Что было в Хогвартс-экспрессе остаётся в Хогвартс-экспрессе

Дверь с грохотом распахнулась, впуская в прихожую пару слегка подвыпивших родителей. — Наконец тишина! — Нерданэль сбросила красные туфли-лодочки, которые залетели куда-то под стол. — Пока что, — Феанаро ухмыльнулся, снимая плащ. — Подожди, пока начнётся квиддич, и они устроят в Хогвартсе вторую братоубийстаенную резню. — Эй, не смей так шутить! — Она шлёпнула его по плечу. — Они друг за друга горой. Даже за кузенов. Помнишь, как Майти защищал Финьо от озверевшего гиппогрифа? — Да... «Мама, это всего лишь царапины...» — Феанаро закатил глаза, спародировав интонацию старшего сына, и налил супруге бокал красного вина. В этом доме всё было красным. — А шрамы-то остались, — Нерданэль вздохнула, но в глазах читалась тёплая ностальгия. — Хотя, если честно, — она сделала глоток, — я всё равно переживаю. Почему до сих пор нет совы? Они же должны были уже доехать... Феанаро подошёл ближе, его пальцы скользнули по её талии. — Если бы что-то случилось, Дамблдор уже прислал бы нам пару дюжин сов, — он прижал губы к её шее. — А раз тишина, — поцелуи спускались всё ниже к ключице, — значит, всё хорошо. — Ты слишком уверен в этом, — прошептала она, вытягивая шею навстречу поцелуям, не сопротивляясь, когда его руки начали расстёгивать её платье. — Я уверен только в одном, — Феанаро обернул её к себе, и Нерданэль почувствовала, как его дыхание стало горячее, — что через пять минут ты забудешь даже имена наших детей. — Ох, это мы ещё посмотрим, — её смех растворился в поцелуе. Поцелуи становились всё жарче, и вскоре они остались совсем без одежды. Феанаро бесцеремонно повалил супругу на диван прямо в гостиной. Им больше не от кого прятаться. Даже Хуан, обычно встречавший их с виляющим хвостом, куда-то пропал. — Ты помнишь, как мы зачали Майти? — он ласкал её в области бёдер, дразня, но нарочно обходя самые чувствительные зоны. Он знал тело Нерданэль лучше, чем свои чертежи. — В кузнице... — тяжело дыша, ответила она. — Ты работал над... ах... — Феанаро задел ту самую зону с хищной улыбкой. — Над новым сплавом... Я... принесла тебе воду, и... — А как мы зачали Кано? — он перевернул её на живот и продолжил покрывать поцелуями её спину. Нерданэль почувствовала, как к лицу прилил жар. — После концерта... — прошептала она, сжимая пальцами подушки. — Я играла на арфе, а ты... отвёл меня за сцену... Феанаро опустился к её ягодицам и начал водить по ним то нежными, то настойчивыми движениями, чуть раздвигая бёдра. Он продолжал "экзамен": — Что насчёт Морьо? — Ммм... — сладко простонала эльфийка. — Ты делал мне массаж... лавандовым маслом. Оно было таким... тёплым... а потом ты начал втирать его не только в спину... Феанаро достал тюбик такого же масла и начал осторожно втирать его в тело Нерданэль, начав с ягодиц и поднимаясь вверх. Эльфийка изнывала от возбуждения. Она знала, что Феанаро любил дразнить её до полубезумия, пока она сама не вырвет у него контроль. И когда он насел на неё сверху, жадно массируя плечи, Нерданэль больше не смогла терпеть. Она резко перевернулась прямо под ним, притянула его к себе, а затем откинула на диван, взгромоздившись сверху. Роскошные рыжие волосы рассыпались по её набухшей груди, и Феанаро не смог удержаться, чтобы не сжать их в кулак. Но ей уже было не до игр. Она нащупала его член, провела головкой по своему уже мокрому входу во влагалище, а затем медленно опустилась на него, заполняя себя до предела. Феанаро прошипел от наслаждения, но ухмылка не сошла с его лица. Он получил, что хотел. Нерданэль приподнялась на коленях, оставив внутри только кончик, а затем снова села, быстрее и глубже. — Ты не заметила... что я пропустил вопрос про... Тьелко, — задыхаясь, пробормотал он. — Заткнись, — она вцепилась ему в плечи и ускорила ритм. Феанаро застонал, впиваясь пальцами в её талию, но Нерданэль не останавливалась. — Ты хотел воспоминаний? — она наклонилась, прижимаясь грудью к его груди и прошептала прямо в губы: —Вспомни, как мы зачали Курво-младшего. И они бы точно зачали кого-нибудь ещё в этот вечер, если бы внезапная волна воспоминаний не накрыла их обоих одновременно. То самое первое тайное соитие в кузнице Махтана, запах раскаленного металла, липкий от пота лоб, дрожь в коленях от риска быть пойманными. Этот образ вспыхнул в их сознании с такой яркостью, что кульминация настигла обоих мгновенно и безудержно. Нерданэль резко приподняла таз, чувствуя, как горячие струйки семени Феанаро замысловатыми петлями ложатся на её живот, будто мастер-кузнец выводит тончайший узор на драгоценном металле. "Он даже в этом творит. Воистину Искусный Финвэ", — промелькнуло в её голове, но произнести что-либо вслух она была не в состоянии. Они лежали, глубоко и часто дыша, слушая синхронные удары сердец. Жар между их телами медленно угасал, оставляя после себя приятную истому. Феанаро уже начал клевать носом, когда внезапный шум нарушил тишину. В проём для писем с громким шелестом перьев и глухим шлёпком влетела стопка писем. Нерданэль мельком заметила мелькающее коричневое крыло — сова явно торопилась скрыться. — Может, пусть полежат до утра? — лениво пробормотал Феанаро, прижимаясь губами к её плечу. Но Нерданэль уже тянулась за влажной салфеткой, тщательно удаляя с живота застывающие узоры его семени. Накинув алый шёлковый халат, она подняла с ковра валявшуюся палочку — то ли свою, то ли Феанаро. — Акцио: письма! Первым в её всё ещё дрожащие от напряжения руки упал конверт из плотного пергамента с официальной печатью Хогвартса. Феанаро затаил дыхание. В этот момент он был готов молиться даже Манвэ, лишь бы его драгоценное потомство не влипло очередной скандал. — Амбаруссар взорвали туалет и устроили пенную вечеринку в Хогвартс-экспрессе, — монотонно зачитала Нерданэль. — Морьо пробрался в багажный отсек и приготовил амортенцию для пол-школы. Курво подрался с Турьо прямо в коридоре поезда. Кано отказался выступать на церемонии распределения, потому что-то произошло с его арфой... — Она отложила письмо. — А Майти... Майти ничего с этим не сделал... — Добавила она уже от себя. — М-м-м, — многозначительно промычал Феанаро, лениво поглаживая её бедро. — Надеюсь, полуродственнички тоже отличились? Эльфийка взяла второе письмо, на этот раз в нежно-голубом конверте с серебряным вензелем Анайрэ. — Ириссэ пила взрывной эль и распевала похабные песни в купе слизеринской команды — подчёркнуто: с Тьелко и Курво. Турьо повредил руку в драке с Курво, Финдэ пронёс в поезд запрещённую литературу, а Артанис... — здесь голос Нерданэль дрогнул, отказываясь верить написанному, — напоила слизеринского старосту афродизиаком? — Ха-ха-ха-ха! — Феанаро закатился искренним смехом, от которого дрогнуло его обнажённое тело. — Что здесь смешного? — вспыхнула эльфийка. — Нам всем завтра ехать в школу разбираться! — Не всем, — лукаво улыбнулся Феанаро, притягивая её к себе. Одним плавным движением он убрал с её лица растрёпанные рыжие пряди. Его пальцы нежно скользнули по влажной коже. — Раз наелся или все, то разбираться поедет Финвэ.