0 и 1

      Странное дело — получать утешение от Эдварда. Ведь это я должен был стать его опорой.Но этот мир — место странное, а будущее, которое я знал, было всего лишь одним из возможных. Чувство бессилия мне хорошо знакомо. Я научился выживать в местах, где ничего нельзя изменить. Бесконечные переезды и смены школ закалили меня — я стал мастером адаптации, как неприметный предмет интерьера.       Но здесь недостаточно просто приспособиться.       Здесь нужно изменить будущее. Если, конечно, я хочу жить. И вот главный герой того самого будущего — Эдвард — проникся ко мне симпатией. Привязался всей душой. Это давало мне надежду.       Значит, события пойдут не по тому сценарию, что я знал.        

* * *

      — Ах, ваша светлость Эдвард! Вы здесь спали?! — раздался голос Тода.       Что за чепуха? С чего бы Эдварду тут ночевать? — подумал я, открывая глаза. Тёплое пятно у моего бока оказалось Эдвардом — он прижался ко мне во сне и теперь только моргнул ресницами.       — Джоффри, уже утро?       — Угу. Пойдёшь завтракать?       — Пойду.       Это было странное утро. Я и Эдвард бок о бок почистили зубы и отправились на урок к герцогу Пай. Если Грей спросит: «Почему вы пришли вместе?», надо его подколоть, — подумал я.       Ну почему бы ещё?       Но когда мы пришли, Грея нигде не было видно. Он был тем самым прилежным учеником, который не то что не опаздывал, а всегда первым приходил на занятия. Даже когда началось время урока, он так и не появился. Ни герцог, ни Эдвард не знали причины.       — Может, он заболел? Надо бы навестить его, — предположил я.       Герцог Пай вежливо ответил:       — Как любезно с вашей стороны, ваше высочество. Но сначала завершим урок, а затем вы сможете навестить его.       — Если мы продолжим без Грея, он может почувствовать себя брошенным.       — Ваша доброта тронет сердце юного Грея. Обязательно расскажите ему об этом позже.       Герцог Пай оказался человеком, неуязвимым не только для шуток, но и для любых уловок. Он тут же начал занятие. Герцог обожал поэзию. Когда он читал длинные эпические стихи, то полностью погружался в книгу. Я, человек далёкий от литературных изысков, лишь гадал, откуда взялись все эти произведения. Неужели в этом королевстве настолько проработанная история?       Объёмные исторические труды и обилие источников казались невероятными. Может, разработчики игры просто позаимствовали и переработали историю какой-то реальной страны? Но проверить это у меня не было возможности. Внезапно я ощутил тяжесть на плече — Эдвард склонил голову, прижавшись ко мне. Неужели ему действительно так не хватает ласки?       Когда герцог Пай оторвал взгляд от книги, Эдвард мгновенно выпрямился и схватил меня за руку. Его грубоватая ладонь сжала мою с такой силой, что стало даже неприятно. Эдварду, похоже, нравилось всё — и прижиматься, и держаться за руки.       Я попытался высвободить руку — он тут же устремил на меня взгляд. Пришлось снова взять его ладонь в свою. Разве мы так баловались с друзьями в начальной школе?       Память отказывалась вспоминать. Я покачал сцепленными руками вперёд-назад — Эдвард рассмеялся. Моё хихиканье выдало нас, и герцог Пай заметил.       — Ваше высочество.       — Да?       — Пожалуйста, сосредоточьтесь на уроке.       — Хорошо.       В этот момент дверь аудитории распахнулась с грохотом.       — Ваше высочество Эдвард!       Это был Грей. Опоздал? Но вместо того, чтобы занять своё место, он ворвался внутрь и схватил Эдварда за руку.       — Быстрее!       Эдвард вскочил так резко, что стул опрокинулся у его ног. Никто из них даже не оглянулся — по выражению Грея было ясно: сейчас не до формальностей. Я считал, что знаю Грея достаточно хорошо. Для своего возраста он всегда был хладнокровным, умным и слегка высокомерным. В нём чувствовалась преждевременная взрослость, словно в ребёнке, который гордится собственной серьёзностью. Но такого — чтобы он полностью терял самообладание — я ещё не видел.       — Эдвард!       Эдвард обернулся ко мне.       — Я нужен?       Грей резко покачал головой. Дверь захлопнулась.       13. Под покровом сна       Гроб леди Розэ прибыл в столицу лишь спустя несколько дней. Леди Розэ умерла.       Услышав это впервые, я не сразу понял, о чём идёт речь.       Когда я видел её в последний раз, она казалась здоровой. В темноте сложно было разглядеть цвет лица, и хотя она рыдала, но не производила впечатления больной. Обычно, когда говорят о чьей-то смерти, первое, что приходит на ум — болезнь. Но причиной смерти леди назвали крушение кареты. Произошло это в каком-то провинциальном городке, далёком от столицы. Опознание задержалось, поэтому и похороны отложили. Неужели это тоже было частью оригинального сюжета игры?       Неужели Эдвард с детства жил в разлуке с матерью, чтобы в итоге окончательно потерять её — жалкий, трагичный персонаж по задумке?       Лучше бы леди Розэ скончалась от неизлечимой болезни. Какая ещё авария? Да именно сейчас, когда у Эдварда наконец началась светлая полоса. Это же полное отсутствие логики. Болезнь — её ещё можно было бы как-то понять. Но Эдвард даже не успел как следует поговорить с матерью...       — Ваше высочество... Вы в порядке?       — В каком смысле?       — Если вам грустно, можно поплакать.       Тод смотрел на меня с беспокойством.       Неужели мою реакцию можно трактовать так? Видимо, принц Джоффри, каким его знал Тод, был именно таким человеком — тем, кто способен скорбеть о смерти малознакомого человека.       Но я так и не смог понять Джоффри.       Мне следовало бы опечалиться, чтобы оправдать ожидания Тода, но я не мог. Я просто не мог поверить в происходящее.       В этой игре я встречал леди Розэ всего дважды. В первый раз мы даже не поговорили, а во второй — увидел её рыдающей.       Она производила приятное впечатление. Даже когда приняла меня и Эдварда за деревенских мальчишек, старалась быть доброй. Жалкая, несчастная женщина. Я тогда подумал, что обязательно нужно устроить ей встречу с Эдвардом.       И вот теперь её просто убивают в какой-то дурацкой аварии?       Последним, кто видел принца перед её смертью, оказался не Эдвард, а я?       На той охоте должен был быть Эдвард, а не я.       Король что, совсем идиот?       Зачем он взял именно меня, а не Эдварда?       Выходит, это я встретил леди Розэ... и поэтому… В голове будто что-то щёлкнуло. Казалось, череп сейчас взорвётся.       — Мне нужно найти Эдварда.       — Ваше высочество?       Где же сейчас Эдвард? Тод последовал за мной, выглядевшим явно напуганным.       — Ваше высочество...       — Проводи меня.       — Куда?       Да куда же ещё? Ты ведь часто виделся с Эдвардом.       — В покои Эдварда.       У дворца Эдварда не оказалось охраны. Я привык ежедневно видеть покои Джоффри — там у главного входа всегда стояли караульные.       «Нормальный злоумышленник всё равно не пойдёт через парадный вход — зачем тогда ставить здесь охрану?» — такая мысль иногда мелькала, но сам факт наличия караула я никогда не ставил под сомнение.       Парадные двери Эдварда, будто приглашая незваных гостей и захватчиков войти без лишних опасений.       Я, пожалуй, подходил под категорию незваных. Переступая порог, услышал смех. Охрана играла в покер в тени деревьев. Разве не рабочее время? Они даже не заметили, как я прошёл мимо — хотя мы с Тодом даже не пытались скрываться.       — Где ты обычно встречался с Эдвардом?       — Вон там…       Я последовал за Тодом в сад. По планировке он напоминал сад Джоффри — если всё устроено одинаково, то где-то здесь должен быть чёрный ход, ведущий в парк.       Однако сад Эдварда больше походил на джунгли. Вряд ли несколько лет заброшенности могли так преобразить цветущий уголок — трава сплелась в плотные заросли, а побеги вьющихся растений тянулись выше моей головы. Здесь можно запросто не заметить человека, лежащего в кустах.       — Эй, Эрик. Прямо здесь?..       — А что? Всё равно никто не увидит.       Что ещё за разговоры? Я повернул голову, но Тод, весь красный, тут же закрыл мне уши ладонями.       — Ваше высочество! Вам нельзя это слышать! Это... неподобающие речи!       Да я и сам догадываюсь, о чём они.       — Что именно они говорят?       — Я... я объясню вашему высочеству, когда вы станете взрослым! — Тод весь пунцовый, заикаясь, отвел взгляд.       Сквозь листву мелькнули силуэты влюблённой пары — солдата и служанки, судя по одежде. Живые люди. Настолько полные жизни, что могли позволить себе роскошь чувств и тайных встреч.       Перед глазами вдруг всплыл образ Эдварда. Заброшенный ребёнок. Заброшенные владения.       Хорошо бы всё было так просто. Но нет — дворец кишел слугами. И всё же Эдвард оставался совершенно один.       — Они ждали меня здесь...       Мы вышли к полуразрушенной беседке, где Тод обычно передавал Эдварду корзинки с едой. В моём саду на том же месте стояла такая же. Только там были розы, сладости и Эдвард.       А здесь — ничего.