0 и 1

      — Я постараюсь, чтобы никто не заметил отсутствия господина Тода.       С каких пор Алекс величает Тода "господином"? Они что, подружились, пока я спал?       — Это невозможно.       — Простите. Но слуг в Академию не пускают. Видимо, мне действительно придётся постараться.       Алекс говорил без намёка на злой умысел, но Тод выглядел глубоко оскорблённым.       — Правила Академии несправедливы! Но я полагаюсь на вас.       — Хорошо. Начну тренироваться с вырезания кроликов из яблок.       Мне это не нужно. Серьёзно ли он собирается тренироваться? Алекс взял нож для фруктов. Огромный клинок странно смотрелся в его крупной ладони — словно игрушечный. И вот Алекс начал ловко счищать кожуру с яблока. Но как он собирается вырезать кролика, если срезает всё подчистую? Было настолько странно, что я не мог оторвать взгляд. Хотя я вовсе не просил кроликов...       Погодите, это ведь Тод и Алекс хотят вырезать кроликов, а не я. С чего я вообще переживаю? В любом случае, Алексу точно не нужно тренироваться в чистке фруктов.       — Нет... С витаминами всё будет в порядке. Я просто буду больше двигаться.       — Но, ваша светлость, вы же всегда говорите так, а потом только дыхательными упражнениями и ограничиваетесь! — воскликнул Тод.       Алекс удивлённо переспросил:       — Неужели?       — Точно!       — О чём вы? Я же регулярно езжу верхом.       — Всего тридцать минут в неделю, ваша светлость!       — Это серьёзно, — покачал головой Алекс.       — Вы ведь можете совсем потерять мышечную массу! — трагически заключил Тод.       — Это катастрофа.       Я сначала подумал, что они сговорились, но лицо Алекса было смертельно серьёзным. Он кивал, оценивая мою мышечную массу.       Э-э?       Кажется, он действительно так считает. Но дело не в том, что я ненавижу спорт. У Джоффри и без того полно дел помимо разрушения репутации. Просто на тренировки не оставалось времени. После отмены уроков с господином Баумкухеном, физическая активность исчезла из расписания. Я ещё считал достижением, что выделяю время на верховую езду. Хотя, если честно, это было больше для тренировки побега в экстренной ситуации.       — Ваша светлость, сколько часов вы можете бежать без остановки? — спросил Алекс.       — Не знаю. Наверное, час.       — Ваша светлость, можно вас осмотреть?       — Что? Нет.       Но Алекс с выражением глубокой озабоченности приблизился.       — Тод? Останови его! — но глаза Тода загорелись.       — Ведь сэр Алекс — выдающийся рыцарь, не так ли? Вы могли бы помочь его светлости с тренировками?       — Конечно. Простите, ваша светлость, это ненадолго.       Алекс схватил меня за плечи, начал ощупывать бицепсы, затем просунул руки под мышки, проверяя мышцы спины и поясницы. Что за чёрт? Тод! Даже Тод выглядел слегка ошарашенным, наблюдая за Алексом. Не смотри, останови его!       — Ай! Алекс!       Больше всего невозможно было терпеть щекотку. Его огромные ладони сжимали так крепко, что я не мог пошевелиться. Алекс отступил только когда моё лицо уже готово было лопнуть от возмущения. Вау! Серьёзно?!       — Всё в порядке, ваша светлость?       — Какой ещё 'в порядке'?! Ты же меня так тискал!       — Ах. Простите, ваша светлость. Видимо, я ещё не достиг того уровня просветления, когда могу определить физическую форму лишь взглядом.       Алекс извинялся с таким видом, будто это было какое-то духовное прозрение. Вау! Да ну тебя! Разве так должно быть? Я посмотрел на Тода в поисках поддержки, но тот лишь понимающе кивнул: "Ах, ну да, конечно", — и начал расспрашивать Алекса, как родственник у постели больного:       — Как состояние его светлости? Я ведь уже говорил — он лишь изредка соглашается на прогулки, несмотря на все мои уговоры. Моё беспокойство просто зашкаливает.       — Значит, прогулки всё же есть. Это хорошо. Мышечная масса соответствует уровню обычного взрослого мужчины.       — Понятно! Какое облегчение, ваша светлость!       Тод обрадовался. У меня был миллион возражений, но слова застряли где-то в горле. Потирая поясницу, странное ощущение всё ещё не проходило, я спросил:       — Ты правда так переживал?       — Конечно. В детстве вы ведь обожали играть на улице, проводили часы в саду... А потом вдруг стали выходить только по необходимости.       Тод тяжело вздохнул:       — Что ж... Придётся доверить вашу безопасность сэру Алексу. Раз уж он такой эксперт. —  Он театрально поклонился — Прошу вас, позаботьтесь о его светлости.       — Не сомневайтесь.       Так это странное застолье неожиданно завершилось на тёплой ноте. На следующее утро Тод вышел проводить нас до ворот гостиницы.       — Это талисман для удачи на экзаменах, ваша светлость.       — Хорошо. Спасибо.       — Это чай для ясности ума. Если почувствуете жажду во время экзамена — выпейте. А это шоколад — при интенсивной умственной работе расходуется много калорий. И ещё...       Тод продолжал совать мне в руки всё новые вещи, пока наконец не вручил ручку, которой прошлогодний лучший абитуриент писал свои экзамены. Где он только это раздобыл? Теперь, если я провалюсь, вина будет исключительно на мне. С грузом "счастливых" талисманов я вошёл в здание Академии, окутанное утренним туманом. Словно декорация из игры, странное сооружение поглощало студентов один за другим. Алекс, у которого были другие экзамены, остался у главного входа:       — После экзамена я сразу отправлюсь в экзаменационный зал. Пожалуйста, подождите меня там, ваша светлость.       — Хорошо. Удачи.       — Спасибо. Я обязательно поступлю, — Алекс твёрдо пообещал.        Чем же всё закончится? Поступит ли Алекс? По оригинальному сюжету он должен был поступить только в следующем году, так что, возможно, провалится.       Если честно, я именно поэтому и взял его с собой. Провал для него был практически невозможен. Но если он всё же не поступит — значит, статус Алекса как младшего товарища действительно крайне важен для игрового сюжета. Алекс, уходя в зал для практических экзаменов, постоянно оглядывался. Я улыбнулся и помахал ему в ответ.       В отличие от Алекса, который сдавал рыцарские испытания, мне предстоял письменный экзамен — проверка знаний истории и навыков сочинения. Экзаменационный зал представлял собой просторную аудиторию. Я прошёл между расставленными столами и сел на своё место. Звук переворачиваемых страниц, запах чернил, тихие разговоры — всё это создавало напряжённую, но знакомую атмосферу. Это было странное чувство. Ощущение чего-то очень знакомого и уютного. Хотя я впервые в Академии, интерьер аудитории ничем не отличался от обычного школьного класса. Разве что потолки здесь были выше, колонн больше, а территория — обширнее. Да и в обычных школах обычно нет таких огромных озёр.       Это была игра в жанре "романтика + школьная жизнь", где студенты расхаживали в униформе. Мне досталось место у окна в самом конце класса — прямо как в старые времена. Именно за такой партой я сидел на уроках. Хотя, если честно, я не столько учился, сколько спал. Передо мной Ю Ёнхо обычно дремал, уткнувшись лицом в учебник. Я уже готов был погрузиться в ностальгию, как вдруг заметил — сейчас передо мной тоже кто-то спит, склонившись над партой. Э-э? Сегодня же вступительные экзамены? Я постучал по спинке передней парты:       — Экзамен начинается. Проснись.       Неужели он уже сдался?       — Мммм...       "Зомби" передо мной медленно поднял голову. Неуверенно оглянулся. Почему-то я ожидал увидеть сонное, апатичное лицо Ю Ёнхо.       — О? Ваша светлость? Только сейчас пришли?       Лоуэлл говорил, наполовину прикрыв глаза. Сложно было сказать — то ли он их закрыл, то ли, наоборот, открыл. С каждым его словом в нос ударял перегар. Разочарование отхлынуло, как отлив, оставив после себя нарастающее недоумение. Разве мы не ровесники?       Твой день совершеннолетия же только в следующем году? Это явно выходило за рамки "вина за ужином". От пары бокалов так не разит. Похоже, Лоуэлл основательно напился. Неужели вчера после ухода он сразу отправился в таверну? Вау. В реальном мире заведение уже лишилось бы лицензии.       — Сколько ты выпил?       — Не помню.       Он выглядел совершенно разбитым — то ли от сна, то ли от похмелья. Голос хрипел. Вид был настолько неподобающим, что все взгляды в аудитории устремились к Лоуэлю.       — Извините. Я... немного вздремну.       Лоуэлл снова рухнул на парту. Я слегка опешил. Конечно, Ю Ёнхо здесь быть не может. Лоуэлл Монблан — романтический персонаж, ветреный любитель развлечений. Хотя в описании его характера я не до конца понимал, что значит "гуляка", но, похоже, он стал точь-в-точь как в оригинале. Лоуэлл спал как убитый, пока не появился экзаменатор, заставивший его подняться.       — На экзамен отводится три часа. Покинуть аудиторию можно будет через час после начала. Готовые работы сдавайте здесь.       Я видел только затылок Лоуэлля. Он подпер голову рукой, уставившись в стол. Не поймешь, спит он или нет. Но когда раздали экзаменационные листы, он начал писать. Это и не удивительно. Лоуэлл должен был учиться в одном классе с Джоффри и героиней — провалить экзамен он не мог. Но почему же я думал, что он завалит?..       Потому что так часто делал Ю Ёнхо. Хотя у Ю Ёнхо не было таких светло-каштановых волос, и он не напивался перед экзаменами. Странная мысль. Все сосредодочены на тесте, а я витаю в облаках. Нужно собраться. Провалить экзамен для Джоффри было бы немыслимо.       Я начал читать первый вопрос. Как и на экзамене у герцога Пай, вопросы требовали развёрнутых ответов. В целом, уровень был не слишком высоким — вполне решаемо. Я писал ответы в меру своих знаний. Перечитал написанное, проверил логические связи между абзацами. Всё в порядке.       Наверное, не завалю.       Я положил ручку и огляделся. Лоуэлл зевнул и поднялся, и я тоже встал, держа в руках свою работу. Но, кроме нас двоих, никто больше не шелохнулся. Прошло чуть больше двух часов из трёх. Остальные абитуриенты всё ещё усердно заполняли листы, уткнувшись в задания. Студент из моего ряда бросил на меня косой взгляд — будто смотрел на того, кто уже сдался.       ...Я ведь не провалюсь? Не может же быть?