Сердце принца

      Все же, Фаенон считал, что над ним издевались. Судьба, жизнь, все его нынешнее окружение. Началось-то все достаточно обычно: советники Мидея заявили, что в том виде, в каком Фаенон пришел в Кремнос, представать и дальше перед людьми — позор. Затем были созваны портные, мерщики, да и еще половина двора. Даже суток не прошло с момента, как Фаенон появился в крепости, он и поспать не успел, а вот уже начался отдельный кошмар. — Да чего ты закрываешься-то? — говорила портниха, пытаясь отнять отрез ткани, которым Фаенон все пытался прикрыться.        Он стоял на высоком табурете буквально по центру кабинета, куда его едва ли не насильно притащили. В неравной схватке он пытался отвоевать свои штаны и рубаху, но те с него стащили так быстро, что он даже моргнуть не успел. — Слушайте, мерки можно снять и не раздевая меня догола! — возмущался Фаенон, ежась от прохлады. — Да? — прищурилась мерщица, уперев руки в бока, отчего лента упала большей частью на пол. — Если мы пошьем не так, то у тебя так задницу пережмет, что даже сесть на стул не сможешь. Будешь ходить, не сгибая колени! — Мидей! — вскрикнул Фаенон, оборачиваясь. Он ожидал хоть какой-то поддержки от наследного принца, но тот только усмехнулся. — Да скажи ты им!        Мидей же был занят документацией. После его отца накопилось столько проблем, что и за год не разберешься. Поэтому он и оказался за своим рабочим местом, а Фаенона зацепил, чтоб тот ничего натворить не успел в его отсутствие. — Все через это проходят, — спокойно ответил принц, встречая раздосадованный взгляд. — И ты тоже? — фыркнул Фаенон. — Нет, меня догола не раздевают, — пожал плечами Мидей, возвращаясь к работе. — Права не имеют.        И, пока Фаенон был отвлечен, отрез ткани из его рук резко вырвали. Щеки его покрылись краснотой в одно мгновение. Мидей едва сдерживал свой смех, слушая вомущенные кряхтения. — Ой, нашел, что прятать, — отмахнулась портниха. — Тут и подержаться не за что.        Фаенон забыл все слова разом. Мерщица хохотнула, развернула ленту. — Ну да. У моего сына в три года и то богатства побольше было. Прикрывать у тебя нечего, иноземец. — Легко сказала мерщица, окидывая ленту вокруг бедер Фаенона, пытающегося прикрыться теперь хотя бы руками. — Худощавый какой. Ни одна из наших женщин тебя б не выбрала, а ты на наследного принца позарился. Наглец какой. Откуда только гормоны для такого поведения берутся? Ой, и посмотрите, соски явно больше, чем у многих наших... — Мидей! — снова позвал Фаенон, и принц тяжело вздохнул. — Я тут для того, чтобы меня оскорбляли без конца? — Ну, без конца — точно сказано, — засмеялась портниха. — Хватит, — произнес Мидей. — Ваша работа — пошить одежду, а не унизить нашего гостя. С этим и я справлюсь отлично.        Фаенон скрестил руки на груди, отвернулся. Злости его не было предела. Он вообще не просил шить ему новую одежду. Штанов да рубахи ему бы хватило на все оставшееся путешествие, если бы не эта глупая ситуация с битвой. — Я уйду отсюда, и будешь сам разбираться со своей помолвкой, — проворчал Фаенон. — Боюсь, если ты так поступишь, тебя нагонит мой наставник и вернет обратно силой. И попробуй объяснить ему, почему ты резко пропал, — флегматично произнес Мидей, откладывая несколько скрижалей и свитков в сторону. — Найди в себе хоть немного сил потерпеть и подбери сопли. — Да терпеть не надо уже. Мы закончили, — оповестила мерщица. — К утру ждите пару комплектов одежды. Потом дошьем. — Подожди ты, — остановила ее портниха. — Наследный принц, к свадьбе одежду тоже начинать пошивать? Или Вы планируете хоть немного привести в форму своего… Как бы его назвать..? — От вас требуется повседневная одежда, — уже устало сказал Мидей, так как его вся эта канитель тоже успела утомить.        Едва ли не мебелью себя ощущал Фаенон. У него ведь даже ничего существенного не спрашивали. Ни фасон не уточнили, ни цвет одеяний, ни пожеланий. Будто он и правда был бесправным в этой крепости, отчего злости становилось только больше. Они еще даже не обсудили план, как будут выкручиваться из ситуации с помолвкой. А тут уже уточняются детали по непредвиденной свадьбе. Только он открыл рот, чтобы вставить свое слово, как портниха и мерщица испарились из кабинета, о чем-то тихонько переговариваясь. — Так и будешь стоять в чем мать родила на табуретке? — приподнял одну бровь принц. — Избавь хотя бы меня от лицезрения этого. — Будто я в восторге от своего внешнего вида, — проворчал Фаенон. — Куда они зашвырнули мою одежду? — Без понятия, — пожал плечами Мидей. — Удачи в поисках.        Фаенон вновь прикрылся руками, осторожно слез с табурета и пошел к груде из забытых отрезов ткани. На себе он ощутил насмешливый взгляд, и от смущения уши защипало. Он старался не оборачиваться, чтобы не видеть очередную насмешку. Ткань все никак не заканчивалась, и копаться одной рукой было неудобно.        Вновь послышался тяжелый вздох. Принц поднялся со своего места, подошел ближе и одним движением из горы ткани вытянул потрепанную одежду Фаенона. Быстро эта одежда была забрана. — Если тебя это утешит, то все у тебя там в порядке, — легко произнес Мидей, и Фаенон ощутил, что еще сильнее смутиться все же можно было. — Наши женщины любят преувеличивать. — Слушай, давай оставим эту тему! — вспылил Фаенон, быстрым движением запрыгнув в свои штаны.        Из кармана у него вывалилось что-то, что напоминало разукрашенный кусочек бумаги. Мидей легко его поднял с пола, присмотрелся. На карточке был изображен сам Фаенон с совершенно неподходящей подписью. — Спаситель? — весело спросил Мидей. — Это подарок от моей подруги. Она для многих рисовала карты и гадала на них, — ответил Фаенон, осторожно забирая карточку. — Частенько гадания сбывались. Не понимаю, почему именно это она приписала. — Значит, был повод. Раз ты так и не удосужился назвать мне свое настоящее имя, то так и будешь зваться, — улыбнулся принц. — Эй! Я Фаенон из Элизии Эйдес! Запомни! — сказал Фаенон, хмурясь. — У меня имя есть! — Как скажешь, Спаситель, — засмеялся Мидей, явно подначивая на легкую перепалку. И, пока Фаенон не успел разразиться гневной тирадой, отошел от него и направился к выходу из кабинета. — Хватит бумаг на сегодня. Пора заняться более важными делами.        Больше ничего не оставалось, кроме как последовать за принцем.

***

       Улицы Кремноса не были такими же оживленными, как до битвы на арене. Фаенон вновь с интересом рассматривал все вокруг себя. Вывески в Кремносе не были такими цветастыми, как обычно в других городах. Не зазывали торговцы к себе. Казалось, будто каждый на ярмарочной площади знал, кто конкретно должен был к нему придти и за какими товарами.        В питейных заведениях мужчины и женщины сталкивали свои металлические кубки с соседними и громко обсуждали свои победы в давних и не очень битвах. Слышались удары молотов о наковальни откуда-то издали. Фаенон шел за Мидеем в небольшом отдалении, но взгляды к себе все равно притягивал. Только ленивый не обсуждал его. — О, так это ж тот самый! Как там его? Фонан? Который за сердце Мидеймоса боролся, — громко интересовался прохожий у своего знакомого. — По описанию подходит. Невзрачный, худощавый и в обносках, — лениво ответил тому долговязый мужчина. — Мешок только потерял.        Вдруг этому человеку по затылку прилетела оплеуха. Фаенон даже вздрогнул от неожиданности. Широкая в плечах женщина явно была недовольна чем-то. — Заткнитесь, идиоты! — сказала она, не стесняясь своего глубокого голоса. — Не вам тут обсуждать победителя. Вы, трусы, даже не осмелились принять участия в испытании! — А я считаю, — присоединилась к ней другая, гораздо ниже ростом и держащая в руках метлу, — что весьма милый мальчик. Молоденький правда, но ничего плохого в этом нет. Будь чуть постарше, кто-то из наших забрал бы себе. Волосы у него необычного цвета, привлекает прям.        Фаенон ускорил шаг, но в спину ему доносился веселый женский смех. Он и не хотел бы знать, что некоторые граждане считали его «милым». Всякое слово, брошенное местными, заставляло смущаться Фаенона.        Найти в толпе людей Мидея было даже просто. Он один возвышался над всеми ними. Да и, как заметил Фаенон, закат очень хорошо отбликивал от его светлых волос. Так что искать принца по макушке — самая верная затея.        Им пришлось подняться по ступеням на самый верх несокрушимых стен, и Фаенон благодарил свою выносливость за то, что он даже не запыхался. Ступени под ногами, как ему казалось, никак не кончались. Мидей дожидался его, смотря куда-то вдаль. Поверх выложенных каменных блоков. Фаенон встал рядом с ним, и холодный ветер тут же облизал лицо и растрепал волосы.        Под крепостью располагались бескрайние зеленые поля. Ветер пригибал высокие колосья к земле, создавая неизвестный узор. Далекие реки своим течением создавали волны и возвращали свет обратно к небу. Уже далеко находился Кефал с его тяжелой ношей. Фаенон оперся локтями о камень, чуть прикрыл глаза. Понемногу над головой загорались звезды. — Зачем мы сюда пришли? — спросил Фаенон у принца. — Осмотреть окрестности, — ответил Мидей, даже не глядя в его сторону. — Кремнос должен двигаться дальше. Думаю, следует пойти на север. — За ресурсами? — уточнил Фаенон. — Как догадался? — усмехнулся принц. — Ну… Это ведь логично. Автономная крепость не может обеспечивать себя ресурсами самостоятельно. Раскинуть здесь поля попросту невозможно, как и поддерживать жизнь скота долгое время. — Фаенон склонил голову набок, глянул из-под ресниц на принца. — Идея передвижной крепости хороша только тогда, когда мы говорим об обороне и нападениях. Но есть ведь тоже что-то надо. — Мы стараемся обеспечить себя при помощи торговли, — вздохнул Мидей. — Многие поколения царей придерживались идеи битв за чужие ресурсы. Столетиями некоторые города платили нам дань. И народ привык жить набегами на других. — А ты? — удивился Фаенон. — Ты против такого образа жизни? — Это варварство, — фыркнул Мидей. — Идея демонстрации своей силы должна заключаться в том, чтобы успешно отбивать чужие нападки. Грабить слабых — самая большая низость из всех. — Ну да. Это все равно, что я сейчас пойду отбирать конфету у ребенка, — согласился Фаенон. — Ребенок победит, — усмехнулся принц.        Вероятно, Фаенон вовсе потерял связь с реальностью. Нахождение рядом с принцем отчего-то им воспринималось весьма легко. Именно поэтому он сначала пихнул того в плечо, а уже после подумал над тем, что сделал. Вопреки ожиданиям, Мидей не разозлился. Он пихнул Фаенона в ответ, словно принимая его вызов.        Любование видами отошло на задний план. Голубые глаза Фаенона словно загорелись. Он приподнял подбородок, стиснул руки в кулаки и принял боевую стойку. — Серьезно? Ты собираешься драться со мной? — засмеялся Мидей, чуть щуря глаза. — У тебя уже был шанс. — Да. Победил я, напоминаю, — пожал плечами Фаенон. — Или ты трусишь? Боишься, что тебе помешает сотрясение?        Мидей закатил глаза. Он не собирался обсуждать ту случайность, которая возникла совсем недавно. Он старался себя сдерживать и быть более дипломатичным, чем обычно, но… Раз Фаенон сам нарывался, то отказать в битве — пойти против законов Кремноса.        Принц замахнулся, но Фаенон тут же отступил назад, обернулся и… Побежал вдоль стены, даже не оборачиваясь. Такого Мидей точно не ожидал. Еще пару секунд он просто смотрел вслед Фаенону, и только потом бросился за ним, требуя настоящей битвы, а не этого бреда. — Спаситель, ты только убегать умеешь?! — выкрикнул Мидей, почти нагоняя его. — Я умею пользоваться своими мозгами, Мидей! Советую и тебе того же! — смеялся Фаенон.        Когда он опустил взгляд и заметил, что тень принца приближалась к нему, Фаенон резко остановился и обернулся, перехватывая не ожидавшего такого Мидея за руку. Спина принца ударилась о камень стены, рука оказалась в крепком захвате, а свободный локоть Фаенона упирался в его горло, грозясь придушить.        Мидей смотрел на него из-под ресниц, хмуря брови. Зрачки в его светлых глазах были расширены, как у хищника, бросившегося вдогонку за своей добычей. — Ты отвратительный наглец, Спаситель, — тяжелым голосом произнес принц, перехватывая его за локоть. — Оу… Буду знать, раз ты так часто об этом говоришь. Припишешь эти характеристики рядом с «дважды победитель»?        Мидей дернулся, вырываясь из захвата, но Фаенон и сам его планировал отпустить. Тактика Фаенона просто убивала Мидея морально. Он привык встречать своего врага лицом к лицу, а не бегать за ним, как детишки бегали по площади. Пока у Фаенона не хватало сил, он пользовался своей ловкостью. И Мидей гадал, откуда такие умения вообще взялись. — Ты с чего такой верткий? — все же поинтересовался принц. — Ну… — расслабленно вздохнул Фаенон. — Когда у твоих соседей есть бойкие козлы, и не такому научишься. — Ты сравнил кремносцев с козлами? — тяжелым голосом уточнил Мидей. — Ну да, — засмеялся Фаенон. — Вы очень похожи. Что вы, что они, просто-напросто видите перед собой цель и прете на нее, выставив вперед рога, а остальное игнорируете. Достаточно просто отпрыгнуть от вас, и тут вы теряетесь. Я заметил это еще на арене, понаблюдав повнимательнее.        У Мидея не нашлось слов для ответа. Он задумался над правотой Фаенона. Ведь и правда… Они всегда шли напролом. И теперь какой-то деревенский парнишка поучал лично правителя, как правильно сражаться, чтобы измотать противника и застать его врасплох. — Твоя изворотливость не поможет тебе, если твой противник будет знать тебя, — заключил Мидей, отворачиваясь. — Ты намекаешь на себя? — заискивающе спросил Фаенон. — Буду расценивать это как приглашение. Для меня честью будет постоянно побеждать аж целого наследного принца каструма Кремноса. — Заткнись и мечтай об этом хотя бы не вслух, — отмахнулся Мидей. — В следующий раз я не допущу таких глупых ошибок. — Ловлю тебя на слове.        Со стены пришлось спуститься. Света становилось все меньше, и зажигались уличные фонари. Фаенон следовал и дальше за Мидеем, стараясь не отсвечивать. И принцу это надоело. Ему казалось, что он вывел на прогулку домашнюю химеру, что неохотно тащилась за ним где-то вдали. Своими же руками Мидей вытянул Фаенона вперед и указал идти рядом, а не за спиной.        Фаенон же вертел головой и дальше, изучая местный колорит. Кузнецы уже заканчивали ковать оружие, складывая его в общую кучу. Расходились по домам и обычные граждане. Детей с улицы утаскивали родители, чтобы уложить спать, отчего те весьма громко возмущались.        Они дошли до места, откуда задавалось направление крепости. Там совсем не было людей. Ловкими движениями Мидей понажимал на рычаги и задал курс на север. Крепость заскрежетала своими механизмами, словно отвечая на команды правителя. — Легко ты с ними управляешься, — заметил Фаенон. — Часто сюда приходил в детстве? — Считай, что я тут всего в пятый раз, — ответил Мидей. — Я не так давно сам вернулся домой. Потяни за тот рычаг, будь полезным.        Рука Фаенона легла на нужный рычаг, но нажать не получилось. Он нахмурился, навалился всем весом, но тот даже не сдвинулся. Мидей глянул на него через плечо и посмотрел с таким скепсисом, что стало даже не по себе. Он в очередной раз тяжело вздохнул, подошел сам и с легкостью рычаг дернул, будто это была просто ветка на кусте.        Из-за этого Фаенон рассмотрел свои руки. Мышцы и сухожилия выделялись достаточно сильно, да и в своей деревне он был буквально самым крепким, но здесь… Он себя едва ли не нескладным подростком ощущал. Рацион кремносцев интересовал его теперь еще больше. — А где ты был до того, как вернулся? — продолжил разговор Фаенон.        Мидей ничего не ответил. Он убедился, что вектор задан правильно и направился к выходу. Очевидно, что эта тема была закрыта окончательно, чему Фаенон и удивился. Следовало поинтересоваться об этом у кого-нибудь другого.        Знакомой дорогой они отправились обратно в место, которое любой другой назвал бы дворцом. Только вот сами кремносцы для обители принца никакого определения не давали. Но вместо покоев они пошли… даже не в обеденный зал, а на кухню, где и повара уже разошлись.        Продукты вскоре оказались на столе, и Фаенон присвистнул. Такого количества мяса он в жизни не видел. И не понимал, как Мидей собирался распоряжаться о приготовлении, если никого уже на местах не было. Еще больше Фаенон удивился, когда принц своими руками начал мясо разделывать и разрезать. — У тебя ноги к полу приросли? — бросил Мидей, не отвлекаясь от своего занятия. — Возьми в ящике овощи и нарежь их. Будь хоть где-то полезным. — Ты что, готовишь себе сам? — спросил Фаенон, идя к нужному ящику. — Не доверяешь своим работникам? — Просто слежу за своим рационом. Ничего более, — пожал плечами принц. — Сотни блюд за обычным столом — блажь. Никому это не нужно.        Фаенон вытянул увесистую доску из горы с посудой. Взял в руки нож, больше походящий на целый клинок для убийств. Овощи были большими и крепкими. Даже непонятно, как Мидей на такие смог сторговаться с другими городами. Лезвие оттяпало добротную часть от зеленого овоща, названия которому Фаенон даже не знал.        Мясо оказалось брошенным на сковороду, зашкворчало, выделяя аппетитный сок. Запахло специями. Фаенон почувствовал, как за его спиной выросла фигура Мидея, и от холодка, прошедшегося по спине, соскользнули пальцы, и нож полоснул по коже. — Вот же… — возмутился он, отнимая пострадавший палец и суя его сразу же в рот. — Ты у себя в деревне только от козлов бегал? — прищурился Мидей. — Вытяни палец изо рта. Только рану себе заразишь. — Да хватит ругать уже меня, — нахмурился Фаенон. — Не в моих правилах ныть, но тут я буду делать это специально, раз тебя это так раздражает. — Он картинно приложил пострадавшую руку к груди, состроил самое несчастное выражение лица. — О, нет, мой палец! Как же я останусь без него? Где аптечка? Где спирт? Где хоть что-нибудь? Принц косвенно ранил меня! — Прекращай, — закатил глаза Мидей. — Ты и без этого умеешь на нервы действовать. — Все для тебя, — засмеялся Фаенон. — Серьезно, у тебя тут есть аптечка? Я хорошо себя порезал.        Мидей же, вместо поиска аптечки, которой, видимо, тут не водилось, легким движением перехватил полы чужой рубашки и резко рванул ее. Все бранные слова разом пронеслись в голове Фаенона и едва ли не вырвались из него. Принц перехватил его за запястье, поднес руку ближе к свету, чтобы перевязать пострадавший палец, но остановился.        Взгляд его задержался на струящемся из раны золоте. Фаенон ждал, что будет дальше, но уже и тишина начинала давить. Мидей решил, что ему показалось, и поднес руку еще ближе к свету. Золотые частицы переливались под лампами. Капельки крови срывались на пол и разлетались там словно кусочками украшений. — Почему ты не сказал, что тоже златиус? — спросил Мидей, переводя взгляд прямо на чужие глаза. — А это так важно? Ты не спрашивал, — произнес Фаенон. — Какая разница, какого цвета моя кровь?        Мидей все же перевязал рану всего в три движения. Наконец рука Фаенона оказалась свободной. Он прижал ее снова к своей груди, ощущая болезненную пульсацию в пальце. — Разница в том, — сказал Мидей, возвращаясь к готовке, — что у златиусов есть определенная миссия на Амфореусе. Такие вести до твоего захолустья не доходят? — Ты так говоришь, будто в мире мало златиусов, — отмахнулся Фаенон, усаживаясь на невысокий стул. — Моя миссия заключается лишь в том, чтобы защитить близких. Ну и, теперь уж, спасти твою задницу от нежелательного брака.        Мясо в сковороде уже почти начало пригорать, и Мидей принялся его помешивать. Его нахождение на кухне выглядело даже несколько комично. Редко встретишь такого мужчину около плиты. Фаенон поймал себя на том, что уже долгое время не отводил от него взгляда. Его интересовало лишь то, как татуировки не искажались на чужом теле от частых движений. Они, будто языки пламени, танцевали по коже, дополняя образ наследного принца. — Златиусов и правда мало, Спаситель, — продолжил Мидей. — Если быть точнее, то на каждого титана по одному. — Он отвернулся от сковороды, скрестил руки на груди. — Нет, ты серьезно, когда заметил, что у тебя золотая кровь, решил, что так и должно быть и это ничего не значит? Ты вообще хоть о чем-нибудь в мире узнавал? — Ой, отстань ты уже. Я хочу стать героем, но не тем, кто там в Охеме обретает божественные силы. Не для меня вся эта канитель. — Почему же? — Я… — Фаенон замолчал, прикрыл глаза. — Просто понимаю, что не гожусь на эту роль. Вот взять тебя. Если ты сказал «тоже», значит, ты являешься златиусом. Тебе легко будет долезть до вершины и занять положенное место. Я же… Обычный деревенский парень. — Отвратительно, — бросил Мидей. Фаенон тупо уставился на него, не понимая, с чего принц так разозлился. На лице его и впрямь можно было прочитать отвращение. — Ты натянул на себя личину бездаря и ничего другого не хочешь. Судьба распорядилась так, чтобы у тебя был потенциал, а ты его самостоятельно и губишь. Самое глупое проведение своей жизни, которое я встречал. — Слушай, не тебе меня судить. Ты родился с золотой ложкой в жопе и чему-то меня еще пытаешься учить. В моей деревне из оружия был кухонный нож, а из опытных бойцов — кузнец, дравшийся со своим братом за выкованные гвозди. — Фаенон откинулся на спинку стула, поднял взгляд к потолку. Он больше не хотел смотреть на этого напыщенного принца. — Так что завались уже и думай над тем, как нам справиться с нашей проблемой. — После твоих слов и правда хочется избавиться от тебя побыстрее, — ответил Мидей. — Ну, раз так, то я пошел. Увидимся завтра, — сказал Фаенон, поднимаясь со своего места, но Мидей оказался в два шага рядом с ним и сильно нажал на плечо, усаживая обратно. — Да твою мать! Пусти ты меня уже! — Заткнись. Если ты так постоянно сбегаешь с ужина, то неудивительно, что ты за простой рычажок потянуть не можешь. — Мидей вернулся к сковороде, заглушил огонь и высыпал мяса в половину тарелки, чтобы после неосторожно поставить ее прямо перед Фаеноном. — Ешь. Овощи сейчас нарежу. И моли титанов, чтоб в тарелке ничего не осталось.        Фаенон фыркнул, но взялся за вилку. Он что-то пробормотал себе под нос, чего Мидей не расслышал. А тому и не надо было. Слова благодарности Фаенон хотел приберечь на потом, чтобы принц не зазнавался. Мясо оказалось на удивление вкусным. Свежие овощи не горчили и больше отдавали сладостью. Но ужин прошел в полной тишине.        Перед расставанием Мидей лишь указал направление подготовленных для Фаенона покоев и удалился к своим. Больше разговаривать было не о чем.