0 и 1

      Получив приказ, солдаты быстро зашевелились. Похоже, угроз в адрес аристократии было достаточно. Оставалось лишь сообщить о преимуществах капитуляции. Как же следует преподнести герцога Пая? Я вернулся во дворец. Наёмники, прибывшие раньше меня, уже разбирались с солдатами Эдварда. Солдаты, держа мечи наготове против наёмников, увидев меня, воскликнули:        — Ваше Высочество! Это вы отдали приказ этим людям?       — Ага. Вы хорошо потрудились. Теперь можете прекратить охрану моего дворца и вернуться к своим первоначальным обязанностям.       Произнесут ли они имя Эдварда? К неожиданности, солдаты, хоть и с колебаниями, вложили мечи в ножны.       — Все мы возвращаемся к первоначальным обязанностям?       — Ага. Все до единого.       — Так точно, Ваше Высочество. Мы подчиняемся приказу. — солдаты склонили головы.       Я наблюдал, как они отступают. Когда солдаты Эдварда отхлынули, словно отлив, слуги тоже высунулись из дворца, чтобы посмотреть на это зрелище. Наёмники неловко стояли перед дворцом. Я жестом пригласил их войти внутрь. Неужели они все и вправду ушли? Тод выбежал наружу.       — Ваше Высочество! Как вы это сделали?       — Всё… разрешилось?       — Что?       Тод на мгновение опешил вместе со мной, но затем сложил руки и воскликнул: «Вот это да, Ваше Высочество! Вы заставили их подчиниться!»        Кого именно? Мне не казалось, что я кого-то заставил подчиниться, да и изначально у меня не было такого намерения.       — Эдвард придёт сегодня вечером. Не мог бы ты подготовить ужин?       — Что? Да, конечно, Ваше Высочество.       Тод широко раскрыл глаза. Затем он старательно подмигнул Алексу. Понимает ли Алекс, что происходит? Я и сам не понимаю. Единственное, что я знаю — так это то, что Эдвард и вправду странный парень. До сих пор голова идет кругом. Я ведь правильно расслышал? Тогда, в пылу гнева, у меня не было времени подумать, но теперь, с опозданием, сердце отозвалось. Эдвард сказал, что отдаст мне трон. Король и вправду умер? Возможно, так оно и есть. Что мне интересно — так это если он умер, то когда именно это случилось…       

* * *

      — Можно ли мне пройти? — смущённо поинтересовался герцог Пай. Алекс держал его за руку. Герцог сохранял спокойствие, но со стороны это выглядело как задержание.       — Да. Теперь давайте вместе подумаем, как преподнести ваше положение. Что вы думаете о том, чтобы демонстрировать близость с Эдвардом на официальных мероприятиях?       Герцог, казалось, представил это. Он скривился.       — Близость…       — Лесть Эдварду и нахождение рядом с ним.       — …       Герцог замолчал. Если подумать, вряд ли Эдвард принял бы это.       — Или вы можете сделать это для меня.       — Неужели нет другого способа?       — Может, устроить пресс-конференцию?       — Это будет лучше, — сразу согласился герцог.       — Разве льстить перед журналистами не более унизительно?       — Неужели льстить обязательно?       — Есть другие идеи? Вам нужно выглядеть как подхалим.       — ……       В любом случае, нужно создать впечатление, что он выжил, подлизываясь к власти. Не уверен, хорошо ли это получится у герцога Пая. Хотя я ничего не понимаю в физиогномике, герцог с первого взгляда не производит впечатления человека, который будет расточать пустые комплименты. Герцог помолчал, а затем неожиданно сказал:       — Похоже, отношения между двумя Вашими Высочествами отличаются от того, что я предполагал.       Интересно, о чём он думал, чтобы сказать такое?       — Какими они вам казались?       — Вы доверяете ему?       — Кажется, я слышал этот вопрос от десятков людей, включая и вас, учитель.       Если учитывать прошлое, то наберётся примерно столько. Учитывая, что и Эдвард, и я — принцы, это огромное число. Обычно не так-то легко ругать принца в лицо. Разве это не похоже на то, как ругают одного начальника перед другим?       — Нет, не доверяю, — просто ответил я.       Вряд ли нужно объяснять свои мысли герцогу Паю.       — Мне жаль слышать о деле королевы».       — ……       — У меня есть что сказать Вашему Высочеству. Ближайшее окружение Его Величества было казнено, как и придворные, служившие ему. Теперь во дворце не осталось никого, кто знал бы о последних днях королевы.       Что он хочет сказать? То, что Эдвард причастен к этому делу и поэтому устранил свидетелей?       — Возможно, среди оставшихся в живых лучше всего осведомлены о событиях того дня фрейлины, служившие её величеству королеве, — произнёс герцог Пай.       — Прикажите доставить их и допросить. Возможно, это хоть немного облегчит бремя на душе Вашего Высочества.       

* * *

      Грей и Иделла уставились на одну из гостиниц. Трёхэтажная гостиница, мягко говоря, была компактной, а грубо говоря — старой. В обычных обстоятельствах Грей ни за что не ступил бы в это вонючее место. Но сейчас запах был не главным, и для Иделлы это тоже не имело значения. С мрачными лицами они ворвались внутрь здания.       — Это то самое здание?       — Так точно, молодой господин.       — Какой номер?       — Последняя комната в правом коридоре на верхнем этаже, барышня.       Владелец гостиницы беспрестанно кланялся, отвечая.       — Ключ?       — Вот здесь, но они все в связке…       Хозяин гостиницы чуть не уронил связку ключей, но сэр Меран, рыцарь Крэкера, ловко подхватил её. Грей скомандовал:       — Пошли.       — Э-э, послушайте, я ведь хозяин, без ключа как же... Ой-ой! Пожалуйста, пользуйтесь аккуратно и верните потом.       Хозяин гостиницы, получив золотую монету от сэра Мерана, замолчал. Когда в гостинице воцарилась тишина, трое поднялись по лестнице. Гнев заставлял кровь быстрее бежать по жилам, а сердце — учащённо биться. Состояние, в котором трудно сохранять хладнокровие, но они не издавали ни звука. Даже без слов между ними было полное понимание. Они не дадут этому типу сбежать. Достигнув комнаты в конце коридора на третьем этаже, Грей взглянул на сэра Мерана, и тот кивнул. Он постучал в дверь.       — Кто там? — раздался голос изнутри.       Для Иделлы этот голос был знакомым. Её лицо побледнело, и она подала знак, что это тот, кого они ищут. Сэр Меран отпер дверь ключом. Изнутри донёсся короткий вопль.       — Кто там? Что вы себе позволяете, вламываясь без спросу... Иделла?       Мужчина в комнате удивился. Иделла холодно произнесла:       — Отец. Это вы продали рыцаря Его Высочества?       — Что за тон? Я просто, как отец, добавил несколько слов о своей дочери, которую хотели узнать получше.       Барон Эклер был явно недоволен. Он окинул взглядом двух людей за спиной Иделлы.       — Послушайте. Гости без приглашения вламываются в чужую комнату. И вы после этого называете себя аристократами? Разве это этично? Даже не представились...       — И после продажи Его Высочества вы остановились в таком месте? Вы что, плохо соображаете? — Грей повернулся к Иделле.       — Это информация, за которую любая газета заплатит целое состояние. Разве этот тип не полный идиот?       Грей с презрением оглядел комнату. Иделла растерялась, но вскоре поняла его замысел и подыграла.       — Мой отец не настолько глуп. Я верю в это. Конечно, он однажды уже промотал всё состояние семьи, попавшись на удочку мошенников...       — Этот негодяй намеренно меня обманул! — взорвался барон Эклер.       — Разве быть обманутым — это преступление? Это же он был мошенником! Но на этот раз всё иначе! Разве какой-то простолюдин посмеет лгать аристократу? Этот журналист принесёт золотые слитки! Тогда я смогу погасить долги!       — Понятно. Чтобы расплатиться с долгами, вы снова меня продали, — произнесла Иделла.       Она предполагала это, и всё же это был поступок её отца. Сердце будто разрывалось на части. Она думала, что не питает никаких надежд в отношении отца. Но каждый раз, сталкиваясь с таким, она чувствовала себя несчастной. Барон Эклер не интересовался чувствами Иделлы. Он провёл обеими руками по волосам, обнажив покрасневший лоб.       — Как ты можешь так говорить? Холодно и эгоистично! Когда ты бросила нас и ушла, мы не стали тебя тащить обратно. Мы дали тебе свободу, понимаешь? Мы голодаем, страдая от долгов, а ты учишься, да? А ты не хочешь выходить замуж, не хочешь заниматься репортажами...       — Нужно ли слушать дальше? — спросил Грей.       Иделла покачала головой. Последняя капля уважения к отцу исчезла.       — Нет.       — Накажите его как преступника.       Как только прозвучал приказ Грея, сэр Меран закатал рукава и шагнул вперёд. Когда крепкий рыцарь преградил путь, барон Эклер отступил.       — Что вы, вы что себе позволяете...       — Минуточку.       Иделла преградила путь.       — В чём дело? Если хочешь защищать его из-за родственных чувств, уйди, — холодно сказал Грей.       Однако то, что хотела сказать Иделла, не было связано с жалостью к отцу.       — Нужно оставить ему рот. Ведь мы должны выяснить, где находится журналист.