0 и 1

      — Молодой господин?       — Как вы оказались здесь?       Персонал обратился к моему навязчивому соседу. Тем временем я подписал передаточные документы и получил «Ларец желаний». Он выглядел точь-в-точь как в игре. Меня не интересовало, приносит ли он удачу, но закрадывалось сомнение: а вдруг это не просто игровой предмет? Похоже, он был настоящим. Что делать? Во мне начало расти ожидание, хотя я не хотел преждевременно обнадёживаться. Скорее всего, этот ларец не поможет в моих целях. В лучшем случае выбросит какой-нибудь игровой предмет.       Я старался думать о плохом. В худшем случае из ларца могло вообще ничего не выпасть. Ведь основная сюжетная линия игры ещё даже не началась — возможно, предметы ещё не активированы. Мои эмоции поутихли. Не буду надеяться. Даже если из «Ларца желаний» высыплется лишь пыль — я не разочаруюсь.       — Хм. Кажется, меня раскусили, — внезапно заявил мой надоедливый сосед. Персонал аукционного дома уже окружил его. — Ты слышал? Я — Лоуэлл Монблан.       Какую ещё «личность»? Ты что, супергерой? Через секунду до меня дошло. Он... Лоуэлл Монблан? Последний романтический персонаж в игре, Лоуэлл Монблан — младший сын торговой гильдии «Монблан», по сюжету богач и ловелас. Его отличали светло-каштановые волосы, длинные ресницы и родинка под внешним уголком глаза. Присмотревшись, я убедился — всё сходится. По характеру — хитроватый балагур, а его «романтические чувства» были легче пушинки. Во время игры он единственный, кто без всяких церемоний приставал к героине. Думал, встретимся только в Академии. Теперь я познакомился со всеми романтическими персонажами. Не то чтобы это было каким-то достижением, но всё же.       — Официально представлюсь. Я — сын этих мошенников из гильдии, — Лоуэлл протянул руку. — Если честно, мы продаём всё, что может принести прибыль. А что не может — упаковываем так, чтобы могло. Говорю это из сочувствия. Ты мой ровесник, мы ещё можем встретиться на каком-нибудь приеме — представляешь, как мне будет неловко?       Лоуэлл разошёлся не на шутку, но при этом ни разу не запнулся. Мастер болтовни.       — И что?       — Как «и что»? Это твой последний шанс вернуть деньги. Я беру ответственность на себя.       — Молодой господин! Как можно называть нас мошенниками!       — Что вы говорите при клиенте?!       Персонал тут же набросился на Лоуэлла с упрёками.       — Ну, мы же и правда мошенники, разве нет? «Шкатулка желаний» — это ещё что! Могли бы хоть «эликсир долголетия» сделать и продавать. Вот это была бы прибыль.       — О-о! Да вы гений, молодой господин!       — Я предложу это руководству!       Лоуэлл лишь покачал головой, разводя руками:       — Ну и контора…       Но всё это время его рука так и оставалась протянутой ко мне — видимо, ожидая рукопожатия. Пусть он и считает меня лохом, но в глубине души парень, похоже, был неплохим. Редко когда продавец отговаривает клиента от покупки. Из Лоуэла мог бы выйти порядочный торговец. Или же он разорит свою семью. Я взял его руку и тряхнул вверх-вниз. Выражение лица Лоуэлла стало странным.       — Эээ... Я тоже рад познакомиться, но я имел в виду, чтобы ты отдал ларец.       А, так вот что он хотел? Однако Лоуэлл не отпускал мою руку. Я уставился на него. В ответ он лишь улыбнулся, и на щеках появились предательские ямочки. Что за черт?       — Ларец мне не нужен. Было приятно познакомиться. Спасибо за сделку.       Я высвободил свою руку из его захвата и кивнул персоналу. Сотрудники заметно оживились — видимо, боялись, что я передумаю и потребую возврата денег.       — Благодарим вас! Обязательно посетите нас снова!       — Вы получаете наш каталог? Если нет, оставьте адрес — будем высылать ежемесячно.       — Не стоит.       Я не мог оставить адрес дворца. Персонал низко поклонился:       — Мы будем хранить память о нашей встрече с таким ценным клиентом.       — Любим вас, клиент! Хорошего дня!       Почему их фразы звучат так знакомо? Я вышел из аукционного зала, крепко прижимая к себе ларец желаний. Сердце снова готово было выпрыгнуть из груди. Не буду надеяться. Ничего не произойдёт. Но что, если всё же...? Нельзя так волноваться. Внезапно в поле зрения снова возникло лицо Лоуэлла.       — А имя мне не скажешь? Я ведь официально представился.       — У нашего господина нет имени для таких, как вы! — зарычал Тод.       Тод часто сопровождал меня на рынок, но обычно не злился из-за таких мелочей, как фамильярное обращение.       — Тод?       — Господин, нам пора возвращаться! — Тод фыркнул, чем-то напомнив мне Алекса из игры, который тоже терпеть не мог Лоуэлла.       Может, Лоуэлл просто мастерски раздражает всех серьёзных людей? Неужели его легкомыслие так бросается в глаза? Лоуэлл рассмеялся, и на щеках проступили предательские ямочки.       — Тебя явно обожают. Слуга так рьяно защищает.       — Ты что, напал на меня? — нарочито серьёзно спросил я.       — Э-э, я не это имел в виду... — Лоуэлл смутился, но тут же резко протянул руку: — Ну что, познакомимся?       — Мы только что это сделали.       Что, дух обиженных рукопожатий вселился в тебя? Всего полчаса назад он морщился при моём прикосновении, а теперь настаивает на формальностях.       — Я так и не услышал твоего имени.       — Господин! Не удостаивайте его ответом! — Тод буквально топал ногой. Проще было бы просто отбрехаться.       — Джоффри.       Я всё же назвался.       — О, как у принца Джоффри! Редкое имя. Неужели передо мной сам наследный принц, инкогнито посещающий аукционы? — Лоуэлл фальшиво рассмеялся, изображая театральное удивление. — Ну прям вот так вот!       Мы с Тодом сохраняли каменные лица.       — ...Ты серьёзно?       Улыбка мгновенно исчезла с лица Лоуэлла. Он опустился на одно колено.       — Ваше высочество принц Джоффри. Этот ничтожный подданный осмелился проявить неуважение, не узнав вас. Прошу наказать меня.       Ну конечно, этому парню никогда не грозит попасть в неловкое положение из-за недогадливости. Когда Лоуэлл склонился в поклоне, все сотрудники аукционного дома, наблюдавшие за нами, моментально последовали его примеру. В мгновение ока передо мной выстроился ряд склонённых голов.        « Что делать? » — растерянно спросил взглядом Тод. До сих пор во время наших вылазок никто не раскрывал моего статуса. Что делать-что...       — Разве не вы говорили, что гильдия Монблан продаёт всё, что может принести прибыль?       Я процитировал его же слова.       — Д-да, ваше высочество... — пробормотал Лоуэлл, всё ещё не поднимая головы.       — Каталоги отправляй во дворец. Если найдётся что-то, что может меня заинтересовать, — приходи ко двору и представь лично.       — А что могло бы заинтересовать вас…?       — Ну… Дорогое?       Я вспомнил точные слова.       — Редкое. Необычное, диковинное.       Вроде игровых предметов. А вдруг? У торгового дома Монблан обширные связи. Возможно, они отыщут артефакты, которых я, даже будучи принцем, ещё не встречал.       — Принеси мне такое — и я прощу твою дерзость.       Лоуэлл, казавшийся до этого напуганным, поднял голову. Его глаза загорелись.       — Да, ваша светлость. Если я явлюсь во дворец, могу ли сказать, что прибыл по вашему повелению?       — А как иначе?       Лоуэлл широко улыбнулся и прикоснулся губами к моей руке.       — Благодарю за милостивое решение.       По пути обратно во дворец Тод ворчал:       — Вот бесстыжий тип! Слухи о младшем сыне торгового дома Монблан оказались не такими уж и преувеличенными.       — Да? А мне показалось, из него выйдет хороший торговец.       Честный характер. Не знаю, поможет ли это в делах, но всё же...       — Ах... Ну да, возможно.       — Тебе Лоуэлл не по нраву?       — Разве вы не знаете, ваша светлость? — неожиданно переспросил Тод.       — Что именно?       Тод закатил глаза. Он же лишь самодовольно ухмыльнулся.       — Значит, вы не в курсе! Хотя, если подумать, вашей светлости и не обязательно было это знать.       — Так о чём именно?       — Ах! Ваша светлость, кажется, мне нужно разобрать вещи!       Совершенно прозрачно сменив тему, Тод тут же исчез у меня на глазах. Вскоре после этого стражники сложили поклажу посреди комнаты. По лицам рыцарей было видно их недовольство. Что и понятно — таскать чемоданы явно не входило в их обязанности.       «Скоро поползут слухи», — подумал я.       Мои стражники обладали изрядным терпением, но вряд ли их характеры были столь великодушны, чтобы с радостью участвовать в причудах принца, заигравшегося в торговлю. Хорошо бы, чтобы поползли сплетни о глупом принце, тратящем бешеные деньги на какую-то бессмыслицу.       Я остался один в опустевшей комнате — ни стражников, ни слуг. Поставив «Шкатулка Желаний» на стол, я какое-то время молча смотрел на неё. Если этот артефакт и вправду дарует то, чего жаждет владелец, то для меня существовал лишь один возможный предмет. Ключ к возвращению домой. Я даже не знал, как он должен выглядеть. И существовал ли он вообще.       Но вдруг… Вдруг… Шкатулка была небольшой, сшитой из бурой кожи. Ни изысканной отделки, ни украшений — лишь лаконичная форма, удобная для того, чтобы уместиться в сложенных ладонях. Её поверхность оказалась твёрдой на ощупь, а внутри она казалась пугающе лёгкой, будто пустой. Замка не было — лишь декоративная застёжка. Достаточно было поднять скобу, и шкатулка открывалась.       Я поднял застёжку. Шкатулка не открылась. Я потянул сильнее — так, что на руке выступили жилы, — но результат не изменился. Верх и низ будто слились воедино, не желая расставаться. Что за чёрт? В досаде я швырнул её на стол. Раздался глухой стук, но шкатулка осталась невредима — лишь стол украсила свежая царапина.