0 и 1

      Здание палаты пэров, где проводилось испытание, находилось за пределами королевского дворца. Поскольку они хотели проверить личные способности кандидатов, советники не могли сопровождать их. В карете по пути в здание палаты пэров мы проверили наш план.       — Вам не нужно вызывать антипатию Шербетских аристократов, поэтому придерживайтесь тезиса, что вы говорите с точки зрения благотворительности. Важно лишь подать сигнал, что Ваше Высочество будет конфликтовать с аристократами в решающих моментах.       — Да, конечно.       — Ваше Высочество, вот тёплый чай. Он в термосе, так что обязательно пейте, если захотите пить по дороге.       — Хорошо.       — Ваше Высочество, ваши плечи напряжены. Не нервничайте слишком сильно.       — Ай! Спасибо, но, думаю, можно массировать помягче...       Я пил чай, который дал Тод, и расслаблялся под массажем Алекса. Король предоставил кандидатам шестиместные кареты, включая охрану. Даже если все секретари сидели, в карете оставалось место. Когда шесть лошадей везут карету, а вокруг ещё и солдаты короля, невозможно не привлечь внимание. Люди толпились, чтобы посмотреть на процессию. Снаружи было шумно. Казалось, даже слышны крики чьего-то имени. Иделла откинула оконную занавеску и ахнула.       — Вау, Ваше Высочество. Должно быть, мои глаза меня обманывают. Я вижу людей, которых часто видела в Бискотти.       — Что?       Она освободила место. За окном были видные потрёпанные люди с блокнотами и ручками. Некоторые солдаты отклонились от строя, чтобы остановить их.       — Ууу! Это произвол! Подавление свободы прессы!       Посреди всего этого начальник общежития громко протестовал. Он выделялся больше всех.       — ......       Что он там делает? Он приехал в зарубежную страну, чтобы быть арестованным? Иделла закрыла занавеску и сказала:       — Вау, Ваше Высочество. Разве мы не должны сообщить Шербету, что он не из нашей группы?       — Лучше предупредить их.       Грей вызвал солдата, чтобы принять меры. Начальника общежития уводили, и он всё ещё что-то кричал. Других беспорядков не было. Я вошёл в комнату для ожидания кандидатов с термосом в руке. Там сидели напряжённый и бледный Колин и загорелый Мишель. Мишель приветствовал меня, как только увидел.       — Как раз вовремя! Ваше Высочество Джоффри, вас обманули!       Это приветствие?       — Нет, это не так! — крикнул Колин.       Снаружи это выглядело так, как будто Мишель запугивал Колина. Но я уже знал, что Колин не так-то прост. Казалось, они не ладили. Конечно, не станешь строить козни с лошадью человека, с которым в хороших отношениях. Когда Мишель обнял его за плечи, Колин отреагировал так, словно вот-вот случится припадок. Рыцарь, охранявший комнату ожидания, остановил Мишеля.       — Не прикасайтесь. Если вы совершите действия, которые могут быть расценены как угроза другому кандидату, вам будут начислены штрафные очки.       Если он готов принять штрафные очки, можно ли угрожать? Похоже, Колин думал то же самое. Он побледнел, но Мишель цокнул языком и отпустил Колина. Неожиданно, он хорошо соблюдает правила.       — Ваше Высочество, почему вы поверили такому типу, как Колин? С его лицом у него не должно было быть шансов очаровать вас! В любом случае, Ваше Высочество, вам лучше отказаться от любой стратегии, которую вы подготовили. Всё это — его уловки.       — Ты... Какие уловки? Это смешно! Когда-нибудь говорил что-то Вашему Высочеству? Даже на том собрании это были лишь знакомые, которые восхищались Вашим Высочеством и хотели встретиться с вами. Вы же помните, как я молчал на собрании!»       — Ха! Так это собрание было корнем проблемы?       Мишель усмехнулся.       — Трусливый ублюдок! Думаешь, рыцари презирают тебя потому, что ты тощий и заикаешься? Ты шепчешь ничего не подозревающему Вашему Высочеству: "Проблемы Шербета вот в чём", и эта тема второго испытания становится "Изложение проблем Шербета"?       — Нет!       Слушая это, Колин действительно казался крайне трусливым. Но разве тема испытания не была согласована и с аристократами со стороны Мишеля? Мишель оттолкнул Колина, подошёл, взял меня за оба плеча и усмехнулся.       — Теперь мы в расчёте, Ваше Высочество. Должно быть, трудно менять тему сейчас, но держитесь!       Это поддержка? Злого умысла, кажется, не было. Я никогда не просил его возвращать долг, а он вмешивается по своей воле. В любом случае, поскольку он относился ко мне как к ничего не понимающему, я решил продолжить играть свою роль.       — Зачем мне менять тему?       — Что? Что вы только что услышали?       — Но участники того собрания были искренни. Я не знал, что в такой богатой стране, как Шербет, есть такая тьма. Лично немного изучив, я понял, что это достаточно серьёзная проблема для обсуждения. Разве многие не страдают?       — Разве это не то, чего и добивался Колин? — поморщился Мишель.       — Правда? Тогда, должно быть, принц Кок тоже беспокоился об этом. Он хотел, чтобы я поразмышлял и высказался на публичной площадке.       — Нет, я же говорю, вам это не принесёт пользы! Вы знаете, сколько рабов у самого Его Величества?       Сколько? Мне стало любопытно, но Колин перебил, и я не услышал подробностей.       — Э-это не моя идея, Ваше Высочество. Должно быть, недоразумение. Я просто предоставил вам возможность услышать мысли других.       Понятно. Ты не хочешь портить отношения с аристократами.       — Хорошо. Это моя личная мысль, и она не имеет к тебе отношения.       Когда я подтвердил это, выражение лица Колина стало ещё хуже.       — ...Время занять свои места. Теперь вы можете выходить по одному, — сказал рыцарь.       Мишель первым поднялся и вышел в проход, за ним последовал Колин. Я вышел последним и почувствовал на себе взгляд. Рыцарь, стоявший у стены, смотрел на меня и, встретившись глазами, поклонился. Похоже, тот рыцарь тоже слышал слухи обо мне. Он, казалось, задавался вопросом, действительно ли я собираюсь говорить об аристократах как о проблеме в палате пэров. Конечно, я так и планировал. Говорили, что здание палаты пэров изначально использовалось как суд, но поскольку сама палата пэров была временно создана для испытания, ничего не поделаешь.       Из-за этого место для дискуссий немного отличалось от того, что я представлял. Возвышение для короля было сооружено на том месте, которое, видимо, было местом судьи, а аристократы сидели на местах в зале суда. Похоже, это был большой зал суда, так как места были предусмотрены даже на втором этаже. Там тоже было забито зрителями. Кандидаты стояли перед королём. Король, сидевший на возвышении, приветствовал нас.       — На первом испытании мы проверили рыцарский дух, поэтому на втором мы посмотрим на вашу мудрость. Все аристократы королевства собрались здесь, чтобы услышать ваши слова. Кто первый покажет свою мудрость для Шербета?       Король, казалось, намеренно избегал смотреть на меня. Но даже если он не обращал внимания, взгляды других аристократов пронзали меня. Возможно, я привлёк слишком много внимания. Вот в чём проблема с информационной войной: трудно задать направление, а контролировать напряжение ещё сложнее. Надо было сказать, чтобы не публиковали специальный репортаж.       — В чём насущные проблемы этой страны? Поделитесь своими мнениями. Вы, молодые и умные, можете увидеть то, что министры, старые и мудрые, упускают.       Король мягко подтолкнул нас. Некоторые министры ответили смехом. Послышались и такие слова: «Это слишком, Ваше Величество». Быстро проверив зрительские места, я увидел, что все три герцога присутствовали. Когда смех стих, вокруг стало так тихо, что можно было услышать падение пера. Я чувствовал только взгляды, устремлённые на меня. Может, просто закончить это поскорее? Быть первым было не очень хорошо. Это привлекло бы столько же внимания, как и быть последним. Но это было лучше, чем никто не выходил вперёд. Иначе все три кандидата выглядели бы как трусы. Мне достаточно было выглядеть трусом. Я уже решился и поднял бы руку, если бы не Колин, дрожащий рядом, словно вот-вот рухнет. Прежде чем я успел, Мишель вышел вперёд.       — Ваше Величество. Могу я высказаться первым?       — О! Храбрый Мишель. Как всегда первый в таких случаях. Люди говорят, что у тебя есть только храбрость, но ты можешь показать, что это не так.       — Конечно, Ваше Величество. Я не знаю, почему другие кандидаты боятся ответить. Разве на этот вопрос не один ответ?       — Правда? — король Шербета наклонился вперёд.       — Да, Ваше Величество. Благодаря вашей добродетели весь Шербет спокоен. Проблемы? Какие проблемы могут быть в этом прекрасном королевстве?       — ......       Я в недоумении посмотрел на Мишеля. Он серьёзно? Но король Шербет начал смеяться. Звуки «ха-ха, ха-ха-ха» отозвалось эхом в воздухе. Неужели это сработает? Нет. Атмосфера была странной. Даже министры, поддакивавшие королю, не шевелили губами.       — Мишель. Хватит шуток, покажи свои знания! Ты что, собираешься оставить вокруг себя только подхалимствующих министров, когда станешь преемником?       Король разгневался. Казалось, он стал другим человеком. Но я был не единственным, кто удивился. Герцог Эйд закрыл глаза, Мишель застыл. А Колин...       — Хыык...       Он сжал грудь и не мог дышать. Паническая атака?