улицу, так удачно оказавшуюся рядом. В окне замелькали незнакомые дома.       Лэйн некоторое время молча смотрела на дорогу перед собой, иногда поглядывая в зеркало заднего вида. Никто больше не пытался преследовать мерседес, но Авель всё равно ехал достаточно быстро и периодически сворачивал в случайные стороны. Девушка задумалась, стоит ли продолжать касаться его плеча, или руку можно уже убрать. Невольно засомневалась, нужен ли вообще ему этот странный жест. Постеснявшись спросить, она решила оставить как есть. А потом произнесла, обращаясь и в пустоту, и к Авелю одновременно:       – Если ты так водишь, то как мы разбились?..       Она не была уверена, что хочет это знать, ведь воспоминания о моменте, когда жизнь могла в миг оборваться, не дали бы ей спать спокойно. Впрочем, после всего, что уже вернулось в её голову и что произошло сегодня, Лэйн и так, кажется, не могла даже спокойно дышать.       Мужчина нахмурился. Какое-то время его серые глаза изучали её.       – Тормоза отказали. – Произнёс он, поморщившись и перехватив руль.       Видя, что Лэйн ожидает пояснений, он коротко добавил:       – Пока ехали, решил прислушаться к голосам в своей голове. – Ей показалось, Авель хотел поделиться чем-то ещё, но он тряхнул головой, будто сбрасывая с себя наваждение, и тихо сказал: – Подробностей не будет. Считай, повезло, что ты этого не помнишь.              Они извилистым путём добрались до центра. Оттуда ехали уже без внезапных смен маршрута. Лэйн показывала дорогу, Авель старался сориентироваться на месте.       Телефон девушки несколько раз начинал вибрировать от сообщений и звонков – с ней пытался связаться Каин. В конце концов, она написала ему: «Не звони мне. Не хочу тебя видеть. Поговорим завтра». Она не решила пока, хочет ли действительно говорить с ним. Ей было нужно время. Но такой ответ был единственным способом отделаться от Каина хотя бы ненадолго. Не желая больше ничего ему объяснять, она понадеялась, что по формулировке он догадается, что она в порядке. Впрочем, это знание не помешало бы ему её найти… Как минимум, он захотел бы вернуть свою машину, а там, кто знает, может, и не сдержался бы от желания начать стучаться к Лэйн в квартиру…       – Останови вон там! – Она показала Авелю место под большим деревом.       – Там нельзя парковаться. – Возразил он.       – Вот именно. Останови.       От её непреклонного тона и от того, что сам всё ещё был в шоке из-за поездки, он послушался.       Они выбрались из мерседеса и сразу почувствовали, как сильно на улице похолодало. Лэйн обошла машину. Приблизившись к Авелю, она увидела, что кисть его руки до сих пор дрожит. Но он молчал и просто смотрел куда-то вдаль, мимо всего. Особо не задумываясь о том, как он интерпретирует её поступок, девушка взяла его за руку. И в стремлении помочь, и просто чтобы самой не чувствовать себя потерянно. Он не отреагировал.       Лэйн достала телефон, набрала номер полиции. Ей ответили довольно быстро, и она, будто забыв, что только недавно с ней происходило, начала абсолютно спокойным, деловым тоном говорить:       – Добрый день, у моего дома незаконно припарковали машину… Я не видела, кто. Нет. Да, спасибо.       Она назвала адрес, который посмотрела заранее на табличке с номером ближайшего дома. Авель всё это время слушал её, не перебивая, и только когда она положила трубку, спросил:       – Это такая изощрённая попытка мести? Или что?       – Не хочу, чтобы машину нашли у моего дома. И Каина… не хочу видеть. – Лэйн от самой себя не ожидала такого прямого ответа.       – Ты здесь живёшь? – Он, даже не став злорадствовать, перевёл тему.       – Нет, чуть дальше. Доедем на автобусе.       Лэйн повела его за собой.       Идти до остановки было не долго, но за то время, пока они добирались туда, успел вдруг начаться снег. Сначала он падал медленно и редко, но через несколько минут превратился в метель.       Две остановки проехали в полной тишине, стоя в толпе пассажиров и иногда толкая друг друга, когда транспорт резко тормозил. До подъезда почти бежали – Лэйн влекла мужчину вперёд, боясь, что кто-то всё ещё преследует их. Только когда раздался щелчок захлопнувшейся за ними двери квартиры, она позволила себе выдохнуть. И то не с полным облегчением. Все эмоции будто атрофировались, но неуловимая тревога всё ещё заставляла сознание оставаться острым и сконцентрированным.              Дом встретил холодом и темнотой. Кажется, уходя отсюда в предыдущий раз, девушка решила оставить окно приоткрытым, и теперь через него проникал морозный воздух. Они с Авелем потоптались в тесной прихожей, кое-как развесили вещи и вошли. Он с непривычки пару раз задел на своём пути мебель. Лэйн не стала включать свет, так как в окна кухни и спальни светил уличный фонарь, и этого хватало, чтобы ориентироваться в пространстве. Ей не хотелось, чтобы яркие лампы били по глазам.       Пока Авель со взглядом, смешавшим в себе брезгливость и растерянность, озирался по сторонам, она прошла в ванную, а затем на кухню. Все вещи были на своих местах, только кое-где покрылись лёгким слоем пыли. На кухонном столе стояло несколько закрытых двухлитровых бутылок с питьевой водой – Лэйн не доверяла фильтру на кране, а ради пары глотков кипятить новую порцию воды, когда заканчивалась старая, ей часто было лень. В раковине лежали немытые тарелки, вилки и сковорода, при виде которых губы сами собой скривились. Всё-таки надо было приучить себя мыть посуду перед выходом… В остальном ничего больше не привлекло внимания, поэтому девушка покинула кухню и направилась в спальню. Там она закрыла, наконец, окно, из которого всё это время беспощадно дуло. Но сразу теплее от этого не стало.       Авель прошёл за ней. До этого он успел заглянуть в уборную и помыть руки, а теперь явно что-то искал.       – Такая маленькая квартира, даже непривычно. – Заметил он со слабой усмешкой.       Лэйн закатила глаза.       – Какая есть. Не все, знаешь ли, живут в особняках. – Она ответила скорее на автомате. Сейчас пренебрежительные высказывания в адрес собственного дома интересовали её меньше всего.       Следовало что-нибудь сделать. Позвонить в полицию, или сесть и разобраться в беспорядочном ворохе вернувшихся воспоминаний о Каине и не только, или обсудить произошедшее у клуба. По крайней мере, найти в себе силы подумать об этом. Но хладнокровия сейчас хватало только на сохранение внешнего спокойствия и больше ни на что.       – У тебя есть что-нибудь попить? – Вопрос Авеля заставил отвлечься.       – Да, сейчас.       Лэйн принесла ему воды, и он тут же поспешно выпил, закашлявшись. Протянул пустой стакан – просил налить ещё. Она снова дошла до кухни и вернулась уже с большой пластиковой бутылкой. Авель сделал несколько глотков, а после со вздохом опустился на край кровати. Бутыль он, не закрыв, поставил на пол у ног. Лэйн подняла её сама и тоже выпила немного. Прохладная влага вырвала её из напряжённого оцепенения, в котором она находилась до сих пор. Внутри будто порвалась натянутая струна, заставив ноги подогнуться, а руки – бессильно опуститься вниз. Тело просило отдыха. Немедленно. Девушка села, и кровать ответила тихим, приглушённым скрипом.              Несколько минут прошли в неподвижном состоянии. Глаза блуждали по комнате беспорядочно, без цели. Ухо улавливало звуки улицы – завывание холодного ветра и далёкий шум машин на шоссе. В голове не осталось ни мыслей, ни слов, только опустошение.       Руки Авеля больше не дрожали. Лэйн поняла это, когда его плечо ненавязчиво и мягко коснулось её плеча. Она не могла понять, кто из них первым решился придвинуться к другому. Обращая внимание на все возможные не имеющие смысла мелочи – такие, как оторванные обои в углу и трещины на потолке – она даже не сразу заметила, как её ладонь накрыла чужая. Девушка повернула голову. Авель дышал глубоко и медленно, смотрел куда-то перед собой. Наверное, он ещё не пришёл в себя – так она подумала, глядя на его отрешённый вид. Не удивительно, ведь ему пришлось с таким трудом преодолеть свой страх… Лэйн огляделась в поисках чего-нибудь, чем можно было бы облегчить его состояние. Что-нибудь кроме воды, молчания и их переплетённых пальцев. Подошло бы влажное полотенце или какой-нибудь успокаивающий настой, таблетки… Ничего из этого не было в шаговой доступности. Она бездумно дотронулась свободной рукой до его лица и отодвинула со лба прядь волос. Медленно, слишком плавно для стремления помочь и непонятно вообще, зачем. Кровать скрипнула, разрезая относительную тишину резким звуком, когда Лэйн подалась к Авелю ближе и почти невесомо коснулась губами тёплой щеки. Вряд ли это было нужно ему сейчас. Но это было нужно ей, она снимала стресс, от наступившей слабости перестав сопротивляться себе.       Он не отшатнулся. Повернул голову, словно в замедленной съёмке, и девушка увидела, как обречённо спокоен его взгляд. Авель молчал. В его глазах что-то мерцало, на самой глубине, то вспыхивая, то угасая. Что бы это ни было, Лэйн уже не могла оторваться от этих гипнотизирующих искр. И ни страха, ни стыда не осталось, только пустота внутри, бессилие, наступившее так резко после прилива адреналина. Она чувствовала, как измучилась уродливой, неправильной, перепутанной и сломанной реальностью, окружавшей её до сих пор.       Авель разомкнул губы, на секунду взглянув на девушку ясно, с холодной сосредоточенностью, как всегда делал раньше.       – Можешь думать обо мне что угодно. И говорить, что я последняя тварь.       Его шёпот с хрипотцой от подавленного волнения настолько глубоко проник под кожу, что Лэйн почти не поняла значения этих слов. Реальность для неё застыла, вплоть до частичек пыли в воздухе и хаоса беснующихся снежинок за окном.       А после резко, головокружительно мир вновь ускорился, будто обрушиваясь в небытие. Ладонь Авеля плавно, но уверенно поднялась, потянулась к её лицу, и пальцы проскользили от подбородка по линии челюсти, едва касаясь щеки и мочки уха, дальше – к затылку. Он зарылся в её волосы и одним лёгким движением привлёк к себе. Силы ему почти не понадобились, ведь Лэйн поддалась сама. Их губы встретились, соприкоснулись сначала несмело, а во второй раз, через долю секунды, уже жадно и настойчиво. На какое-то время они замерли, не разрывая поцелуя, привыкая. Затем – короткое прерывание на вдох, и снова его губы нашли её. Авель усилил напор и проник ей в рот языком, нагло исследуя всё, чего касался. Обе его ладони теперь удерживали её лицо бережно, но крепко. Она отзывалась. В отличие от мужчины, даже не пыталась вложить в движения хоть каплю неумелой нежности и не цеплялась за остатки приличий. Наконец, и он сдался. Сжал её волосы, языком прошёлся по ряду зубов, прикусил её нижнюю губу. Лэйн не заметила покалывающей боли, только слышала, как он дышит с каждой секундой всё более рвано.       Авель оттянул воротник её свитера вбок. Он оторвался от губ и начал опускаться ниже. Каждый миллиметр гладкой кожи он целовал быстро и беспорядочно, как будто боялся, что если остановится, то не сможет прикоснуться вновь. Лэйн обняла его за шею, схватилась за волосы, прижала к себе, чтобы не останавливался, чтобы не давал задуматься и усомниться. Его руки оказались за её спиной, пальцы стиснули ткань одежды. Авель впился в её шею, прикусил где-то рядом с сонной артерией, заставив невольно простонать. Оторвался только затем, чтобы повторить поцелуй чуть ниже. Его распалённое дыхание защекотало до мурашек. А стоило ему замедлиться и сменить грубые укусы на нежное и глубокое касание губами, внизу живота заныло от предвкушения. Голова закружилась, стала лёгкой, всё тело показалось невесомым. Лэйн вцепилась в мужские плечи. Авель откликнулся, задрав сзади её свитер и дотронувшись тёплыми пальцами до оголённой поясницы. Она выгнулась, совсем как в танце.       Её руки расстегнули пуговицу на его рубашке, вторую… Но он заставил её прерваться новым поцелуем в чувствительное место возле ключицы. Тут же поднял голову, и она встретилась с его лихорадочно блестящим взглядом. Нахмуренные брови и дрожащие ресницы не оставили ей выбора: Лэйн стремительно нашла его губы. Их языки переплелись, и она снова чуть не задыхалась от темпа, с которым они отстранялись друг от друга на миллиметры и встречались опять.       Она расстегнула ещё несколько пуговиц и коснулась, наконец, мужской груди. В мыслях она мечтала об этом столько раз, ненавидя себя и пугаясь, отрицая… Сейчас стало плевать. Под ладонью почувствовалось быстрое биение чужого сердца. Грудная клетка резко поднималась и опускалась. Лэйн захватила эйфория уже от того, что между её руками и его телом больше не было стен. Его плечи, руки, шея и каждая другая часть теперь вдруг лишились неприкосновенности. Девушка развела ладони и очертила большими пальцами ореолы сосков. Внутри всё сжалось от того, с каким усилием Авель подавил стон. Она повторила, и он всё-таки не сдержался. Осторожно схватил её за запястья, попытался убрать её руки, потерявшие всякие границы. Она позволила, но только затем, чтобы прильнуть к соску губами и языком огладить затвердевший бугорок. И снова его стон, от которого Лэйн почувствовала, что джинсы и свитер становятся лишними. Авель потянул её за руки вверх, заставляя посмотреть себе в глаза. В почти полностью расстёгнутой рубашке, с растрёпанными волосами и приоткрытым ртом он был красивее, чем девушка когда-либо его помнила. Уязвимый, слишком открытый, но при этом способный сделать с ней сейчас что угодно…       Вместо поцелуя он стиснул её запястья и проговорил, выдыхая сквозь зубы.       – Тебе повезло, что у меня нет с собой презервативов. Иначе не знаю, как бы всё это закончилось…       Он отвернул лицо. Сдвинутые брови и губы, которые он плотно сжал, выдавали борьбу с собой. От взгляда Лэйн не ускользнуло, как сильно натянулись его брюки чуть ниже молнии.       – У меня есть.       Она ответила, сама удивляясь тому, насколько ровно и спокойно звучит голос.       Авель посмотрел на неё не сразу. И не было понятно до конца, благодарен он ей или тихо ненавидит за то, что отрезала последнюю возможность остановиться. Как бы ни было, он промолчал, и его руки медленно разжались. Может быть, он смирялся с неизбежным, а может быть, просто пытался понять, что делать дальше.       Из всех возможных чувств Лэйн испытала лишь одно: страх. Страх от мысли, что всё оборвётся так. Что Авель остановится и назовёт произошедшее бредом, неадекватной болезнью, ошибкой… Ничего больше не волновало её в этот момент – ни мораль, ни здравый смысл. Воспалённый мозг решил забыть о реальности, которая причинила ей сегодня столько боли сразу. Поэтому, когда мужчина начал торопливо расстёгивать оставшиеся пуговицы на своей рубашке, Лэйн почувствовала облегчение. А сразу после – как в предвкушении сводит низ живота.       Она поднялась, чтобы достать из тумбочки презервативы и смазку. Авель за её спиной отбросил рубашку в сторону и быстро избавился от штанов. Он за секунду оказался сзади неё, схватил за талию и резко развернул к себе, отчего несколько блестящих упаковок выпали из рук девушки прямо на плед. Прижатая к мужскому торсу, она ощутила, как возбуждённый член упирается ей в бедро. Вызывающе двинула тазом, зная, что это не останется безнаказанным. В тот же момент Авель требовательно поцеловал её в губы. В этом жесте было столько вырвавшейся на свободу страсти, жадности и неутолённой жажды, что Лэйн потеряла все остатки рассудка, позволяя волне необъяснимых чувств накрыть её с головой. Тело обмякло, в глазах ясными оставались только его черты лица, а в грудной клетке у солнечного сплетения что-то сжалось в ноющий комок хрупкой эйфории.       Авель то ли опустил, то ли толкнул её на кровать. Нетерпеливо снял свитер, расстегнул джинсы, рывком потянул их на себя. Лэйн и сама хотела, чтобы одежда поскорее была отброшена прочь, поэтому помогла ему руками. Стоило ей остаться в белье, как он прильнул к её телу, осыпая новой порцией рваных, торопливых поцелуев. Его ладонь сжала грудь сквозь ткань бюстгальтера. Вторую руку Авель завёл девушке за спину и после нескольких попыток разомкнул застёжку. Лэйн простонала одновременно и от ощущения приятной свободы, и от удовольствия, которое доставляли круговые движения его ладони, ласкавшей грудь. Он, на секунду замерев, довольно улыбнулся. А потом позволил ей окончательно откинуться на подушки и снял остатки белья сначала с неё, затем с себя. Поставил колено между её ног, осмотрел открывшийся перед ним вид с явным предвкушением и в то же время сосредоточенно.       Когда его рука огладила её бедро, Лэйн слегка вздрогнула от щекотки. Авель нагнулся и поцеловал кожу где-то между самым низом живота и основанием ноги, сбоку, у бедренной косточки. Оценил реакцию, которая не заставила себя долго ждать – короткий стон, смешанный с попыткой прикрыть нежное место ладонью. Новый след оставил уже чуть выше и чуть менее напористо. Тем временем, его пальцы дотронулись до влажных складок между ног. Авель огладил их, раздвинул и внезапным, хоть и довольно аккуратным движением ввёл один палец в отверстие.       – Горячо и мокро. – Произнёс он полушёпотом, не пытаясь сдержать наглую улыбку. Кажется, Лэйн могла бы принять это за комплимент, но сознание уже было слишком затуманено происходящим. Тело и правда горело, желая поскорее почувствовать заполненность и испытать наслаждение.       Она и сама ощущала, насколько влажно стало у неё внутри. Авель вытащил палец и смазал её естественной смазкой края складок у входа. Повторил так несколько раз, заодно стимулируя чувствительные нервные окончания. Лэйн не понимала, готовит он её или просто тянет время, ведь она уже давно была в нетерпении, чтобы принять его… Наконец, он зашелестел упаковкой, а затем его член коснулся промежности. Через пару секунд он плавно вошёл.       В этот момент к ней неожиданно вернулось осознание происходящего. Всего на миг, встретившись с серыми глазами Авеля, Лэйн очнулась от наваждения, не дававшего ей здраво мыслить. Руки мужчины были расставлены по обе стороны от её головы, сам он навис над ней и смотрел в упор, не придвигаясь слишком близко, чтобы пряди его длинных волос не щекотали ей лицо. Он, кажется, тоже был удивлён, так как до этого не в полной мере понимал, что именно они совершают. И теперь, когда удовольствие стало для него таким реальным, он замер от неожиданности. Как и Лэйн замерла, прокручивая в голове лишь один факт: он внутри, прямо в ней, и что бы ни произошло дальше, пути назад уже нет. Они только что сломали что-то, совершили непоправимое, безумное и непозволительное. И почему-то вдруг в её маленьком внутреннем мире всё встало на места. Как будто это «уродливое и неправильное» – и есть истина. Как будто только так всё оказывалось простым и понятным. Нормальным.              Авель осторожно толкнулся. По телу разлилось приятное чувство, смешанное с лёгким покалыванием. Он двинулся снова. И ещё. Постепенно ускорялся и иногда менял угол, пытаясь найти наиболее подходящий. Лэйн не знала, надолго ли его хватит, но была почти уверена, что сама кончит быстро. От одного взгляда на сосредоточенное лицо мужчины внизу живота пробегала слабая судорога. А вид его ритмично двигающегося тела отчего-то и вовсе сводил её с ума. Она потянулась к его волосам и попыталась убрать их назад – безрезультатно, ведь в следующий миг они снова вернулись на прежнее место.       – Бесполезно… – Отрывисто выдохнул Авель.       Лэйн захотелось, чтобы он сказал что-то ещё, но уже не такое отстранённое. Чтобы говорил, как ему хорошо, и чтобы стонал, подтверждая это. Она приподняла ноги, зная, что изменившийся угол, скорее всего, усилит приятные ощущения.       – Мммм… – Он тут же отозвался, ненадолго прикрыв затуманенные удовольствием глаза. А затем нарастил темп.       Напряжение внутри почти дошло до пика. По телу разливались тягучие волны, и, наконец, одна из них сорвала с губ девушки стон. Она вцепилась в подушку.       – Ближе… – Ей захотелось почувствовать Авеля всем телом.       Он послушал и прижался к ней. Теперь он был так близко, что губами смог дотянуться до её шеи и, немного замедлившись, поцеловать. Лэйн попыталась двинуть тазом, призывая его не останавливаться. Она была близко. Но Авель стал проникать плавнее и глубже, будто изводя её. Он сам уже дышал отрывисто, а плечи стали влажными от пота, но почему-то вместо того, чтобы дать ей быстро достичь разрядки, он решил растянуть удовольствие. Или сладкое мучение?..       Лэйн почувствовала, как ощущения становятся сильнее. Выгнулась, простонала и потянулась к его губам. Они были на расстоянии нескольких миллиметров, но всё равно оставались вне зоны досягаемости. Авель ответил ей – наклонился и позволил поцелую случиться. Одновременно с этим толкнулся особенно глубоко. Она простонала. Он повторил движение и снова закрыл ей рот поцелуем, теперь уже проникнув языком, чтобы Лэйн не смогла отстраниться так просто. Всё внутри свело. Он ускорился. Одной рукой она стиснула подушку, второй – его волосы, уже не в силах сдерживать отклик своего тела на яркие вспышки удовольствия. Наконец, её накрыло последней волной, отчего она вся изогнулась и дёрнула за серебристые пряди слишком сильно, чтобы Авель мог стерпеть.       – Ау!.. Ахх… – Он вскрикнул то ли от наслаждения, то ли от боли.       Рука девушки обессиленно упала на постель. Но внутри пульсирующие отголоски наступившей разрядки смешивались с ощущениями от новых сильных толчков. Авель задвигался более резко и грубо. Расслабленные мышцы, к счастью, не чувствовали боли, и он без препятствий входил во всю длину. Его бёдра при каждом движении с шлепком стукались об ягодицы Лэйн. Она не замечала этого, глядя лишь на то, как он прикусывает губы, пытаясь из последних сил сдержать стон. «Ну же, кричи…» – ей действительно хотелось этого. Чтобы отвлечь его, она приподняла голову и попробовала прикусить кожу над его ключицей. Получилось не так сильно, как было задумано, но Авель сдержанно застонал. Потом ещё раз, громче.       – Да… – Лэйн нечаянно произнесла вслух то, что хотела бы оставить при себе.       Но мужчина, кажется, не понял, к чему относился её внезапный возглас. Он снова вскрикнул и, резко двинувшись, достал до чувствительной точки совсем глубоко внутри неё. Она не могла не отозваться. Ещё одно движение – и Авель срывающимся голосом выдохнул ей в шею, а после плавно остановился.       Лэйн посмотрела ему в глаза. Они блестели от удовольствия и, кажется, немного потеряли фокус. С его лба ей на плечо упала капля пота. Он рассеянно дотронулся до лица, а затем отодвинулся, чтобы больше не нависать сверху. Она медленно опустила ноги и почувствовала, как от напряжения мышцы мелко дрожат. Им обоим нужно было отдышаться.              Авель стянул с себя заполненный презерватив, завязал его и оставил на тумбочке. Сам лёг на спину рядом с девушкой, положив руку под голову. Лэйн прислушалась к его шумному дыханию. С каким-то странным удовлетворением подумала, что, наверное, для него эта близость была первой за долгое время. Во всяком случае, первой после аварии. По низу живота пробежала приятная пульсация. Лэйн точно не отказалась бы ещё раз достичь разрядки. Хотя бы затем, чтобы оттянуть неизбежный момент возвращения в реальность.       Но разгорячённое тело постепенно начинало чувствовать холод. Дыхание становилось ровнее, на смену возбуждению пришла приятная усталость. Кажется, вот-вот в голове должен был наступить маленький, разрушительный апокалипсис – осознание и раскаяние. Однако он всё не приходил. Тишина не давила, а успокаивала, и веки медленно тяжелели.              Живот неожиданно свело не от удовольствия, а от голода. Сон как рукой сняло. Девушка вспомнила, что ничего не ела с самого утра.       Словно прочитав её мысли, Авель произнёс:       – Хорошо бы поесть.       Вряд ли в холодильнике остались не просроченные продукты, которые можно было бы быстро подогреть и прикончить. А то, что сохранилось, требовало хотя бы минимальной термической обработки.       – Не хочу готовить... – Честно призналась Лэйн и скрестила руки на груди. Она слишком устала, да и никогда не любила тратить время на приготовление пищи.       – Я даже если попробую что-то сделать, вряд ли мы в итоге поедим. – Ответил Авель. – Оставлять меня наедине с плитой – не самая хорошая идея.       Они почти одновременно вздохнули.       Живот девушки в повисшей тишине неловко заурчал. Авель приподнялся на локтях. Он нашёл в складках смятого одеяла свои трусы, наспех надел их и вышел в коридор. Там он какое-то время копался в карманах своего пальто и вернулся с блестящей банковской картой.       – На, закажи что-нибудь. – Он протянул карточку Лэйн.       Она посмотрела с сомнением. Не хотелось принимать деньги от мужчины, а потом оставаться в долгу.       – Я не настолько нищая, как ты думаешь.       – А я не настолько богатый. – Он усмехнулся и, закатив глаза, кинул карту на кровать. – Закажи, а я, наверное, помоюсь. Если можно. – Уточнил он, взглянув на её удивлённое от его наглости лицо.              Лэйн нашла ему чистое полотенце, объяснила все тонкости использования душа, и через несколько минут в ванной уже слышался шум воды.       Сама она снова легла на постель и только сейчас обнаружила себя голой. Всё это время она ходила по комнате совсем без одежды, не стесняясь прямого взгляда мужчины. И Авель, стоявший рядом в одних трусах, не вызывал ни капли смущения. Впрочем, после того, что произошло, наверное, это было естественно…       О нет, не в этом случае! То, что произошло, само по себе должно было заставлять Лэйн пылать от стыда. Но вместо этого она с абсолютным спокойствием слушала, как мужчина моется в её ванной, скорее всего, не брезгуя использовать её мыло и мочалку. Его смятая одежда валялась на полу. Мокрое от снега пальто висело в прихожей. Следы от его ботинок, наверное, отпечатались на коврике под дверью. И вместо ненависти к самой себе все эти вещи отчего-то пробуждали внутри… тепло?! Авель вряд ли мог согреть, утешить и сказать что-нибудь приторно хорошее, от чего на душе сразу станет легче. Но Лэйн уткнулась носом в подушку, на которой недавно лежала его голова, вдохнула оставшийся на наволочке запах, и губы сами собой дрогнули в несмелой улыбке. Через секунду она почувствовала во рту чужой волос, непонятно как успевший оказаться там.       – Тьфу! – Она вытащила его двумя пальцами. Рассмотрела. Серебристый, длинный, немного вьющийся. Закатив глаза, выкинула на пол.       «Авель, кажется, теперь буквально везде…» – подумала так, не понимая, что должна испытывать. А после снова улыбнулась.              Она заказала еду, заправила кровать, оделась в домашнее и даже успела поставить чайник на кухне, когда Авель, наконец, вышел из душа. С взъерошенными, пушистыми, влажными волосами, падающими на лицо, он вызвал у Лэйн желание засмеяться, но она всё-таки сдержалась. Потом перевела взгляд на руки и ноги мужчины. Только сейчас заметила, что все они испещрены светлыми шрамами. Раньше эти следы аварии на его теле ни разу не бросались ей в глаза. «Как странно, у меня с того дня остался всего один шрам на кисти руки», – подумала она невольно.       – Что? – Авель, с вызовом приподняв бровь, подошёл совсем близко.       – Ничего. – Лэйн отвела взгляд, только сейчас смутившись от вида его голого торса и слишком бесцеремонного поведения. Как будто вдруг границы между ними стёрлись вовсе.       – У тебя есть что-нибудь, во что я мог бы переодеться? Не хотел бы снова надевать рубашку, она вся потная… – Кажется, он, наконец, тоже почувствовал лёгкую неловкость, так как нахмурил брови и отступил на шаг.       – Если только это. – Девушка прошла в комнату, порылась в шкафу и вытащила довольно застиранное оверсайз худи, которое в последнее время носила только дома. Вся остальная её одежда вряд ли имела хоть какие-то шансы налезть на Авеля.       – Пойдёт.       Он натянул худи на себя, и оно, к счастью, оказалось по размеру. Если бы Лэйн впервые встретила его в подобной одежде, никогда бы не подумала, что он живёт в особняке и водит дорогую машину, но смотрелся он в этом неряшливом образе на удивление естественно.              В дверь позвонили – прибыла доставка. И хоть это было ожидаемо, Лэйн и Авель всё равно несколько раз прислушались и всмотрелись в глазок, прежде чем открыть. Пережитая опасность всё ещё напоминала о себе. Казалось, что у входа в квартиру могут караулить незнакомые вооружённые люди. Конечно, это было игрой воображения – вряд ли преследователи хотели быть замеченными и уж тем более схваченными полицией, которую было гораздо проще вызвать, если речь шла о вторжении в чужой дом, а не о недоказанном нападении на заброшенной стройке. Но полное спокойствие чувствовалось лишь за закрытыми дверями квартиры.              – Роллы?! – Авель с недоумением заглянул внутрь пластикового контейнера, когда они с Лэйн устроились на кухне, и девушка начала доставать из пакета еду.       – Да, а что? – Она сощурилась.       Он развёл руками. Наверное, для него причина удивляться была очевидной.       – Ты заказала роллы на ужин? Ты же могла что угодно взять.       – Ты сам сказал заказать, что хочу. И я решила, что раз так, то хочу роллов. Тем более, думаю, после всего мы можем себе позволить вкусно поесть… – Лэйн посмотрела на него с осуждением и отодвинула контейнер. – Не нравится – сиди голодным.       – Да нет, я не против. – Авель удержал её руку, всё ещё с недоверием косясь на контейнер. – Просто они же даже не дорогие…       Поняв, что для него обычные роллы являются не деликатесом, а просто вредной дешёвой едой, девушка отвела взгляд. Губы сами собой сжались, а брови нахмурились. Ей стало неловко.       – Эй, прости. – Мужчина тронул её за плечо. – Я не то имел в виду.       Она осталась неподвижна, и тогда он, коснувшись её ещё пару раз, начал вскрывать остальные контейнеры, расставлять соусы и раскладывать палочки. Аромат еды заставил Лэйн оживиться. Она покосилась на Авеля и увидела, что он смотрит на неё в ожидании.       – Вечно ты сначала говоришь, а потом думаешь. – Со вздохом она села за стол.       Он только пожал плечами, но улыбка на его лице выдала облегчение от того, что ссора миновала.              Роллы оказались вкусными, а Лэйн с удивлением для себя узнала, что Авель почти не умеет держать палочки. За его попытками макнуть свою еду в соус невозможно было наблюдать без злорадства. И тем смешнее становилось от того, что гордость не позволяла ему взять вилку.       – Может быть, покормишь меня сама? – Он, наконец, не выдержал, когда девушка в очередной раз прикрыла улыбку кулаком.       Конечно, он не рассчитывал на это всерьёз, а просто хотел поддеть, но её кончики ушей всё равно вспыхнули.       – Ещё чего, обойдёшься. – Она ответила резче, чем планировала, и подумала вдруг, что Каин никогда не позволял себе такого… Подумала о Каине так невовремя. Само собой с губ сорвалось: – И вообще, кто ты, чтобы…       Лэйн не договорила, остановившись в последний момент. «Кто ты, чтобы так себя со мной вести?» – она не осмелилась произнести это. Но Авель понял.       – Хах, действительно. – Он криво усмехнулся и опустил взгляд в стол. – Прости, девушка брата, мне правда не стоило так говорить. Немного забылся. – В словах не было ничего, кроме пропитанной ядом издёвки. Разве что немного горечи, скрытой за саркастичным тоном.       Роллы вдруг показались гадкими на вкус. И остывший чай – по сути вода с размоченным в ней пакетиком – мерзковатой химозной жижей. Авель, как будто намеренно игнорируя переменившуюся атмосферу, отправил ролл в рот и запил чаем. Он равнодушно смотрел сквозь Лэйн, и только распущенные волосы, то и дело выбивающиеся из-за ушей, придавали ему хоть немного человечности. Она понимала: обычное «прости» не спасёт её и всю ситуацию не сделает менее отвратительной, ведь дело было не в извинениях, а в правде, с которой нельзя было спорить.       Осознавая своё положение, она вдруг подумала, что, по сути, Авель был ей никем. Может быть, уже любовником, но всё равно никем. И даже если бы Каин вдруг исчез, то вряд ли Авель согласился бы остаться. Он не давал ей никаких обещаний и надежд. Никогда не говорил, что будет рядом. С чего бы она вообще этого ждала? Их интрижка была не более чем коротким эпизодом в долгой истории её отношений с людьми. Просто разрушительной вспышкой необузданных чувств. Лэйн, глядя на своё размытое отражение в стакане с чаем, ощутила себя полной дурой. Что же она наделала…       Отражение выглядело до абсурда спокойным. Оно не жалело о содеянном. Наоборот, было почему-то уверено в своей правоте. И отчего-то даже не боялось будущего. Девушка, просидев несколько долгих мгновений в борьбе с собой, решила последовать его примеру хотя бы до утра.       – Пойдём спать? – Она обратилась к Авелю, попытавшись сделать вид, что между ними не возникала дистанция.       Он пожал плечами.       – Поменяю бельё. Старое, наверное, уже грязное. – Лэйн поднялась из-за стола и ушла в спальню.       Недоеденная порция роллов так и осталась на пластиковой крышке от контейнера, использованной вместо тарелки.              Возня с постельным бельём помогла унять раздражение, но в то же время вызвала неимоверную усталость. День оказался слишком долгим и был переполнен потрясениями. Авель всё время оставался на кухне, и Лэйн надеялась, что он не демонстрирует обиду таким образом, а просто, как и она, хочет побыть один.       Заглянув к нему, она застала его за мытьём сковородки. Вся остальная немногочисленная посуда уже была вымыта и расставлена на кухонном столе. Пустые контейнеры от роллов лежали в мусорном пакете, а сами остатки еды, скорее всего, он убрал в холодильник, так как на видных местах их не оказалось.       – Спасибо… – Лэйн растерянно проговорила слова благодарности себе под нос.       Авель оглянулся на неё через плечо, явно оценивая, стоит ли язвить. В итоге не стал и просто ответил:       – Иди, я сейчас приду.       – Я хотела в душ.       – Я закончу минут через пять.       У Лэйн так и не получилось угадать его настроение по спокойному тону голоса. Но, прислушавшись к просьбе, она оставила его. А затем поспешила в душ, чтобы, наконец, смыть с себя все остатки неприятных ощущений от безумного дня.              Только выйдя из ванной, наполненной горячим воздухом, Лэйн в полной мере поняла, насколько холодно было во всей остальной квартире. Спальню немного продувало сквозь невидимые щели в окне, и батареи не могли полностью спасти ситуацию. Она почти бегом добралась до кровати и переоделась в длинную футболку, служившую пижамой. Прежде чем забраться под спасительное одеяло, посмотрела на Авеля, который лежал на краю, всё ещё одетый в её домашнее худи.       – У тебя только одно одеяло? – Спросил он, привстав на локтях.       Лэйн непонимающе сощурилась. Неужели он всё же обиделся? Или вопрос был очередным проявлением брезгливости?       – Одно. – Ответила она. – А что?       – Да ничего, просто под одним неудобно. – Он с уже хорошо знакомым выражением закатил глаза. – Не хотелось бы драться с тобой во сне.       – Боже… – Лэйн не сдержалась от раздражённого вздоха. – Какой же у тебя невыносимый характер.       – Кто бы говорил. – Он усмехнулся и смерил её взглядом.       Затем начал будто нехотя раздеваться, и снова взору девушки открылось его подтянутое тело. Она оглядела шрамы на руках и ногах, крепкий торс, немного выступающие ключицы и бедренные косточки… и поняла, почему Авель спрашивал про второе одеяло. Спать с ним совсем рядом казалось почти так же интимно, как и заниматься сексом. Слышать его дыхание сквозь сон, чувствовать тепло и видеть рассыпавшиеся по подушке волосы, невзначай касаться друг друга почти в полной темноте… Она сглотнула. Не только от мысли о подобной близости, но и от осознания, что действительно этого желает.       Авель приподнял одеяло, приглашая залезть под него. Лэйн не стала медлить, чтобы не выдавать свои чувства. И чтобы поскорее спрятаться от холода тоже. Она нырнула в кровать и свернулась клубком.       – Хах… – Авель осторожно склонился над ней с непривычной для него расслабленной улыбкой. – Замёрзла?       Она промолчала. Не хотела видеть, как он, услышав ответ, равнодушно отворачивается к стене. Закрыла глаза и попыталась подумать о чём-то отвлечённом – ей казалось, что так шансы быстрее заснуть станут выше, а у мужчины не появится новых вопросов. Но в голову сразу полезли воспоминания, которые на время удалось приглушить днём. Теперь они меньше перебивались страхом, и игнорировать их в спокойном состоянии было тяжелее. «Нам нужно будет поговорить…» – Лэйн подумала и об Авеле, и о Каине, – «но не сейчас… Завтра…» – в этот день ей хотелось до последнего избегать любых осознанных решений. Ещё ненадолго сделать вид, что она не помнит обо всём остальном мире за пределами квартиры. Желая отогнать мысли, она крепко зажмурилась.       На плечо легла тёплая ладонь Авеля. Он придвинулся ближе, и теперь его дыхание немного щекотало лоб.       – Можешь погреться. Только недолго. – Произнёс он шёпотом, сквозь который проступала усталость.       Его рука аккуратно убрала пряди волос с лица Лэйн, а затем огладила спину. Так нежно, словно всё происходящее уже было сном. Она приоткрыла глаза и подняла голову, чтобы проверить, не усмехается ли он, злорадствуя над её слабостями. Но Авель смотрел серьёзно. В серых радужках и бездонных зрачках она смогла разглядеть только спокойствие, смешанное с желанием поскорее уснуть. Ни вызова, ни осуждения, ни даже игривых искр там не было. Ни следа всех тех колких эмоций, которые всегда можно было увидеть днём. Заметив пристальное внимание Лэйн, он улыбнулся уголком губ. А затем прикрыл веки.       Она некоторое время боролась с собой. Гордость и страх не давали ей сдаться желанию, но всё-таки отступили под натиском усталости и непреодолимой тяги к теплу. Стены в голове обрушились, а тело, отзываясь на наступившую в сознании свободу, тут же расслабилось. Лэйн сдвинулась чуть ниже на кровати и с наслаждением уткнулась лбом в мужскую грудь, как в единственное безопасное место на Земле. Улыбнулась, услышав равномерный стук сердца. Авель вновь огладил её плечо. До уха донёсся его тихий смешок. Точно ли он прозвучал на самом деле, а не в голове, сказать было нельзя. Но последовавший за этим короткий поцелуй в макушку Лэйн ощутила настолько отчётливо, что не сомневалась: это была реальность.