0 и 1

      —  Мисс Иделла Эклер? Да, приглашение. Отправлю завтра.       Получив это обещание от начальника общежития, я направился обратно в резиденцию.       Под цветущей сакурой пара студентов репетировала вальс. Когда их лица приблизились в танце, они застенчиво улыбнулись друг другу — видимо, новоиспечённые влюблённые. Милая сцена. Именно так должны выглядеть Иделла и Эдвард. Мимо проходила группа студентов, оживлённо обсуждающих что-то:       — Слышали? Принц Эдвард пригласил кого-то на бал!       — Говорят, это было невероятно романтично — как публичное признание!       — Кого же он пригласил?       — Кажется... Иделу Эклер?       Я резко остановил проходящих:       — Что вы сказали? Повторите.       

* * *

      Грей Крекер наградил капитана стражи и принял пойманного беглеца. Мужчина выглядел жалко — землистый цвет лица, сгорбленная спина. Казалось, он провёл годы в темноте и тесноте. Увидев Грея, он вскочил с криком:       — Я ничего не сделал! Спросите того типа — это он всё организовал, а потом сбежал!       Грей поморщился и отступил на шаг. Лёгкий кивок — и солдаты пригнули мужчину к полу. Осматривая пленника, Грей заметил, как тот, выбившись из сил, перестал сопротивляться, но продолжал украдкой следить за его реакцией.       — С 12 лет содержался в столичном приюте, затем продан в рабство в порту, — доложил капитан. — Полгода назад пойман при попытке бежать обратно в столицу.       — Если был портовым рабом, разве не имел шансов выкупиться? — спросил Грей, но тут же сам понял ответ.       — Знатные господа, помешанные на прибыли, не станут тратить большие деньги на любого раба,— прошептал Грей, понимая суть проблемы.       Они хотели крепких, надёжных работников — а этот человек явно не соответствовал: слишком низкорослый и тщедушный. Грей приблизился к мужчине. Тот отчаянно извернулся, уставившись на него снизу вверх.       — У меня для тебя дело. Выполнишь — вытащу из тюрьмы и восстановишь статус. Работа несложная: нужно уговорить одного человека.       Пленник разинул рот. Кому мог понадобиться уговор ничтожного раба?       — Ты знал его ещё в столичном приюте. Тогда он тоже звался Алекс? Рыжие волосы, зелёные глаза — трудно забыть.       — Алекс! Этот ублюдок! Да-да, конечно помню!       Хотя Алекс был ровесником мужчины, их судьбы в приюте разительно отличались. Тот выродок купался в благосклонности смотрителя.       — Все в приюте знали — даже если хлеб делили поровну, его кусок всегда был больше.       Мужчина напрочь забыл, как Алекс часто отдавал тот самый хлеб младшим детям.       — Тот самый Алекс теперь приёмный сын графа Баумкухена и служит принцу.       — Приёмный сын?! Этот выскочка?!       — Именно. Пока ты гнил в рабстве, Алекс Баумкухен стал национальным героем.       — Алекс Баумкухен?!       Имя явно было ему знакомо, но он никогда не связывал его с тем самым мальчишкой из приюта.       — Ты так и не узнал, почему тебя продали? Твой приют был частью схемы королевы — она копила богатства, торгуя детьми. А принц, которому служит Баумкухен... её сын.       Грей наклонился, чтобы поймать взгляд раба:       — Твоя задача — рассказать Баумкухену правду. Как королева продавала сирот. Как ты страдал. Посеять в нём сомнения о принце. Справишься?       — Д-да, господин! Я сделаю это!       Мужчина яростно закивал. Так этот выскочка Алекс теперь прислуживает принцу, пока я гнию в рабстве? А сам принц — сын той самой королевы, что продала меня? Значит, Алекс тоже был продан в рабство к принцу? С его-то миловидной внешностью это вполне возможно. Пока я страдал, он… Выпроводив пленника, Грей отдал приказ солдату:       — Пусть поголодает ещё день. Слишком бодр — будет менее убедителен.       — Слушаюсь.       Алекс Баумкухен — приближённый принца Джоффри. Даже без личной неприязни он был главной мишенью. Грей потирал лоб, размышляя о следующей цели: Лоуэлл Монблан.       Стоило ли с ним связываться? Грей не верил в "купеческую честь". Даже если тот крутился возле принца — всего лишь оппортунист.Но, перелистывая последние донесения, его лицо постепенно каменело.       — Что, чёрт возьми, творит принц Джоффри?       Грей швырнул донесения на стол. Последние доклады рисовали абсурдную картину.        

* * *

      Алекс Баумкухен принял нежданного гостя. Худой мужчина с измождённым лицом поначалу казался ему незнакомым.       — Алекс, давно не виделись. Как я рад тебя найти. Ты... ты помнишь меня? Мы же из одного приюта...       — Джек.       Когда Алекс назвал его имя, глаза Джека вспыхнули слабой надеждой.       — Ты помнишь! Ты стал таким важным господином, я даже испугался подойти. Как ты... жил все эти годы?       Джек тяжело вздохнул. Алекс с трудом узнавал в этом иссохшем человеке того мальчишку из прошлого. Привычная тоска по тем, кто выжил, сжала ему горло.       — Не думал, что ты примешь меня. Когда услышал, что ты теперь «герой Баумкухен»... Ох... Пришлось пройти через многое, чтобы добраться сюда.       Алекс молча слушал. Один его взгляд уже заставлял людей оправдываться — привычная манера сильных мира сего. Джек, как и ожидалось, заёрзал. Алекс слишком хорошо знал это чувство — сам когда-то был на его месте.       — Тебе, наверное, не рады. Конечно. У тебя ведь всё хорошо. А меня продали в порт. Ты же знаешь, как там обращались с рабами... Я был слишком слаб для тяжёлой работы — только уборка в тесных трюмах, подручный труд. Спал в конурах, каждый день под ударами...       Джек, запнувшись, внезапно разошёлся — будто годы страданий хлынули наружу. Его седеющие волосы, землистый цвет лица, налитые кровью глаза. Он всхлипнул, украдкой наблюдая за реакцией Алекса. И в этот момент Алекс вспомнил. Этот самый Джек: Воровал еду у младших в приюте, подставлял других, чтобы заполучить лишнюю порцию. А когда Алекс пресёк это — подбросил змею в его постель (дело тогда замяли).И теперь он притворяется жертвой?       — Но самое ужасное... всё это — из-за принца. — Джек сделал паузу, заметив, как Алекс напрягся. — Ты знал? Что мы голодали и воровали... что детей продавали в рабство... всё ради его семьи!       Впервые за весь разговор Алекс проявил реакцию. Джек оживился:       — Не хочу плохо говорить о твоём господине, но... мы страдали. И не только мы! Ты же помнишь маленькую Лену? Милую девочку с косичками? Её продали — и где она теперь?..       — Она в поместье Баумкухена.       — Ч...что?       — Работает горничной в главном доме. Раз уж ты так беспокоился о её судьбе.       — О-она жива?! Ты... ты её спас? Вы виделись? Как хорошо... — Джек неестественно заулыбался.       — Многие тогда погибли. Убивали тех, кого нельзя было быстро продать.       Алекс говорил ровным, безжизненным тоном.       — Знаешь, почему ты выжил? Ты залез в ту повозку, притворившись другим. Знал, что ребёнок умрёт, но столкнул его и вполз сам.       — Ты... что за бред... — Джек задрожал.       Тогда в приюте действительно погибло много детей. Все были в панике, Алекса жестоко избили и куда-то уволокли… Он не мог этого видеть. Джек попытался взять себя в руки.       — Я же сказал — она в поместье Баумкухена. По приказу Его Высочества мы искали всех детей из того приюта.       Голос Алекса звучал ледяно:       — Как иначе ты думал, мы нашли проданных детей?       — Его Высочество? Значит принц... Тогда почему я...       Джек не мог понять логики. Если они спасали всех, почему оставили меня в аду?       — Поиски заняли годы. Я знал, где ты. Ты был прикован в порту — я мог забрать тебя в любой момент.       — Тогда почему?! — маска "старого друга" рухнула, обнажив искажённое яростью лицо.       Алекс равнодушно наблюдал за его метаморфозами:       — Потому что при одном взгляде на тебя мне хочется убить.       Когда слуга доложил о госте, принц обрадовался: "Выживший из приюта? Сходи, встреться!" Его Высочество надеялся, что это обрадует Алекса. И он не ошибётся. Алекс достал меч.