154.27
21 января 2026 г., 21:00
Нападение во время свидания Иделлы и Эдварда прошло так же, как и в игре — без лишних последствий. Вряд ли помогло то, что я предупредил стражу. Вернувшись, Иделла сияла и улыбалась:
— Моя безопасность? Я... я в порядке. И Его Высочество Эдвард тоже. Он... да... был воплощением идеального рыцаря. Совсем не испугался, а как безумец — нет, как настоящий герой — защитил меня от этих сумасшедших.
— Рад, что всё обошлось. Пойдёшь на фестиваль?
Я спросил мимоходом, и она ответила без тени сомнения:
— Да. Мы уже договорились.
Отлично. Я невольно выдохнул
— Кстати, к фестивалю приедет твой жених.
— Уже так скоро? — глаза Иделлы расширились.
Жених изначально должен был прибыть в академию раньше. Причина его задержки до фестиваля — активное сотрудничество с торговым домом Монблана.
Лоуэлл отправил своих людей, чтобы задержать его, пугая сложными терминами вроде "инвестиционных рисков" и "ликвидности капитала". Этого хватило, чтобы занять жениха делами на какое-то время. Это было нужно, чтобы выиграть время для Иделлы и её попыток сблизиться с Эдвардом... но, кажется, усилия оказались излишними. Иделла и Эдвард уже успели развеять недопонимание и даже сходить на свидание.
— Мне нужно морально подготовиться. Благодарю вас, Ваше Высочество.
— Пустяки.
— Если бы не ваши слова, я бы даже не осмелилась подумать о таком. Не говоря уже о попытках.
— О таком — странный способ назвать романтические отношения.
— Даже без меня у тебя бы всё получилось.
Иделла сияющими глазами ответила: "Да, Ваше Высочество." Похоже, она даже не расслышала моих слов. Но это не имело значения. Если она считала себя мне обязанной — тем лучше. Я возлагал на неё большие надежды. Стать возлюбленной Эдварда, влюбиться, обрести счастье… Только она могла спасти Джоффри.
— Кстати, скоро день рождения Эдварда.
— Правда? Я не знала.
— Передашь ему мой подарок вместе со своим?
Иделла выглядела удивлённой — почему бы не вручить лично? — но отказать принцу Джоффри не посмела.
— Хорошо, Ваше Высочество.
* * *
Вернувшись в комнату 306, я обнаружил Грея, который ждал меня. Он погасил свет, и на секунду мне показалось, что это снова Эдвард — сердце ёкнуло. — Почему вы в последнее время так поздно возвращаетесь? Грей задал вопрос, на который сложно было ответить. — Это ты меня спрашиваешь? Я прервался, снимая верхнюю одежду, зажёг лампу — Грей тем временем устроился поглубже на кровати. — Я-то посещаю только приличные места. А что делают ваши приближённые? По городу ходят странные слухи, а вы даже не контролируете ситуацию. Вы в курсе, что у того торговца, с сыном которого вы так часто общаетесь, ужасная репутация? — Ты беспокоишься обо мне? — О чём вы? — Подумал, может, переживаешь. А на самом деле просто хаешь? Вот пугает людей. Я задал вопрос с вызовом, но Грей, как обычно, ответил невозмутимо: — С какой стати я стал бы вас хаять? — Тогда в чём дело? — Репутация королевской семьи — не пустой звук. Если приближённые не заботятся о Вашем Высочестве, то вам стоит позаботиться о себе самому. — Ты веришь слухам? Ты же знаешь, насколько они недостоверны. Ещё несколько лет назад все всерьёз считали Эдварда слабоумным. И не нужно было далеко ходить за примерами. — Как на это посмотрит королева? Грей всегда был противен в игре именно потому, что бил в самые уязвимые места. — Если даже мои люди не заботятся обо мне, зачем тебе это? Занимайся своими делами. Грей будто застыл. Приглядевшись, я понял, что его выражение лица осталось спокойным — должно быть, игра света. — Я имел в виду заботу об Эдварде. Что планируешь на его день рождения? Грей нехотя поднялся с кровати, нашёл и надел очки. — А вы, Ваше Высочество? Будете действовать как обычно? Я каждый год отправлял Эдварду подарки. Через Грея. Это были всякие безделушки вроде гребня для расчесывания гривы или масла для ухода за копытами. Если подмешать их к формальным и дорогим подаркам Грея, они бы не выделялись. На двенадцатилетие я отправил их и стал ждать реакции Эдварда. До меня не доходило никаких слухов, будто он вскрикнул от неожиданности, получив подарок, или швырнул его куда-то. На следующий год я испек пирог и вручил его Грею, чтобы тот передал. Он поморщился. — И как я должен это преподнести? Это же слишком. — Скажи, что привез из Кракер-холла. — Да будьте же разумны. Разве это сработает? Грей ворчал, но все же передал подарок и вернулся. — Он поверил, — сказал это с видом полного недоумения. Грей долгое время был моим сообщником, но теперь переметнулся на сторону Эдварда. И при этом еще ожидал, что я буду посвящать его в свои секреты — ну и наглость. — Не смогу. — Вообще не будете ничего делать? Грей, кажется, растерялся. Я уже договорился с Иделлой, но ему об этом знать не обязательно. — Если я приготовлю подарок, передашь? — В этот раз будет праздничный банкет по случаю дня рождения… — Так пусть поднесёт дар вместе с остальными аристократами? Грей пробормотал: «Простите» — и замолчал. Неплохой вариант. Значит, Эдвард всё же получит мой подарок. Разговор прервался, потому что Грей залез в свою кровать и натянул одеяло на голову. Казалось, он уснул. Или сделал вид, что спит. — Грей, приглашения на банкет ты разошлёшь? Ответа не последовало. В игре день рождения Эдварда заканчивался ивентами с подарками. [Сегодня день рождения его высочества Эдварда. Что же ему подарить?] Я помню, как героиня ненадолго задумывалась, после чего появлялось окно выбора подарка. Подарок вручали в студенческом совете. Кажется, я тогда выбрал «Рыцарский шлем», и одобрение Эдварда слегка повышалось. Говорит, будет банкет? — Грей. — … Похоже, спит. А ведь это из-за него я проснулся. Банкет? Не может быть. Если бы на день рождения Эдварда устраивали праздник, то и другим персонажам для баланса пришлось бы делать то же самое, разве нет? В этой игре дни рождения всех персонажей были «уравнены» простой передачей подарков. Я заранее сказал Иделе, что для Эдварда лучшим подарком станут доспехи. Иделла лишь улыбнулась и ответила: «Как скажете». Если с помощью подарка поднять уровень одобрения и успешно провести праздничное событие, то шкала Эдварда заполнится как минимум на три сердца. Кажется, во время прохождения маршрута Джоффри я тоже получил одно сердце благодаря фестивалю. Судя по всему, героиня успешно справляется с его завоеванием. Я прижал лоб к подушке, пытаясь представить счастливое лицо Эдварда — как он идет рядом с героиней и улыбается. Но даже если его маршрут завершится хэппи-эндом, Эдвард всё равно продолжит ненавидеть Джоффри. От этих глупых мыслей у меня заныло под ложечкой, и сон окончательно улетучился.* * *
В день рождения Эдварда официального приема не было, но первый этаж мужского общежития был настолько переполнен желающими поздравить его, что мало чем отличался от праздничного банкета. Делать нечего — начальник общежития разрешил заходить даже посторонним. Правда, с условием: оставил подарок — и сразу уходи. Под «посторонними» подразумевались студентки, преподаватели и даже слуги академии. Подарки для Эдварда громоздились, как небольшая гора, и в тот день перемещение по общежитию стало настоящим испытанием. Те, кто вышел, не могли вернуться обратно, а те, кто оставался в комнатах, предпочитали не выходить вовсе. Мы с Алексом оказались в числе тех, кто вышел, но не смог попасть назад. После одной пары мы вернулись и увидели, что первый этаж полностью парализован, поэтому решили просто уйти за пределы академии. Раз уж мы оказались снаружи, заглянули в торговый квартал Монблан, чтобы разузнать о передвижениях жениха героини. Оказалось, тот медленно переезжал из города в город в арендованной карете и вот-вот должен был прибыть в академический город. Сроки совпадали идеально. Жених неизбежно столкнулся бы с Иделой и Эдвардом, которые собирались посетить фестиваль. Улицы были оживлёнными и немного хаотичными из-за подготовки к фестивалю. Разносящиеся повсюду ароматы придавали всему живую, кипящую атмосферу, и даже шаги прохожих казались легче. Возможно, из-за уличных художников или чего-то подобного, многие торговцы узнавали Джоффри. Они кланялись ему, почтительно склоняя головы, а когда мы проходили мимо лотков, то получали то фрукты, то ещё что-нибудь. Мне вспомнилось, как в пятнадцать лет он отправился на рынок и был раскрыт — если бы тогда он взял всё, что ему предлагали, пришлось бы тащить целую гору. Кое-как отказываясь от подношений, мы прошли через украшенные тентами улицы, поужинали в тихом ресторане и вернулись в общежитие. Когда в маршруте Джоффри заполнилось три сердца, он всякий раз краснел при виде героини и говорил ей сладкие слова. Именно с этого момента они стали чем-то вроде потенциальных возлюбленных. Если только разница в реакциях персонажей не слишком велика, три сердца — верный знак, что маршрут определён. А Эдвард? Он тоже покраснеет? Покажет такую же понятную реакцию? Тогда я смогу наконец успокоиться. Уже полностью стемнело, и, судя по тишине, все гости покинули общежитие. Свет из холла вырывался через открытую дверь. — Ваше высочество! Я уже переступал порог, как вдруг меня резко дёрнули назад. Кто-то обхватил меня так крепко, будто вцепился намертво. Нападение? Но Алекс даже не шелохнулся. Я обернулся — и увидел растрёпанные волосы, собранные лентой, словно конский хвост. Это была Иделла. Её глаза сияли, как звёзды. — Ваше высочество, мне сделали предложение!
