Со[Единение]

В горле резко пересохло, из груди вырвался сиплый выдох, чтобы окончиться дурацким смешком. Окончиться. Спамтон опасливо посмотрел на угрожающую, колом стоящую штуку. Золотистую, обманчиво гладкую на первый взгляд поверхность на деле окольцовывало более толстое литье сплава, чтобы ближе к навершию слегка потемнеть. Еще давно Тенна говорил, что для подключения ему нужен особенно прочный, гибкий разъем. Спамтона тогда заключение заинтересовало, и он решил проверить высказывание на деле — пустив в ход рот и язык. Но сейчас… «Черт» Рекламные боты вроде него умели подстраиваться под разные разрешения экрана, системы и тому подобное. Адаптироваться, чтобы их увидели больше глаз, кликнули больше раз, больше-больше-больше! Однако перспектива такого вот «больше» пугала ничуть не меньше слухов о разработке программ-адблоков. Как это будет? Тенна навалится на него всем весом, чтобы грубо и быстро соединиться? Покажет, кто в их паре (паре?) по-настоящему главный, чей голос громче и важнее? Или, как в тех тупых романтических фильмах, покроет каждый сантиметр его тела слюнявыми поцелуями, чтобы по итогу вернуться к варианту номер один? Нет. Нет-нет, так не пойдет. Пришло время умных, быстрых решений. И старой доброй манипуляции. «Молить о пощаде будешь, даже без проводов навылет» — НАЗАД. — Эм, п-погоди, что ты собрался… — КАК ДУМАЕШЬ, [Грудоскоп]? Тенна недовольно сморщил нос, но повиновался, позволяя боту устроиться на своих бедрах. …И теперь в ногу и поясницу Спамтону упиралось черт-знает-сколькими сантиметрами изнывающего от напряжения металла. Ничего. Это ничего. И не к такому его разъем готов, а? — Мне лучше уменьшиться, и это не обсуждается! — НЕ СМЕЙ! — он зло сверкнул глазами исподлобья. Прозвучало как-то неубедительно. — [Сам себя полировать будешь]! — …Я не против, кхм, отполировать тебя. К щекам прилила волна жара. — ПОТОМ. ВТОРОЙ РАУНД, [может быть]? — Я в самом деле настаиваю, это опас… Дослушивать идиотскую тираду Спамтон не стал: он без лишних слов чуть подался назад, и позволил разъему коснуться приятно прохладного навершия штекера. Тенна на это резко подавился фразой и уставился на него во все глаза (образно выражаясь). С гаденькой улыбочкой победителя бот медленно, дразняще начал опускаться вниз. И поначалу все было даже неплохо — гладкий металл ровно скользнул внутрь, отчего стенки разъема приятно запульсировали. От паха к груди медленно поднималась волна тянущего тепла, грозящая обратиться вспышкой удовольствия. Спамтон смотрел на партнера сверху вниз, всецело наслаждаясь ситуацией. Манипуляция удалась! «Вот бы заставить его выпрашивать…» — АХ! Додумать мысль не получилось: ощущение на грани наслаждения и боли ударом хлыста обожгло хребет. «Что еще за херня?!» Он попытался опуститься ниже, однако удалось то с трудом. На бедра легли широкие когтистые руки, чтобы погладить его разгоряченную кожу. — Не знал, что ты так умеешь, милый, — промурчало куда-то в волосы. — Давай помогу. «Нена…» Поздно. Тенна слегка согнулся, верхней половиной тела теперь нависая над ним, и крутанул бедрами — отчего внутренние стенки разъёма разве что не заныли. Бот выдержал, но клятый штекер будто бы лег не совсем ровно. Из горла вырвался жалобный стон — низкий и протяжный. Отлично. Придется начинать сначала? Спамтон приподнялся в попытке вернуться в былое положение: вновь уплотнения на поверхности штекера начали задевать слишком чувствительную псевдоплоть, с каждым движением сильней и сильней. Это начинало раздражать, а еще — походило на дурацкие скачки, на которые Спамтон вообще-то не подписывался! Хуже того — он не сразу заметил, что перестал сдерживаться: что стоны стали громче и развязней, что глаза как-то подозрительно защипало. «Нет. Нет-нет-нет, стоп!» Ему не нравится, не нравится! Не нравится странное чувство заполненности; не нравится, как из динамиков соведущего хрипит нежными словечками и подбадриванием; не нравится, как голова медленно пустеет, и словно забивается сладкой сахарной ватой. Надо остановиться, пока не стало слишком поздно! — …Ох-х, видел бы ты себя, Спамми, — пророкотало рядом. Тенна поднял его голову за подбородок, заставляя заглянуть в экран. Из темноты на него осоловело смотрел раскрасневшийся, растрепанный ад-бот. Тут же его разве что не снесло волной противоречивых эмоций: ненависти к Тенне, злости к себе, вожделением, и какой-то неуместной, всепоглощающей нежностью. Надо… надо держать себя в руках. Не подать виду, отсмеяться, поставить Тенну на место, наконец! Но тут соведущий принялся двигаться навстречу, предугадывая движения его бедер, и связывать буквы в слова стало слишком трудно. От шеи к ключице опустилось шершавым и влажным, а потом плечо обожгло болью — но одновременно с этим подключение пришло к логическому завершению. Удовольствие лишило дыхания, затопило разум и тело негой, сделало мысли чистым ничем. В это ничто он ухнул, позабыв обо всем.