0 и 1

      — Ты мне нравишься. Если не ты, то я не хочу больше ни в кого вкладываться.       — О-о... Для меня это большая честь. Неужели я оказался гением инвестиций? Должно быть, сказывается, что я сын торговца.       Лоуэл смущённо забормотал, растерянно улыбаясь.       — Ваши напитки готовы.       Как раз в этот момент официантка принесла три чашки горячего шоколада, и разговор прервался. Поставив чашки, она взглянула на Лоуэлла. Тот, встретившись с ней глазами, рефлекторно улыбнулся — это было похоже не на осознанную реакцию, а скорее на спинномозговой рефлекс. Официантка прижала поднос к груди и быстро удалился, семеня ногами.       — Видишь? Он явно заинтересован в тебе! — прошептал другой работник за стойкой, но довольно громко.       — Похоже, что так. Что же делать!       — А-а-ах! — приглушённый вскрик раздался за стойкой.       —Я ничего не делал, — сказал Лоуэлл.       — Я знаю.       — Но, ваша светлость... Ваш слуга так на меня смотрит.       Тод сидел смирно, но когда я перевёл на него взгляд, он невинно произнёс:       — Ваше высочество. Я считаю, что человек, который флиртует с кем попало, — недостоин.       — Я тоже так думаю.       — Ваша светлость, вы же видели — я ничего не делал! — возразил Лоуэлл.       — Ваше высочество! Поведение человека в обычной жизни — вот что действительно важно!       — Согласен.       Разве у Лоуэла плохое поведение? Кажется, он только и делает, что работает.       — Хотя накануне экзамена он всё же напился.       — Ваша светлость… — Лоуэлл беспомощно опустил плечи. — Похоже, мне стоит постараться, чтобы заслужить ваше доверие.       — Я и так тебе вполне доверяю.       — А вот какое именно доверие — это очень интересно!       — Я же вверил тебе своё состояние.       Лоуэлл закатил глаза, а затем рассмеялся.       — Верно. Для меня большая честь пользоваться вашим доверием.       — Ваше высочество, — вмешался Тод, — в этом мире, кажется, полно людей, у которых есть способности, но совершенно ненадёжный характер.       — И я так думаю.       — Ваша светлость… — Лоуэлл снова обмяк.       Споры о поведении Лоуэла не утихали вплоть до самого выхода из кафе, достигнув апогея, когда кассир задержал его в момент расчёта.       — Нам выйти?       — Да, ваше высочество.       Мы с Тодом ждали Лоуэлла на улице. Спустя некоторое время он вышел.       — Ваше высочество, я считаю, что тех, кто не ценит чужие чувства, ждёт наказание, — сказал Тод.       — Ваша светлость… Не могли бы вы объяснить вашему слуге, что я всегда отношусь к чувствам других с уважением?       — А, вы двое договорились о встрече?       — …       Тод уставился на Лоуэлла ледяным взглядом, даже не глядя на меня. На его лице явственно читалось: «Мерзко». Как человек, знакомый с игровым персонажем Лоуэллом, я думал, что подобные пятиминутные размолвки — это часть его характера. Но Тод оказался не таким. Со стороны это выглядело как самое обычное начало романа. Неужели стандарты в отношении Лоуэла были настолько суровы? Но в конце концов, к тем, кто нам не нравится, мы всегда предъявляем завышенные требования.       — Ваша светлость, ваш слуга смотрит на меня, будто я насекомое.       — Тод не смотрит на насекомых с таким презрением.       — Ваша светлость, мне кажется, ваш слуга считает меня хуже насекомого.       — Разве не стоит быть осторожнее с догадками о чужих мыслях?       Отмахнувшись от Лоуэлла, я направился в гостиницу, но на душе было странно. Такое ощущение, будто я забыл зонт в автобусе. Улицы были заполнены выпускниками, только что закончившими экзамены. Кто-то неловко задел меня плечом.       — Простите, — тут же извинился незнакомец.       Как так вышло, что мы столкнулись? Это не значит, что я настолько ловок, что могу пройти сквозь толпу, никого не задев... Просто... Почему мне так пусто?       — Кстати, ваше высочество, разве сэр Алекс ещё не закончил экзамен? — спросил Тод.       По спине пробежал холодный пот. Алекс.       Как я мог о нём забыть? В голове моментально развернулся список оправданий: экзамен закончился слишком рано, я волновался о результатах, вышел — а Тод уже ждал, не было сил думать о ком-то ещё, да ещё и Лоуэл заговорил. Я смял этот список в голове и выбросил в мусорную корзину. Как только мы добрались до гостиницы, я сразу же отправился искать Алекса. Если экзамен уже закончился, а в аудиториях никого нет, он наверняка вернулся сюда, подумал я. Но в номере никого не было.       — Я ненадолго выйду!       — Э-э? Ваше высочество? Куда вы?       — В академию!       Я бросился к зданию академии. Пришлось пробиваться против потока людей, и к тому моменту, как я миновал главные ворота, моя одежда промокла от пота. Я нашел его. Алекс стоял перед экзаменационным залом. Среди студентов, которые после окончания испытаний либо плакали в объятиях родных, либо шумно радовались. Он выделялся на фоне остальных — на голову выше других. Спокойно наблюдал за выходящими из зала студентами.       Из-за того, что факультеты и время экзаменов у всех были разными, в залах ещё оставалось множество учащихся. О боже, что же делать. Неужели он собирался ждать, пока все не разойдутся? Алекс стоял в коридоре совершенно неподвижно, но, заметив меня, его лицо вдруг озарилось. Даже на обычно невозмутимом лице малейшая перемена была красноречива.       Он был рад меня видеть. Он искренне радовался моему появлению. Хотя мой экзамен давно закончился, и я, забыв о нём, успел выйти из академии и вернуться обратно. Ну как же так?       — Алекс...       — Ваша светлость. Позвольте проводить вас.       Алекс сделал шаг вперёд. Я преградил ему путь рукой.       — Зачем ты ждал? Ты же мог выйти — экзамен по административному управлению уже окончен.       — Простите? Но я же сказал, что буду ждать... Вот и ждал.       Где же моя голова? Я сам попросил его стать моим рыцарем. Я ведь уже знал, какой у Алекса характер — ещё со времён игры. Добросовестный и верный своему слову рыцарь. Именно поэтому я принял его клятву.       — Я даже сходил до гостиницы и вернулся...       Почему вместо того, чтобы признать свою вину, я продолжаю оправдываться? Что я несу? Вместо извинений — оправдания. Так или иначе, слова уже сорвались с губ. Я замер, ожидая реакции Алекса. Он вывел меня из толпы, словно живой щит, ограждая от столкновений. Благодаря ему мы беспрепятственно выбрались из академии.       — Алекс?       — Да, ваша светлость.       — Тебе нечего сказать?       — Прошу прощения. Я не предполагал, что экзамен затянется так надолго.       — ...Что?       — Практическая часть оказалась объемнее письменной... Это ошибка в расчетах. В следующий раз я постараюсь сдавать экзамены одновременно с вами.       Кажется, мы говорим о разном. Или это только мне так кажется? На лице Алекса читалась абсолютная серьезность.       — Э-э... Ты уверен в своих силах в историческом сочинении?       — Нет.       — И как тогда мы будем сдавать один экзамен?       — Я буду учиться.       — Но если ты поступишь сейчас, тебе больше не нужно будет сдавать вступительные.       — Я буду посещать те же лекции, что и вы, ваша светлость.       Казалось, наши слова совершенно не встречаются. Мы вообще ведём один разговор? Разве не сейчас момент, когда я должен извиняться? Но Алекс, похоже, совершенно не ждёт моих извинений.       — Я слышал разговоры абитуриентов — в Академии очень много разных курсов, ваша светлость.       — Угу.       — Оказывается, просто поступить недостаточно, чтобы быть рядом с вами. Нужно записываться на одинаковые предметы.       — Да, точно...       — Разные факультеты могут посещать одни и те же лекции? Если нет, мне, пожалуй, придётся перевестись.       Похоже, пока Алекс ждал, он внимательно прислушивался к разговорам других абитуриентов. Меня удивило, что существуют люди, которые, не зная таких элементарных вещей, осмеливаются сдавать экзамены в Академию. Другие абитуриенты, наверное, думали так же, но слышали этот диалог только мы вдвоём.       — Даже на разных специальностях можно посещать общие курсы, так что не переживай.       Хотя профильные предметы, конечно, будут разными. Я объяснил Алексу то, что знает любой абитуриент Академии. Алекс заметно расслабился.       — Так значит.       — Ты правда переживал, что придётся сдавать историческое сочинение?       — Да, ваша светлость.       — Барон Баумкухен разве не преподавал тебе историю?       — Нет, ваша светлость. Это я невнимательно слушал.       — А, ну да.       — Надо было слушать внимательнее.       — Вот именно. Учёба — она ведь не для других, а для себя.       — Так точно, ваша светлость.       Алекс, будь он в нашем мире, наверное, пошёл бы в спортивный институт. Кажется, он действительно не любит учиться. Как и я, впрочем. Хотя... Неужели всё так просто и его это устраивает?       Мы кое-как добрались до гостиницы, где Тод уже готовил праздничный банкет — так называемую «вечеринку для удачи на экзаменах». Он арендовал всё кафе целиком, так что других посетителей не было. Тод, который вчера за ужином вёл себя так, будто это наш последний ужин, и сейчас не изменил привычке. С тоской в глазах он наблюдал за мной, явно переживая о моей будущей жизни.       — Ваше высочество никогда не жили без слуг — как же вы сможете обходиться без них в Академии? Они же не станут учитывать положение студентов! Да как вообще можно быть такими отсталыми!       Хотя, по-моему, это скорее студент, неспособный жить без слуг, является отсталым. Тод был абсолютно уверен в моём поступлении. Ради него одного моё имя должно было оказаться в списке принятых. Покорно усевшись на стул, куда меня усадил Тод, я снова ощутил беспокойство.       Если бы экзаменационные задания были сложными, я бы хотя бы успокоился. Но, кажется, я оставил там ответы уровня одиннадцатилетнего ребёнка. Собственно, сами вопросы напоминали те, что задавал на уроках наш преподаватель Пай Гонджак, когда мне было одиннадцать.