0 и 1

      — Поскольку Ваше Высочество представляет наши интересы, принцу Эдварду будет трудно игнорировать это.       Казалось, он верил, что я полностью перешёл на их сторону, и откровенно выложил все карты на стол.       — А, так вы говорите, что силы мятежников планируют окружить столицу…       — У нас и в мыслях нет бесчинств. Мы просто не можем стоять в стороне, пока принц Эдвард превращается в тирана.       Герцог Пай говорил это с полной серьёзностью, но от этого мятеж не переставал быть мятежом. Похоже, мне предстоит возглавить силы восстания и выступить против Эдварда. От нелепости ситуации у меня отнялся язык. По коже пробежали мурашки. Такое ощущение, будто кто-то воплотил в реальность мой кошмар годичной давности. Всю жизнь я старался не становиться врагом Эдварда, и вот, после всех кругов ада, я оказался авангардом сил, противостоящих ему? Что это вообще такое?       

* * *

      — С Вами всё в порядке, Ваше Высочество?       Алекс ждал меня у кареты. Я закрыл занавеску и ответил:       — Нет.       — Вы бледны. Вы перенапряглись…       — Кажется, кровь не поступает.       Тогда Алекс начал растирать мои руки. Ощущение было такое, будто он сейчас раздавит их, но это помогло. Кровь начала циркулировать, и голова прояснилась.       — О чём вы беседовали?       — У меня есть большой секрет, и герцог Пай использовал его для шантажа.       Алекс остановился.       — Устранить герцога?       — Нет.       Шутит он? Не похоже, но исчезновение герцога Пая ничего не решит. Герцог Пай изложил свой план. Похоже, у него и вправду не было мыслей о свержении государства или узурпации трона. Хотя неизвестно, разделяют ли другие аристократы его точку зрения, но в любом случае он хотел предложить Эдварду мирный путь.       Одновременно он объяснил, как моя тайна может перестать быть моей уязвимостью. Если кратко, после долгих объяснений суть сводилась к тому, чтобы я отправился в Шербет. Однако именно герцог Пай оказался тем, кто распустил слухи, вынудившие меня ехать в Шербет. У него был выдающийся талант выстраивать обстоятельства так, как ему нужно, начиная с шантажа. Мне было интересно, как Эдвард стал тем, кто угрожает так же естественно, как дышит, и понял — это результат воспитания в детстве. Очевидно, королевский дворец — не лучшее место для развития детей. Был и позитивный момент. Кажется, Эдвард изначально планировал расправиться одновременно со мной и королевой. Если бы королеву обвинили в убийстве короля, даже её статус не спас бы её. Королева могла бы лишиться жизни… а я был бы заточен навечно?       Я вспомнил Эдварда, который обнимал меня. Его слова о том, что между королевой и им нет ничего общего. Эдвард блокирует поступающую ко мне информацию и лжёт мне. Я не удивился. Просто почувствовал, как холод разливается где-то внутри. Даже это ощущение Алекс рассеял, растирая мои руки, чтобы восстановить кровообращение.       — Ваше Высочество? Мы прибыли.       Я отпустил его руку и поднялся. Проверить, лгал ли мне герцог Пай, было нетрудно — достаточно было разузнать о знатье Тайного совета. Но вряд ли аристократы, доведённые до необходимости шантажировать Эдварда, стали бы готовить очевидную ложь. Голова шла кругом. Среди всего этого больше всего мне хотелось узнать одно: известно ли Эдварду о надвигающейся на него угрозе? Тайно развернув карету, я вернулся во дворец. Солдаты Эдварда, охранявшие резиденцию, спросили:       — Хорошо прогулялись?       Герцог Пай говорил, что Эдвард использует их для слежки за аристократами, пытающимися связаться со мной. Это не было неожиданностью. Я понял, почему герцог вызывал меня таким сложным образом — ведь слуги знати поступали бы так же. Моя резиденция была островом даже в пределах королевского дворца. И управлял этим островом не я, а Эдвард.       — Да. Что-то случилось?       — Вас посетил младший герцог Крекер.       А я думал, он не придёт.       — А также сир Лоуэлл Монблан ждёт с некоторого времени. Говорит, имеет к Вам дело. И он привёл гостя.       — Гостя?       

* * *

      Грей сидел на диване и поднялся, когда я вошёл. Он выглядел уставшим, а чай на столе оставался нетронутым. Алекс говорил, что Грей тоже присутствовал на встрече с Эдвардом. Впрочем, он и так многое знал. Другое дело — готов ли он делиться этим со мной. В словах герцога Пая было кое-что примечательное. Он утверждал, что не замышляет измену. Он шантажировал меня и планировал шантажировать Эдварда, но всё равно настаивал, что это не шантаж. Конечно, одно лишь отрицание не меняет сути угроз.       — Я лишь желал побеседовать с Вами. Диалог возможен только между равными, и я лишь хотел показать, что имею козыри.       У герцога Пая и знати была серьёзная уязвимость: народ необычайно поддерживал королевскую семью, а извне нависала угроза Шербета. Если частные армии аристократов окружат дворец, это может напугать жителей города, но народ не поддержит их. Речь не только о столичных жителях. Уже были аристократы, которые унижали короля и пытались убить принца — в такой ситуации народ, другие поддерживающие королевскую семью аристократические силы, а также образованные слои, включая учёных Академии, не поддержат мятеж. У знати не было легитимности.       Герцог Пай был осторожным человеком и не желал рисковать. Чтобы протест аристократов не стал авантюрой, ему была нужна поддержка Джоффри. Таким образом, герцог Пай нуждался во мне. Хотя поддержка с моей стороны не сулила мне никаких выгод. Баланс переговоров нарушен. Казалось, герцог Пай действовал от отчаяния.       — Если бы не то письмо, Вы приняли бы меня, Ваше Высочество?       — Да. Конечно.       — …       Перед уходом герцог попытался оправдать свои действия, и эта длинная речь тоже была частью того. Я вышел бы независимо от того, как он меня вызвал, но я примерно понимал, что он хотел сказать.       — Не спал?       — Нет.       Грей ответил так, словно и глаз не сомкнул — это было видно невооружённым глазом. Я сел напротив него, скрестив руки. Пытался создать атмосферу, но с Греем неловкость возникала сама собой, без всяких усилий.       — Кажется, вам неудобно. Хотите перейти в другую комнату?       — Всё в порядке. Мне комфортно. А Вы как, Ваше Высочество?       Грей с опозданием поинтересовался моим самочувствием.       — Лучше, чем твоё. Рад, что тебе удобно. Похоже, нам предстоит долгая беседа.       Алекс стоял позади меня, а Дот, войдя в комнату, закрыл дверь. Грей поморщился, глядя на закрывающуюся дверь. Его взгляд снова устремился на меня — с выражением «что Вы делаете?». Затем он оглядел комнату и нахмурился. Стены были украшены розами, отчего всё помещение напоминало цветочную поляну. Если он только сейчас это заметил, значит, он и правда не спал. Конечно, розы украсили здесь не по моей воле.       Вчера вечером слуги из резиденции Эдварда прибыли с огромной повозкой. В ней свежие розы были сложены горой. Знакомый слуга протянул мне письмо:       — Мне грустно, что я не могу прийти к вам. Вместо этого посылаю цветы — взгляните на них, когда захотите меня увидеть.       — …       Ну, в общем… Слуги спросили, куда поставить цветы, и мне пришлось открыть правду. Если бы их поставили в кабинете или спальне, я бы точно свихнулся. В любом случае, Грей немного остолбенел и уставился на меня. Похоже, розы сводят с ума не только меня. Он был приближённым Эдварда и участвовал в большинстве дел. Должен знать всё, что можно знать, но справиться с ним было несравнимо легче, чем с Эдвардом. Хотя, возможно, Эдвард просто слишком сложен.       По дороге назад в карете я размышлял, почему любой разговор с Эдвардом заканчивается плохо. Возможно, потому что мы занимаем разные позиции. Эдвард держит мою судьбу в своих руках. Не знаю, осознаёт он это или нет, но так было всегда. Настанет ли день, когда я перестану быть для него подчинённым? А сейчас Эдвард и вправду держит мою жизнь в своих руках. Это известно всем.       «Диалог возможен только между равными». — эти слова герцога Пая засели у меня в голове.       Шантаж… А передо мной сидел Грей — куда более податливый, чем Эдвард.       

* * *

      Грей не мог понять, как он оказался в резиденции принца Джоффри. Он получил письмо от принца, очнулся и уже отправлял ответ. Когда управляющий принёс очередное послание, он прочитал его. Вложил между страниц книги и сидел в оцепенении. Дни прошли, наступил вечер, подошло время визита к принцу — и он снова облачился в парадные одежды. Кучер спросил:       — Молодой господин, Вы выезжаете? Куда нам ехать?       — В королевский дворец, — он говорил, словно во сне, без чувства реальности.       Его тошнило, а сердце стучало в ушах. В голове была лишь одна мысль: он должен ехать к принцу сейчас. Он моргнул — и принц Джоффри уже сидел напротив.       — …Рад, что тебе удобно. Похоже, нам предстоит долгая беседа, — сказал принц.       Атмосфера вокруг принца была странной. Грей задумался, что же именно не так, и осознал: принц был окружён цветами. Розы ему очень шли… Вряд ли принц украсил комнату цветами, чтобы очаровать Грея. Слуга принца закрыл дверь. Алекс Баумкуэн твёрдо стоял на страже позади принца. Возникало ощущение, что выбраться отсюда будет непросто. Неужели? Уже раскрыли?