Спаси маленького Юаня, Лань Чжань...

      В поисках Сюэ Яна Не Минцзюэ направился в город И — это было достаточно близко от земель Цинхэ, к тому же, судя по словам местных жителей, Босяка из Куйчжоу чаще всего видели именно там. — Плохо дело, — сказал себе Не Минцзюэ, добравшись до города И. — Похоже, что с попустительства Мэн Яо Сюэ Ян баловался здесь некромантией и мог превратить весь город И в землю, населенную подчинёнными им двоим живыми мертвецами. А ещё эта резня в клане Чан — Мэн Яо сумел защитить своего подчинённого от ответственности за нее, под предлогом недостаточности доказательств, но сейчас Мэн Яо нет в живых, так что… — Надо же, кто в гостях у ничтожного Сюэ Чэнмэя! — раздался за спиной Не Минцзюэ голос Сюэ Яна. — Сам Чифэн-цзунь прослышал о моих прежних деяниях и намерен, как и многие другие, призвать меня к ответу? Но для этого нужны веские доказательства. — Мэн Яо теперь нет, спасать тебя от ответственности больше некому, — предупредил Не Минцзюэ. — Я отлично понимаю, что ты не позволишь арестовать себя просто так, но честный поединок между нами наверняка решит дело. Если ты проиграешь, то сдашься и будешь предан суду, как полагается. Сюэ Ян от души рассмеялся. — У меня нет ни малейшего желания сначала подставляться под Бася, а потом дать просто так казнить себя, Чифэн-цзунь.       С этими словами Сюэ Ян запустил руку в рукав своего ханьфу и бросил в глаза Не Минцзюэ горсть своего яда, причем, с такой быстротой и внезапностью, что Не Минцзюэ просто не успел ничего предпринять. Боль была адской и яд подействовал практически мгновенно, но Не Минцзюэ все же успел за миг до того, как утратил зрение, метнуть в Сюэ Яна Бася и отсечь ему голову. Призвав на помощь духовную энергию, чтобы действовать и без помощи глаз, Не Минцзюэ развеял тело Сюэ Яна и рассудил, что чем скорее он вернётся в Нечистую Юдоль, тем больше шансов, что ему ещё удастся вернуть зрение. И тут талисман Не Хуайсана помог ему, как никогда. Тело Не Минцзюэ объяло нежнейшее тепло, словно сам Не Хуайсан был рядом, помогая идти своему дагэ, и Не Минцзюэ легко встал на Бася и полетел домой, а боль в повреждённых ядом глазах понемногу угасала. *       Когда Не Минцзюэ вернулся в Нечистую Юдоль, там гостили Лань Сичэнь и Цзян Чэн. Глава Лань прибыл по приглашению Не Хуайсана, так как тот хотел поскорее рассказать все Сичэню о Мэн Яо, а Цзян Чэн прилетел, чтобы сказать Не Хуайсану о своих чувствах, что хотел сделать уже давно. — Выходит, я зря обвинял и Вэй Усяня, и Вэнь Нина в трагедии на тропе Цюнци… — задумчиво произнес Цзян Чэн. — Жаль, что мы узнали всё так поздно. — Зато ты можешь простить своего шисюна хотя бы теперь, и, пусть и посмертно, но восстановить его доброе имя, А-Чэн, — мягко заметил Сичэнь. — Я так и сделаю — на первом же совете кланов, — решил Цзян Чэн. — Заодно объявлю о намерении вступить в брак с моим А-Саном, а самое главное — об объединении орденов Не и Цзян, и о том, что А-Лин отныне будет воспитываться в Пристани Лотоса и в Нечистой Юдоли. А старейшины ордена Цзинь пусть выбирают себе нового главу. Подобное уже наверняка случалось в истории заклинательских орденов — если кровного наследника ордена нет, есть возможность либо выбрать такового, либо найти в одной из боковых ветвей семейства Цзинь, либо сделать наследницей одну из дочерей старейшин Цзинь. — Все верно, А-Чэн, — одобрил Лань Сичэнь. — А-Лин в будущем станет другом А-Юаня, и это будет хорошо. А я сейчас возьму моего А-Цзюэ в Облачные Глубины — наши лекари наверняка отыщут способ вернуть ему зрение. — Полагаюсь на искусство целителей Лань, — ответил Не Минцзюэ. — И, пока я ещё здесь, то при свидетелях передаю управление Нечистой Юдолью и орденом Не моему младшему брату. У А-Сана лучше получится управлять орденом Не, а я хочу поселиться в Облачных Глубинах не только ради того, чтобы вернуть себе зрение и не только ради любви к моему Сичэню, но также и ради того, чтобы исцелиться от склонности к искажению ци, свойственной всем адептам ордена Не. — Разумное решение, дагэ, — поддержал его Не Хуайсан. — Я не подведу, обещаю тебе. — Я знаю, А-Сан, — ответил Не Минцзюэ. — Кто знает, не окажутся ли твои веера сильнее сабель в будущем… — Суть не в том, станут ли веера сильнее сабель, дагэ, — слегка улыбнулся Не Хуайсан, — а в том, что они станут совершеннее сабель в будущем. Клянусь, я приложу к этому все усилия, но пока нужно думать лишь о том, чтобы благополучно вернуть тебе зрение. Отправляйся в Облачные Глубины вместе с нашим Сичэнем, а мы с А-Чэном будем молить Небо о скорейшем исцелении дагэ. — Это не будет лишним, — признался Не Минцзюэ. — Похоже, что яд Сюэ Яна не только лишил меня зрения, но и как-то повредил мне лёгкие — жжение в груди не отпускает с момента моего возвращения в Нечистую Юдоль… — Моему А-Цзюэ помогут лучшие лекари, — пообещал Лань Сичэнь, и сдержал своё слово. В Облачных Глубинах о Не Минцзюэ не только заботились самые лучшие целители, со временем смогшие создать противоядие от яда Сюэ Яна, но и сам Сичэнь, тщательно и бережно восстанавливал здоровье возлюбленного с помощью целительных мелодий, одновременно понимая, что всегда любил только одного Не Минцзюэ. Полностью поправившись, восстановив зрение и здоровье лёгких, Не Минцзюэ сменил одежды ордена Не на облачение Ланей, а Бася — на меч, и стал счастливо жить вместе с Лань Сичэнем, понемногу забыв о своей склонности к искажению ци.