Вкус жизни

      Соник оказывается на пороге его дома ровно через пятнадцать минут после своей смены. Шэдоу собирается с духом прежде чем открыть дверь. Еж нетерпеливо улыбается ему, держа в руках пакеты из ближайшего продуктового супермаркета.       — Я заскочил за продуктами, — говорит он, передавая пакеты Шэдоу. — Такая очередь была!       — Можешь оставить обувь на полке, — Шэдоу внимательно сканирует взглядом ингредиенты, хмыкая. — Отлично, специи нужные у меня есть.       В прошлый раз ему не довелось разглядеть квартиру Шэдоу как следует, но теперь он с интересом оглядывал интерьер, шагая за хозяином квартиры. Просто и со вкусом. Открытая просторная гостиная с огромным мягким диваном и широким телевизором, где сидел Мефилес, явно увлеченный происходящим на экране.       — Привет, — неловко здоровается Соник, все еще чувствуя небольшую угрозу от него. — Прости за тот раз, это было очень грубо.       «Зато честно,» смеется Мефилес, поворачиваясь к нему. Соник вздрагивает, прикрывая глаза. «Ты привыкнешь к такому общению.»       — Ты читаешь мысли?       «Нет, это долго и нудно объяснять,» Мефилес отворачивается к телевизору. «Как нибудь потом. Когда ты перестанешь трястись от коротких разговоров.»       Соник неловко смеется, сбегая на кухню к Шэдоу. Тот стоит в обычном фартуке, неспешно раскладывая все на стол. Еж ненароком замечат, что его движения плавнее обычного, хотя иголки все равно немного искрятся, словно он переполнен энергией. Словно Шэдоу — река вышедшая из берегов.       — Все точно в порядке? — спрашивает он, намекая на ту ситуацию. — Я правда пойму, если-       — Ты тут не причем, — отрезает Шэдоу холоднее, чем планировал. — Моя энергия хаоса очень неустойчива и ее больше, чем нужно, — продолжает он гораздо мягче. — Те браслеты у Мефилеса — кольца ингибиторы. Они помогают регулировать эту энергию и поглощают большую часть. Но я отдал ему два, а мои два оставшихся не справляются на сто процентов, — объясняет он.       — О, я думал тебе просто нравятся блестяшки, — глупо и неловко хихикает Соник. — Спасибо, что поделился. Правда. Я ценю это.       И он действительно имеет это в виду: откровение Шэдоу ощущается чем то сакральным. Черный еж почти не рассказывает о себе, а тут сразу делится столь важной особенностью своего организма. Соник осторожно подходит ближе, с облегчением замечая, что Шэдоу остается в своем плавном темпе. Может все и правда не так плохо.       На маленькой, в сравнении с ресторанной, кухне они стоят почти вплотную, периодически соприкасаясь плечами. Соник впитывает каждое слово и движение, почти не сводя взгляда с Шэдоу. Кухня наполняется острым запахом чили. Шэдоу обжаривает длинную булочку до легкой хрустящей корочки, достает из небольшого гриля колбаски из фарша, позволяя Сонику закончить хот доги самому.       Соник часто брал еду на вынос, чтобы быстро подкрепиться, но хот доги с чили от Шэдоу были на совершенно другом уровне. Сладкий хрустящий лук практически таял во рту и даже пикантная острота не перебивала яркий вкус мяса.       — Черт возьми, с сегодняшнего дня чили доги моя любимая еда! — восхищенно восклицает Соник, уминая хот дог за пару укусов. — Никогда не думал, что можно приготовить подобное блюдо настолько вкусно!       — Все дело в ингредиентах, — просто отвечает Шэдоу. — Мы сами сделали колбаски из настоящего мясного фарша и довели до ума чили.       Широкая улыбка не сползает с лица Соника и Шэдоу не может сопротивляться тому, как поднимаются уголки его губ в ответ. Необыкновенная усталость накатывает новой волной, перед глазами появляются темные мошки. Соник продолжает что-то говорить, но единственное, что слышит Шэдоу, — звенящий гул в ушах.       Он не слышит треска браслетов, но чувствует, как энергия хаоса горячей лавой распирает его изнутри. Много. Ее слишком много. Шэдоу делает резкий вдох, впиваясь когтями в стол, чтобы не упасть. Не медля, Соник бережно подхватывает его под руками, пытаясь не поддаваться панике: сердце Шэдоу заходится в таком бешеном ритме, что, кажется, попросту разорвется на следующем ударе.       — Мефилес! — срывающимся голосом зовет Соник, не зная, как помочь черному ежу.       Благо Мефилес оказывается рядом мгновенно, появляясь фиолетово-белым туманом на кухне. Паника на секунду проскальзывает в его взгляде, но он закапывает это чувство как можно глубже, без усилий поднимая брата на руки. Золотые кольца с громким звоном падают на пол.       «Надо позвонить тому профессору,» говорит он и Соник кивает, даже не обращая внимания на гремящий голос у себя в голове. «Найди его телефон, я отнесу его на кровать.»       Синей молнией Соник проносится по всей квартире, наконец находя смартфон за подушками дивана. Ну конечно на нем должен быть пароль. Соник возвращается в его комнату, неловко стоя в дверях.       Мефилес медленно гладит брата по голове, нервно смотря, как оранжевые искры в его иголках угасают. «Тринадцать четырнадцать его пароль,» Мефилес даже не оборачивается, чтобы посмотреть на Соника. Тот кивает, заходя в последние вызовы и недоуменно хмурится.       — Тут только Руж, Роуз и… папа? — Соник ищет нужное имя по всей телефонной книге. — Никто не записан, как профессор.       «Он звонил профессору позавчера.»       Соник нервно нажимает на вызов, включая на громкую связь. Спустя несколько долгих гудков он наконец слышит сонный голос по ту сторону вызова.       «Шэдоу?»       — Эм, здрасьте. Вы профессор? — задает глупый вопрос Соник.       «Ну мои докторские степени пока при-»       — Шэдоу потерял сознание, и его кольца сломались, и ему очень плохо, — перебивает Соник, нервно стуча ногой по полу.       «Я буду в течение двадцати минут», Соник облегченно выдыхает. «Постарайтесь привести его в сознание.»       Проще сказать, чем сделать. Шэдоу почти не дышал, не смотря на то, что его сердце билось в совершенно бешеном ритме. И он был ледяной по сравнению со своей обычной температурой.       «Принеси таз с теплой водой,» командует Мефилес, смотря как Соник уносится прочь. «Тебя даже торопить не надо, ишь какой шустрый.»       Обычно Соник бы сказал, что он быстрейшее существо на планете, но в отличие от Мефилеса он был в панике. Вода лилась слишком медленно и не казалась достаточно теплой.       «Он не умирает, Соник,» голос Мефилеса звучит непривычно мягко. «У него есть как минимум пара дней в запасе, а тот самый профессор будет всего лишь через восемнадцать минут.»       — Что значит пара дней в запасе?! — Соник подбегает к нему с тазом горячей воды и небольшим чистым полотенцем.       «До того, как энергия хаоса разорвет его на части,» Мефилес прикрывает глаза. «Я не могу рассказать тебе всего, это и секрет Шэдоу. Но я знаю, как это работает.»       — Если что-то нужно от меня, только скажи, — Соник садится на колени у кровати, касаясь кончиков пальцев Шэдоу.       Мефилес мотает головой, вновь обращая все свое внимание на Шэдоу. Он стирает холодный пот со лба брата, чувствуя, что его самоконтроль уже на исходе: он прекрасно помнит тот последний раз, когда видел Шэдоу в таком состоянии. Его маленький брат почти умер в ту ночь и тогда он твердо решил, что спасет Шэдоу любой ценой.       Профессором оказывается старый мужчина за восемьдесят. Он смотрит на ежей с секунду, прежде чем уверенным шагом пойти в сторону комнаты Шэдоу, держа в руках металлический кейс.       — Вот как знал, что нужно с его колец начинать, — вздыхает он и его усы подпрыгивают в такт дыханию. — Глупый мальчишка. А ты еще кто? Тот что пострашнее явно брат, а синий..?       — Друг, — Соник хочет надеяться, что это правда. Мефилес молчаливо кивает. — Мы готовили вместе, а потом он начал терять сознание.       Профессор коротко хмыкает, открывая кейс. Там лежат две пары новеньких золотистых колец с темной полоской посередине и какие-то провода с датчиками.       — Сначала я выкачаю излишек, — говорит Джеральд, смотря на Мефилеса. — Хватит смотреть на меня так, будто хочешь убить. Я делал это уже, все будет в порядке. Хотя возможно его стошнит, — профессор не выглядит хоть каплю встревоженным.       «Я просто волнуюсь,» признается Мефилес. «Вы знаете о, ну, его прошлом?»       — О том, кто его отец? О да, к своему сожалению, — профессор недовольно цокает, надевая датчики на Шэдоу. — Но я выбрал помочь этому ребенку и пока что у меня получается. Ты же не принесешь беду у себя на хвосте?       «Отец считает меня мертвым. Как и Шэдоу. Его не интересуют новости этой страны, она слишком бедная и безоружная по его меркам,» отвечает Мефилес. Соник недоуменно крутит головой слыша только половину разговора. «Он не знает про GUN.»       — Шэдоу действительно повезло, что у него есть такой брат как ты, — Джеральд смотрит на ежей. — Сейчас будет больно, держите его, чтобы он не поранился.       Крик Шэдоу заставляет кровь стынуть в жилах. Соник держит его голову у себя на коленях, не в силах оторвать от него взгляд. Это действительно выглядит чертовски болезненно.       — Все хорошо, это скоро закончится, — шепчет он скорее себе. — Ты будешь в порядке.       Каждый в этой комнате понимает, что это необходимость, но слышать этот крик полный боли просто невыносимо. Соник поджимает губы, не выпуская вырывающегося Шэдоу из ладоней, и бесконечно извиняется перед ним мысленно. Когда еж замирает на пару секунд, он тратит эти мгновения на то, чтобы стянуть перчатки: плотная ткань цепляла иглы явно принося дополнительный дискомфорт. На удивление ни Мефилес ни профессор не обращают на это внимания, хотя, пожалуй, в подобной ситуации Соник тоже не задумался бы об этой традиции прикрывать лапы. Хей, в прошлый раз Шэдоу вышел к нему в тапочках на босу ногу!       Ко второму часу ночи Шэдоу наконец расслабляется, лишь мелко дрожа. Джеральд кивает сам себе, вытирая рукавом халата мокрый лоб, и застегивает браслеты на лапах ежа. Соник наклоняется, соприкасаясь лбами с Шэдоу и неразборчиво шепчет что-то, чувствуя как слезы облегчения стекают по щекам.       — Пусть отдыхает и восстанавливается минимум неделю, — говорит Джеральд, переводя взгляд на Мефилеса. — Я принесу кольца для тебя через два дня и еще раз проверю его состояние. Никакого бега, никакой телепортации. И пусть немного поест чего-нибудь легкого, как проснется.       «Спасибо вам,» Мефилес благодарит его с коротким поклоном. «За то, что были рядом, когда я не мог.»       — Ты вытащил его из ада, малец, — понизив голос говорит профессор. — Это больше чем все, что я сделал для него. Я оставлю немного седативных для синего, кажется он на грани срыва.       Соник не обращает на них внимания, медленно расчесывая пальцами спутанные иглы. Он не замечает, как Джеральд уходит, как скрывается на кухне Мефилес, оставляя их наедине. Шэдоу действительно мог умереть сегодня. Шэдоу. Мог. Умереть.       «Тебе тоже стоит поспать,» мягко говорит Мефилес. «Он будет в порядке.»       — У него остановилось сердце на десять секунд, — сиплым голосом отвечает Соник. — А вдруг он перестанет дышать или-       «Я послежу за ним. Все позади, Соник. Все обошлось.»       — Я… можно я тут останусь?       «Я принесу еще подушку из зала,» кивает Мефилес, скрываясь в дверях.       Сердце Шэдоу останавливалось на тринадцать секунд.       Единственное, что удержало Мефилеса на плаву, — непоколебимая уверенность профессора в своих действиях. Он был явно лучшим отцом для Шэдоу, чем проклятый Блэк Дум.       Мягкая подушка в итоге не пригодилась: Соник успел задремать на груди Шэдоу, вслушиваясь в размеренное сердцебиение ежа. И почему его глупый брат так уверен, что у него с синим ежом нет никаких шансов?

***

      Полуденные лучи осторожно просачивались сквозь плотные шторы, не торопясь будить двух ежей. Соник спал чутко, то и дело подскакивая, прикладывал ухо к груди Шэдоу и только удостоверившись, что его сердце размеренно бьется, ложился обратно, обнимая озябшие плечи. Он всегда боялся смерти, не сколько своей, столько как явления в целом. И на те долгие секунды для него Шэдоу был мертв.       — Соник? — усталый, охрипший от криков голос негромко позвал его. Шэдоу не сказал ни слова о подобном вторжении в личное пространство — признаться честно, у него вообще не было сил даже думать об этом.       — Ты нас здорово напугал, — тихо отвечает Соник, не торопясь отходить от него.       — Соник.       — Я правда думал, что-       — Соник, — требовательнее зовет Шэдоу. — Меня сейчас стошнит. И либо я дойду до туалета, либо количество неловких моментов между нами повысится на один.       — Ох, да, конечно, — Соник подскакивает на месте, помогая ему встать. — Этот твой профессор говорил, что тебя будет тошнить. Я помогу.       — Извини, что тебе пришлось увидеть все это.       Соник мотает головой, помогая ему подняться с кровати. Шэдоу, явно до этого надеявшийся дойти самостоятельно, обессиленно опирается на него всем весом, позволяя отвести себя в ванную. Он стоит рядом, бережно придерживая иглы у висков, и не говорит ни слова.       — Ты не сильно беспокоишься об отсутствии перчаток, — замечает Шэдоу, садясь на мягкий коврик под раковиной. — Ты вырос с людьми?       — А? Откуда ты..? — Соник ошарашенно поднимает голову, едва не стукаясь о белоснежный кафель.       — Руж чуть не прикончила меня, когда я встретил ее без носок и перчаток, — хмыкает Шэдоу, разглядывая собственные когти.       — В детстве я постоянно выходил без перчаток, потому что мои родители обычно не носят их! — подхватывает Соник, замечая когти. — Ого, они у тебя такие острые… Ими можно вскрывать банки без открывашек!       Шэдоу приглушенно смеется, кладя голову на плечо Соника. У синего ежа действительно едва заметные коготки и подушечки на лапах похожи на желе. Соник без стеснения прикладывает их ладони, сравнивая когти по размеру. Хоть персиковая ладошка и выглядит больше, ладонь Шэдоу кажется смертоносной. Соник с любопытством разглядывает красную полосу, окрасившую два пальца, затем заочарованно нажимает на грубые, почти в цвет меха подушечки.       — Тебе прям нравится меня трогать, — совсем без упрека, даже с некой усмешкой замечает Шэдоу.       — Ты выглядишь очень необычно для ежа. Ты полукровка?       — Что-то вроде того, — соглашается Шэдоу, умалчивая часть правды.       Полукровками, как правило, считались мобианцы, чьи родители были разных видов. Шэдоу даже не был настоящим мобианцем, он был создан путем смешения генетических кодов ежа и блэк армс.Просто удачный генетический эксперимент.       Будет лучше, если Соник найдет себе в партнеры настоящего мобианца.       «Чего расселись,» Мефилес выгнул бровь, смотря на… а это это, собственно было? «Сильно тошнит?»       — Терпимо. Тут мягко, — Шедоу прикрывает глаза, устало кладя голову на плечо Соника.       «Он еще не до конца пришел в себя,» обращается Мефилес к Сонику.       — Я побуду с ним, пока не буду уверен, что он в порядке, — одними губами, почти неслышно произносит Соник, поглаживая темные иглы Шэдоу.       «Ему действительно повезло с тобой,» улыбается глазами Мефилес.       Шэдоу зевает, поудобнее укладываясь на плече Соника, и синий еж сосредотачивается лишь на мерном дыхании того. Мефилес смотрит с долей беспокойства и, хоть все и выглядит вполне хорошо, Соник не может не волноваться. Но Шэдоу продолжает размеренно дышать, его сердце бьется без перебоев и в конце концов Соник успокаивается: наверное Мефилес просто волнуется за младшего брата.       «Идите обратно на кровать,» коротко бросает он, отводя взгляд. «Шэдоу будет еще долго в этом состоянии, это дерьмо сильно бьет по мозгам.»       Соник непонимающе наклоняет голову. Опасность еще не миновала? Все может повториться? Паника в его взгляде не укрывается от цепких глаз Мефилеса.       «У него действительно очень хорошая регенерация, он будет в порядке,» говорит он, стараясь, кажется, больше убедить себя. «То, что у тебя будет заживать неделю, у него исчезнет за пару дней.»       — Прости, мне просто так страшно отпустить его, — оправдывается Соник, держа Шэдоу за запястье, чтобы чувствовать пульс.       «Я ни в чем не виню тебя,» Мефилес садится на корточки, легко кладя ладонь на синюю макушку. «И не выгоняю тебя. Можешь оставить сколько считаешь нужным.»       — Спасибо.       Шэдоу ворочается рядом с ним и Соник бережно поднимает его на руки, относя его в спальню. Когда он хотел узнать своего шефа получше, он явно не ожидал увидеть его в почти агоническом состоянии. Он не думал, что старуха с косой вновь окажется в опасной близости.

***

      Заскочившая проверить друга Руж явно не ожидала увидеть Шэдоу в таком ужасном состоянии. Она без раздумий бросила пакеты на пол, подлетая к нему с небывалой скоростью. Шэдоу был холодным и его кожа приобрела сероватый оттенок.       Она даже не обратила внимания на дремлющего рядом Соника, крепко сжимающего его запястье.       — Шэдди.., — она осторожно проводит ладонью по холодному и мокрому лбу.       «Он восстанавливается,» негромко произносит Мефилес, едва ли выглядя лучше. «Он будет в порядке.»       — Так, его видел доктор? — спрашивает она, кажется не осознавая, что только что слышала Мефилеса у себя в голове. Тот коротко кивает, стоя в дверях. — Хорошо. Тогда не будем их беспокоить, — она замирает на секунду, неверяще смотря на Соника. — Хаос меня раздери…       «Кажется у мальца какая-то травма связанная с похожим событием. Он не отлипает от Шэдоу.»       Холод пробирает ее до костей: она почти уверена, что «какая-то травма» Соника связана со смертью, и мысль о том, что Шэдоу мог умереть, пока она была поглощена подготовкой к свадьбе, бросала в дрожь. Шэдоу всегда был невероятно стойким, не болел ни разу на ее памяти, а это выбивалось за все шаблоны.       Осторожно, словно это касание могло навредить, она провела ладонью по его иглам, тихо выходя из комнаты.       «У него останавливалось сердце на тринадцать секунд,» подрагивающим голосом говорит Мефилес. «После десятой я действительно думал, что потерял его.»       — Ох, дорогуша, — Руж чувствует эту дрожь всем нутром: Мефилес едва держится на плаву. — Пойдем, тебе тоже нужно немного успокоиться.       «Он спит уже девятнадцать часов,» он смотрит на летучую мышь, позволяя увести себя на кухню. «Мне страшно, что он не проснется, хотя профессор говорит, что все так и должно быть.»       — Шэдоу упоминал профессора несколько раз, — мягко начинает Руж. — Джеральду можно доверять. Я сделаю тебе чай и что-нибудь поесть, хорошо?       В такие моменты Мефилес понимал, что все было не зря. Шэдоу обрел настоящую семью, тех, кто заботится о нем намного лучше, чем непутевый старший брат. И эти же люди были готовы позаботиться и о нем.       Еда, приготовленная Руж, была не такая крышесносная, как получалось у Шэдоу, но это было вкусно. По большей части, наверное, потому что это было проявлением заботы, явления, которое до сих пор кажется Мефилесу чем-то диким: неужели кто-то действительно волнует состояние такого уродца, как он. Едва ли из него можно извлечь выгоду.       — У тебя и правда странный способ общения, — говорит Руж, когда посула перед ним оказывается пустая. — Знаешь, мне часто приходится иметь дело с файлами о разных странах… Засекреченными файлами, — поясняет она. — И я почти уверена, что вы оба как-то связаны с империей Дум.

***

      Без Шэдоу на кухне творится полный хаос. Эми едва ли может безупречно подражать манере шефа дирижировать. Без шума и лишних движений. Без спешки. И сообщения от Руж, что Шэдоу стало только хуже, вгоняли ее в тоску. Большинство поваров, несмотря на ее стаж, не желали слушать какую-то девчонку. Еще и Соник пропустил две смены подряд.       Уж от кого, а от него Эми не ожидала подобного!       Неужели весь коллектив строился лишь вокруг беспрекословного авторитета Шэдоу, а она была лишь обыкновенным кондитером? Рядовым поваром? Даже от мысли об этом хотелось лезть на сцену, но она лишь натягивала самую холодную маску и выполняла свою работу: подводить Шэдоу было бы очень не профессионально.       А она еще так радовалась тому, что является вторым шефом в таком престижном ресторане!       — Ты не наш шеф, — грубо оборвал ее один из старших поваров, тех, кто был на кухне почти с самого начала. — Ты здесь только потому что шеф не может найти подходящего напарника и девчонка делающая сладости показалась ему приемлемым вариантом.       Возможно он прав. Ей стоило остановиться на обычной маленькой кондитерской.