0 и 1

      — Ваше высочество? Вы в порядке? Что случилось?       — Какая у меня фамилия? Нет, как фамилия канцлера этого королевства?       — Вы же принц Джоффри Бискотти... Канцлер — герцог Крекер, разве нет?       — А торговый дом Монблан?       — Один из трёх великих торговых домов королевства, Монблан? А что с ним?       Охренеть. Теперь всё встало на свои места. Принц Эдвард, принц Джоффри — всё это было подсказкой. Мне снилось, будто я стал вторым принцем — тем самым персонажем из игры, которого нужно завоевать. Тем самым, кто пытался свести главную героиню с собой. Все персонажи этой игры носили фамилии, связанные с десертами — были там и Монблан, и Баумкухен. И, конечно же, именно Ю Ёнхо рассказал мне, что это названия сладостей.       Так вот каков осознанный сон. Впервые такое вижу. Настолько реалистичный сон. Ну надо же, это же немного пугает — настолько яркое сновидение. Как же нужно проснуться? Где-то я слышал, но не могу вспомнить. Всё равно это всего лишь сон. А сны всегда заканчиваются пробуждением. Когда я снова открою глаза, окажусь в больнице. Надеюсь, мама не слишком плачет. Нужно будет извиниться перед ней. Пообещаю больше не ходить, уткнувшись в телефон. Скажу, что может вообще отключить мой номер, если так переживает. Но на следующий день я снова проснулся в игровом мире.       

* * *

      Грей Крекер оказался единственным сыном канцлера. Вот уже год как он стал компаньоном для игр обоих принцев — по просьбе королевы.       — Моему принцу нужен друг. Говорят, у канцлера есть сын того же возраста.       Хотя королева просила: «Будь другом принцу Джоффри», но всё пошло не так. Формально оба принца посещали одни и те же занятия. Если Грей становился чьим-то другом, ему приходилось поддерживать отношения и с другим принцем.       Уже в первый день занятий Грей понял, что с принцем Джоффри они не сойдутся характерами. В свои одиннадцать лет Грей не раз становился объектом зависти. Чаще всего — со стороны собственных родственников.Грей никогда не обращал внимания на то, что думали о нём люди равного или низшего положения. Сколько бы они ни «лаяли», это не могло причинить ему вреда. Оказавшись в королевском дворце, он понял, что даже мнение высшей знати его не волнует. Проблема была в другом — представители высшего света не собирались оставлять Грея в покое.       А Джоффри оказался худшим из возможных вариантов. В нём угадывались те же черты, что и у кузенов Грея — комплекс неполноценности и трусость. Но в отличие от них, принц обладал статусом и властью, чтобы действительно сделать жизнь Грея невыносимой. К счастью, Джоффри завидовал Эдварду куда больше, чем Грею. Поэтому сам Грей не стал непосредственной жертвой его нападок — лишь вынужденным свидетелем того, как принц изводил старшего брата. За обедом Грею сообщили о падении Джоффри с лошади. Слуга, принёсший весть, пояснил, что Эдвард якобы силой усадил брата в седло, что и привело к несчастью.       «Какая нелепость», — усмехнулся про себя Грей.       Кого куда силой усадил? Он готов был поспорить, что всё было с точностью до наоборот: скорее всего, Джоффри сам отобрал лошадь у Эдварда. Но как официальный «друг» принцев, Грей обязан был навестить пострадавшего. Минуя бесчисленных стражников и слуг, он вошёл в покои Джоффри. Принц явно не бедствовал — его покои были роскошны, а многочисленная прислуга суетилась вокруг. Слуга Джоффри объявил о визите Грея.       — Войдите.       Слуга распахнул дверь, и Грей переступил порог. Джоффри даже не удостоил гостя тем, чтобы подняться навстречу. Грей и не ожидал от этого принца многого, но подобные моменты всё равно раздражали. Когда стало ясно, что в учёбе превзойти Грея не удастся, Джоффри начал демонстративно его игнорировать. "Всё равно я принц, а ты всего лишь подданный" — казалось, этим всё сказано. Грею было всё равно. Мысль о том, что придётся жить, прислуживая такому принцу, как Джоффри, вызывала отвращение, но что поделаешь — знатное происхождение не выбирают. Однако каждый раз, когда Джоффри откровенно пренебрегал им, Грей не мог не ощущать, насколько ничтожен этот принц на самом деле.       Однако принц Джоффри обычно соблюдал базовые приличия. Быть грубым с сыном канцлера ему было невыгодно — вероятно, королева настояла на соблюдении формальностей. Сам же принц всегда явно жаждал позволить себе бесцеремонность. Но сегодня он даже не поднялся с постели — видимо, настроение было совсем скверным. Впрочем, Грея не интересовало, что именно его разозлило.       «Поздороваюсь и уйду», — решил он.       — Говорят, вы упали с лошади. Рад, что серьёзно не пострадали, — произнёс Грей и тут же заметил, что его тон звучал неестественно.       Рассердится ли принц, заподозрив насмешку? Хотя иронии и не было, Джоффри всегда находил повод для раздражения. Однако реакция принца оказалась неожиданной. Тот округлил глаза и переспросил, словно услышал новость о ком-то постороннем:       — Я упал с лошади?       — Так мне сообщили. Разве нет?       — Ах да... Точно. Спасибо, что навестил.       Грей не поверил своим ушам. Этот принц… поблагодарил его? Может, он ударился головой при падении? Джоффри даже произнёс что-то вроде беспокойства об Эдварде. Грей был ошеломлён. Преступник, прикидывающийся жертвой — вот это номер. Притворяться несчастным ребёнком перед королевой — ещё куда ни шло. Она и так готова слепо верить каждому слову Джоффри. Грей видел собственными глазами, как Джоффри ставил Эдварда в неловкое положение. И сейчас всё шло по тому же сценарию. Но притворяться, что беспокоишься о принце Эдварде? Это уже слишком.       — Его величество высоко ценит воинские искусства. Испокон веков верховая езда, охота и стрельба из лука считались добродетелями знати. Принц Эдвард, вылитый его величество, обладает выдающимся телосложением и проявляет интерес к фехтованию — чем не повод для гордости?       Грей намеренно задевал самое больное место Джоффри. Тот всегда болезненно реагировал на разговоры об Эдварде. Вот-вот должно было случиться привычное представление — сейчас принц взорвётся от ярости. Но Джоффри неожиданно сохранил спокойствие.       — Однако ни один король не правил страной, сидя в седле. Воинственность — не главная добродетель монарха.       Он невозмутимо ответил и подтянул одеяло до самого подбородка. Слова звучали чётко, но губы кривились с недовольством. В одно мгновение он стал похож на обиженного ребёнка. Будто лопнул натянутый до предела воздушный шар — вся напряжённость момента испарилась. Может, он действительно просто лежит из-за плохого самочувствия? Похоже, его состояние серьёзнее, чем я предполагал.       Грей поклонился принцу Джоффри и покинул покои. Только усевшись в карету, он вспомнил: страдания принца — целиком его собственная заслуга. Какой бы странной ни была его речь сегодня, Джоффри оставался собой. Принца Эдварда запрут на месяц. Под предлогом «исправления дурного нрава» его будут наказывать и держать взаперти во дворце. И виной всему — Джоффри.       

* * *

      Принц Джоффри Бискотти. Второй романтический персонаж игры «Брачная ловушка», вечный «второй». В учёбе и фехтовании он неизменно уступает Эдварду — как ни старайся, всегда второй. На тренировках каждый спарринг с братом заканчивается его поражением. Главная героиня, наблюдая за этим, видит в нём родственную душу — её тоже часто обходят, несмотря на все усилия. Несмотря на комплексы, Джоффри — добрый человек. Он легко общается с людьми любого статуса, и его связи выходят далеко за пределы академии. Когда героиня называет его «хорошим», он смущается. Эти слова ему... непривычны.       [Я не хороший человек. Спасибо, что считаешь иначе, но...]       И не без причины — ведь Джоффри приблизился к героине только потому, что она заинтересовала Эдварда. Признаваясь в этом, он говорит ей: «Ударь меня по щеке и никогда больше не смотри в мою сторону».       Я выбрал вариант «Обнять его». Просто хотелось увидеть хорошую концовку. Как бы то ни было, комплекс Джоффри перед Эдвардом уходит корнями глубоко. В королевстве два принца: первый принц Эдвард и второй принц Джоффри. Эдвард, родившийся на четыре месяца раньше, был признан наследником.       Естественно, у них разные матери. Мать Эдварда — низкого происхождения. Королевой же является мать Джоффри. Но именно Эдвард, как ни парадоксально, проявляет исключительные качества будущего правителя, из-за чего Джоффри с детства живёт в его тени.