Я никогда ничего никому не скажу

      По дороге обратно Игорь вдруг замотал головой и попросил Андрея свернуть не на углу проспекта, а раньше.       – Солнечная улица, пятый дом, – неуверенно проговорил он, будто припоминал давно забытый адрес.       Геннадий Михалыч, который чуть не задремал на заднем сиденье, вдруг встрепенулся.       – Я думал, мы едем домо-ой, – зевнул он и уставился в мокрое окно. Дождь начал накрапывать, когда они собирали вещи на пляже, а на подступах к городу стал поливать, как из лейки. Дворники на лобовом стекле еле-еле с ним со скрипом справлялись.       Игорёк неловко кивнул.       – Да, – сказал он слегка напряжённо. – Но сначала заедем к моей маме.       Андрей спокойно спросил:       – Хочешь меня с ней познакомить?       – Хочу успеть с ней помириться, – выдохнул Игорь. И критически хмыкнул:       – Хотя вряд ли получится. И то, и это.       Андрей усмехнулся:       – Может, мне тогда лучше сначала заехать домой? Переодеться и принять душ?       Игорёк прыснул и простонал сквозь смех:       – Не забудь одеть костюм и купить ей цветы!! Ты что, собрался просить у неё моей руки?       Андрей быстро глянул в зеркало заднего вида, встретился глазами с Геннадием Михалычем и слегка покраснел.       – А что? – напористо усмехнулся он. – Если и собрался?       Игорёк фыркнул:       – А то, что она тебя с лестницы спустит!       Геннадий Михалыч снова зевнул и медленно проговорил:       – Нас обоих – вряд ли.       Игорёк опешил и разинул рот.       – Я всё-таки парень, – сипло напомнил он.       Геннадий Михалыч иронически хмыкнул:       – Значит, сэкономим на подвенечном платье!       Рыжий за рулём хохотнул, не отрываясь от дороги.       – У тебя замечательный папа! – чуть ли не с завистью проговорил он. И, заехав во двор, спросил:       – Какой подъезд?       – Второй, – уныло ответил Игорёк.       – А квартира? – не унимался Андрей.       – Тринадцатая, – вздохнул Игорёк. – Второй этаж, направо.       Рыжий кивнул и поискал глазами место для парковки.       – Ничего, если я напротив подъезда под деревом встану? – неуверенно спросил он, глянув направо, на Игоря. Тот пожал плечами:       – Да пожалуйста, где захочешь!       Андрей вывернул руль и, чуть дав газу, заехал на засыпанный пожелтевшей хвоей низкий пригорок под раскидистой сосной. С хрустом дёрнул ручник, заглушил мотор и предупредил:       – Геннадий Михалыч, не смотрите, пожалуйста.       А потом звонко чмокнул Игоря в щеку.       – Люблю тебя, – просто сказал он. – Ну что, пошли получать пистон?       Игорь отстегнул ремень, вышел под крону сосны, куда не доставал дождь, быстро огляделся по сторонам и пнул шишку. Геннадий Михалыч, покряхтывая, выбрался с заднего сиденья за ним. Андрей выскочил из машины, крутанул на пальце ключи и просто захлопнул дверь.       – На сигнализацию не будешь ставить? – ворчливо напомнил Геннадий Михалыч.       Андрей поднял на него весёлые глаза:       – А у меня её нету! – улыбнулся он. И, оглядев пошарпанную перекрашенную колымагу, пожал плечами:       – Да кому она нужна? Если кто угонит, пусть сам с ней и мучается!       Игорёк хохотнул, закинув голову и шагнул под дождь, ловя капли ртом. Рыжий догнал его быстрыми шагами и тоже подставил лицо под струи, улыбаясь от уха до уха. Геннадий Михалыч даже залюбовался ими обоими. И шуганул кота, который прицелился то ли вскочить на капот, то ли спрятаться от непогоды под колёсами:       – Брысь, нечистая сила!       Кот обижено зашипел и жалобно мяукнул. Андрей обернулся и крикнул:       – Да пускай его, жалко вам, что ли?       Геннадий Михалыч покрутил головой, но ничего не ответил, а молча пересёк тротуар и вошёл вслед за парнями в подъезд.       Дверь открыла стройная невысокая женщина со слегка подкрашенными хной каштановыми волосами и круглым лицом. Она вгляделась сквозь очки в визитёров и с притворным удивлением произнесла:       – Батюшки-светы, целая делегация!       Андрей чуть покраснел и проговорил:       – Здрасьте.       А Игорь ровным голосом ответил:       – Здравствуй, мама, – и спокойно зашёл в дверь, чуть не втолкнув за плечи замешкавшегося на пороге Андрея внутрь. – Это Андрейка, мой друг. Мы вместе учимся. А это Геннадий Михалыч.       Геннадий Михалыч хмыкнул, поздоровался и назвался.       – Я его преподаватель, – коротко отрекомендовался он. Мать Игоря скользнула по нему вопросительным взглядом и уставилась на рыжего парня.       – Что вам угодно? – вежливо, но без особого радушия осведомилась она.