Сердце принца

— Смотрю я на тебя, и одного не могу понять…        Алкивиад, наставник Фаенона, опирался локтем о стойку со снарядами и чуть щурил глаза. Фаенон пытался к нему прислушиваться, но больше был занят тем, что на его плечах находилась штанга и старательно хотела придавить его к полу. По крайней мере, его ощущения были такими. — Что ты не понимаешь? — через силу спросил Фаенон, в очередной раз приседая с весом, превышающим его собственный в полтора раза.        Усмехнувшись, наставник глотнул воды, вытер пот со лба и прищурился еще сильнее. Обычно, такие сложные выражения лица он не строил. — Уже неделя прошла с твоей свадьбы, а на тебе нет ни одного следа, — произнес наставник. — Наш наследный принц настолько нежен с тобой?        Фаенон едва не уронил штангу, и Алкивиад успел ее вовремя подхватить. Он даже не сильно напрягся, когда вес перешел на его руки. Осторожно он сбросил снаряд на пол, упер руки в бока и продолжил сверлить Фаенона заинтересованным взглядом. — Слушай, давай моя личная жизнь останется при мне? — нахмурился Фаенон, отворачиваясь.        Открытость кремносцев в таких беседах, конечно, удивляла. Но обсуждать все подряд Фаенон тоже не хотел. Должно же было хоть что-то оставаться в рамках приличия. — Ой, да кто только вас не обсуждает, — развел руками наставник. — До этого все думали, что у тебя под закрытой одеждой ничего не видно. А теперь… У людей возникает много вопросов. У тебя даже синяка никакого нигде нет. Или же… — Наставник обошел Фаенона, взглянул на его лицо. — Наследный принц тобой не интересуется? — Так, я закончил на сегодня, — проворчал Фаенон. — Встретимся послезавтра.        Уходя, он чувствовал, как чужие насмешливые глаза продолжали наблюдать за ним. Фаенон пытался себе представить, как у них должно было это пройти. Но знания в подобных делах у него были настолько скудны, что при каждой попытке представления подсознание рисовало козлов. Фаенон с ужасом отмахивался. Если не козлов, то птиц.        Однажды Фаенон даже проснулся от едва ли не ночного кошмара, где сам Фаенон был человеком, а Мидей… Козлом с человеческой головой. Фаенон и понятия не имел, что вообще ему нужно было делать. И спрашивать у кого-то он попросту стеснялся, хотя любой из кремносцев бы подробно объяснил, что и куда совать.        В итоге Фаенон пытался отбросить все мысли, полагаясь полностью на Мидея. И, как оказалось, Мидей тоже совсем ничего не понимал. Когда поцелуи заходили слишком далеко, наследный принц отстранялся первым. Искал любую причину, чтобы сбежать, и списывал все на свою несдержанность, будущие сожаления и тому подобное.        Исходя из его редких рассказов о детстве, Фаенон смог сделать определенный вывод: людей Мидей вообще только в сознательном возрасте повстречал. И то, это был его наставник Кратер. А за то время, что принц находился в Кремносе, его голова была занята не подобными вещами, а документацией и отстройкой некоторых развалин.        С одной стороны, Фаенон сожалел, что никто из них не оказался опытным. С другой же, ему было… даже радостно от того, что Мидей проходил с ним этот путь впервые. Но неопределенность все же раздражала. Фаенон даже не понимал, в каком статусе отношений они находились, просто потому что они это не обсуждали. И сам он не понимал, что чувствовал к принцу.        За раздумьями он не заметил, как дошел до одного из небольших озер. Он вернулся полностью в окружающий мир только тогда, когда звонкий детский смех едва ли не оглушил его. — В последний раз, — строго сказал Мидей, стоя по пояс в воде. — Конечно-конечно! — радостно отвечал полностью мокрый мальчик, прыгая от нетерпения.        Толпа детей за его спиной тоже активно закивала, выстраиваясь в очередь. Мидей наигранно вздохнул, подставил руки, и мальчик встал на них, едва не соскальзывая из-за воды. Легким движением принц его подкинул, и тот плюхнулся в воду. Пока он не пошел ко дну, Мидей вытянул его и отправил топать к берегу обсыхать. — А я думал, ты не любишь детей, — улыбнулся Фаенон, подходя еще ближе.        Дети при виде его переглянулись, начали перешептываться. У сорванцов явно созрел какой-то план, и Фаенон уже готовился к тому, что его втянут в какую-то авантюру. — А я и не люблю, — усмехнулся Мидей, подставляя руки для следующего ребенка. Когда тот тоже был отправлен в полет, принц упер руки в бока. Девочка, которую он только что бросил в воду, сама смогла успешно доплыть до берега. — Но они меня преследуют. — Господин Спаситель! Господин Спаситель! — излишне громко заговорила одна из девочек, подбегая к нему и хватая за штаны. — Поиграйте с нами! — А вы не боитесь, что я откажусь? — выгнул бровь Фаенон, и девочка уже перехватила его за руку и потянула ближе к воде. — Эй. А вдруг я злой и утоплю вас, а, детишки? — Все знают, что Спаситель добрее всех вместе взятых, — гордо сказал один из мальчишек, у которого было больше всего ссадин. Очевидно, это был местный заводила. — Мама рассказала мне, как Спаситель сквозь бурю дошел до вершины горы и спас кремносцев от неминуемой гибели! — Все было не совсем так, — неловко рассмеялся Фаенон. — Вот теперь ты понимаешь, как я оказался здесь? — засмеялся Мидей. — Они просто не оставляют шанса на отказ и вообще не признают авторитетов.        Фаенона затащили в воду, и девочка сама сложила его руки вместе. Он и опомниться не успел, как она забралась на них. — Давайте, Господин Спаситель, просто подбросьте, — потребовала девочка.        Сделав, как она попросила, Фаенон уж собирался выбраться из воды и пойти по своим делам, но тут выстроилась целая толпа детишек, жалобно смотрящих на него. Фаенон прикрыл глаза, тяжело вздохнул. Дети, даже не стесняясь, пользовались своими преимуществами и давили на совесть. Маленькие наглецы. — Так. Кто пойдет ко дну — тот сам виноват, — провозгласил Фаенон, и дети радостно закричали.        Мидей же, вопреки ожиданиям Фаенона, никуда не ушел. Он наблюдал за ними с мягкой улыбкой, пока Фаенона эксплуатировали. Возможно, дети бы успокоились, если процесс чуть ускорить. Фаенон глянул на принца и будто бы случайно при очередном броске отправил в сторону Мидея целую волну брызг.        Светлые волосы потяжелели, прилипли к коже. Мидей утер свой лоб, глянул на Фаенона, что очень плохо сдерживал смех. Одного движения хватило, чтоб брызги окатили Фаенона полностью. Тот начал откашливаться, убирать волосы с глаз. — Не я первым начал, — заметил Мидей, скрещивая руки на груди. — Ты бросаешь мне вызов, — сказал Фаенон, зачесав челку назад. — Как не стыдно наследному принцу нападать на собственного супруга? — Отомсти ему, Господин Спаситель! — выкрикнул заводила, и Фаенон усмехнулся.        Только вот ему в лицо снова прилетели брызги. Фаенон отступил назад, протер глаза. Да Мидей насмехался над ним! Детишки уже вылезли на берег и теперь делали ставки, кто же должен был победить.        Фаенон собирался переходить в нападение, но брызги все летели и летели в него. И несправедливым было то, что у Мидея ладони были шире — он мог зачерпнуть гораздо больше воды! Фаенон уже отплевывался, как только мог. Под ногой оказался склизский камень, и Фаенон поскользнулся и едва не упал назад, как его за руку перехватили. — Ты играешь не по правилам! — едва не обиженно выкрикнул мокрый до нитки Фаенон. — О, правда? — с долей иронии спросил Мидей, сразу после снова брызгая.        Уже готовясь просто накинуться на него, Фаенон напрягся всем телом, как со стороны зазвучали голоса взрослых: — Вот куда вы делись!        Дети понуро опустили головы. Очевидно, родители пришли по их души. Каждого осмотрели со всех сторон, отругали за то, что они сбежали из-под присмотра и пристыдили перед царской четой. — Наследный принц, Спаситель, — склонила голову одна из родительниц, — благодарим от всего сердца за то, что не дали этим оболтусам потеряться и потонуть. Обещаем провести воспитательную беседу. — Ой, да что ж вы… — проговорил Фаенон, выбираясь из воды. — Не нужно ругать детей. Они просто хотели повеселиться. — Я уже с ними поговорил, — бросил Мидей, глядя не на родителей, а на самих детей. — Что я вам сказал? — Убегать — плохо. Нас покусают змеи и съедят шакалы, — повторил один из мальчишек, утирая нос.        Фаенон зажал рот рукой, чтоб не засмеяться. Мидеймос был как всегда прямолинеен в разговорах с любыми людьми. Он бы, на его месте, сделал упор на то, как родители будут переживать, или что дети могли пораниться и заплутать, или что мир полон опасностей, с которыми дети пока не могли справиться. Но Мидей просто уведомил их о том, что они помрут без взрослых. — В любом случае, спасибо вам, что вы приглядели за ними, — отозвалась другая родительница.        Дети с присущей их поведению обидой поплелись за взрослыми. Да еще так медленно, что ускорились они только после крика на них. Фаенон обернулся к Мидею и тут же отвел взгляд. Тот был весь мокрый. Капельки стекали по его телу от плеч все ниже, отблескивали в дневном свете. Фаенон боялся, что мог не сдержаться и начать трогать принца. Ему ведь хотелось. Коснуться его. — Тебя дети любят, — сказал Мидей, тоже отводя взгляд от удаляющихся кремносцев. — Они совершенно нелогичные. Если бежишь к ним с распростертыми объятиями, они ворчат и уходят. А если показываешь, что они тебе неинтересны, липнут, как смола. — Фаенон все же выбрался на бережок, сел на теплую траву и поднял лицо к небу. — Они не особо признают, когда с ними сюсюкаешься. — Поэтому они за мной увязались? — предположил Мидей. — Ну да. А еще они чувствуют, когда ты не желаешь им зла. Так что… Сколько бы ты ни говорил, что не любишь детей, они тебе не поверят, — легко сказал Фаенон.        Мидей сел рядом с ним, задумался. У него с самого появления в Кремносе возникла проблема с детьми. Сначала они на него просто глазели, как на чудо какое-то, а потом перешли в открытое нападение и все пытались втянуть его в свои игры. Он соглашался только для того, чтобы их не обижать. До того, как появился Фаенон, Мидей даже не мог на улицу спокойно выйти. — У тебя дома ты был у детей популярен, да? — улыбнулся Мидей, разглядывая расслабленного Фаенона. — Ты не представляешь, сколько я веток посшибал, пока им за яблоками лазал. Им было весело. А однажды мы с ними отправились на рыбалку в море. Они чуть лодку не перевернули, распугали всю рыбу и все пытались утопиться. Это просто стихийные бедствия. А ты когда-нибудь задумывался о своих детях, Мидеймос? — У меня не было возможности не задумываться, — вздохнул Мидей. — Когда мне объявили последнюю волю матери, я был в ужасе. Потому что если бы победила женщина, детей бы заставили сделать. Трону всегда нужен наследник. Даже если правитель бессмертен. — Ну, теперь с наследником возникнут проблемы, — засмеялся Фаенон, и Мидей промолчал. — Так ведь? — Если ты себе там уже что-то надумал, то я тебя успокою. Раз победил ты, то проблема с наследником решилась сама по себе. Я тебе уже говорил, что власть в случае моей смерти полностью перейдет к тебе. А дальше…       Фаенон приоткрыл глаза, глянул на принца. Тот не хотел больше говорить. Видимо, что-то все же было не так. Фаенон коснулся его руки, осторожно провел по пальцам. — Наши души связаны, Мидей. Если наследника потребуют от меня, это посчитают за измену. Я и не собираюсь этого делать.        Пальцы переплелись меж собой. Резко разговор свернул не туда, куда хотелось бы. Мидей вдруг сказал: — Но я ведь не могу тебя ограничивать. Если ты повстречаешь кого-то, то… — Мидей, — позвал Фаенон, приближаясь к нему. — Я уже повстречал. И тебя мне достаточно.        Он поцеловал Мидея совсем легонько. Принц прижался ближе, прикрыл глаза. Конечно… Фаенон и не мог сказать иначе.

***

— Слушай, может, ты попробуешь его соблазнить? — продолжал гнуть свою линию наставник.        Фаенон уже думал сменить место для тренировок. Его личная жизнь интересовала Алкивиада больше, чем самого Фаенона. Он все предлагал новые варианты, хоть его и не просили. — Я даже послушаю в этот раз, — проворчал Фаенон, останавливая упражнения на пресс.        Алкивиад потер подбородок, поднял глаза к потолку. Будто его идеи могли привести к чему-то хорошему. — Ну вот смотри… Кто наследному принцу делает массаж? — спросил он. Фаенон приподнял бровь, поджал губы. — После сильных нагрузок мышцам требуется расслабление, иначе они забьются. Кто-то же должен таким заниматься. Сам Мидеймос такое делать не может. — Я тебе напомню, что у него колоссальная регенерация. Ему не нужен массаж, — ответил Фаенон. — А ты предложи. Может, захомутаешь наконец собственного супруга. А то это не дело, — принялся рассуждать наставник. — Я как ни посмотрю, ты все больше и больше напрягаешься. Свое желание в физнагрузки полностью не переведешь. Лопнешь так скоро, Спаситель. — Да мне и не нужно, — закатил глаза Фаенон. — Мне и так хорошо живется. — Ой, не рассказывай мне сказки, Спаситель. — Он сел рядом с Фаеноном, приобнял его за плечи и слегка встряхнул. — Да ты представь только. Темная спальня. Наследный принц на простынях. Весь твой. — Я сейчас подумаю, что это твои влажные мечты, — прищурился Фаенон, и Алкивиад засмеялся. — Если опыт есть, можно представить любого. — Да заткнись ты уже, — оборвала его одна из высоких женщин. Она подошла ближе, скрутила полотенце и хлестнула прям по спине наставнику. — Кончай наседать ему на уши. Не все в этом мире думают своим детородным органом, как ты, идиот. — Да тебя просто никто нормально не трахал, вот ты и понятия не имеешь, о чем я говорю, — заворчал Алкивиад, оборачиваясь к ней. Удар был настолько хорош, что у него вся спина покраснела. — Зато тебя трахают частенько, да? — парировала женщина. — Тебе слово «любовь» вообще не знакомо. Дай всему идти своим чередом. Если тебя так интересуют чужие члены — зайди в общую баню и утоли свое любопытство.        Фаенон вообще не хотел обсуждать дальше свою личную жизнь. Но Алкивиада уже было не остановить, и теперь все посетители зала становились невольными слушателями чужих глупых идей. Многие закатывали глаза, когда наставник открывал рот. Кто-то затыкал себе уши ватой. Только Фаенон никак не мог избавиться от назойливых советов. И он был благодарен этой женщине, что она за него вступилась. — Вот теперь ты понимаешь, почему о наших женщинах говорят, что они надменные и строптивые? — прошептал Алкивиад. — Так если у вас в штанах нечем похвастать, чего нам соглашаться? — возмутилась женщина. — Еще и тупые, аж зубы сводит. Такие, как ты, мнят себя богами секса, а по факту минута делов, да кряхтение от защемленного колена!        Фаенон прикрыл уши ладонями. У местных было особое развлечение — ругань. Алкивиад поднялся, готовый принять правила спора, но всего несколькими фразами женщина смогла его заткнуть и отправила думать о жизни. Она теперь заняла место около Фаенона, но держала расстояние от него. И говорила она гораздо тише. Вот ее хотелось выслушать. — Эй, Спаситель, — начала она. — Действуй так, как сам захочешь. Не весь мир вращается вокруг секса. Мы с моей женой занимаемся им только тогда, когда обе уверены в своих желаниях. И не всегда, когда хочет кто-то из нас, вторая тоже не против. Жизнь в браке строится на взаимопонимании и взаимоуважении. — Она похлопала Фаенона по плечу, и он улыбнулся. — Спасибо. Я уже и правда начинал думать, что что-то в моей жизни не так. — Да успокойся. Когда наступит момент, ты это поймешь. И не верь всяким витиеватым описаниям, что это волшебный момент и тому подобное. Зачастую все не так радужно. Но если настроишься… Обещаю, тебе понравится. Пусть не завтра, не через месяц и даже не через год, пусть вообще никогда. Главное, чтоб тебе было хорошо.        Фаенон кивнул, и женщина его оставила. Он вернулся к тренировкам. Но сколько бы он ни думал… Все сводилось к одному… Ему все же хотелось...

***

       Мидей, как обычно это по вечерам и бывало, нашелся на кухне. Фаенон не хотел избегать его в течение всего дня, но само собой так получилось. Повара уже давно разошлись по своим делам. Работники были накормлены.        Сделав глубокий вдох, Фаенон подошел ближе. Мидей чуть повернул голову, прислушиваясь. — Смотри, чтоб завтра смог встать с кровати, — бросил Мидей, продолжая помешивать тушащиеся овощи. — Полдня на тренировке провел. — Обижаешься, что не потренировался с тобой? — спросил Фаенон. — Обида — это не про меня, — спокойно ответил принц.        Фаенон, перебарывая себя, положил руки ему на плечи и с нажимом повел вниз. Мидей замер. Ладони вернулись к плечам, осторожно Фаенон сдвинул длинные волосы в сторону и коснулся губами загривка. — Спаситель? — позвал Мидей. — М-м-м? — лениво отозвался Фаенон, кладя голову на плечо. Руки сами собой спустились ниже и обняли поперек живота. — Тебе неприятно? — С чего ты такой прилипчивый? — недоверчиво поинтересовался принц, возвращаясь к своему делу. — Извини. Просто захотелось. Больше не буду, — он хотел уже убрать руки и отстраниться, но Мидей остановил его, положив ладонь сверху. — Оставайся. Ты не мешаешь.        Фаенон прижался к нему всем телом, чуть прикрыл глаза. Ему не хватало объятий. Не хватало тех моментов, которые были тогда в пещере. Пусть они целовались, иногда держались за руки и ходили вместе на прогулки, все равно хотелось приникнуть к горячему телу, отбросить все мысли из головы и ощутить спокойствие.        Овощи уже были почти готовы. Мясо давно запеклось. Легко и непринужденно принц управлялся с готовкой, и хоть это и были зачастую одни и те же наборы продуктов, он делал что-то такое, что вкусы редко повторялись. Иной раз он следил за реакцией Фаенона на свою еду — точно придумывал что-то новое и ждал хоть какого-то ответа на свои эксперименты. — Не хочешь поужинать на стене? — предложил Фаенон, едва не касаясь губами уха. — Потянуло на красивые виды? — усмехнулся Мидей. — Я не против. Только нужно взять с собой посуду. — Нам нужны буквально одна большая тарелка, одна вилка и кубок, — уже тише сказал Фаенон. — Зачем тащить больше? — Ты продолжаешь меня удивлять. Что-то изменилось?        Что ж, Фаенон сам не знал, что он делал. Он коснулся губами шеи, поддаваясь наваждению, обнял Мидея крепче, и тот едва не уронил лопатку. — Спаситель. Отпусти меня.        Не сразу до Фаенона дошло, что ему сказали. Он чувствовал будто бы опьянение. Такое, будто в нем половина царского погреба уже плескалась. Но все же наваждение сошло. Он убрал руки, шагнул назад, готовясь уже в очередной раз извиняться. Но тут Мидей погасил огонь, резко к нему обернулся и подхватил под бедрами. Фаенон обнял его ногами, ощутил, что его усадили на стол. — Ты в какие игры со мной играешь? — спросил Мидей, хмуря брови. — Я не могу докоснуться до своего супруга? — прошептал Фаенон. — Я… Мидей, прости, я не понимаю, что со мной. — Давай я тебе покажу, как это ощущается, когда ты меня так трогаешь? — прищурился принц.        Он подался вперед, тут же касаясь губами шеи. Фаенон от себя не ожидал, что он даже не попытается уйти от поцелуя. Он будто только подставился под него, и прерывисто вздохнул. Губы Мидея поднимались все выше, пока не коснулись уха. Стало щекотно… Мидей чуть прикусил мочку, вжал Фаенона в себя.        Мир в одно мгновение растворился. Фаенон обхватил пальцами горячие плечи, его ресницы сомкнулись. Он ожидал, что Мидей поцелует его в губы, но в одно мгновение все закончилось. Разочарование растеклось неприятным холодом по венам. — Хочется еще, правда ведь? — прошептал Мидей. — Да, — признался Фаенон, заглядывая в его глаза. — А ты готов дать мне больше? Нет, Спаситель, не готов. И сколько ни пытайся, у нас здесь ничего не получится, потому что я тоже не готов. Мы можем только дразнить друг друга. — Ты вообще не хочешь? — тихо спросил Фаенон. Он готов был на самый ужасный ответ.        Готов был к тому, что Мидей не грезит о нем. Что Мидей просто поддается ему и не желает сам целовать. Что просто выполняет низменные прихоти, природы которых и сам Фаенон не понимал.        Слова наставника засели в его голове. Мидеймос им не интересовался. А все остальное — простые отговорки. Мидей ведь уже говорил, что воспринимал это просто как долг. Даже если потом он забрал свои слова обратно... Сомнения сидели в голове Фаенона слишком долго. — Я хочу тебя, — выдохнул Мидей в его губы. — Ты не представляешь, насколько сильно хочу.        Все мысли в один момент пропали. Щеки покраснели, Фаенон отвел взгляд. — Вот видишь. Об этом я тебе и говорю. Ты не готов, — спокойно сказал Мидей. — Нет же… Мидей… — попытался оправдаться Фаенон, и принц его слушал, смотря этим своим мягким взглядом. — Это так сложно. — Все хорошо. Я понимаю. — Мидей, да я понятия не имею, что мне делать, а что не делать! — вдруг вспылил Фаенон, отчего принц даже удивился. — Я тоже тебя хочу, но я не знаю, как! Все вокруг мне говорят, что это должно случиться, и вообще странно, что у нас ничего не было. Люди шепчутся за спиной. Я не злюсь, я просто в гневе! Всех подряд интересует то, что происходит за дверьми нашей спальни, а у нас даже и спальни общей нет! — Фаенон чуть оттолкнул от себя Мидея, чтоб ненароком не задеть при активной жестикуляции. — Я касаюсь тебя, целую тебя, пытаюсь обнимать, а ты отстраняешься в самый ответственный момент! Ночевать ни разу со мной не остался! А я… Я скучаю по тебе, даже когда ты рядом! И сны эти… Ты представляешь себя с телом козла? А мой мозг представляет! Ты видел когда-нибудь, как совокупляются козлы?!        Мидей засмеялся, но Фаенон закипел еще сильнее: — Смешно тебе? Мне совсем не смешно! Уже каждый встречный-поперечный мне советы раздает, как личную жизнь наладить, а я не могу!        Мидей перехватил его руки, уложил себе на грудь, поближе к сердцу. Фаенон почти задыхался от возмущения. — Не думал, что для тебя это так болезненно, — мягко сказал Мидей, гладя тыльные стороны ладоней. — Если ты думаешь, что я не волнуюсь, то ошибаешься. Мне Кратер тоже все мозги прополоскал, пока доказывал, что супружеский долг не просто так подобное название имеет. — Мидеймос, я не волнуюсь! — перебил его Фаенон. — Плевать мне на долг. Мне кажется, что все складывается не так как должно! И это меня и выбешивает! — Хорошо. Раз ты изъявил такое желание — перебирайся ко мне. После ужина сразу можем пойти. Но потом не жалуйся, что тебе неловко. — Молись, чтоб неловко не стало тебе, — фыркнул Фаенон.

***

       Теперь Фаенон понимал, что погорячился. Он смотрелся в зеркало в ванной комнате и отмечал, что вид у него был потерянным. Вероятно, он вообще не хотел начинать выяснение отношений, но просто закипел в моменте. А уходить из покоев Мидея уже было нельзя — Фаенон бы сам себя не простил. Он сделал глубокий вдох, повесил полотенце и попытался собраться мыслями.        Дверь отворилась. Мидей поднял взгляд на Фаенона. Половина кровати была свободна. Казалось бы, ничего страшного не происходило. Они лишь собирались поспать. Но Фаенон неуверенно подошел к кровати, оперся о нее коленом, не зная, как вообще ему ложиться. На бок? Лицом к Мидею?        В итоге он просто лег на спину и укрылся одеялом. Окно было открыто. Легкий сквозняк проникал внутрь. — Тебе в задницу вставили палку от швабры? — утробно засмеялся Мидей. — Замолчи. — Как пожелаешь, — ответил принц.        Фаенон прикрыл глаза, попытался расслабиться. Кровать немного заскрипела. Чужая рука легла на бок, чуть потянула, и Фаенон сдался. Он перевернулся, чувствуя, как его обнимают. Фаенон уткнулся носом в горячую грудь, попытался не думать ни о чем.        Но навязчивые мысли все никак не оставляли его. Сердце Мидея билось часто и громко. На пробу Фаенон уложил ладонь ему на ребра, скользнул пальцами до тазовых костей и перешел к бедру. Даже сквозь спальные штаны ощущался жар. — Снова пристаешь ко мне? — прошептал принц. — Ты ничему не учишься? — Да.        Фаенон поднял голову, и губы тут же попали в плен чужих губ. Мидей прикрыл глаза, перехватил ладонь Фаенона, что уже поглаживала его в открытую. Стало тяжело соображать. Мидей, неожиданно даже для самого себя, спустил руку Фаенона ниже.        Под подушечками пальцев оказалось твердо. Фаенон задохнулся, приник полной ладонью, и Мидей отчего-то зашипел. Осознание накрыло лавиной. — Горячий, — выдохнул Фаенон, оглаживая член сквозь ткань. — Я весь горячий, — улыбнулся Мидей. — Хватит с тебя на сегодня приключений. Давай засыпать. — Ох… Тебе стало неловко? — улыбнулся Фаенон. — Как же ты собираешься спать?        Мидей и правда не хотел ничего такого. Он собирался просто поспать, пока Фаенон не начал его гладить. И этого хватило, чтоб завестись. Любые прикосновения Фаенона вызывали реакцию. И чем дальше, тем быстрее это происходило.        Но ведь… Все было в порядке, если это Фаенон? Только Фаенон…        Ладонь надавила чуть сильнее. Мидей едва ли не видел звезды перед глазами. В штанах уже стало влажно, чего Фаенон просто не мог не почувствовать. Пальцы потянули за край штанов, и Мидей перехватил руку Фаенона. — Спаситель. — Я знаю. Скажи мне, что ты против, и я прекращу.        Мидей заглянул в его глаза. Зрачки затопили собой всю радужку. Фаенон ожидал ответа, почти не моргал. Мидей все же убрал его руку, но вместо прямого отказа толкнул в плечо и сел на чужие бедра. Фаенон тяжело сглотнул.        В ночном свете возвышающийся над ним Мидей выглядел прекрасно. Принц склонился ниже. Одна рука Фаенона оказалась сжата чужой рукой. — Прости меня, если что-то будет не так, — сказал Мидей, сокращая меж ними расстояние до минимума.        Фаенон обнял его, потянулся за очередным поцелуем. Было слишком горячо… Чуть приподняв таз, Фаенон коснулся члена Мидея своим сквозь ткань. Под поясницей его тут же подхватили, не давая теперь уйти. Прямо в поцелуй Фаенон протяжно застонал, когда давление стало сильнее. — Еще, Мидей… — зашептал Фаенон, сразу же снова целуя.        Что они делали? Как это вообще можно было назвать? Одно и то же билось в голове Фаенона — чужое имя. Раз за разом. Мидей-Мидей-Мидей… Все без конца.        Принц чуть хмурил брови, тяжело дышал, иногда постанывая, когда давление становилось сильнее. В штанах стало совсем мокро. Фаенон спустился свободной рукой по чужой спине, что уже стала важной. Ему хотелось большего. Члены сквозь штаны потирались друг о друга, ткань топорщилась.        Фаенон не знал, куда ему деться от удовольствия, что накрывало его все сильнее. Губы опухли, взгляд все не фокусировался. Фаенон запрокинул голову назад и открыл рот в очередном стоне, и Мидей тут же припал к его шее, оставляя на ней десятки влажных поцелуев. — Стой… Стой-стой-стой, Мидей, подожди, — часто зашептал Фаенон, и Мидей не с первого раза его услышал. — Все хорошо? — обеспокоенно спросил принц.        Фаенон гадал, кому из них было страшнее продолжать. У него сердце замирало каждый раз, когда принц становился таким внимательным к нему. Стоило им только перейти границу, как Мидей делался таким нежным, что Фаенон безвозвратно краснел. — Давай поменяемся, — сказал Фаенон, ведя пальцами по ложбинке позвоночника. — Я хочу… — Не объясняй, — улыбнулся Мидей. — Просто делай. Мое тело принадлежит тебе.        Сердце закололо. Фаенон поменялся с Мидеем местами, провел ладонями от груди до живота. Он будто боялся, что больше так не сделает. Ласково он поцеловал принца в висок. Мидей прикрыл глаза. Кончиком языка Фаенон скользнул по хрящику уха, а затем втянул в рот мочку. Пальцы Мидея сжали его плечи, дыхание сбилось. Фаенон и не представлял, как сильно он желал обласкать всего Мидея. И раз уж выдалась такая возможность…        Он прижался губами к часто бьющейся жилке на шее, скользнул ниже до разлета ключиц и оставил на коже несколько поцелуев. Прямо по центру груди он провел языком, поднял взгляд на Мидея. Губы его были приоткрыты, по щекам разлился румянец. — Красивый, — вырвалось у Фаенона.        Мидей перехватил его под челюстью, но не сжал ладонь, и Фаенон, поддаваясь ему, поднялся выше, чтобы накрыть его губы своими. Терпение у принца заканчивалось. Фаенон вновь прижался членом к его, задвигался. Тело само подобрало нужный темп. Мидей вжимал его в себя, часто и прерывисто дышал.        И в итоге Фаенон не выдержал. Дрожь прокатилась по всему телу, дыхание перехватило. И удовольствие ударило по всем нервам. У него едва ли ноги не разъехались еще сильнее. Но Мидей все еще не почувствовал того же. — Прости, — прошептал Фаенон, чуть приподнимаясь. — Все в… — Мидей широко распахнул глаза.        Прохладные пальцы забрались под край штанов, потянули их чуть ниже. Фаенон опустил взгляд, обнял ладонью горячий член и задвигал рукой, размазывая естественную смазку по коже.        Мидей протяжно застонал, притянул вновь Фаенона к себе, и горячо поцеловал его. Семя выплеснулось на живот, потекло по пальцам. Фаенон еще несколько секунд двигал рукой, пока не понял, что Мидею больше не нужно.        Тяжелое дыхание скоро успокоилось. Мидей смотрел на Фаенона из-под ресниц, оглаживал пылающие щеки. — Спаситель. Ты оказался напористее меня. Тебе что в голову взбрело?        Фаенон засмеялся, улегся рядом с ним. — Я сам не ожидал. Оно как-то… так получилось… — Теперь ты успокоился? — спросил принц, перехватывая Фаенона за испачканную руку. — Все оказалось не так страшно. — Мидеймос, не строй из себя невесть кого. У тебя у самого поджилки дрожали, так что…        Мидей заткнул его очередным поцелуем. Теперь нужно было отмываться и переодеваться. И, когда Фаенон скрылся в ванной, принц накрыл лицо ладонями и попытался придти в себя. Сердце все ещё часто билось.        А Фаенон вновь смотрел в зеркало и думал, что принц все же невероятен.