0 и 1

      Алекс внезапно захотел посмотреть тренировочный плац, и я его отпустил. Похоже, он засиделся, проведя со мной в комнате почти две недели. Наверное, хочет размять тело. Хотя мы и делали в комнате всё возможное. Я планировал оставаться в покоях, так что охрана не требовалась. Алекс мог тренироваться хоть несколько часов. Я отменил это решение спустя минут десять.       — Её Величество Королева зовёт Вас. Говорит, что прибыл новый хороший чай, и она хочет угостить Его Высочество Джоффри.       Это была фрейлина королевы Розалин. Отказаться от посещения вечеринки под предлогом тоски по дому и отклонить личное приглашение королевы — несколько разные вещи.       Даже мятежные аристократы Бискотти не игнорировали королевскую семью. В Шербете вряд ли иначе. Если бы я отказался пить чай с королевой, посольство точно произвело бы великолепное впечатление на знать Шербета.       — Минутку.       Я послал за графом Баумкухеном. Я просил прислать рыцаря для охраны, но явился он сам.       — Ваша Светлость, Вы звали?       Он был слишком важной персоной для личной охраны, но выбора не было.       — Приглашение от королевы.       — Я составлю Вам охрану.       Граф, не задавая лишних вопросов, встал позади меня. Противник, который вряд ли питает к Джоффри тёплые чувства. О чём же она хочет поговорить?       

* * *

      Королева, мать Джоффри, была слишком молода, чтобы производить впечатление чьей-то матери. Возможно, это ощущение усиливалось контрастом с королём, который состарился слишком рано. Со временем, когда я слышал «Её Величество», я мог думать только о ней, но поначалу было не так. Королева Розалин была ближе к тому образу королевы, который я смутно представлял себе раньше. Она встретила нас с мягкой улыбкой.       — Ваше Высочество Джоффри. Присаживайтесь сюда. У нас не было времени поговорить, правда?       Она протянула руку, и я поцеловал её в тыльную сторону ладони. Закончив с приветствиями, она естественно взяла меня за руку и подвела к месту. Мы расположились за круглым столиком для чая в саду. Это был основательный сад с прудом, так что в глаза бросались и лотосы, плавающие посередине, и карпы, проплывающие под ними. Вспомнилось, как я иногда гулял с Её Величеством в саду Джоффри. Королева Розалин смотрела на меня.       — Вам нравится сад? Принести Вам цветов? Если поставить их в вазу, настроение улучшится.       — Всё в порядке. По какому поводу Вы меня позвали?       Королева сделала обиженное выражение лица, но тут же улыбнулась.       — Принимать гостей — моя обязанность. Пожалуйста, не чувствуйте себя неловко со мной, Ваше Высочество. Я подумала, что, раз Вы готовитесь к важному испытанию, я, возможно, смогу помочь.       — Разве Вы ничего не слышали от Его Величества?       Если у короля Филиппа был план, он, наверное, согласовал его и с королевой. Тогда бы она знала, что он мне пообещал. Чем она может помочь человеку, который должен провалить испытание?       — Конечно, слышала. Но рыцари — люди простые. Они превыше всего ценят подвиги на поле боя. Им не по нраву атмосфера мира, что Вы принесли, поэтому они непременно попытаются навредить и Вам.       Королева вздохнула.       — В таком случае, иметь хорошего коня и сбрую точно облегчит Вашу задачу. Пожалуйста, примите их. Если с Вашим Высочеством что-то случится, это не лучшим образом скажется на отношениях между нашими странами.       В этом она была права.       — Другие кандидаты тоже получают такую помощь?       — Конечно. Колин Кок и другие рыцари также получили породистых лошадей из королевских конюшен.       Королева сказала это, словно ждала этого вопроса. Всё-таки лучше отказаться.       — Благодарю Вас. Я приму лишь Вашу доброту.       — Это поддержка, которую получают все участники.       — Как Вы и сказали, отношения между нашими странами непростые, поэтому, даже если я получу то же, что и другие, люди заподозрят, что мне оказали предпочтительное отношение. Я не думаю, что Его Величество хотел бы этого.       Я пресёк дальнейшие попытки королевы Розалин уговорить меня. Зачем король Шербета втянул меня в это испытание на престолонаследие? Я, конечно, не знаю всех его скрытых мотивов, но одну причину я уже слышал и понимаю. Чтобы предотвратить мятеж. Он не хочет гражданской войны.       — Его Величество Филипп желает избежать конфликтов среди знати Шербета и залечить расколы. Нет нужды давать аристократам повод для нападок на него.       — Хорошо бы, если бы другие аристократы понимали сердце Его Величества так же, как Вы, Ваше Высочество!       Внезапно королева Розалин с горечью воскликнула:       — Да. Его Величество ненавидит войну. Война не только бесполезна и истощает, но и разрушительна. Особенно гражданская. В конечном счёте страдают те, кто находится на самом дне — простой народ. Я знаю, что и Вы, Ваше Высочество, думаете так же, и поэтому принесли себя в жертву.       Насколько далеко зашло это недоразумение? Похоже, слухи обрели крылья. В любом случае, я благодарен, что меня так высоко оценивают по собственной инициативе. Я сидел молча. Посол из Бискотти оказался таким выдающимся. Так что будьте добры, не трогайте меня без нужды.       — Я последую Вашему мнению, Ваше Высочество. Значит, наша королевская семья несправедливо не оказывает Вам даже минимальной поддержки. Герцоги будут довольны.       Королева Розалин вздохнула. Казалось, она искренне расстроена положением дел в Шербете.       — Я рада, что Вы разделяете наши взгляды. Мне жаль, что мы втянули Вас во внутренние проблемы Шербета. Раз мы получили помощь от Вас, мы тоже должны помочь Вам.       Она что, не услышала, что я только что отказался от помощи?       — Я не ожидаю награды за дело, совершённое ради дружбы между нашими странами.       Если уж вознаграждать, то лучше бы мирным договором.       — А что, если я лично выражу Вам свою благодарность? Вы ведь и от этого не откажетесь?       Королева Розалин вновь предложила. Её искренняя манера была чем-то похожа на короля Шербета. Её тон словно ставил меня в этом обмене в привилегированное положение. Я уже собирался отказаться, но передумал.       — Тогда проведите поминальную службу по Её Величеству. Пусть даже после моего отъезда на родину.       В нынешней ситуации король Шербета не может провести поминальную службу по королеве. Герцоги сразу же воспротивятся. Скажут, что он устраивает политическое мероприятие ради Джоффри. Если герцоги не явятся, знать, следуя их примеру, тоже уклонится. Такую поминальную службу провести нельзя. Король Шербета вряд ли пойдёт на такой политический риск. Был ли король Шербета привязан к своей сестре или нет — теперь уже не имело значения. Но королева покинула Шербет, потому что любила эту страну. По крайней мере, Шербет должен почтить её память. Согласится ли королева Розалин? У неё не было хороших отношений с королевой. Я думал, что она откажется, и с этим ничего не поделаешь, но она пообещала.       — Я обязательно это сделаю.       

* * *

      Граф стоял поодаль от чайного столика, охраняя меня. Как только мы вышли из сада, он свистнул.       — Неожиданно. Вы видели её выражение лица? Она, кажется, была без ума от Вас, Ваше Высочество. Видимо, племянник всё-таки племянник.       Не уверен, что мы слышали один и тот же разговор. Может, он был слишком далеко и не расслышал?       — Чувство вины, возможно, и есть.       — Чувство вины за то, что откладывали поминальную службу по королеве?       — Скорее, чувство вины за то, что используют племянника, потерявшего мать?       Разговор с королевой Розалин подтвердил мои догадки. Проблема престолонаследия в Шербете, должно быть, давняя. Настолько, что это стало причиной замужества королевы в Бискотти, а значит, эта проблема старше, чем сам Джоффри. Если они нашли в Джофри ключ к решению проблемы, то, возможно, им пришлось им воспользоваться. Главной проблемой был я сам, пытавшийся искать нормальные семейные отношения в этом мире. Граф Баумкухен почесал подбородок.       — На это не было похоже.       Король Шербета тоже на это не походил. Но какими бы ни были их истинные мысли, меня это не интересовало.       — Не возникало ли у солдат посольства стычек поодиночке?       — Мы делаем всё возможное, чтобы проблем не возникало. Но разве не будет быстрее раскрыть моё положение?       Казалось, он был раздражён. Пусть он и казался человеком расслабленным, у графа была сильная гордость. Я просил его скрывать свой статус и держаться как можно скромнее. Это должно было идти против его натуры. Когда я забирал графа Баумкухена, я планировал использовать его известность, чтобы избежать опасности. Я и сам не ожидал, что ситуация так обернётся.       — Если ты раскроешь свой статус, мы, конечно, избежим стычек сию секунду. Но два герцога набросятся на нас. Как они могут не насторожиться, когда явилась такая важная персона, как ты?       — Если уж на то пошло, разве всё не было обречено с того момента, как Ваше Высочество решило ехать в Шербет?       Пусть Джоффри и приобрёл в последнее время некоторую преувеличенную известность, его нельзя сравнивать с графом. Кого с кем вообще можно сравнивать? Но я понимал его досаду. Я успокоил его.       — Потерпи ещё немного.       Граф вздохнул.       — Служить господину, который пользуется такой популярностью, — тоже проблема. Что поделаешь? Я уж выбрал себе хозяина.       Затем он сделал вид, что оглядывается вокруг меня.       — И где это Вы моего сына носить изволите? Сколько бы мест Вам ни нужно было посетить, сначала цените тех, кто рядом.       Стоило мне немного поддаться, как он тут же начал подтрунивать. Его слова не стоили ответа, и я проигнорировал их.