0 и 1

      Эдвард пристально смотрел на меня.       Я не лгал.       — Ты ненавидишь подарки или просто не хочешь принимать их от меня?       — Первое.       — Ничего.       Что «ничего»?       — Никуда не денешься.       Эдвард усмехнулся.       — Увидимся на следующем занятии, Джоффри.       Мне хотелось спросить: «Да что с тобой не так?» — но я молча вышел из мастерской. Эдвард всегда добивается своего. Вряд ли его истинное желание — накормить меня тостами. Проблем накопилось слишком много. Разминируя бомбу, не стоит первым делом трогать самый опасный провод.       Начнём с Лоуэлла. Мне нужно выяснить, что знает Лоуэлл Монблан. Я вызвал его за пределы Академии.       — Ваша светлость, вы звали меня?       — Пойдём.       — Э-э? Куда?       Я и Алекс буквально зажали Лоуэлла спереди и сзади. Лишённый возможности сбежать, даже его вечно улыбчивое лицо наконец выразило лёгкое замешательство. Мы миновали заполненные студентами улицы и свернули в безлюдный переулок. Впереди виднелись ещё не открытые бары и пустые кафе. Дойдя до конца аллеи, я нашёл совершенно безлюдное кафе.       — М-м...       Последовавший за нами Лоуэлл сдавленно крякнул. Окинув взглядом интерьер, он растянул губы в улыбке, словно говоря «И что нам теперь делать?»       Даже с таким выражением лица он казался невозмутимым, но я-то понимал — ему не по себе.Мне даже было бы лучше, если бы он чувствовал себя ещё более неловко. Я не знал, насколько Лоуэлл догадывается о моих истинных намерениях. Разве то, что принц расточителен, — секрет, о котором стоит шептаться? Или нет?       Мир вокруг всё ещё оставался для меня чужим в некоторых аспектах.       — Прошу прощения.       Хозяин кафе дремал, положив голову на стойку, но проснулся от моего голоса.       — Я хотел бы арендовать комнату. У вас есть свободные залы?       — Да, конечно. Я подготовлю для вас комнату.       Он поднялся с места.       — Что будете заказывать из напитков?       — Мне ничего.       — Я тоже обойдусь.       Лоуэлл и Алекс ответили по очереди. Хозяин кафе, наблюдая за нами, замер на мгновение.       — Вы арендуете целый зал, но не закажете ни одного напитка? — казалось, говорило его выражение лица.       Лоуэлл тоже заметил его настроение.       — Ах, пожалуй, я бы выпил виноградного сока, — поспешно добавил он, затем посмотрел на Алекса. Взгляд явно говорил: «Ты тоже что-нибудь закажи», но Алекс лишь уставился на Лоуэлла в ответ.       — Ладно. Алекс тоже возьмёт сок. И мне тоже, — подвёл я черту.       Вообще, такие тонкие навыки, как «разговор взглядами», обычно требуют лет светской практики. Мне самому потребовалось время, чтобы освоить это. Для Алекса, который тренировался только с мечом, это был совершенно другой язык.       — Да, три виноградных сока, верно? Хозяин кафе кивнул.       Он провёл нас к комнате, быстро зашёл внутрь и осмотрел её. Видимо, найдя состояние удовлетворительным, он улыбнулся и придержал дверь.       — Проходите.       Как только мы вошли, в нос ударил запах пыли. Что? Это точно подходящая комната?        Хозяин кафе дружелюбно улыбался, поэтому я всё же сел на диван. Даже под лёгким весом поднялось маленькое облачко пыли.       Кхм… Лучше сдержать кашель. Казалось, если я закашляю, пыль разлетится повсюду. Видно, комнатой давно не пользовались. Насколько же она чистая? Лоуэлл, видимо, думал о том же. Он провёл пальцем по столу.       — Кажется, стоит протереть стол, — сказал он, показывая хозяину запачканный пылью палец.       — Простите! Ха-ха, ну надо же, я же каждый день убираю... Как здесь оказалась пыль...? Я проведу вас в другую комнату!       Будет ли другая комната в лучшем состоянии?       — Не нужно. Просто принесите напитки и не заходите больше.       — Хорошо, тогда я хотя бы быстро протру стол тряпкой...       — Не надо.       Пыль ещё никого не убивала. Всё равно я не планировал задерживаться надолго. Мне просто было любопытно, о чём думает Лоуэлл.       Мне не нравятся людные места, поэтому общежитие не подходило. А в Академии был риск, что нас подслушают. Так что этот вариант — просто вынужденный компромисс. Хозяин принёс напитки. Три стакана виноградного сока заняли своё место на столе. Почему-то мне казалось, что никто даже не притронется к ним. Я убедился, что хозяин вышел в коридор, и запер дверь. Лоуэлл с неопределённой улыбкой посмотрел на меня.       Он нервничал? Разве здесь было о чем волноваться? Я всё больше недоумевал.       — Нам есть о чём поговорить.       — Да, ваша светлость.       — Я хочу кое-что узнать. Здесь нет людей, это не открытое пространство. Если только хозяин кафе не прильнул ухом к двери — подслушать нас некому.       — За дверью никого нет, — подтвердил Алекс.       Он не сел рядом со мной, а остался стоять сзади. Создавалось ощущение, будто мы допрашиваем Лоуэлла. Освещение в комнате было тусклым, и Алекс, застывший, как столб, выглядел ещё более угрожающе. Посадить Алекса было бы полезно для душевного здоровья Лоуэлла... но этот запылённый диван явно вреден для здоровья самого Алекса.       — Ну что, теперь готов поговорить? Продолжай свою мысль. Как ты считаешь, что я задумал?       На лице Лоуэлла появилось выражение лёгкой паники.       — Если я скажу не то... со мной что-то случится?       — Зависит от того, что именно ты скажешь. Я знаю, что ты проницателен и умен. Но не думал, что сможешь разгадать мои намерения...       Какие, к чёрту, намерения? Говори уже, раз такой умный. Пока я пытался сохранять внушительный вид, Алекс за моей спиной брякнул мечом. Он извлекал клинок ровно настолько, чтобы блеснуло лезвие, и снова вкладывал в ножны — получался этот угрожающий звук.       Лицо Лоуэлла побелело.       — Как ты понимаешь, человека, раскопавшего такие секреты, нельзя просто так оставить в покое.       Я и сам не понимаю, о чём это я. Какой ещё "секрет" настолько серьёзен? Лоуэлл скорчил жалобную гримасу.       — Я всё расскажу! Только не надо так... Ваша светлость, не могли бы вы приказать вашему рыцарю убрать меч? Это пугает.       — Алекс.       — Да, ваша светлость.       Алекс прекратил демонстрацию силы.       — Какое именно действие стало для тебя уликой?       Лоуэлл беспорядочно взъерошил волосы, затем прищурился.       — Да ничего особенного... Просто ваша светлость абсолютно не интересуется прибылью. Даже самый авантюрный инвестор не станет вкладываться без оснований. Со стороны это может выглядеть, как сжигание денег вместо дров, но у такого человека всегда есть своя вера.       — Вера?       — Да. Либо вы верите, что обладаете особым взглядом, отличным от других, либо у вас есть доступ к скрытой информации. Такие люди легко обманывают сами себя. То же самое с отчаявшимися. Разве принцип мошенников не в том, чтобы подобраться к отчаявшимся? Когда кругозор сужается, а нервы на пределе — можно поверить даже в самую нелепую ложь.       — Вполне возможно.       — Обычное дело.       — А я разве не такой?       — Нет. Ваша светлость не из тех, кто слепо верит в свою проницательность. На самом деле, те предприятия, которые вы «выбирали»... если быть точным, вы даже не выбирали. Вы просто тыкали в худшие варианты из списка. Простите, что говорю так прямо.       Лоуэлл опустил голову.       — Зачем? Это правда. Не нужно извиняться. Продолжай.       Во рту пересохло.       — Для вас не имело значения ни содержание предприятий, ни даже успех. Я прав?       Лоуэлл нервно улыбнулся. Попал в точку. Он действительно понял мои истинные намерения.       — Как ты догадался?       Я размышлял, как заткнуть ему рот, внешне сохраняя невозмутимость. Ладно... Алекс в той же комнате. В крайнем случае можно пригрозить… Но Лоуэлл продолжал уверенно:       — Вам не нужны были ни прибыль, ни слава от успеха. Как только я начал с этого — всё встало на свои места. Молодые аристократы иногда вкладываются в странные проекты, но никто не тратил таких сумм, как вы. И уж точно никто не выдвигал таких... своеобразных условий. Именно они стали ключом.       Он наклонился вперёд:       — Зачем вам понадобилось именно это?       Да уж. Эти условия действительно были слишком очевидными. Это был практически призыв к бегству.Иначе говоря, со стороны Джоффри выглядел полным идиотом? Как будто нарочно подкладывал себе свинью. И это был правильный ход.       — Может, ты просто слишком часто имеешь дело с разумными аристократами?       Я намеренно усомнился в его выводах. В этом мире не все могли быть такими проницательными, как Лоуэлл.       — Нет.       Его ответ прозвучал категорично. Но он прав.       — Я путешествовал по множеству стран вместе с отцом и видел, как бесчисленное количество людей бралось за бизнес и проваливалось — ещё до того, как начался инвестиционный бум. Это была главная тема за обеденным столом. Торговый дом Монблан гордится своей базой данных о коммерции и инвестициях — ей нет равных.       — .....       — Но главное — ваша светлость и раньше делала крупные пожертвования. Будь я, как остальные, не в курсе этого факта, то решил бы, что вы просто играете в инвестиции, как молодые аристократы. Вы богаты — можете позволить себе суммы, недоступные другим. Но эти условия... Авансовая выплата, позволяющая обедневшим простолюдинам погасить долги и выйти из рабства — это было гениально."       Лоуэлл говорил с возрастающим энтузиазмом. Настроение разговора принимает опасный оборот.