0 и 1

      Обычно человек, который поехал работать в другую страну, не может отдыхать. И именно король Шербета дал мне работу. Ведь это он назначил меня послом? Я приехал как посол, и король лично выехал встречать меня, я посетил банкет, и кандидат в наследники ищет повод для ссоры. Если бы я мог отдыхать в такой ситуации, я был бы великим человеком.       — Ты думал, что я вызвал тебя со злым умыслом?       — ......       Король Шербета подпрыгнул.       — Нет! Шербет — прекрасная страна для отдыха. Погода тёплая, а вино вкусное. Вечеринки проводятся круглый год.       Это причина, по которой это хорошая страна? Король Шербета опустил плечи.       — ......Ты так не думаешь?       Что с этим человеком?       

* * *

      Морис Сансонг услышал новость о том, что Павел прибыл в замок. Его сын приехал в сопровождении Мишеля Эйда, как будто он был его слугой, и это видели все дворяне, присутствовавшие на банкете. Он не видел этого своими глазами, но слуги сообщили ему, так что это было почти то же самое. Дворяне скажут: «Сансонг поддерживает молодого лорда Эйда». До сих пор Морис не поддерживал ни одного герцога и не проявлял интереса ни к одному из их сыновей. Он был дворянином, любимым королём. Его действия могли быть истолкованы иначе.       — Ты поступил глупо, — отругал Морис сына.       Сын опустил голову. Морису не нравилось отношение сына. Сын не смотрел прямо в глаза собеседнику. Если бы он был уверенным в себе дворянином, он бы не вёл себя так. Морис был известным мастером слов, но иногда ему было стыдно. Именно тогда, когда он слышал от других дворян о «нынешних молодых дворянах, не знающих чести». Он знал, почему дворяне рассказывали ему такие истории, но не мог не чувствовать стыда. Ведь его сын был типичным представителем таких молодых людей.       — Что вы имеете в виду... — промямлил Павел.       — Если ты бросил учёбу на полпути и вернулся, тебе следует вести себя скромно в своих владениях. Зачем ты пошёл к сэру Эйду?       — Я не ходил к нему, — уныло сказал Павел. Морис был раздражён им.       — Не бормочи.       Голос Павла стал громче.       — Я же сказал, что не ходил к нему? Это он пришёл ко мне и сказал, что я ему нужен.       — И ты, возгордившись, последовал за ним? Как же ты недальновиден.       Морис вздохнул. Его сын любил тусоваться с молодыми дворянами и важничать, но не интересовался собственными достижениями. Однажды этот сын сказал, что хочет поступить в академию Бискотти. Морис беспокоился, что он опозорит себя и в другой стране, но тогда же услышал, что принц Джоффри тоже поступит. Именно поэтому он разрешил сыну учиться за границей. Однако сын вернулся, даже не закончив семестр. Морис не хотел сравнивать, но не мог не думать, что по сравнению с Павлом Джоффри вырос таким выдающимся.       — Не показывай, что ты слишком близок с сэром Эйдом. Ты слышал, как он обращался с принцем Джоффри. Он безрассуден в поведении. Чего ты надеешься достичь рядом с ним?       Павел не мог вынести несправедливости. Морис никогда не спрашивал, почему он бросил учёбу за границей. Он вернулся в ужасном состоянии и отдыхал, но его даже не навестили, а теперь, когда он задел принца Джоффри, его ругают. Из-за этого принца Джоффри с ним случилось!       — Почему вы заботитесь о других больше? Ваша репутация важнее меня! — взбунтовался Павел.       Морис непроизвольно стал серьёзным и сказал:       — Почему он стал посторонним?       Павел думал, что Морис проигнорирует его, как обычно. Его отец получал удовольствие, пренебрегая им. Но даже если отец обращался с ним, ему всё равно было обидно. Разве принц не посторонний? Морис, спохватившись, сменил тему.       — Он посол, прибывший ради мира между двумя странами. С ним следует обращаться вежливо. Не совершай глупостей рядом с сэром Эйдом и проявляй должное уважение к Его Высочеству.       — Да...       Павлу было неприятно. Одно лишь воспоминание о принце вызывало у него мурашки и ломоту в костях. Почему отец так заботится о принце? Неужели он действительно планирует возвести принца Джоффри на трон? Намерен ли он поддержать это на уровне семьи? Павел мог только ужаснуться в другом смысле.       

* * *

      — Я тоже думаю, что Шербет — прекрасная страна.       Я подстроился под настроение. Король Шербета с гордостью сказал:       — Верно? Страна, которую все жаждут.       — ......       Это была ловушка? Я не это имел в виду. Похоже, король Шербета действительно хочет втянуть меня в борьбу за престолонаследие. Хотя мирное соглашение заключается между Шербетом и Бискотти, в конечном итоге мир решают короли двух стран. Потому что обе страны — монархии. Если король Шербета не хочет мира, какие бы усилия я ни прилагал, соглашение не будет заключено. Миссия посольства провалится. Давайте подумаем. Как хорошо использовать замыслы короля Шербета, чтобы добиться только того, чего я хочу… Если бы я мог придумать это, я бы здесь не сидел.       — Если Ваше Величество считает меня нелепым честолюбцем, я ничего не могу поделать, но я действительно приехал сюда ради мира. Как посол, я хочу выполнить данную мне работу.       Я надеялся, что мои слова не заденут чувства короля Шербета. Я подбирал слова, но не знал, насколько они эффективны.       — Великолепно, — сказал король Шербета.       Что? Мне хотелось спросить, но я сдержался.       — ...Если вы хотите использовать меня, значит, так тому и быть. Вы изначально не планировали воевать с Бискотти, верно? Вашей целью было заманить меня сюда.       — Почему ты так думаешь?       — Вы не казались разгневанным на Бискотти, и шербетцы тоже. Гнев — это эмоция. Эмоции не сопровождаются расчётом, но вы, похоже, что-то задумали.       — Что же я задумал?       Король Шербета продолжал спрашивать. Он не выглядел расстроенным. Его круглые глаза были сосредоточены на мне, и я почувствовал себя хорошим рассказчиком. Можно ли так просто говорить что попало?       — Я не знаю. Но я думал, что это связано со мной. Ведь вы просто наблюдали, когда сэр Эйд оскорблял меня в банкетном зале.       Это не отношение гостеприимного человека. Даже такой, как я, мог это заметить. Кажется, король Шербета хочет что-то сделать со мной, но я просто не знаю что. Конечно, я должен делать всё, что попросит король Шербета. Внезапно король Шербета задумался.       — Ты знал?       А?       — Я не это имел в виду. Я не думал, что ты знаешь, нет, на самом деле я знал...       — Да?       — Я действительно не хотел ставить тебя в неловкое положение.       Он так растерялся, что мне стало неловко. Почему он извиняется передо мной? Разве не должно быть наоборот?       — Тогда почему вы так поступили?       — Мне было интересно, как ты отреагируешь...       — ......       Что это такое?       — Видишь ли, было очевидно, что вытворяет Мишель. Мне стало интересно, как ты отреагируешь, и я застыл на месте. Я действительно собирался выйти и остановить его. Просто хотел немного посмотреть...       Он замялся. Он что, думает, что это оправдание? Этот человек странный. Я знал это, но теперь убедился.       — Ты справился намного лучше, чем я ожидал. Когда я услышал, что тот Лоуэлл Монблан с тобой, я подумал, что ты будешь делать, но у тебя очень умный подчинённый. В Шербете больше всего ценят остроумное поведение.       Содержание оправданий стало ещё страннее и внезапно превратилось в похвалу в мой адрес. Король Шербета радостно говорил, как ребёнок. Я не ответил.       —......       «Так что... прости.       Король Шербета снова поник.       — Должно быть, первое впечатление было плохим. Но не все в этой стране такие, как Мишель. На самом деле, все тебя любят.       — Понятно...       Кто эти «все»? Не то чтобы мне было интересно.       — Ты не рад?       Король Шербета, казалось, был удивлён. Меня больше удивило его отношение. Я не понимал, что это за атмосфера. Король, которого я знал, был простым человеком, и было нетрудно понять, о чём он думает. Просто ему было трудно угодить. Хотя этот человек, вероятно, ненавидел бы всё, что я делаю.       Короля Шербета было невозможно понять. Почему я чувствовал, что он не похож на члена королевской семьи? На самом деле, он даже не был похож на дворянина. Он казался где-то неуклюжим и не похожим на сгусток амбиций.       — Странно, почему ты не рад?       — Я рад, что меня тепло приняли в Шербете. Я думал, что из-за дела Её Величества в Бискотти накопилась неприязнь. Если я могу помочь миру между двумя странами, я считаю это желательным, — я дал стандартный ответ.       — Ты действительно не рад. Странно...       Он, казалось, погрузился в свои мысли и не осознавал, что говорит. Он озадаченно разглядывал меня. На моём лице что-то было? Я потёр лицо. Ничего не вышло.       — Что такого странного?       — Милане не могла так воспитать ребёнка.       — ......       Он смотрел на меня с большим любопытством.