0 и 1

      — Это из-за вчерашней каретной тряски. Может, сегодня останетесь отдыхать? — спросил Тод.       Желание последовать его совету горело во мне, как печь, но я не мог выбросить из головы ожидания королевы и сэра Баумкухена.Со стороны было очевидно — король никогда не признает Джоффри и уж тем более не станет для него любящим отцом. Но королева, похоже, не могла смириться с этим, а сэр Баумкухен лишь поддакивал ей. Можно ли изменить чьё-то мнение усилием? В последнее время я склонялся к скептицизму на этот счёт. Даже юный Эдвард, при всей его милой натуре, оставался для меня загадкой — что уж говорить о короле. Я настороженно относился к любым проявлениям его заботы. Кто знает, что за этим последует? То вдруг начнёт переживать, то вдруг отчитает.       Король, восседая на коне, обращался к собравшимся. Сидя верхом, он возвышался над остальными. Его конь был крупным вороным жеребцом. В игре Эдвард ездил на белом скакуне, и я вспомнил, как главная героиня смеялась над этим: "Принц на белом коне — разве не слишком банально?"       — Ты меня слышал?       Я поднял голову, застигнутый врасплох вопросом. Король хмурился, явно что-то подозревая. Оглядевшись, я понял, что все смотрят на меня — видимо, король только что что-то сказал о Джоффри. То, что он взял меня на охоту, было следствием моего неосторожного замечания: "Я не боюсь лошадей". Неужели он хочет проверить, правда ли я научился обращаться с ними?       Мы как раз собирались войти в лес — идеальный момент, чтобы проверить навыки принца. Я ответил: "Да". Король жестом подозвал одного из рыцарей:       — Следуй за ним. Принц — на твоей ответственности.        Рыцарь приложил кулак к груди.       — Вперёд!       Королевские рыцари устремились следом за монархом. Среди мелькающих всадников я заметил сэра Баумкухена — он даже не пытался скрыть ошарашенное выражение лица, прежде чем исчезнуть в глубине леса вместе с королевской свитой.       Так я остался на опушке с приставленным ко мне рыцарем. Что, "проверка"? Через мгновение до меня дошло: король попросту передумал.       — Раз уж привезли его сюда — неужели теперь придётся таскать за собой? — должно быть, именно эта мысль заставила его в последний момент приставить ко мне стража и отделаться от меня.       Похоже, он уже забыл о своём же собственном вызове. Ну и характер...       Неужели правда бросил?       Сделав несколько шагов вглубь леса, я услышал голос рыцаря сзади:       — Не заходите слишком далеко — это опасно.        — Глубина?       Да я и десяти шагов не прошёл — обидно до смешного. Внезапно в носу защекотало. Я дёрнул плечами и закашлялся — лёгкие будто выворачивали наизнанку. В горле заныла острая боль. Когда кашель стих, накатила усталость. С чего я вообще начал этот день? Надежды королевы так и останутся надеждами. Как, вероятно, и мечты самого Джоффри.       Джоффри ведь пытался оседлать коня Эдварда. Ребёнок, который боялся лошадей. Зачем? Ответ лежал на поверхности. Кто-то хотел, чтобы он научился ездить. Вряд ли королева. И уж точно не Тод. И даже не Эдвард. Если вспомнить узкий круг общения Джоффри, тех, кто мог на него влиять, можно пересчитать по пальцам.       С чего бы ему вообще завидовать Эдварду, которого все считали простаком? Джоффри ведь пока даже не был "вторым номером". Если Джоффри жаждал признания отца-короля — это хоть как-то объясняло ситуацию.       Лошадь мотала хвостом, отгоняя мошкару. Кашляя так, что казалось, вот-вот вывернутся лёгкие, я всё же не выпускал поводья. Пока держишь уздечку — избегаешь множества проблем, которые может создать даже самый спокойный скакун. Ладно, покажу хоть что-то из того, чему научился. Если бы не королевское происхождение, я бы в жизни не сел в седло. Я вскочил на коня без подножки. Как это у меня получилось? Когда я спрашивал Эдварда, он ответил: "Просто" — и это не было шуткой. Когда привыкаешь — всё становится элементарным. Я лёгко ударил пятками в бока лошади, и она рванула вперёд.       — Ваше высочество?!       — Возвращаюсь в покои. И вам советую отдохнуть.       Мне не хотелось жалко ждать возвращения короля. А как бы поступил на моём месте сам Джоффри? Я не знал.       По дороге в охотничий дворец у меня поднялась температура. Хотелось лечь и отдохнуть. Тело Джоффри было молодым и эмоциональным — оно легко сдавалось. Я чувствовал себя одиноким. Всего-то возвращался с охоты один, а казалось…        Наверное, это из-за болезни. Когда тебе плохо, кажется, что ты брошен. Ведь раньше я всегда болел в одиночестве. После того как я стал Джоффри, многое изменилось. Раньше я никогда не притворялся больным, но теперь, даже когда со мной всё в порядке, окружающие первыми начинали беспокоиться. Из-за этого я, кажется, стал «болеть» куда чаще, чем раньше. Когда я вернулся в свою комнату, Тод одобрил моё решение вернуться и буквально затолкал меня в кровать. Я покорно выпил предложенный им суп и тёплый чай, зажав термометр во рту.       До самого момента, когда я уснул, мне не пришлось пошевелить и пальцем. Когда я закашлялся, Тод обернул мою шею влажным полотенцем.       Было тепло.       Не стоило привыкать к такому.       Передо мной спал Тод, заснувший, пока ухаживал за мной. Он откинулся на спинку стула, его голова беспомощно склонилась набок. Я поправил ему шею и накрыл пледом.       Горло пересохло, но бутылка была пуста. Я поднялся с кровати и вышел в коридор. Наверное, в столовой или где-то ещё должна быть вода.       Ночной коридор, в отличие от королевских покоев, не был так ухожен. Я шёл вперёд, держа свечу. Пламя дрожало с каждым шагом, а горячий воск вот-вот мог капнуть на руку — из-за этого было трудно сосредоточиться на дороге.       После нескольких поворотов я понял, что заблудился. Хорошо бы встретить слугу, но вокруг никого не было. Я остановился и закашлялся. Теперь горло не просто пересохло — оно болело. Нужно было найти воды.       В тот миг свеча погасла.       Я на мгновение замер. Растерянность сковала мысли. Я заблудился и остался один в полной темноте. Вот незадача. В голове не было других мыслей.       Если приложить руку к стене и идти вперёд, разве не выйдешь куда-нибудь? Вспомнился способ поиска пути в лабиринте. А вместе с ним — правила поведения для потерявшихся.       Одиннадцатилетний Джоффри, пожалуй, выбрал бы второй вариант. Но я не Джоффри. Я упёрся ладонью в холодную стену и зашагал вперёд. Во дворце не могло не быть людей. Даже в глухую ночь должны были дежурить стражи. Рано или поздно я кого-нибудь встречу.       И действительно — вскоре впереди мелькнул свет. Кто-то шёл со свечой. Но когда пламя осветило лицо незнакомца, я узнал его. Волосы, роскошные, словно драгоценное украшение, ниспадали на плечи. Чёткие черты лица, дорогие одеяния. Он шёл напряжённой походкой. Я знал ещё одного человека, который тайком бродил по ночному дворцу — Эдварда.       Но сейчас по коридору шла леди Розе, мать Эдварда. Очнувшись, я понял, что уже следую за ней, стараясь не дышать. Она оглянулась по сторонам, затем постучала в одну из дверей. Дверь открылась, словно её ждали. На пороге стоял король.       Он не произнёс ни слова, лишь придержал дверь, пропуская леди внутрь. От одного этого зрелища у меня участился пульс. Я прижался к стене, стараясь стать невидимым. Дверь закрылась, свет исчез. В темноте слышался только стук моего сердца. Тайное свидание?       Не знаю, сколько времени я простоял так, сжавшись в комок. Лишь когда сердцебиение успокоилось, а дыхание выровнялось, я смог пошевелиться. Теперь я понимал, почему в коридорах никого не было. Король велел очистить их. Мне не повезло. Или, наоборот, слишком повезло. Ведь иначе я бы никогда не увидел леди Розе.       Я ждал, пока леди выйдет, размышляя о банальном, как утренний сериал, сюжете этой семьи. Неужели король приехал в загородный дворец не ради охоты, а для тайных встреч? Знает ли об этом королева?       Лето. Короткие ночи.       Перед рассветом леди Розе выскользнула из королевских покоев. На обратном пути она столкнулась со мной. Укутавшись в плащ, она прикрыла лицо рукой и резко отвернулась. Её отчаянная попытка скрыть лица выглядела подозрительно при любом раскладе. Что вообще делал король, если даже не научил её, как вести себя в такой ситуации? Я схватил её за рукав. Она была мне нужна. Ради Эдварда. У Эдварда было лишь одно желание.       — Я знаю, кто вы.       — …       — Эдвард хочет вас видеть.       Леди Розе больше не пыталась убежать. Она спросила:       — Кто ты?       — Я брат Эдварда, миледи.       Свеча поднялась выше. Пламя осветило мое лицо.       — Принц Джоффри.       Леди прикрыла рот рукой.        

* * *

      Я мог бы честно рассказать леди Розе, как живется Эдварду.       — Он счастлив? Правда ли ему хорошо?       Если бы она не вцепилась в меня с этим вопросом, я бы, возможно, и ответил.