Кайлус Блэк. Год эскалации войны

Вальбурга Блэк отнюдь не преувеличивала, говоря 10 июля 1995-го своему сыну Сириусу, что она и её супруг Орион постараются сплотить против Волдеморта как можно больше знакомых им людей, которых они считали достаточно надёжными без присоединения к Ордену феникса. Нет, вскоре после 10 июля леди Вальбурга как раз взялась за реализацию данного плана, да и лорд Орион не бездействовал. Им весьма пригодился такой человек, как Ликорус Флинт - нынешний лорд Флинт, однокурсник и старый приятель леди Вальбурги. 19 июля 1995-го лорду Ликорусу исполнилось 70 лет, и он, разумеется, организовал в родовом поместье Флинтов в графстве Суррей значительные юбилейные торжества. На торжествах этих было немало людей, таких, которых Орион и Вальбурга Блэки хорошо знали. Воспользовавшись возможностью поговорить с этими людьми и заодно обсудить с ними сложившуюся неоднозначную обстановку, лорд и леди Блэк это сделали… Сколько Кайлус помнил дедушку и бабушку, они всегда отзывались о Ликорусе Флинте положительно, говорили о нём как о человеке умном, успешном, достойном, с прекрасным образованием, гордостью волшебника и богатым опытом работы в Международной Конфедерации магов, которую он, впрочем, давно оставил вследствие разных семейных драм… Полное представление об этих семейных драмах Кайлус получил незадолго до посещения поместья Флинтов 19 июля 1995-го. Он и раньше в какой-то степени о них знал, но вот полная картина у него возникла только после чего-то вроде инструктажа о Ликорусе Флинте со стороны дедушки и бабушки. Ликорус Флинт или, если официально, Ликорус Флинт III работал в Постоянной Палате правосудия при Международной Конфедерации магов (это был международный магический суд, разбиравший дела преступников, «нашаливших» не в одной стране), пока не добрался до должности её председателя. Всё бы ничего, да он проглядел, как его сын Арктурус Флинт III стал поклонником Волдеморта, а потом и Пожирателем смерти, в то время как дочь Седрелла полюбила и потом вышла замуж за Квиринуса Паркинсона - не то просто сочувствующего Волдеморту, не то приспешнику и Пожирателю смерти. Ликорус уделял слишком мало внимания собственным детям, к тому же работал и жил он большей частью времени вдалеке от них (штаб-квартира Постоянной Палаты правосудия находилась где-то посреди далёкой горной Швейцарии), так что… А Арктурус ещё самовольно женился на Теркто Роули - такой же фанатичке, как и он сам. Они окончили Хогвартс в 1972 году, в том же году примкнули к Пожирателям смерти и так ввязались в их делишки, что первый и единственный ребёнок у них родился лишь в 1975 году. Его звали Маркус. Родители им не особо занимались - как же, Тёмный лорд всё время даёт какие-то поручения, отправляет на какие-то миссии… Вот и получилось, что Арктурус и Теркто Флинты в общем-то не заботились о собственном сыне, хотя то и дело говорили, что непременно воспитают его в правильном духе, но потом. И вот это «потом» длилось 5 лет, пока однажды, а именно 29 ноября 1980-го, Арктурус и Теркто не пали от рук мракоборца Аластора «Безумного глаза» Муди. Ликорус Флинт был, разумеется, в отчаянии, бросил всё (благо, Флинты были финансово обеспечены, и представители данного благородного и древнего рода были лишены необходимости работать) и стал уделять всё время и все силы Маркусу. Сын погиб по своей же дурости, дочь чуть ли не сбежала к этому Паркинсону… И это ещё не все - Ликорусу Флинту довелось пережить собственную жену, и в один момент они с Маркусом остались одни… Вот и всё, что осталось от древнего чистокровного рода Флинтов. Ну, с августа 1994-го была ещё Чарис Флинт - жена Маркуса, но в девичестве-то она была Шафик, так что она, если так подумать, не вполне Флинт… Детей у Маркуса и Чарис пока не было, так что в случае если бы с обоими последними мужскими представителями рода Флинтов что-то стряслось… Короче говоря, жизнь Ликоруса Флинта весьма потрепала, и душевно (хоть он и всегда старался вести себя сдержанно), и внешне (в день смерти жены он был настолько опустошён и так тронулся умом, что всерьёз подумывал о самоубийстве при живом внуке и даже наполовину выпил пучок одного яда, но, будучи уже, что называется, одной ногой в могиле, резко одумался и не допил яд; в свою очередь, от того, что лорд Ликорус выпил, он проблевался чёрной кровью, долгое время имел сильные боли в голове и сердце, а его лицо… Оно стало жутко-серым, каким-то трупным, словно у утопленника или кого-то вроде него), но он, как мог, продолжал жить дальше. Вдобавок, как считали Орион и Вальбурга Блэки, Ликорус Флинт на порядок умнее Фаджа и не будет с тупым упрямством делать вид, будто бы всё в порядке, хотя это не так. В случае если его удастся уговорить, станет возможным использовать его ресурсы, влияние, связи, знакомства - он ведь хоть и ушёл из Международной Конфедерации магов, а все равно считался весьма влиятельным, хотя и не напоминавшим лишний раз о себе представителем старой чистокровной знати британского магического сообщества. К тому же он не симпатизировал ни Пожирателям смерти, ни Ордену феникса, это тоже было важно - надо было набирать союзников как раз из таких вот, нейтральных, те, что не держатся в стороне от конфликта, но связанных со старой магической знатью и заодно Слизерином. В общем, с Ликорусом Флинтом необходимо было поговорить, пусть и в ходе торжеств в честь его 70-летнего юбилея, и Орион и Вальбурга Блэки к этому разговору готовились, заодно Кайлуса к этому готовили - 19 июля он тоже должен был быть в поместье Флинтов. Совсем уж незадолго до 19 июля Кайлуса проинструктировали особенно подробно - при первой встрече с Ликорусом Флинтом он должен был произвести на него наилучшее впечатление, а учитывая, что дедушка и бабушка хотели обрести в лице лорда Флинта полезного, значительного союзника… Нужно было вести себя примерно, быть примерным в этикете, демонстрировать это… А этикет ведь вещь весьма широкая, в него какие только правила не входят… Идеальный вид, идеальное одеяние, идеальный язык общения, всё должно быть идеальным, а Ликорус Флинт не должен подумать ничего плохого. К тому же взаимодействовать и общаться доведётся не только с Ликорусом Флинтом, нет - будут ещё Маркус и Чарис Флинты, немало гостей, ведь в поместье Флинтов много кто был вхож… - «Маркус…», - подумал в один момент Кайлус о бывшем слизеринском капитане, выпустившимся из Хогвартса в июне 1994-го (с тех пор Кайлус ни разу с ним не виделся). - «Интересно, как он? А этот его брак с Чарис Шафик… Есть между ними какие-то чувства или же это просто брак по расчёту, как говорил тем летом дядя?» Это и не только это Кайлус узнал бы лишь 19 июля, так что в ночь с 18-го на 19-е он не очень хорошо спал, так как зациклился на мыслях о скором посещении поместья Флинтов, как и о том, что же его там ждёт. Как следствие, Кайлус то и дело ворочался. Впрочем, 19 июля он был бодр и даже активен, хотя в надетом им максимально строгом чёрном пиджаке поверх белой рубашки с каким-то прилагавшим корсетом и чего-то среднего между бантиком и галстуком белого цвета было не очень комфортно ходить, как и сидеть. Родовое поместье Флинтов располагалось где-то посреди графства Суррей в скольких-то километрах от небольшого маггловского городка Литтл-Хонкинг. Поместье было расположено на холме посреди по-летнему зелёного пока что леса. Совсем рядом был другой холм, и 2 этих холма были соединены небольшим, узким, явно пешеходным бледно-коричневым кирпичным мостом. Само поместье Флинтов было бы правильнее называть замком, ведь по форме это был именно замок. Бледно-коричневый, с небольшими многочисленными треугольными крышами одинакового бледно-серого цвета, но разных размеров, с небольшими, хотя и многочисленными окнами, в 5 или 6, но невысоких, кажется, этажей, с некоторыми небольшими пристройками и мощёным бледно-серым подобием площади у довольно длинных входных дубовых дверей, замок казался достаточно простым и скромным на вид - в Средние века такой, замок, может и мог кого-то впечатлить, но сейчас, 19 июля 1995-го… Замок казался и простым, и скромным, и даже малость ветхим - подкрашивали его явно давно, а имевшаяся в районе замка тишина и отсутствие какой-либо суеты у входа могли создать впечатление, что в замке и не живёт никто. Но внутри замка жизнь кипела, к тому же внутри замок был отнюдь не аскетичный, да и как будто был больше и шире, чем снаружи. Возможно, дело было в какой-то специальной магии расширения пространства, ну или Кайлусу просто показалось издалека, что замок небольшой. Как бы то ни было, поместье Флинтов было в виде такого вот замка. У Флинтов имелась и другая загородная недвижимость, но вот этот суррейский замок был главным их жилищем. Так вот, внутри замок был отнюдь не аскетичным, а очень даже наоборот - он был обставлен широко, дорого и роскошно, ведь принадлежал он не кому-нибудь, а благородному и древнему роду Флинтов, имевшему в своём распоряжении немалые богатства ещё в XVI веке. Какое-то подобие холла или прихожей и то было нескромно обставлено. В этом помещении с весьма высоким потолком и здоровенной люстрой наверху имелся, в частности, большой, неговорящий портрет покойного Маркуса Флинта I (известный Кайлусу Маркус Флинт был не первым представителем своего рода с таким именем) - видного представителя рода Флинтов XVI века, который, если слухи не врали, тщетно добивался руки королевы английских магглов Елизаветы I и приложил руки к тому, что она так и не вышла ни за кого замуж и в какой-то степени тронулась умом. Черноволосый, с весьма вытянутым и светлым лицом, бледноватыми бровями, недоверчивыми карими глазами, заметными мешками, крючковатым носом, усами, заметной растительностью на подбородке и вдобавок довольно большими ушами, Маркус Флинт I был, похоже, не самым красивым человеком, а изображён был весьма реалистично. На портрете он был одет в чёрную какую-то мантию. - Орион, Вальбурга… - сдержанно отреагировал на появление лорда и леди Блэк лорд Флинт. - Ликорус… - сдержанно ответила лорду Ликорусу леди Вальбурга. - Мои поздравления, с юбилеем тебя. Ликорус Флинт, виновник торжества, представлял из себя среднего роста (вряд ли выше метра-75) стройного старого мужчину с чёрными (наверно, подкрашенными) волосами, не слишком вытянутым, но и не слишком сплющенным лицом, прям тонкими чёрными бровями, небольшими, нередко прищуривавшимися тёмными глазами, вытянутым вперёд, как будто вздёрнутым, но не слишком длинным и незаострённым носом, небольшим подбородком и прям большего размера, чем нос, уши. Лицо… Оно имело разные оттенки серого. Таким было буквально всё лицо, как и шея. Как следствие, вид у Ликоруса Флинта был, мягко говоря, не очень, а строгий чёрный пиджак поверх белой рубашки и большого старомодного банта как минимум XIX века, а также чёрные штаны и обувь ещё и делали его мрачным человеком. - «Что же это был за яд?», - задумался мысленно Кайлус, когда впервые в своей жизни увидел Ликоруса Флинта. В целом лицо Ликоруса Флинта было бледно-серым, но вот небольшие мешки под глазами, нос, район рта, подбородок и уши. Они были заметно темнее, и дело было вовсе не в игре теней, нет. Рядом с правым голосом была ещё какая-то то ли ссадина, то ли что-то вроде этого. В любом случае, это что-то было тонкое и чёрное. Кайлусу показалось, что имей лицо Ликоруса Флинта нормальный цвет, лорд Флинт походил бы на уверенно держащегося светлого араба или турка. Однако жутко-серый цвет лица делал его похожим скорее на утопленника или труп. Впрочем, судить лорда Флинта исключительно по внешности было бы в корне неправильно. У Кайлуса ничего такого и в мыслях не было, и при представлении Ликорусу Флинту Кайлус старался смотреть прямо на него и знакомиться с небезызвестным лордом, как положено. - Ликорус, позволь представить моего внука Кайлуса, - сказала Ликорусу Флинту бабушка Вальбурга. - Моё почтение, лорд Флинт, - сказал Кайлус, вежливо поклонившись лорду Флинту и протянув ему, как положено, правую руку для рукопожатия. - Искренне рад знакомству, сэр, и позвольте поздравить вас с юбилеем, сэр. - Взаимно, мистер Блэк, и спасибо за поздравление, - ответил лорд Флинт сдержанным, взвешенным каким-то голосом взрослого, но не старого человека. - Рад, что нам довелось лично встретиться. Ваши дедушка и бабушка немало о вас рассказывали, так же, как и мой внук Маркус. Он передаёт вам привет. Впрочем, сегодня у вас будет возможность встретиться и пообщаться с ним непосредственно. Скажите, мистер Блэк, вы знакомы с данными джентльменами? И лорд Ликорус повернулся к стоявшим в стороне двум мужчинам в чёрных пиджаках поверх белых рубашек и такого же цвета бантиков-«бабочек». Один из них был среднего роста и если не обрюзглый, то точно какой-то полноватый, а второй - наверно, 2-метровый и равномерно-мускулистого, спортивного телосложения. Тот, что был ниже, казался старее на вид, тогда как его высокий и массивный собеседник - прям молодым. Кайлусу даже показалось, что этот высокий мужчина в чёрном - Перегрин Деррик, бывший первый загонщик слизеринской команды, выпустившийся из Хогвартса как раз в июне 1995-го. Но, как вскоре понял Кайлус, это был не Перегрин Деррик. - Боюсь, я впервые вижу данных джентльменов, лорд Флинт, - ответил Кайлус. - Ну, это не беда, - ответил лорд Флинт как-то просто и… неформально? - Эмм, Орион, Вальбурга, я представлю Кайлусу других гостей, не возражаете? Дедушка и бабушка не возражали, и лорд Флинт с Кайлусом подошли к двум загадочным мужчинам в чёрном. Эти двое, стоило им только увидеть приближающегося лорда Флинта, оставили разговор, выпрямились и посмотрели на лорда Флинта, как подчинённые. Впрочем, они таковыми и были, ведь когда Кайлус понял, из каких родов эти двое, Кайлус вспомнил, что эти 2 рода являются вассальными по отношению к роду Флинтов. - Джентльмены… - обратился к двоим мужчинам Ликорус Флинт. - Лорд Флинт… - негромко сказал тот, что был ниже ростом. - Мой лорд… - сказал, в свою очередь, тот, что был выше, массивнее и явно моложе собеседника. - Это Кайлус Блэк, наследник благороднейшего и древнейшего рода Блэков, - сказал лорд Флинт, вследствие чего у двоих ставших рядом с ним мужчин ненадолго выпучились глаза. - Мистер Блэк, это Герберт Боул, нынешний лорд Боул, глава благородного рода Боулов, директор Управления дежурных при Министерстве магии. Если лорд Герберт Боул был отцом Люциана Боула - бывшего слизеринского загонщика, напарника и лучшего друга Перегрина Деррика, то высоким ростом и массивностью Люциан пошёл не в отца. Как заметил Кайлус, Герберт Боул был не только полноват, но и какого-то нездорового и немолодого вида: лицо было какое-то желтоватое, брови были едва заметные, под зелёными глазами имелись как будто двойные мешки, причём те, что были ближе всех к глазам, были какие-то розовые, сами глаза были небольшие и как будто несколько усталые. Нос был жёлто-орлиный, между ним и ртом имелась бледно-серая щетина, губы были бледно-розовые и едва заметные, тогда как ниже них был прям небольшой подбородок. Желтоватыми были и шея с ушами. Посмотришь на такого, и будешь полностью уверен, что это старик как минимум 60 лет, если не 65. При этом у Герберта Боула были чёрные волосы без малейшей седины. - «Интересно, сколько ему лет?», - задумался мысленно Кайлус. - А это, в свою очередь, Орфорд Деррик, - сказал Ликорус Флинт, представляя собеседника лорда Боула, - нынешний лорд Деррик, глава благородного рода Дерриков, сотрудник Отдела магических игр и спорта Министерства магии, он же является владельцем команды «Фэлмаутские соколы», входящей в Британско-Ирландскую Квиддичную Лигу. Это, видимо, был отец Перегрина Деррика, хотя по виду они были словно близнецы. По виду Орфорду Деррику было не дать и 30, тогда как на деле ему, наверно, было около 40. В отличие от лорда Боула, лорд Деррик выглядел молодо, бодро и свежо. Кажется, он был и проще характером: в отличие от лорда Боула, он осмелился слегка улыбнуться Кайлусу. - Очень приятно, мистер Блэк, - сказал лорд Деррик, первым пожав Кайлусу руку после того, как лорд Флинт отошёл. - Взаимно, лорд Деррик, - ответил Кайлус. - Так же, как и мне, мистер Блэк, - проговорил негромким и сдержанным тоном лорд Боул, после чего Кайлус пожал руку и ему. - И я рад знакомству, лорд Боул, - ответил Кайлус так же негромко и сдержанно. - В случае если вам, мистер Блэк, эмм, - заговорил лорд Деррик негромко и как-то угодливо, - угодно будет стать профессиональным квиддичным игроком по окончании школы, я охотно принял бы вас в состав «Фэлмаутских соколов». Вы успешный охотник, меткий бомбардир, я в этом уверен, и это, эмм, как раз то, чего сейчас не хватает команде, и… - Не будьте так навязчивы, Орфорд, - перебил лорда Деррика лорд Боул, впервые улыбнувшись, хотя и криво-пренебрежительной улыбкой, и обратившись к лорду Деррику как-то свысока, словно поучая, - тем более, что, как я полагаю, юный мистер Блэк желает чего-то большего и будет стремиться к чему-то большему. Эмм, скажите, мистер Блэк, где бы вы, собственно говоря, хотели бы работать? - Министерство магии, - ответил Кайлус, - какая-то серьёзная, престижная структура. Быть может, Отдел международного магического сотрудничества или аппарат министра. - Боюсь, возглавляемое моим старым другом Гербертом Управление дежурных не является престижной структурой Министерства, - заявил лорд Деррик, смотря на лорда Боула с пренебрежительной улыбкой. - «Да эти двое друг друга стоят», - подумал Кайлус и при первой же возможности отошёл от двух лордов, чтобы иметь возможность поговорить с Маркусом Флинтом, которого в один момент заметил. - Эмм, Флинт… - негромко сказал Кайлус, подойдя к Маркусу Флинту, чтобы привлечь к себе его внимание. - А? - сказал Маркус, повернувшись к Кайлусу и быстро его признав. - Ха! Здорова, Блэк! Как жизнь, как сам? - «Весьма неформально», - подумал Кайлус. - В целом хорошо, - заявил Кайлус, после чего Маркус тотчас же отошёл от него, хотя и ненадолго, к стоявшей сзади него девушке в строгом и длинном тёмно-зелёном платье с закрытыми плечами, и буквально под руку приблизил её к Кайлусу, смотря на неё заботливо-обеспокоенно. Это была Чарис - жена Маркуса, с которым они учились в Слизерине и окончили Хогвартс. С убранными в строгий пучок волосами и прямой, уверенной, хоть и под руку Маркуса, походкой, идеальной осанкой Чарис производила впечатление образцовой леди. Она максимально выпрямлялась и старалась выглядеть уверенной в себе и сдержанной. При этом у неё был уже весьма заметный и круглый живот. Как следствие, Чарис ходила прямо и уверенно, но неторопливо, чтобы лишний раз не напрягаться. - Блэк, это моя супруга Чарис, - заговорил Маркус, когда Чарис встала рядом с ним, - Чарис, это Кайлус Блэк - мой товарищ по сборной Слизерина, он… - Да, да, Маркус, я знаю, - негромко ответила Чарис. - Моё почтение, мисс Флинт, - сказал Кайлус, после чего наклонился и поцеловав Чарис протянутую ею правую руку. - Всё нормально, Чарис? - спросил Маркус по-настоящему обеспокоенно, хотя и негромко. - Как самочувствие? - Нормально, Маркус, спасибо, - негромко ответила Чарис. - Ты если что, говори, я… - Я смогу немного побыть на банкете, после чего мне нужно будет прилечь. - Конечно, я… Я провожу тебя до спальни и уложу. Если что не так, сразу говори. То, что Кайлус сейчас видел и слышал, было, пожалуй, невероятным - сколько он знал Маркуса, тот всегда был в общем-то жёстким, брутальным, грубоватым человеком. Маркус мог смеяться, даже шутить, как мог, но как правило это был именно жёсткий и брутальный капитан слизеринской команды, мало о чём думавший, помимо квиддича, и вполне способный прикрикнуть на какого-то конкретного товарища по команде, а то и покрыть его матом. А сейчас Маркус не то, что не матерился, не то, что не был этим мрачным и вполне способным на резкость здоровяком, он… Сейчас он был любящим, участливым мужем, семьянином, то и дело обеспокоенно смотревшим на явно давно беременную жену и готовым в любой момент уложить её в кровать. Не то, чтобы Маркус был совсем нервный, но… Он был взволнован, тревожился о самочувствии жены, действительно тревожился… Никогда ещё Кайлус не видел Маркуса таким. Похоже, что женитьба на Чарис и брак с ней сделали Маркуса более добрым, душевным человеком, или… Или он и до того был способен на доброту, проявление таких вот чувств, но ему просто… не доводилось? Или Маркус просто был настолько скрытен? Как бы то ни было, Маркус явно очень заботился о Чарис и в свете её беременности не расслаблялся ни на минуту, ведь он не мог… Чарис, в свою очередь, смотрела на Маркуса и улыбалась, как могла. Всё-таки их брак не был исключительно расчётным - между ними однозначно были взаимные чувства, да что там, взаимная любовь. В один момент Чарис негромко, но радостно произнесла: - Лорин, Хеспер… В замке появились младшие сёстры Чарис - Лорин и Хеспер Шафик, пока что несовершеннолетние и незамужние. С ними были двое идентичных внешне, но чуть разных по одежде высоких стройных, а то и худых черноволосых мужчин. Оба мужчины напомнили Кайлусу его кузена Септимуса, только у этих носы были какие-то заострённые и спущенные вниз, а стрижки были короче. Мужчина слева и помрачнее был одет в строгий чёрный пиджак поверх белой рубашки и бледно-серого бантика-«бабочки», а мужчина справа - в бледно-серый пиджак поверх белой рубашки и чёрного галстука. Однако выглядели эти двое в целом одинаково - одинаковые вытянутые головы, одинаковые волосы, одинаковая причёска, одинаковые светлые лица, одинаковые глаза, одинаковые носы, одинаковый взгляд… Взгляд этот поначалу был мрачным, но, стоило двоим мужчинам подойти к Ликорусу Флинту, как у обоих мгновенно испарился этот невесёлый вид, а тот, что был из этих двоих за главного, даже улыбнулся и стал приветствовать лорда Флинта, и не только вежливо, но и как-то угодливо. - О, лорд Флинт, - заговорил этот загадочный мужчина, - как приятно видеть вас снова. Поздравляю вас с юбилеем, сэр. Примите поздравления от меня и от всей моей семьи, я, эмм, очень… Очень рад встрече, вам, как и, эмм, юному мистеру Флинту… В один момент Кайлус наконец понял, что же это за мужчины сопровождали Лорин и Хеспер Шафик. Тем мрачным и угодливым в общении с Ликорусом Флинтом мужчиной был Роландус Шафик - нынешний лорд Шафик и отец всех четырёх известных Кайлусу сестёр Шафик в лице Эйлин, Чарис, Лорин и Хеспер. В один момент лорд Флинт представил друг другу лорда Шафика и Кайлуса, упомянув, что лорд Шафик - владелец одного из популярнейших британских магических казино. Затем Кайлус познакомился с не то близнецом, не то младшим братом лорда Шафика. Его звали Найджелус, и он, со слов лорда Флинта, был главой министерского Отдела торговли. В какой-то момент Кайлус задумался о том, почему двое Шафиков явились в замок несколько мрачные. Уж не в том ли дело, что у лорда Роландуса нет сына, наследника, как и у его брата Найджелуса? Ну а наличие у Роландуса стольких дочерей… Это, видимо, было для него скорее обузой, чем радостью - род Шафиков они продолжить не смогут, а затраты-то на их содержание немалые… Видимо, лорд Шафик старался найти им женихов получше, а как станут совершеннолетними, так и всё - лишь бы вышли замуж за богатых, подходящих чистокровных молодых людей. Ну а в том, что он угодничал перед лордом Флинтом, ничего странного не было - ещё б он не угодничал, если его дочь смогла выйти замуж за наследника благородного и древнего рода Флинтов! С соответствующей дочерью в лице Чарис лорд Шафик был, как заметил Кайлус, вежливо-немногословен - немного поговорил с ней, будучи, вероятно, обеспокоенным тем, что она уже на немалом сроке беременности. Вероятно, отец как-то словесно поддержал Чарис, а потом отошёл вместе со своим братом. Чарис воспользовалась этим и заговорила с Лорин и Хеспер - как-никак сёстры. После прибытия четырёх представителей рода Шафиков в лице лорда Роландуса, его брата Найджелуса и ещё юных Лорин и Хеспер в замок Флинтов прибыл человек, которого Кайлус в последний раз видел 3 года назад на похоронах своей двоюродной бабушки по отцу Лукреции Пруэтт. Это был Игнатиус Пруэтт - муж покойной Лукреции Пруэтт и двоюродный дедушка Кайлуса, тоже по отцу. Старый (он родился 2 ноября 1924-го, и по состоянию на 19 июля 1995-го ему было соответственно 70 полных лет) Игнатиус был последним живым мужским представителем благородного и древнего рода Пруэттов, да в принципе последним живым представителем данного рода. А ведь ещё 20 лет назад никто из Пруэттов и в страшном сне не представлял подобный исход… Но вышло так, что от Пруэттов ничего, в общем-то, не осталось, кроме 70-летнего лорда Игнатиуса, который, впрочем, рано или поздно умер бы. Сейчас, 19 июля 1995-го, лорд Игнатиус был ещё жив и смог посетить своего однокурсника и друга Ликоруса Флинта. Выглядел лорд Пруэтт немногим лучше лорда Флинта, словно старый гриф. Плешивый, с редкими седыми волосами в основном в районе висков, Игнатиус имел длинные, словно вытянутые голову и уши, очень морщинистое, несколько перекошенное, как будто неравномерное лицо с тонкими чёрными бровями, небольшими серыми глазами, под которыми были большие круглые мешки, орлиным каким-то носом, ввалившимися щеками, губами, которые как будто полностью высохли от жажды, и небольшим, резко заканчивавшимся подбородком. Были ещё худые и тонки руки и соответствующие пальцы. 3 года назад лорд Пруэтт был аналогичного вида. Впрочем, весьма неприглядный его внешний вид ещё не означал, что он был плохим человеком, нет, просто слишком уж сильно его потрепала жизнь - ему довелось пережить почти что всю свою родню, собственную жену… А каково доживать свой век с осознанием того, что ты по большому счёту последний представитель своего рода? Но 19 июля 1995-го Игнатиус Пруэтт, скорее всего, старался об этом не думать и демонстрировал приподнятое настроение, готовность пообщаться, и так далее. 19 июля 1995-го Флинты приняли в своём суррейском замке в общей сложности 14 гостей. Среди них были трое представителей рода Блэков в лице, понятное дело, лорда Ориона, леди Вальбурги и их внука и наследника Кайлуса. На юбилее лорда Флинта было четверо, как понял в один момент Кайлус, представителей вассального Флинтам рода Боулов - немолодого и нездорового вида лорд Герберт, леди Анстис - его жена, выглядевшая, по крайней мере, непотрёпанно и не имевшая желтоватого лица (оно у неё было светлым и, кажется, утончённым; волосы были чёрные, распущенные и достаточно длинные, брови - заметные, хотя и не слишком густые, глаза - небольшие и тёмные, нос - небольшой и какой-то орлиный, губы - небольшие и тёмно-красные, подбородок - совсем небольшой; телосложения леди Анстис была стройного и равномерного), Люциан - здоровенный старший сын и наследник, и его младший брат Уилберт. Род Дерриков, в свою очередь, был представлен лишь лордом Орфордом и его сыном и наследником Перегрином. Судя по отсутствию жены лорд Деррик или развёлся, или был вдовцом. Были ещё четверо Шафиков и один Пруэтт, севший за длинным столом в широченной и помпезно оформленной трапезной дальше всех, хотя и не особняком. Юбилей лорда Флинта был помпезен, с шиком, как и торжественный банкет, организованный в трапезной замка Флинтов. В трапезной с прилагавшимся к ней большим камином было повешено множество тёмно-зелёных и серых шариков - под стать факультету Слизерин, на котором учились, кажется, все Флинты, в том числе лорд Ликорус и его внук Маркус. А как был обставлен и накрыт обеденный стол! Самых разных было просто не счесть! Самые разные французские супы, большей частью овощные или креветочные, различные варианты белого и порезанного на множество равномерных кусков хлеба, целые пирамиды из самых дорогих датских блюд, какие только можно было приобрести, чуть более скромные пирамиды из ярко-красных и сочных помидоров, и отдельно пирамиды с волшебными аналогами того, что магглы назвали бы гамбургером, тщательно прожаренный поросёнок в апельсинах (один из них был у поросёнка прямо во рту), индейка с яблоками, омар в лимонах, какая-то подчёркнуто большая, изощрённая и, конечно, дорогая пицца, а ещё куриные крылья и окорока с гарниром в лице или спагетти, или печёной картошки… Кайлусу показалось, что такое великое множество блюд не осилят 14 гостей, как и трое хозяев замок. И это ведь были только основные блюда, а не десертные - десертные гостей ещё только ждали… Сколько же было этих блюд, а каково было их разнообразие… Но как всё это съесть 17 участникам банкета? Чёрт, да таким количеством блюда можно было, наверно, как минимум половину Слизерина накормить досыта! С другой стороны, все эти блюда, вся эта роскошь, всё это бросающееся в глаза убранство, вся эта помпезность… Благородный и древний род Флинтов мог себе это позволить. Юбиляр сидел во главе обеденного стола на стуле, которое скорее напоминало серебряный трон. Ближе всех к нему сидели Маркус и Чарис, Маркус был слева (это если смотреть не глазами лорда Флинта), Чарис - справа и параллельно мужу. Далее Маркуса был лорд Блэк, а далее Чарис - леди Блэк. Рядом с лордом Орионом и в том же ряду, что и он, сидел Кайлус, а параллельно ему - лорд Боул. Леди Боул сидела в том же ряду, что и Кайлус, и параллельно Люциану, тогда как Уилберт - рядом с матерью и параллельно лорду Деррику. В том, что Боулы сидели несколько ближе к своим сюзеренам, чем Деррики, мог быть намёк на то, что Боулы более полезными и, наверно, толковыми вассалами в глазах Флинтов, нежели Деррики. Как бы то ни было, лорд Деррик сидел рядом с лордом Шафиком, а наследник рода Дерриков - рядом с Найджелусом Шафиком. Найджелус Шафик сидел параллельно своей племяннице Лорин, тогда как её сестра Хеспер - параллельно лорду Пруэтту. Перед банкетом в трапезной была проведена целая церемония вручения подарков юбиляру. Все старались повежливее подарить сколь-нибудь впечатлительный подарок и получше о нём сказать. Благодаря за подарок представителей рода Блэков, лорд Флинт при всех гостях сказал им: - Я чувствую, что вы посетили меня не только в свете моего юбилея. Мы… Мы ещё обсудим недавние события в Хогвартсе, но после торжественной части… И хотя торжественная часть была весьма продолжительной, с бесчисленными тостами и речами по отношению к юбиляру, лорд Флинт всё же сдержал слово и поговорим с тремя Блэками, как и со всеми гостями об убийстве Теренса Хиггса и не только о нём. Чарис, как заметил Кайлус, пробыла на банкете недолго - только пока не сказала тост за здоровье и долголетие юбиляра. Она практически ничего не съела, а пила, в отличие от всех, не шампанское (какое шампанское только не предлагалось в тот день гостям Флинтов!), а, кажется, просто воду. Вскоре после сказанного Чарис тоста Маркус подошёл к ней, помог неторопливо и аккуратно встать, и с ведома деда отвёл её под руку спать. В трапезную Маркус вернулся только через час - пока проводил Чарис до спальни, пока лично её уложил, пока убедился, что у неё всё нормально… При появлении Маркуса лорд Флинт моментально посмотрел на него и спросил: - У Чарис всё хорошо? - Да, сэр, - ответил Маркус, сев на своё место. - Уверен? - Да, сэр. Прошу простить за долгое, по-видимому, отсутствие. - Ну что ты? Всё в порядке, присоединяйся. Пока суд да дело, то да сё, наступило уже чёрт знает сколько часов вечера. В один момент обеденные блюда были съедены (Кайлусу показалось, что он слегка переел), и с подачи лорда Флинта участники банкета временно перешли в бильярдную, которая была просторна, с уместно-коричневыми стенами, потолком и полом, и несколькими бильярдными столиками с зелёными полями. На одной из стен висел говорящий (впрочем, безмолвствовавший) портрет покойного лорда Маркуса Флинта II - долгожителя по сравнению с другими Флинтами, которому довелось прожить 160 (!) лет (родился он 16 мая 1811-го, тогда как скончался 1 июня 1971-го). И вот в этой самой бильярдной как раз началось обсуждение, ради которого Орион и Вальбурга Блэки вообще посетили Ликоруса Флинта. Взяв слово, лорд Флинт в первую очередь сказал, что ему, в отличие от Фаджа, не нужно предъявлять доказательства возвращения Тёмного лорда (поначалу лорд Флинт именовал Волдеморта так), тем более, что относительно недавно ему самому было предъявлено такого рода доказательство. - Мой дорогой племянник Люциус прислал мне письмо, в котором прямо сказал о возвращении Тёмного лорда и о том, что в этом, дескать, нет ничего плохого, - сказал в один момент лорд Флинт, на мгновение ухмыльнувшись. - «Что?», - мысленно спросил самого себя удивлённый Кайлус. - «Люциус Малфой - его племянник?» А лорд Флинт тем временем зачитал буквальное содержание письма, которое прислал ему Люциус Малфой ещё в июне. В письме действительно имелись признание возвращения Волдеморта и заверения, что в этом якобы нет ничего плохого. По прочтении письма лорд Флинт высказался о Люциусе Малфое явно пренебрежительно, даже сказал, что Люциус «никогда не был настоящим Малфоем, всегда отличаясь безрассудством, готовностью неприкрыто нарушать законы и совершенно непонятной мне преданностью этому Тёмному лорду», ну и ещё некоторые вещи в таком вот духе. Лорд Флинт явно судил своего племянника с подачи старого, прожжённого неоднозначным жизненным опытом человека, негативно относящегося к насилию и нестабильности. В племяннике он, похоже, видел авантюриста, глупого представителя молодёжи, который, в отличие от «настоящих» Малфоев, очень рискует и вообще больше делает, чем думает. Кайлус долго сдерживал себя от того, чтобы задать лорду Флинту вопрос, который он мог воспринять неоднозначно (мало ли как он реагирует на вопросы о племяннике, о котором он явно не самого высокого мнения и которого он, возможно, недолюбливает?). Однако в один момент Кайлуса всё же прорвало - он, дождавшись, когда лорд Флинт закончит говорить, а в бильярдной наступит своевременный период молчания, неуверенно спросил: - Эмм, лорд Флинт, сэр… Вы сказали, что лорд Малфой ваш, эмм… - Племянник, - закончил лорд Флинт за Кайлуса. - Да, так и есть, я был женат на старшей сестре его отца. Это лорд Флинт сказал спокойно и негромко, словно в этом нет ничего такого не было, но вот Маркус посмотрел на Кайлуса с молчаливо-осуждающим лицом, во взгляде его явно читалось «Ты не должен был его об этом спрашивать!». Как лорд Флинт, так и посетившие его 19 июля люди понимали, что Волдеморт вернулся, хотели ли они это признавать или нет. Доказательства его возвращения имелись у лорда Флинта, лорда и леди Блэк, Кайлуса, остальные гости не отрицали возвращения Волдеморта. С Боулами и Дерриками лорд Флинт, по собственным словам, разговаривал на этот счёт ещё в июне. Также лорд Флинт упомянул в один момент, что использует свои источники в Министерстве, чтобы понимать, в каком направлении теперь идёт Министерство и что предпринимает против Дамблдора и Поттера. Это делало его похожим на лорда и леди Блэков. Похожи они были и заявлениями в духе того, что в начавшейся новой войне волшебников они не поддерживают ни Пожирателей смерти, ни Орден феникса. Это, однако, не означало отсутствие у них неприязни к Пожирателям смерти и лично Волдеморту, однозначно неприятия его насильственных, террористических по сути действий. Более того, в один момент лорд Флинт даже сказал следующее: - Среди Флинтов было только 2 Пожирателя смерти, да и те закончили весьма плохо. Это он сказал вроде бы спокойно и негромко, но как-то замедленно, ведь ему, скорее всего, было тяжело вспоминать о своём сыне Арктурусе и его жене Теркто, действительно закончивших весьма плохо. Когда же лорд Флинт всё же сказал о двух Флинтах-Пожирателях, он поспешил заговорить на другую тему, сказав: - Разумеется, нам всем нужно быть предельно осторожными, раз уж Дамблдор и Поттер теперь неугодны Министерству… Обсуждать действительное положение дел теперь надо не просто осторожно, но и конспиративно, скрытно, так, чтобы об этом не прознал какой-либо человек, однозначно лояльный Фаджу и той линии, которую он теперь гнёт. Пожалуй, мы все могли бы обсуждать правду о том, что произошло, происходит и ещё произойдёт в таком вот составе и в таком месте, которые мы все нашли бы достаточно надёжным и конспиративным. Именно этого Орион и Вальбурга Блэки и хотели добиться. В их глазах их визит в поместье Флинтов 19 июля 1995-го был успешным, ведь этот визит, похоже, положил начало тому, что они как раз хотели создать - некое пока что не очень сплочённое, чёткое и сплочённое, но объединение небезызвестных, знатных людей, связанных со Слизерином и являющихся нейтральными пока что чистокровными волшебниками, которые и Волдеморта не поддержат, но и не станут боготворить Дамблдора. Та самая третья сторона, которая, может, и не помогает Ордену феникса, но которая и невраждебна ему в аспекте противостояния Волдеморту и его приспешникам. И ведь какие люди имелись в этой третьей стороне! В ней были представители Блэков, Флинтов, Шафиков и Пруэттов, а ведь это 4 благородных и древних рода чистокровных волшебников, к тому же все эти роды имелись в Справочнике Кантанкеруса Нотта IV. Весьма символично получалось. А помимо Блэков, Флинтов, Шафиков и Пруэттов (ну или Пруэтта, так было бы правильнее) были ещё эти Боулы и Деррики, от которых тоже была бы определённая польза, прежде всего как от информаторов в стане Министерства… А если вот это объединение станет крепче, сильнее, активнее, то туда, возможно, удастся привлечь Гринграссов, да и, наверно, Монтегю с Хиггсами. Получится неплохой такой союз традиционно слизеринских чистокровных семей, которые, может, и не очень высокого мнения о Дамблдоре, но которые и Волдеморта ни в коем случае не поддержат, а если возникнет необходимость, то будут от него защищаться, причём совместно, скоординировано, коллективно… Коллективная безопасность, коллективная оборона… Безусловно хорошая вещь, при эдакой-то нестабильности, столь идиотской реакции на эту нестабильность со стороны Министерства… Возможно, все эти люди, что посетили поместье Флинтов 19 июля 1995-го, как раз станут частью некой системы коллективной безопасности против Волдеморта. От такого ведь не защитишься, не избавишься разрозненно, в одиночку, нет - при противостоянии такому, как он, как раз нужна коллективная безопасность… Незадолго до того, как 2 хозяина поместья Флинтов и 14 их гостей вернулись в трапезную, чтобы отведать уж десертные блюда, включая большущий торт, лорд Флинт осудил убийство Теренса Хиггса, сказав, что «данное убийство делает Сами-Знаете-Кого диким, примитивным, беспринципным маньяком и террористом». Когда же все отправились было в трапезную, Маркус посмотрел на деда и спросил его: - Эмм, могу я совсем немного поговорить с Кайлусом Блэком? Просто мы так давно не виделись, как-то не доводилось… И общаться как-то, эмм, не доводилось, даже сегодня… Мне бы хотелось кое-что обсудить… Уверяю, это ненадолго, не более, чем на 10 минут, после чего мы оба присоединимся к десерту. Разрешите, сэр… - Хорошо, - сдержанно ответил лорд Флинт, - но попрошу вас не медлить. - Ни в коем случае, сэр. - Орион, Вальбурга, вы не возражаете? - Нет, нет, - заявил дедушка Орион. И Кайлус пошёл вслед за Маркусом. Оба вышли из бильярдной и пошли по весьма мрачноватому, слабоосвещённому коридору. - Никогда, - сказал Маркус на ходу негромко, но раздражённо, - никогда не спрашивай деда о Люциусе Малфое, о бабушке, и о моих родителях. О моих родителях вообще ни в коем случае! - Люциус Малфой - племянник твоего деда? - негромко спросил Кайлус на ходу. - Ты что, не слышал его? Дед был женат на старшей сестре Абраксаса - отца Люциуса! Ладно, сейчас я всё объясню получше… Маркус резко приоткрыл двери в помещение с подробным, занимавшим все 4 стены генеалогическим древом рода Флинтов. В помещение было не очень светло, хотя имелись люстровое и свечное освещение. - Вот, смотри, - сказал Маркус, указав здоровенной правой рукой на нужное место на нужной стене древа, - тут указано, что дед был женат на Кенне Малфой. И действительно, Ликорус Флинт III был изображён на древе как супруг Кенны Малфой, родившейся, согласно указанным данным, 24 июня 1925 года и скончавшейся 9 августа 1987-го. - «Всего 62 года…», - подумал неприятно впечатлённый Кайлус. - Бабушка умерла менее чем, за месяц до моего поступления в Хогвартс… - заговорил в один момент Маркус. - У деда тогда по большому счёту не осталось никого, кроме неё, ну и меня. Она тяжело… Тяжело переживала то, что произошло с моими родителями, особенно с моим отцом… Ей бы это как-то оставить, жить как-то дальше, а она не могла… Не могла забыть. Активно курила и, как следствие, скончалась в 62 года от рака лёгких в мучениях, которые… Которые трудно описать и которые я не буду… Маркусу было всё труднее говорить, но он продолжал. - Дед, он… - сказал Маркус. - Он был опустошён, очень опустошён… Он никого не любил так сильно, как бабушку, они были очень… Очень привязаны друг к другу… В тот же день, когда бабушка умерла, у деда произошёл нервный срыв, такой нервный срыв, что он… Ты… Ты же понимаешь, что у деда не всегда было такое лицо? - Да, эмм, да, я… - начал отвечать Кайлус, но был перебит Маркусом, сказавшим: - Он на какое-то время словно обезумел, позабыл обо всём на свете, в частности, обо мне, и… Попытался выпить один смертоносный яд… И он выпил, но… Половину. Лицо, как ты уже понимаешь, сильно мутировало, а ещё страшные боли в голове, сердце… Но дед не умер. Он не умер и поднял меня, как мог. Они… Они с бабушкой оба меня подняли, я… Я ведь её помню, застал, в общем-то… Она умерла, когда мне было 11… Более-менее сознательный возраст, в голове уже что-то было, и я… Я могу сказать, что бабушка была хорошим, добрым, любящим человеком, благодаря которой я… Ну, не ощущал в общем-то безотцовщину, отсутствие родителей… Она… Она должна была жить дальше, она не должна была умереть тогда, в 87-м, мне… Мне ведь тоже было плохо без неё, я тоже переживал, плакал, ощущал, что потерял родного человека… Действительно родного… О самоубийстве я, конечно, не подумывал, нет, тем более, что с дедом такое произошло из-за того, что он… Ну, ты понимаешь. Дед да я, вот и всё, что осталось от рода Флинтов… Было нелегко это осознать, понимать… Мне вообще было нелегко на первом курсе, на втором курсе полегче, ведь я был принят в команду Слизерина и мог снимать стресс, играя в квиддич, а вот на первом… Да всё это до сих пор нелегко вспоминать… - Извини, я… - Не извиняйся. Ты, конечно, мог не задавать тот вопрос о Люциусе Малфое, но раз уж задал… Запомни: деда нельзя спрашивать о моих родителях, о моём отце уж точно. Никогда не заводи с ним разговора на эту тему, об этом можем говорить… Только мы… И то мы стараемся это не обсуждать. Мой отец… Вот он. И Маркус указал на своего отца - Арктуруса Флинта III с указанными датами рождения и смерти, 18 ноября 1953-го и 29 ноября 1980-го. - А вот и мать, - сказал Маркус как-то холодно, указав на Теркто Роули, родившуюся, согласно имевшим данным, 25 января 1954-го и скончавшуюся 29 ноября 1980-го - в тот же день, что и её муж Арктурус. - Хреновые были родители, - сказал Маркус опять-таки холодно, даже презрительно по отношению к погибшим родителям, - только о Сам-Знаешь-Ком и думали да о новом порядке, который он создаст, когда придёт к власти. Стали Пожирателями смерти, едва окончив школу, а 29 ноября 80-го их обоих грохнул Аластор «Безумный глаз» Муди. Наверно, они и тогда думали не обо мне, а о своём кумире… Я, наверно, был им нужен просто для продолжения дела, для воспитания в правильном, по их мнению, духе. В правильном духе… Они много об этом говорили, но это был не более, чем трёп, им было не до меня - как же, Пожиратели смерти, Сам-Знаешь-Кто вечно им что-то поручал, всякие миссии, то, сё… Они погибли, когда мне было 5. Вроде маленький возраст, хрен что запомнишь, но у меня всё-таки остались о них некоторые воспоминания… - Наверно, мне, эмм, не стоит спрашивать, но, эмм… - заговорил Кайлус неуверенным тоном, но был перебит Маркусом, сказавшим: - Какими они были? Ну, раз уж ты спросил… - Прости, я не должен был… - Не имеет значения, - сказал Маркус, посмотрев на Кайлуса и махнув правой рукой, - только чтоб ни слова деду, да кому бы то ни было. - Конечно, я… - Нарки! В помещении тотчас же появился низенький пучеглазый и не слишком старый, судя по ещё громкому и не хриплому голосу домовой эльф. - Хозяин Маркус, - сказал этот эльф, - чем Нарки может служить вам? - Трансгрессируй в мою комнату и вернись с газетой о гибели родителей, - распорядился Маркус. - Зачем хозяину Маркусу эта газета? Нарки не уверен, что… - Давай трансгрессируй да не болтай! Минуты через 2 Нарки вернулся с выпуском «Ежедневного пророка» за воскресенье 30 ноября 1980-го. В выпуске этом сообщалось в первую очередь о ликвидации 29 ноября и последующем опознании двух Пожирателей смерти - Арктуруса и Теркто Флинтов. К соответствующей статье прилагалась чёрно-белая двигающаяся колдография. На колдографии этой были показаны лежащие на земле двое молодых людей в чёрных мантиях. Слева лежал с закрытыми глазами явно высокий и массивный черноволосый мужчина с заметными чёрными бровями и крючковатым носом, тогда как справа - блондинка с распущенными волосами, которая хоть и была пониже, но по женским меркам явно была весьма высокой и крупной. Теркто Флинт лежала, как и её муж и боевой напарник, с закрытыми глазами. - Мать была довольно массивной - как-никак Роули, они все здоровенные блондины, - сказал Маркус, забирая у Кайлуса выпуск «Ежедневного пророка» за 30 ноября 1980-го и возвращая его Нарки. - А твоя, эмм, бабушка… - нерешительно сказал Кайлус. - Какой… Какой она была? - Бабушка? - негромко переспросил Маркус. Заметив всё ещё находившегося в помещении с древом Флинтов и ждавшего распоряжений Нарки, Маркус сказал ему: - Нарки, перемести меня и его в помещение с совместным портретом дедушки и бабушки! - Хозяину Ликорусу может не понравиться то, что вы делаете… - заговорил Нарки негромко и неуверенно, но Маркус недовольно приказал: - Я сказал, перемести! И Нарки переместил Маркуса и Кайлуса в основную гостиную Флинту, в которой имелся в том числе совместный неживой портрет молодых Ликоруса и Кенны Флинтов. - Заказали этот портрет вскоре после свадьбы, - пояснил Маркус. - Они летом 43-го поженились, практически сразу же после окончания школы, отправились в свадебное путешествие, и в один момент попозировали вот перед одним художником… Ликорус и Кенна Флинты были изображены находящимися впереди некой белой колонны и немногочисленных деревьев с зелёной листвой. Небо было бледно-голубым с небольшими облаками. Ликорус Флинт был на портрете стоячим, он был правее своей супруги и как бы чуть-чуть сзади неё. Изображён он был молодым, без каких-либо морщин и признаков старости на лице, которое ещё не было серым - оно было вполне нормальным и светлым. Художник вряд ли сильно приукрашивал внешность 18-летнего Ликоруса Флинта, так что тот, скорее всего, так и выглядел тогда, летом 1943-го, производя впечатление красивого и уверенного в себе брюнета в строгом тёмно-синем пиджаке с пуговицами (что соответствовало как маггловской, так и волшебной моде 1940-х годов) поверх белой рубашки и такого же цвета галстука. На портрете 18-летний и не знающий, что будет дальше Ликорус Флинт улыбался и придерживал своей левой рукой слегка приподнятую левую руку Кенны. Сама Кенна была изображена сидячей на не самом простом столе в достаточно простом бледно-розовом платье с закрытыми плечами, короткими рукавами, каким-то тоненьким и небольшим подобием бантика, несколькими небольшими белыми пуговицами сверху вниз, каким-то небольшим бледно-розовым подобием ремня, ниже которого была длинная юбка. На шее имелись небольшие бусы, на руках - белые перчатки. Ликорус Флинт тоже был в белых перчатках. Если левая рука Кенны Флинт была слегка приподнята, то правая - опущена. Что касается собственно внешности Кенны Флинт, то она была блондинкой с длинными и распущенными, но нормально, упорядоченно смотревшимися волосами, светлой кожей, небольшими и тонкими, хотя и в меру заметными каштановыми бровями, довольными и небольшими карими глазами, прямым носом, не слишком тонкими, но и не слишком толстыми губами заметно-розового цвета и небольшим подбородком. Черты лица были в целом не такие тонкие, как у других известных Кайлусу Малфоев, но вот светлые волосы, эта традиционная составляющая внешности Малфоев… Это у Кенны было. Она выглядела именно как представитель рода Малфоев, разве что улыбка была не надменная, а какая-то простая, добродушная… Рядом друг с другом 18-летние Ликорус и Кенна Флинты смотрелись подходящими друг другу и счастливыми. Счастливыми… Да, тогда, летом 1943-го, они определённо были счастливы, ведь они не знали, что будет дальше, что им так не повезёт с детьми, что Кенна в итоге скончается определённо несчастной от рака лёгких в каких-то скромных 62 года… - Помнится, бабушка и в последние годы имела такую вот красивую, молодую внешность, - сказал Маркус. - Внешне… Внешне она не была потрёпана всем, что… Всем, что произошло… Скорее душевно. Она, может, и умерла много лет назад, но я… Я всегда буду её помнить, и она… Она останется в моей душе, что бы ни случилось. У Кайлуса как-то спонтанно, словно по неволе вырвалось: - После стольких лет? - Всегда… - негромко ответил Маркус, после чего приложился правой рукой к портрету, опустив при этом голову и приподняв правую руку вверх.