0 и 1

      Солнце уже клонилось к закату, растягивая длинные тени.       Корзинка с едой, которую принес Тод, опустела — остались лишь крошки от хлеба. В ожидании нет лучшего занятия, чем есть. Когда Тод понял, что мы ждём Эдварда, уже через час он начал беспокойно ёрзать:       — Его высочество принц Эдвард... Может, с ним что-то случилось?       — Кто знает.       — Вряд ли.        Тод нервно подпрыгивал на месте. Грей пил чай. Я перелистывал книгу — казалось, здесь вполне можно было бы закончить одну из учебных работ. Прошло уже два часа ожидания, и Тод окончательно убедился:       — С ним точно что-то случилось!       — Возможно. Не пойдёшь проверишь?       Я спросил это, видя его беспокойство. Тод радостно закивал, словно получил долгожданное задание.       — Да! Я обязательно его найду! Ваше высочество, возвращайтесь во дворец.       Тод исчез. Грей бросил на меня взгляд, затем снова раскрыл свою книгу. Вскоре конюх тоже удалился — кормить и чистить лошадей. Для человека, который несколько часов простоял на одном месте, он был удивительно занят.       Под деревом, где мы сидели с Греем, заиграл лёгкий ветерок. Тод постелил для нас покрывало, создав атмосферу пикника. Я настолько привык к конюшенному запаху, что теперь различал даже лёгкий аромат духов Грея.       Грей, ты что, духи надел?       И так прошёл ещё один час.       — Эдвард действительно не прочитал записку, да?       — Будете ждать дальше? — спросил Грей.       Он нехотя жевал зачерствевший хлеб, всем видом показывая, как это невкусно.       — Да. А ты иди.       Грей вздохнул, но даже не пошевелился.       — У тебя нет дел? Свободен?       — А у вас?       — У меня весь день расписан.       — У меня тоже.       — Тогда почему не уходишь?       — А вы?       А вдруг Эдвард всё же придёт, хоть и поздно?       Я не знал, что у него на уме, но будь на моём месте — мне бы стало любопытно, что в той записке. Прочитал бы, даже с опозданием. А потом вышел бы посмотреть, зачем меня зовут. Даже если бы дулся на Джоффри.       Хм. Не уверен.       Всё-таки Эдварду всего одиннадцать. Полных одиннадцать. Я уже и не вспомню, о чём думал в его возрасте. По корейскому счёту — двенадцать-тринадцать? Старшие классы начальной школы. О чём я тогда вообще размышлял?       Вряд ли о чём-то столь же сложном, как Эдвард. Нравится — хорошо, не нравится — плохо. Не наблюдал за людьми, как Грей, и не копался в себе.       Я закрыл книгу. Грей буквально изучал меня взглядом — куда пристальнее, чем в тот раз с лошадью. Попробовал встать на его место. Зачем он тратит время на меня?       — Боишься, что я скажу Эдварду что-то без твоего присмотра?       — Что вы такое говорите…       Грей сморщил нос, делая вид, что обижен. Но по-настоящему обиженные люди так не смотрят.       — Может, всё-таки уйдёшь? Неудобно отрывать занятого человека.       — А вы до скольких будете ждать?       — Хм. Нужно вернуться до вечерних уроков.       — Уже поздно. Может, поговорите с его высочеством принцем Эдвардом завтра?       Грей пытался меня уговорить. Говорил мягко, но слишком уж явно стремился держать и меня, и Эдварда в поле зрения.       — Тоже вариант.       — Значит, встаём?       — М-м. Неплохо.       — Вам просто хочется меня спровадить, да?       Грей, как настоящий прорицатель, угадал мои мысли. Даже если бы это было правдой, ответить «да» на такой вопрос — неловко. По правилам приличия следовало бы сказать «нет».       — Да, — ответил я.       Но если честно, просто не хотелось затягивать разговор. Грей скривился и поднялся на ноги.       — Если его высочество принц Эдвард так и не придёт, это не моя вина.       — Ладно.       — Говорят, летние простуды особенно коварны. Не задерживайтесь тут слишком долго, неизвестно, из-за чего она может начаться.       — Счастливого пути.       Грей повернулся спиной. Я наблюдал, как он удаляется, как его силуэт растворяется среди дворцовых построек. Что теперь делать? У меня остались книги, которые принёс Тод, и другие развлечения — например, стайка мух или слуги, слоняющиеся вокруг конюшни.       Один из слуг появился как раз с той стороны, куда ушёл Грей. Кажется, я уже видел, как он проходит здесь раньше. Я тогда лишь заподозрил неладное, но теперь, когда слуга направился прямо к конюшне, сомнения превратились в уверенность. У него была бледная кожа и золотистые волосы. Сквозь растрёпанные пряди проглядывали голубые глаза.       — Эдвард, ты пришёл?       Слугой, бродившим поблизости, оказался Эдвард. Он остановился передо мной, пристально разглядывая меня сверху вниз. Я похлопал по месту рядом:       — Заставил ждать. Иди, садись.       — Как ты догадался?       — С чего бы мне не узнать тебя?       — Странно. В этом одеянии меня обычно никто не узнаёт, — проговорил Эдвард с наигранным удивлением.       Ах да. Такой был сюжетный поворот. Выходит, я испортил всю интригу.       Вот почему он так любит переодеваться в слугу. Но куда удивительнее было другое: как вообще все во дворце могли его не узнавать? Неужели у всего королевского окружения разом испортилось зрение?       — Я и вчера тебя узнал.       — Точно.       — Ты хотел, чтобы я не узнал?       — Не знаю.       — Вряд ли. Иначе бы вообще не подошёл.       Эдвард на секунду задумался, затем кивнул:       — Логично.       И затем аккуратно уселся рядом, прижав колени вместе. Почему он сидит, как затравленный одиночка?       — Когда ты с Греем успел подружиться? — спросил Эдвард. Его явно беспокоила дистанция между нами.       — Не дружим. Разве сейчас в моде следить за теми, с кем дружишь?       — Не знаю. Я не в курсе модных тенденций.       — Я спросил не потому, что интересуюсь модой.       — Да?       — Да. И тебе не советую становиться законодателем такой моды.       Я намекал, чтобы он перестал кружить вокруг, как надзиратель, но понял ли Эдвард — неизвестно. Эдвард покачал головой из стороны в сторону, затем обхватил свои колени.       — Зачем ты меня позвал?       Из-за такой позы его щека прижалась к колену, исказив лицо. Выглядело странно.       Зачем позвал? Да потому что ты вчера вёл себя странно.       — Не знаешь и спрашиваешь?       — Угу.       Эдвард сделал вид, что не понимает. Его лицо было настолько бесхитростным, что казалось искренним. Хотя какая разница?       — Хотел подарить тебе подарок на день рождения.       — Подарок?       Глаза Эдварда расширились. В тот же миг его руки ослабили хватку на коленях, и поза стала неуклюжей.       — Да. Твой день рождения был недавно, а я не смог поздравить. Там... разные обстоятельства.       Вроде твоего домашнего ареста из-за меня.       — Не знал, что тебе понравится, долго думал... Ладно, заходи посмотри. Ты же любишь лошадей...       В этот момент из стойла вышел конюх. Видимо, закончив работу, он был весь в поту.       — А, как раз собирался позвать. Эдвард пришёл.       На лице конюха появилось выражение облегчения. Он вытер пот со лба. Наконец-то дождались, хорошо, что встретились — таким взглядом конюх приветствовал Эдварда.       — Вот и вы, ваше высочество. Его светлость так ждал этого момента — хотел сделать вам сюрприз, — конюх почтительно поклонился.       — Точно, чуть шею не вытянул от нетерпения, — тут же подхватил я, играя роль.       — Даже устроили тайный праздник, всё подготовили...       — И ленточку повязали, — не удержался от хвастовства. Смотри, как я о тебе позаботился.       Лицо Эдварда стало ещё более недоуменным.       — Этот жеребец — чистокровный скакун, ваше высочество. Пришлось заплатить купцу вдвойне, но оно того стоило, — конюх с гордостью подвёл Эдварда к гнедому коню.       Лошадь, которую я расчёсывал и кормил морковью, казалась довольной. С красной лентой в гриве, она внимательно разглядывала Эдварда. Эдвард в ответ уставился на неё. Два существа замерли в немом диалоге.       Грей тоже так смотрел на лошадь, но сейчас всё было иначе. Казалось, Эдвард просто не решается прикоснуться к столь необычному созданию. Хотя... странно. Откуда в нём эта робость? Он же должен знать лошадей. Понравилось? Или нет?       Конь фыркнул и отвернулся. Эдвард шагнул вперёд. Встав с левой стороны, он протянул руку к шее лошади. Жеребец покорно позволил ему гладить себя. Пальцы Эдварда скользнули выше — по щеке, переносице, затем замерли у основания уха, будто обнаружив что-то необычное.       — Это... мой подарок?       — Нравится?       — Джоффри, это твоя любимая лошадь?       Стоит ли соврать? Так я бы заработал больше очков… Но я даже имени этого коня не знал.       — Нет.       Плечи Эдварда обмякли. Неужели разочаровался? Он посмотрел на меня с недоумением.       — Тогда... это королеве дорогой конь?       Королеве?       С чего бы это его интересовало?       Я перевёл взгляд на конюха. Это был вопрос не ко мне. Наверняка он знал ответ.       — Дорогостоящая покупка, конечно... Но её величество ни разу не навещала его. Хотя, учитывая цену, наверное, всё же ценит...       Конюх ответил неуверенно, словно сам не знал правды.