0 и 1

      Из-за таких, как Лоуэлл Монблан, вокруг принца Джоффри могли поползти странные слухи. К счастью, люди знали искренность его высочества и не поняли превратно. Но королева всё равно могла разгневаться. Возможно, её взбесит уже то, что слухи вообще появились. Что, если вместо письма придут солдаты?       Не смог даже отогнать насекомых, кружащих вокруг принца. Если его куда-то увезут и выпорют, он не сможет увидеться с принцем. И его высочество будет беспокоиться. Тод усмехнулся этой мысли, но тут же поднялся, услышав голос слуги:       — Тебе письмо.       — Дай сюда.       Его опасения не подтвердились. Письмо было из дворца. Значит, королева просто была занята? Тод прочитал послание. Все эмоции разом исчезли с его лица.       

* * *

      Тишина повисла в переулке. Эдвард убрал руку ото рта и уставился на меня. Его лицо, сначала выражавшее неверие в собственные действия, теперь исказилось знакомой мне ненавистью и обидой.       — Уходи. Мне больше нечего тебе сказать.       Он говорил так, будто я совершил нечто ужасное, что лишает меня права находиться рядом. Кто тебе позволил так решать?       — Снова хочешь сказать, чтобы мы больше не виделись?       — Что?       — Что будет, если я на этот раз послушаюсь? Ты снова возненавидишь меня, будешь брезговать, а когда понадоблюсь — позовёшь?       — О чём ты вообще говоришь?       — Ты правда не понимаешь?       Как он может не понимать? Это же он сам устроил. И продолжает устраивать прямо сейчас.       — Шесть лет назад ты сам сказал: «Чтобы я больше не появлялся перед тобой». Я выполнил твою просьбу. Никогда не нарушал наших договорённостей. Это ты первый нарушил...       Гнев подкатывал к горлу, и требовалось нечеловеческое усилие, чтобы не закричать. Я думал, Эдвард будет ненавидеть меня вечно. Но это ты заставил меня надеяться на иное. Эдвард молчал. Когда я поднял голову, то увидел его широко раскрытые глаза.       — Так ты... избегал меня из-за этого?       — ...       — Ты послушался моего приказа?       — А что, по-твоему, ещё?       Неужели он думал, что я, такой подлец, просто так стал бы избегать тебя, оставшегося в одиночестве? Ты и вправду законченный мерзавец.       — Ты думаешь, мои слова имеют на тебя такую власть?       Ты и вправду… Эдвард набросился с вопросами, будто выжидал этого момента.       — Ты пропускал занятия у герцога Фая по той же причине?       — Если бы я ходил, ты бы не смог учиться.       — Серьёзно? Именно поэтому?       Эдвард схватил моё лицо обеими руками, не оставляя возможности отстраниться. С недоверчивым выражением он начал водить пальцами по моей щеке, будто проверяя реальность.       — Ты даже не появился, когда я был ранен.       — Это когда вообще...       — Когда я попал в ту аварию.       — Я не знал о таком...       — Что?..       Эдвард раздражённо закатил глаза, но в его голосе прокралась тревога:       — Почему ты не пришёл на церемонию проводов?       — Ты хотел, чтобы я привёл королеву и фрейлин благословлять твой поход?       — Именно.       — Тебе проклятья захотелось?       — Они всё равно проклинали бы меня из своих покоев. Но ты должен был прийти. Это мог быть последний раз, когда ты видел меня, — его голос стал ледяным. Осознавал ли он, как это звучало?       — Я видел тебя.       — Где?       — В восточной башне. Ты был виден оттуда.       — Правда? Ты видел?       Эдвард недоверчиво прищурился:       — Назови, в чём я был одет.       — Как я могу такое помнить...       — А на каком коне?       — Не знаю...       Был ли это белый конь? Лучше бы не садился на белого.       — Так что ты вообще заметил?       Эдвард спросил с искренним любопытством. Если бы он не обхватил меня так крепко, я бы точно что-то ляпнул.       — Правда? Ты не бросил меня? Не отвернулся из-за королевы? Это правда? Мне можно тебе верить?       Он прижался лицом к моему плечу, забрасывая вопросами без передышки. Это ведь ты оттолкнул меня первым. И всё это время так думал? Да кто ты вообще такой? Всё напряжение разом ушло. Обидно, но слова застревали в горле. Хоть бы перестал рыдать и злиться одновременно...       — Я думал, ты меня бросил...       Плечо стало мокрым от его слёз. Я колебался, но всё же похлопал Эдварда по спине. Он не оттолкнул меня — напротив, вцепился ещё сильнее. Ветер пролетел через переулок. Пот на спине остыл, и только тогда до меня дошло: мы вдвоём в тёмном переулке. Опасная ситуация. Но мысль о том, что Эдвард может причинить мне вред, больше не приходила в голову.       — Насколько безнадёжным ты меня считал?       — ...       Эдвард не ответил. Что ж. Похоже, он и правда так думал.       — Ты тоже поступал со мной плохо.       — ...       — Что ты собираешься делать с Алексом?       — Отпущу.       — Похоже на тебя.       — ...       Хватит уже молчать, когда тебе нечего сказать.       — Я сдержал своё слово. Между мной и Иделлой ничего нет.       — Правда?       А вот когда ему интересно — сразу разговаривает. Будь ты кем-то другим, ты был бы невыносим.       — Обещаю. Я ведь всегда держу данные тебе обещания.       — Неправда. Ты уже нарушал.       — Не придирайся...       — Я правда серьёзно.       Эдвард поднял голову. Слёзы уже высохли, и его лицо снова выглядело бесстрастным. Но из-за близкого расстояния я разглядел, что ресницы всё ещё влажные. Эдвард был подозрительным — и у него были все причины для этого. Я знал, в каких условиях он вырос. Готов был вздохнуть.       — Если разобраться, это всё недоразумение.       — Правда?       — Спроси что угодно. Я всё объясню.       — Правда?       Эдвард продолжал допрос. Я примерно представлял, о чём он спросит: трон, дела, что-то в этом роде.       — Конечно.       — Тогда... займёмся сексом?       ...Что?       — Займёмся? Мне так много нужно спросить...       Эдвард прошептал это так близко, что я видел, как его влажные ресницы касаются моих щёк. И у меня тоже было столько вопросов к нему: Почему ты внезапно стал игнорировать меня? Зачем был так жесток? Действительно ли хотел меня убить? Зачем поцеловал? Мы помирились? Я кивнул. Мы выбрались из переулка.       

* * *

      Праздничные улицы были настолько переполнены, что идти вместе оказалось куда сложнее, чем в одиночку. Здесь так легко потерять друг друга. Как люди вообще гуляют компаниями? Даже спрашивать не пришлось — все вокруг держались за руки. Эдвард, шагавший впереди, обернулся. Затем протянул руку. Он хочет, чтобы я взял? Когда я положил ладонь на его, он переплел наши пальцы и потянул к себе.       — А то потеряешься, — пробормотал он.       Людей и правда было много. Где-то раздался хлопок. Неудачно запущенный фейерверк слабо осветил дневное небо. Под ним одинокий воздушный шар медленно поднялся вверх, исчезая в вышине.       — Ах! Ваше высочество Джоффри! Вы нашли друг друга! Какое облегчение!       Тот самый студент, которого мы видели ранее, сиял улыбкой, сжимая в руках последние экземпляры газет. Я разве поздоровался с ним в прошлый раз?       — Да. Спасибо. Нелёгкий у тебя праздничный день. Смена скоро?       — Сейчас как раз. Я уже распространил свою часть тиража.       — Уже?       — Они разлетелись, как горячие пирожки! Видимо, размещение новости о вас на первой полосе сработало! Ваше высочество, вы сейчас возвращаетесь в академию?       — Да.       — Обязательно прочитайте статью о вас! Начальник общежития очень старался над материалом.       — О чём там? — Эдвард потянул меня за руку, вклиниваясь в разговор.       — Газета.       — Для администрации?       — Нет, для простых горожан. Впечатляет, да?       Студент сиял от одного моего слова. Эдвард, впрочем, оставался безучастным. Эдвард взял один экземпляр газеты и повёл меня другой дорогой. Уже на расстоянии студент громко крикнул нам вслед:       — Мы на вашей стороне, ваши высочества! Не верим слухам о вашей ссоре! Вы так близки, что даже гуляете по празднику, держась за руки! Ох, надо будет написать об этом в следующем номере!       Нет, только не это… Тем временем Эдвард просматривал заглавную статью.       — Ты близок с издателями этой газеты?       — Нет?       — Лучше держаться от них подальше.       В голове всплыли слова Лоуэлла: "Он методично убирает твоих людей". Но Эдвард уже протягивал мне газету. Заголовок на первой полосе бросался в глаза:       

« ГУМАННОСТЬ ПРИНЦА ДЖОФФРИ: РАСКРЫВАЕМ ТАЙНУ! »

      Что за чушь? Эдвард продолжал читать, его глаза быстро пробегали по строчкам.       — Джоффри. Правда, что у тебя шесть любовников и две любовницы?       — Что? Нет!       — Лучше не дружить с такими людьми, верно?       — Я с ними и не дружу.       О чём вообще думал начальник общежития? Написал какую-то ерунду...       — Распространять такое — похоже на подрывную деятельность. Может, разберёмся с ними? — в его голосе прозвучала опасная нотка.       — Я сам попросил написать эту статью.       — Зачем?!       — Потому что не хотел ссориться с тобой.       — Разве ты не сам искал повода для ссоры?       Я совершенно не понимал, о чём он.