Импринтинг миров (ярость феникса)

      Очнувшись после ошеломляюще массивного удара энергии, я в который раз мысленно поблагодарил Ваэла за все его знания и умения, пообещав себе, что как только закончится эта эскапада с Нереей, я тут же приму его предложение взять меня в ученики. Ведь если бы не его погружение нас в подобие летаргии, мы бы получили не только изломанные тела, но и такие же изломанные души. Сейчас, например, приходилось себя реанимировать, но я уже подумывал над тем, чтобы просто сбросить этот неликвид и нарядиться в другой биороид. Благо в алларе капсул с телами было достаточно.       Но когда, наконец, смог осмотреться, то понял, что нахожусь не в алларе, а энергия, которой и так нахватался досыта, густой патокой заполняет все помещение. Постепенно за зрением восстановился и слух, и я услышал, что кто-то рядом со мной отчаянно пытается избавиться от своих внутренностей, вызывая ихтиандра. А повернув голову, понял, что тошнит Аралана.       – Доступ к энергии закрой, – посоветовал я, и тот только кивнул, уронив голову на руки.       – Одно хорошо. Дети не страдают, – сдавленно произнес он.       – Да, хорошо... А почему ты так решил?       – Да потому что у них очень плотный энергетический каркас, – Аралан, закрыв доступ энергии, постепенно приходил в себя. – Ты же их использовал как узлы своего конструкта, строил их тела по параметрам нужным для нашего спасения, вот и получилось, что они сильнее нас.       – Да? – я хмыкнул, уже не помня, что и как делал.       То, что временами стирал нам память и менял приоритеты сознания, это было, но я еще и находился в полуобморочном состоянии все это время, так что, творил наобум то, что может помочь нам. Дети... Скажем так, что все души своих ребят, что погибли где-то там в войне с дар-кэй, решивших на нас напасть, я предупреждал. Вселение должно было быть временным и довольно болезненным. Я их осознанно ставил именно узлами в ту схему, что творил.       Даже вспоминать то время не хотелось, когда мы оказались в пустоте, отрезанные от доступа энергии. Я не понял, насколько это опасно, но когда нас начали высасывать семинарги Ваэла, прилепившись к аллару, как пиявки к донору, я запаниковал. И начал закрываться. Установил щит, который не позволял энергии изливаться вовне, и успокоился. А потом понял, что то, что мы изливаем, то не можем вобрать. И этот объем не структурированной энергии копится в алларе, мешая нам жить, но не пополняя коконы. И пришлось думать, как эту проблему решить.       Сначала я просто структурировал энергию. Потом, осознав, что ее начали вбирать все, заставляя задыхаться от нехватки оной, поместил присутствующих на борту дар-кэй в анабиоз. Выбрал всю энергию, что они успели поглотить, на всякий случай оставив их биороидные тела в капсулах полутрупами, и начал думать, как нам справиться с подкатывающим голодом. Притом, что энергия была, мы не могли ее использовать рационально.       Пришлось на время погрузиться в самого себя, чтобы делать откаты, и решать данную проблему. Схема сохранения и распределения энергии была, но она требовала куда как больше особей, чем у нас есть. И я созвал совет, показав все данные, предложив или будить определенное количество дар-кэй, бездушных кукол с внедренным сознанием, и заставить их мученически умирать ради нас, или же получить определенное количество одушевленных тел. Во втором случае, души будут питать нашу схему, и, возможно, даже выживут. И большой шанс был на то, что испытывать муки голода они не будут.       После того, как получил ответ от всех наших, с таким же вопросом обратился к тем душам, что были во мне. Я буквально молился на Лёльку, за то, что когда-то эта любимая бестия сводила меня в свое пространство душ. Теперь и я мог туда, в свое пространство заявиться, и спросить все то, что меня интересовало. К сожалению, или счастью, война в нашем мироздании, в реальном времени, унесла жизни больше сотни моих бойцов как отряда «Альфа» так и «Омега». И я обратился к Альфам с очень жестокой, на мой взгляд просьбой – позволить мне забрать их матрицы. За это я обещал печать удачи нанесенную на душу. До самого конца их существования. Даже предложил им вселение в том мире, где смогу их найти и снова обучить.       Я знал что предлагать. Печать удачи – очень редко использующееся Основами умение, благодаря которому последующие возрождения, хоть и без памяти предыдущих жизней, эти души проживут в благости. Как говорится «словно у бога за пазухой». Богатство, счастье и любовь прилагались к этой печати, как и долгие продуктивные жизни, с открытым потенциалом. Причина, по которой эта печать использовалась редко, проста. Основа или Первооснова, накладывающая такую печать, ставила на душу знак принадлежности. По печати можно было найти эту сущность и воздействовать на нее через данную привязку, но у меня не было особого выбора. Точнее, он был. Я мог просто взять то, что хотел и не дать взамен ничего. Но даже будучи темным и довольно жестким, я относил себя к Основам, ну или Хтурам равновесия, и знал, что в случае, если возьму, не дав ничего взамен, вселенная с меня потребует ответа.       Отказавшихся не было, поэтому срыв сотни матриц принес мне достаточно энергии, чтобы уплотнить кокон и создать нужную мне схему. А потом, в том потоке энергии, что я получил, мы создали наших детей с душами отряда Омег. Никто потомство не вынашивал. Я не настолько безумен, чтобы заставлять парней испытывать подобные ощущения. Мы просто вливали свои ДНК и энергию что я использовал для зародившейся в коконах плоти, и вселял души тех, кто был согласен на это мучительное возрождение. И так, в коконах, беря на себя самые слабые участки сети, они и существовали все это время, питая нас собой...       Да, Аралан прав, я каждый день проходил по всем узлам, правя энергетические тела наших принудительно привлеченных помощников. Не ради них, ради нас. Я использовал их, но при этом давал возможность выжить. Мои конструкты и пространственные веления так закалили их души и матрицы, что, наверное, каждый из них сможет стать очень сильным магом, или оператором конструктов. Неважно. То, сколько силы и укреплений они получили от меня, это меньшее, что я мог дать за века боли и жизни «в пробирках».       – Очнулись? – заглянул к нам в комнату незнакомый темноволосый альд, просканировав и бросив несколько странных структур излечения, вставших на наши тела как родные. – Когда будете готовы, мы вас ждем в тренировочном зале.       – А это где? – затупил я, увидев странный взгляд, как на полоумного.       – Ты что, свой керр не помнишь? – удивился альд.       – Если мы в нем, то его помню, – согласился я. – Будем в зале через десять минут.       – Не спеши, еще не все в себя пришли, – хмыкнул тот и удалился.       А я задумался. Этот альд явно был из второй, а то и третьей линии наследования. Не полукровка, но и не тот, кто с Саанхара ушел. У данного ушастого не было никаких претензий ко мне или тому, кто населил этот мир. Но я четко уловил структуру его энергии, схожей с теми альдами, что жили на Саанхаре. Да и сам по себе, альд был силен, если не сказать что могущественен. Было ощущение, будто за его спиной стоит кто-то очень сильный, едва ли не сильнее меня.       – Заметил? – помрачнел Аралан. – Массивный, зараза. С первого удара не свалить.       – Судя по тому, что он нас подлечил, валить его и не потребуется, – пожал я плечами.       – Я очень на это надеюсь, – согласился Аралан, наконец, сумев встать на ноги после посыла энергии альда. – Пойдем, что ли?       – Да, поговорим пока с теми, кто уже там, – согласился я, коснувшись его руки, ощутив, как от соприкосновения все тело пробрало едва ли не электрическим ударом, заново настроив нас друг на друга. Словно до этого мы были каждый в себе.       – Люблю тебя, – прошептал Аралан, наслаждаясь этой волной единения.       – Ридана не хватает, – блаженно улыбнулся я, ощущая тонкую ниточку тоски к эннэшше.       – Это меня, что ли? – Рид, словно ожидая, что о нем заговорят, появился на пороге комнаты, и я тут же протянул ему руку, дав влиться в наше сродство, ощутив полное и гармоничное слияние энергий донора, поглотителя и меня, как их связующей.       – Какое блаженство, – расслабленно рассмеялся Аралан, прижав Ридана к нам, дыша полной грудью. – Кажется, такой чистоты я не ощущал все восемьсот пятьдесят лет!..       – Я не ощущал этого всего три года, но мне было достаточно, – промурчал Ридан, растворяясь душой в нас. И, как-то внезапно странно закрылся.       – Не хватает Баги и Грайба? – тихо спросил я.       – Честно? – Рид взглянул мне в глаза. – Наоборот, я ощутил, что без них лучше. А кого нам точно не хватает, так это Янары, – тоскливо продолжил он.       – Тебе тоже так кажется? – посмотрел я на Аралана.       – Я не могу иссечь из нашей структуры твоих стабилизаторов, – спокойно произнес тот, – но если быть честным, то они тебе больше не нужны. Ты окончательно восстановил себя. Возроди Богдана другом, а не эннэшше, и Грайбу дай свободу.       Я хмыкнул, понимая, что Аралан прав. Видимо, эти годы без них, дали нам понять, кто важен, а кто не очень.       – Пойдем, – потянул нас за руки Ридан. – Если хочешь поговорить с Ваэлом, то он сейчас в зале. А совет будет через полчаса.       – Наверное, я отупел за эти годы, – я хохотнул, – но у меня нет вопросов ни к Ваэлу, ни к кому бы то ни было.       – Раскачаем твой разум, не беспокойся, – отмахнулся Ридан, ведя нас в зал. – Мы тоже недалеко ушли от тебя. Сейчас Руджельд, дракон феникса, которого нам послали в помощь, всех чихвостит.       – Кто таков? – удивился я.       – Ключ к какой-то энергии, которая ведет себя как часть Абсолюта. Что удивительно, его указания и стремления вписываются в нашу структуру. А значит тот, кто дает ему силы, благожелательно относится и к нам.       – Вообще ничего не понял, но буду аккуратно выяснять, – кивнул я, войдя в зал, увидев там Ваэла, Мурани, Эррана, Елизарию, Адарна и Оддерамуса. – Рад, что все живы, – махнул я рукой, присев за стол, получив реплику в виде мяса и сырых овощей, предложив Аралану присаживаться, готовый вскрыть вены, если Рид скажет, что голоден.       – Знаешь, сколько времени мы пробыли в пустоте? – с интересом наблюдая, как я ем, спросил Мурани.       – Почти девятьсот лет? – с набитым ртом произнес я.       – Столько прошло времени в щите. В реальности же прошло три тысячи сорок два года, – пытливо уставился на меня Мурани.       – И чё? – не понял я.       – А ничё! – возмущенно взвизгнула Елизария. – Я все это время ваш гребаный мир правила и удерживала, чтобы твари, что здесь расплодились, не пошли на остальные миры! Папа! Я три, мать его, тысячи лет, латала ваш мир! Мне, может хоть кто-то спасибо скажет?!       – Ну, типа, спасибо? – хмыкнул я.       – Ну, типа, пожалуйста! – обидевшись, фыркнула Лиззи. – Сцука ты! Я здесь, только с Рроксом, переделывала то, что вы мне оставили, в удобоваримое состояние, зная, что моя сила может побороть вирус... И что, «типа, спасибо», да?.. А сам шлялся где- то... – Лиззи всхлипнула, зло вытирая слезы.       – Прости, родная, я пока еще в себя прихожу от недостатка энергии, в котором почти тысячелетие жил.       – Дереху было очень плохо, – согласился со мной Одди.       – А мне – хорошо, да?! – возмутилась Лиззи.       – Для того, чтобы не было вопросов, кому было хуже, обменяйтесь ментально – эмоциональными образами, – предложил Ваэл.       – Да запросто! – прошипела Елизария, скинув мне эмо-образ своей жизни. И я, в ответ, скинул свой. – Ох ты ж блядь!.. – отшатнулась Лиззи, уставившись на меня. – Папуль, как ты справился?..       – Пока еще никак, – хмыкнул я, проработав все воспоминания дочурки. – Ты после первого контакта с «демонами» Нереи больше с ними не общалась?       – Они меня и в первом контакте испугали, – помрачнела та. – Макс создал что-то неубиваемое.       – Ваэл? – перевел я вопрос тому, кто в подобном разбирался лучше меня.       – Твоя девочка молодец, – спокойно и медленно отозвался Ваэл, явно над чем-то раздумывая. – Умница. Правильно сделала, что отключила дар-кэй от их матриц. Возможно, что сохранила им жизнь и память души. Справиться с тем, что завелось в слиянии миров... Сложно, но мы сможем.       – Спящие в капсулах, до сих пор отзываются на импульс, – вмешался Эрран. – Это значит, что их души живы.       – Эр, проблема не в том, живы ли их души или мертвы, а в том, где они, – хмыкнул я. – На нашей стороне, или уже одемоноидились.       – И что ты сделаешь, если их души ушли во тьму? – как-то странно посмотрел на меня Ваэл.       – Так, мне кажется, мы кое-чего не договариваем друг перед другом, – выставил я перед собой бутылку настойки Алеса. – Иди сюда, создание тьмы, и объясни мне, чего я не понимаю.       – Ты хочешь убить всех, кто затерялся в копиях миров, так? – начал Ваэл.       – А ты хочешь их сохранить? – предположил я.       – Именно. Миру нужен стимул.       – Какому миру, какой стимул?! – вмешалась Елизария. – Здесь душ на миллион – десяток! Остальные – боты! В капсулах! Они не знают, что такое – демоноиды или демоны!       – Не демоны, – качнул головой Ваэл. – Пожиратели, которые растут. И, я думаю, что они уже достаточно умные, готовые принять главенство...       – Так, я не поняла, – Елизария присела напротив Ваэла. – Ты что предлагаешь? Растить их дальше?       – Именно, – согласился тот.       – Отлично, – вызверилась Лиззи. – Расти. Только делай это так, чтобы они не вылезали наружу, из своих дыр!       – А тебе жалко тех, кого они жрут? – чуть насмешливо произнес Ваэл.       – Мне – насрать, – Лиззи привстала, опершись на стол. – Меня волнует то, что каждый их прорыв заканчивается всплеском появления тварей, построенных на заразе жизни, и эта зараза распространяется по тем участкам мира, которые я уже очистила! Тот вирус, который я переработала на планете, в их карманном пространстве все еще жив! А я туда не могу войти!       – Не можешь, или не хочешь? – усмехнулся Ваэл.       – Я не самоубийца, – буркнула Лиззи.       – Получается, что на данный момент у нас проблема только в демонах, которые приносят с собой заразу, – подошел к нам Мурани.       – Не-не-не, погоди, у нас проблема и в самих демонах! И в заразе саанхарского тумана, которую они приносят из своего пространства, и что начинает пожирать куски мира возле прорыва как раковая опухоль, возрождаясь неубиваемыми тварями! И в атаках гнешшей! И в разумных, которые не залегли в капсулы и имеют души! – начала перечислять Лиззи. – Ты не представляешь, какой ад здесь творится!       – Видимо, надо взять это измерение в руки, – хмыкнул Мурани. – Интересно, кто это сделает?       – Ты? – поинтересовался я.       – Не интересует, разве что помочь могу – качнул головой Мурани. – Елизария неплохо с ним поработала, почему бы его не отдать ей?       – Потому что тебе нужно куда-то бежать, когда твое мироздание уничтожат! – прошипела Лиззи, оскалившись на Мурани.       – Деточка, я уже достаточно знаю, чтобы не дать уничтожить мироздание серебряных аргаанов, – покровительственно улыбнулся Лорд Греар.       – Я тебе не деточка! – возмутилась Лиззи, скользнув в руки Адарна, словно прося ее защитить. – Деточка бы с таким не справилась.       – В любом случае, у нас еще работы достаточно, – устало вздохнул Ваэл. – Пока вы приходили в себя, я прошелся по ближайшей части мира, и мне многое не понравилось.       – Расскажи, – попросил я.       – Извини, но чтобы дважды не объяснять одно и то же, я все расскажу на совете.       – А кого мы еще ждем?       – Я пригласил нам в помощь одного очень интересного феникса, с его спутниками, – улыбнулся Адарн. – И уже получил по хвосту за то, как вел вас.       – Ты? – удивился я. – Создатель фениксов, получил от феникса?       – Некоторые, как оказалось, стали умнее и сильнее меня, – хмыкнул он.       – А ничего, что ты сейчас наводнил мир такими сильными личностями? – заинтересовался я.       – Ой, одной больше, одной меньше, – отмахнулся Адарн. – Вы так взбаламутили данное мироздание со своим СКИПом, что сейчас оно получило статус неприкосновенного.       – В смысле, Эрбэл перестал на него агриться? – уже с облегчением вздохнул я, но увидев, как Адарн покачал головой, скуксился. – Твою ж мать... И чего ему надо?..       – Всего и сразу, – вздохнул Адарн. – Пока вы бродили в пустоте, я сделал то, что должен был сделать Муранэр. Отбил его личное мироздание у охшарров и пожирателей. И сохранил популяцию серебряных аргаанов Мирового Порядка. Правда, пришлось во главе ставить другого аргаана... Наш же, – кивнул он на Мурани, – потерял право быть Владыкой.       – И как ты это сделал? – слегка насмешливо произнес Мурани.       – Взял осознающего себя Хтура, взял особь, которая больше всего подходила на пост Владыки, сходил с ними к Абсолюту, и получил для твоего драконыша достаточно энергии, чтобы его приняли, как Владыку.       – Молодец, – спокойно кивнул Мурани, словно учитель, получивший правильный ответ от ученика. – Так и надо было сделать.       – Я рад, что угодил тебе, – чуть насмешливо произнес Адарн. – Можешь еще кое за что поблагодарить меня. Я договорился с Абсолютом, что ты не несешь в себе никакой опасности, и получил для тебя метку защиты, – протянул он руку и Мурани, явно зная, что означает такой жест, ухватил его за ладонь, на миг вспыхнув золотистым светом.       – За это я благодарю тебя отдельно, – склонил голову в благодарности Мурани, а нам пояснил: – данная метка хороша тем, что дает мне шанс отразить первый удар и посылает тому, кто будет меня защищать, сигнал о нападении, так что второго удара может просто не последовать, так как нападающий будет испепелен.       – Неужели Абсолют решил вмешаться в жизнь своих детей? – удивленно пробормотал Ваэл.       – Он сам не вмешивается, но у меня, с меткой, появился хранитель.       – А за что тебе такое благословение? – удивилась Елизария. – Ты уж меня прости, но ты все просрал, Владыка. Мироздание Аргаанов, это... Мы разгребаем твои Авгиевы конюшни, используя всю данную нам силу, вместо того, чтобы совершенствовать наше мироздание. А если у нас появятся проблемы, ты нам на помощь придешь?       – Мы с Олегом решили поселиться в вашем мироздании, так что, я его буду защищать, как свое, – спокойно отозвался Мурани, но Лиззи только презрительно фыркнула. – Я уйду в тень, девочка, и до своего уровня подниму Олега. И Макса, если тот захочет. Я понимаю что, как ты говоришь, просрал оба мироздания. Но мои умения, мой опыт миллиардов лет и мой разум будет вам в помощь. Вы же не против моего пребывания у вас? – спросил он нас с Одди.       – Ты сильный, умный и на нашей стороне, – пожал я плечами.       – Тоже не имею ничего против, – махнул рукой Одди.       А я заметил, что он, по примеру Лиззи, постепенно придвигается к Ваэлу, чтобы так же утонуть в его объятиях. А когда Ваэл обратил на это внимание, то сам ухватил моего Старшего за руку, вжав в себя, позволив ему облегченно выдохнуть.       – Так, мы уже здесь, – в зал вошел яркий, клокочущий энергией ослепительно рыжеволосый загорелый феникс, больше похожий на раскачанного силовика, чем на тех тонкокостных фениксов, которых я знал.       – Прошу любить и жаловать. Мербен, – улыбнулся чему-то своему Адарн, а я вспомнил, что этот феникс обучал Макса, осознав, что кому попало обучение Вечного феникса не передадут.       – Рад познакомиться, – приподнялся я из-за стола, протянув ему руку.       – Взаимно, – кивнул тот, пожав мне предплечье. – К тебе, Хтур, у меня претензий нет. Ты все делал в пределах своих возможностей, пока не оказался в пустоте. И даже там выжил, – я заметил толику уважения в его взгляде. – Молоток. А вот к остальным у меня вопросы есть.       – Только не говори, что мы что-то не то сделали! – встопорщился Оддерамус. – Нас тоже вынесло прочь из мира.       – Да ты что! А помнишь, из-за чего? – ядовито спросил Мербен, оглянувшись на тех, кто только сейчас входил в зал. Того, темноволосого альда, что нас лечил, и очень схожего по энергии с самим фениксом дракона. – Прошу знакомиться – мои спутники. Эльф Корнаэль и дракон Руджельд, – мягко, с любовью произнес Мербен. – Нас сюда пригласил Адарн Фарринар, и мы постараемся вам помочь. Хотя, я даже не представляю, зачем вам нужен, чтобы исправить ситуацию. У вас, тех кто здесь собрался, достаточно сил и умений, чтобы сохранить в этом мироздании жизнь.       – Даже с потерянным пепельным фениксом? – спросил Одди.       – Именно, – утвердительно произнес Мербен. – Правда, с ним есть проблема, которую вы должны решить сами... Но я объясню в чем дело, – он, вздохнув, присел за стол, как-то спокойно, словно этот зал был создан им, вызвав реплику кувшина с соком, налив себе стакан. – Подождем еще двоих. Макса и Олега. Или нет, пятерых, – хмыкнул он, снова повернув голову к проходу, кивнув Алесу, что нес с собой тяжелый меч Карателя. – Выпускай его, давай, я против цеарров не имею ничего, да и все остальные, как мне кажется, тоже.       – Как скажешь, – ухватился за рукоять Алес, второй рукой помогая Валлю устоять после не совсем удачного переноса.       – Рад со всеми вами увидеться, и познакомиться с теми, с кем не знаком, – кивнул Валль, заметив любопытство в глазах эльфа. – О своем симбиозе с металлом, если захочешь, я расскажу потом.       – Как скажешь, – спокойно отозвался эльф. – Все равно это менее интересная задача, чем та, что мы получили.       – Да иду я, иду! – раздался ноющий голосок Макса, и через пару секунд Олег буквально втащил Максютку в зал, а я заметил, как тот упирается, стараясь за спиной Олега скрыться от Мербена.       – А вот и наше главное действующее лицо, – полыхнул яростью Мербен, смотря на Макса. – Ну, привет, ученичок.       – Ну здравствуй, наставничек, – буркнул тот.       – Ох, как же я жалею о том, что ты мне не попался в самом начале своего возрождения, – пробормотал Адарн, кивнув Рахуру, что появился в проеме двери. – Теперь тебя учить – только портить.       – Что ж, рассаживайтесь, – пригласил Мербен, ожидая, пока мы все займем свои места, и только потом посмотрел на Макса, что жался к Олегу и Мурани. – К моему большому сожалению, если я откручу голову этому вечному фениксу, некоторые будут против. Но, если и есть здесь тот, кто виноват во всем, так это именно он, – рыжий даже пальцем с острым когтем ткнул в сторону Макса.       – У нас была проблема и до его появления, – спокойно отозвался Олег.       – А он ее усугубил! Мало того, что у вас здесь образовался перекресток судеб, что уже ломает мир, мало того, что мироздание после вмешательства хтура стало знаковым, так это пернатое еще и соединило в узел все копии данного, центрального мира! И, пока вы отсутствовали, эти копии проросли друг в друга, создав шрам на теле мироздания!       – В своем мире мы пытались справиться с данной проблемой, – пояснил эльф. – И это стоило перерождения нашего феникса. Едва ли не смерти, но его братья взяли на себя часть проблем. Поэтому мы знаем, что такое узел вероятностей.       – Его можно как-то расплести? – поинтересовался я.       Мербен качнул головой, словно решая какую-то свою задачу, а потом окинул всех нас своим тяжелым взглядом.       – У этого мира два феникса. Точнее, двое коснулись структуры мира, и теперь нам предстоит решать, кто из этих двоих станет жертвой мироздания, которое придется разделять. Наш узел, тот что расплетали мы, только сблизил копии и вероятности, но не собрал их воедино. Здесь же, именно спайка, – Мербен помолчал. – Чтобы стало понятно тем, кто мало знаком с работой фениксов, я объясню подробнее и как можно проще. Всем знакомо разделение мироздания на копии по типу фениксов? – окинул он нас взглядом, получив кивки. – Если проще, то это куча книг, похожих в той или иной степени друг на друга. И каждая книга описывает свою структуру данного мироздания. Так вот, данное существо, – снова ткнул он в сторону Макса пальцем, – все эти книги сложило в стопку и проткнуло в самой середке чем-то вроде копья или штыря. Неважно. Главное, что он это разделение создал, а потом слил в центральном мире. И сейчас разделенное мироздание проникает копиями само в себя. Если бы не было данного разделения, которое он устроил, проблем бы не было. Если бы он не спаял центральные миры данного мироздания, тоже все было бы в порядке, но... сейчас происходит наслоение миров друг на друга. Вероятности сплетаются в хаос. Каждый живой, населенный мир, сталкивается с прорывами других вероятностей самого себя. Надеюсь, вы понимаете, насколько данный процесс сложен, и разрушителен для населения. И для того, чтобы разделить ту спайку, которую создал Макс, нам потребуется очень много сил. Притом, сил того феникса, который уже работал здесь. И предполагаю, что это может закончиться окончательной смертью феникса, чью силу мы используем.       – Я думаю, можно пожертвовать тлеющим, – спокойно произнес Адарн, от чего Елизария вскинулась. Естественно, это же их сын...       – Объясни, – попросил Мербен.       – Тлеющий, вместо того, чтобы заложить структуру своего ядра в звезду, пусть и данного мира, вложил ее в планету. Ни один мир, тем более населенный разумными существами, не выдержит рождения феникса из недр. Но энергии его кокона хватит, чтобы расплести узел миров.       – И тебе не жалко, что он погибнет?       – А он и не погибнет, – улыбнулся Адарн. – Сейчас, в реальности, находятся две его ипостаси. Одна – тлеющая, вторая – юная. Уже отделенная от ядра силы феникса. Мы уничтожим старую, тлеющую копию, но оставим в живых начальную, молодую.       – И как так получилось, что в одном времени и пространстве находятся две копии нерасслоенного феникса? – поинтересовался Корнаэль.       – Все сложно... – Адарн вздохнул. – И в этом есть вина Оддерамуса, Палача, который, прогуливаясь по мирам, встретил моего сына, – задумчиво продолжил он. – В настоящем, за восемьдесят лет до этого, Одди встретился с моим сыном, и оказался его спутником. А еще – эннэшше. Ты знаком со структурой эннэшше, Мербен?       – К сожалению, – согласился тот, помрачнев.       – Тогда понимаешь, что эта встреча не была забыта. Но Оддерамус отказался от моего сына. Все же, Палач в этой структуре ведущий, поэтому мог не заметить притяжения. А вот мой сын заметил. И по нему этим отказом очень сильно ударило. Из-за этого его пламя погасло. Примерно в это же время, мой сын встретился с Эрбелом Хар Саар, и тот подал ему идею встретиться со своим возлюбленным, стоит только подтолкнуть Вселенную к этой встрече. Мой сын просмотрел все варианты, и нашел Нерею, как возможную точку встречи. А может, не просмотрел, а создал эту точку под влиянием Эрбэла. Ушел всей своей личностью в закрытое мироздание, или даже иной кластер, утянув с собой Эрбэла и его армию, и начал приводить свой план в действие. Но понимая, что желание генерала Эрбэла Хар Саар покорить данное мироздание будет стоить ему жизни, заложил в действие своего ядра возможность отделения осколка, который сможет возродиться. Сейчас ядро сути феникса плавит данный мир под желания Эрбэла, а осколок, с обнуленной памятью, как обычная душа, путешествует по смертным оболочкам, исполняя заложенную в нее функцию защиты данного мироздания до встречи со своим избранным. Вы, – кивнул он на нас, – вышли из щита пустоты как раз к моменту его следующего возрождения в смертной форме, так что, Оддерамус со своими спутниками может не только получить эту искру, но и развить ее до полноценного истинного пламени феникса.       – Что нас ждет? – хмурясь, поинтересовался Ваэл.       – Благодаря каналам, оставленным к реальности, тлеющая копия феникса создаст в определенный момент прокол в твоих щитах, и твари бездны, подчиняющиеся Эрбэлу, хлынут на Нерею и все живые миры данного мироздания. До этого осталось недолго, а я все еще не вычислил, где и в какой реальности они скрываются. Мироздание будет пожрано. И это, если не брать во внимание тех демонов, которые появились, благодаря вмешательству Макса. В общем, будет весело. Особенно, после того, как мироздание получило статус неприкосновенного.       – Это значит, что как только начнется замес, все Хтуры и все Первоосновы кинутся на защиту, – вздохнул Мербен. – Мироздание это не спасет, но и поглотить его не даст. После вмешательства всех данных сущностей, мы получим нежизнеспособные осколки миров. Отсюда вывод: мы должны все сделать до того, как произойдет атака.       – Ага, – весело отозвался Руджельд. – Должны. И у нас от ста до трехсот лет, на то, чтобы данный мир привести в нужное нам состояние.       – Это какое? – поинтересовался Одди.       Пока дракон поворачивал голову, я заметил, как тот изменяется. Не внешне, внутренне. Словно из-под шкурки веселого и улыбчивого малыша, лет так двух сотен, выглянуло что-то очень сильное, могущественное, и явно не настроенное на легкую беседу. Но ни Корнаэль, ни Мербен не обратили на это изменение никакого внимания, и я понял, что такое случалось не раз.       – Твой эннэшше, Хтур, достаточно силен, чтобы заставить местных демонов повиноваться ему, – даже голос изменился, став глуше и жестче. – Вот пусть и займется данной проблемой. Второй твой эннэшше имеет власть над дар-кэй, и те примут его приказ, встав на защиту мира. Твоя же задача – найти и защитить осколок феникса, пока мы будем приводить это мироздание в порядок.       – А Вы вмешаетесь? – с какой-то странной уважительностью спросил Адарн.       – Наши ключи пришли в этот мир. Значит, мы получили доступ к праву его изменения. Но вмешаемся мы только в том случае, если вы, условно бессмертные, не сможете справиться своими силами.       – А мы сможем? – хмурясь, буркнул Макс.       – На все воля Госпожи и Владыки силы ее, – кривовато, явно не своей улыбкой скривил губы Руджельд, и прокашлялся, теряя свою величественность. – Что ж, ответ мы получили. Кто у нас Владыка силы Госпожи? Я уже даже не спрашиваю какой...       – Котечка... Сучечка крашеная... – прошипел Макс. – Вмешалась-таки, Мать...       – Не ругайся, любовь моя, – тихо попросил Мурани, на что Ваэл легко рассмеялся.       – Макс не ругается. Она – действительно Мать всего сущего. А я – Владыка ее силы.       – Поглотитель? – хмыкнул Мербен.       – Ну, скажем так, работа у меня действительно такая, пожирателей с поглотителями удерживать в узде, – развел Ваэл Нар Арду руками. – Но моя суть – Повелитель Пустоты. И, если право действия по какой-то причине переходит мне, то я знаю, как закрыть этот разлом, и удержать мироздание от поглощения.       – Если все завязано на тебе, то я не понимаю, зачем Адарн пригласил к нам таких личностей, – кивнул Аралан на феникса со спутниками.       – Видимо, чтобы нас больше было, – хмыкнул Ваэл.       – Ну да, чем больше сильных личностей, тем крепче защита, – вздохнул я. – Мне только одно непонятно. Зачем Эрбэлу данное мироздание? Тем более, если реальность под нашим воздействием изменилась настолько, что со своей прошлой копией не имеет ничего общего.       – Реальность изменилась, а вот желания Эрбэла остались теми же, – развел руками Адарн. – Он все так же ненавидит Мурани, и хочет его смерти. Да, я вывел мироздание Аргаанов Мирового Порядка из-под удара, но только его. Стремление уничтожить экс-Владыку у Эрбэла не изменилось.       – Так пусть разбирается со мной, – не понял Мурани. – Зачем ему это мироздание?       – Видишь ли, лорд Греар, – грустно усмехнулся Адарн, – хоть ты и отсутствовал три тысячи лет, но твоя сила продолжала охранять данное мироздание. Тебе молятся, как богу, пользуясь остаточной эманацией твоего благословения, наполняя миры силой веры в тебя. Так что, пока Елизария не возьмет данное мироздание под себя, и не начнет его осенять своей силой, ты считаешься его Владыкой. И я с этим ничего не могу поделать.       – А сколько времени займет смена владения мирозданием? – задумчиво спросила Елизария.       – К сожалению, этого не скажу, – качнул головой Адарн. – В тебя, родная моя, должны поверить все, притом не только в центральном мире. Но и после этого останутся разумные, которые будут верить в помощь Мурани. Все же, три с чем-то тысячи лет присутствия силы данной Первоосновы, слишком большой промежуток, чтобы за какую-то сотню лет очистить пространство от его присутствия.       – Я могу помочь с этим, – задумчиво произнес Ваэл. – Являясь поглотителем, я смогу очистить все расслоенное мироздание от энергии Мурани, и помочь Елизарии заполнить его собой.       – И стать второй божественной личностью, которая курирует этот кусок вселенной, – задумчиво прищурился Адарн. – Это может сработать. Темное и светлое божество работающие в тандеме...       – Как я хотел работать с Серкасом, – хмыкнул я.       – Именно. Но на это все равно потребуется несколько сотен лет. Которые, к счастью, у нас есть. Но это достаточно глобальное вмешательство.       – Как и сказал, могу в этом помочь, – кивнул Ваэл. – Я знаю, как это делается, и моих сил хватит на то, чтобы провести Елизарию по всем мирам расслоенного мироздания. Правда, для этого нам понадобится феникс... – он взглянул на Адарна.       – Увы, я не могу вмешиваться, – качнул головой тот. – Или вы это сделаете с Максом, или с Ашелином. Третьего не дано. Но даже в этом случае, мы не отменим атаку Эрбэла на миры.       – Может, отправиться в далекое прошлое, и просто убить его? – хмыкнул я, понимая, что такой вариант Адарн должен был рассматривать. – Как раз перед тем, как тот смоется туда, где находится. И в этом случае, атака хоть и будет, но уже без ведущего. Только копия тлеющего феникса и твари... С этим можем и справиться.       – Или появиться в тот момент, и принести ему мои извинения, – задумчиво произнес Мурани. – Хотя я и представить не могу, в чем моя вина, если появление темного аргаана уже не актуально.       – Еще неизвестно, – уклончиво произнес Адарн. – Но в данный момент, твоей вины ни в чем нет. Ты просто тот, кто дорог лорду Нар Арду. И сейчас он мстит не тебе, а ему.       – А лорду Тиэсу? – поинтересовался Аралан. – Тот же тоже был рядом с лордом Арду.       – А тебя интересует данная личность? – удивился Адарн.       – Скажем так... – Аралан хмыкнул. – Не столько он, сколько его спутники. Мы сдружились, и мне будет жаль, если те погибнут. И, хотя лорд Икх Аргх Тиэс сейчас находится в мироздании, принадлежащем Оддерамусу и Дереху, я не уверен в их безопасности.       – Тогда могу тебя успокоить, опасность от Эрбэла им не грозит, – чуть насмешливо произнес Адарн. – Он не успеет нанести им вред до своей смерти.       – А она уже однозначна? – осторожно, не веря в утвердительный ответ, спросил Ридан.       – Да. Вероятностей с его спасением не осталось, – хитро улыбнулся Адарн, а я вспомнил, что отсечение и распыление вероятностей так же входит в работу фениксов, порадовавшись, что у нас есть такая помощь.       – Да уж, некоторым работка предстоит очень сложная, – хмыкнул Рахур. – А некоторым и вовсе ничего делать не придется, – он покосился на меня.       – Ну как же не придется? – вздохнул я. – Конечно, здесь мне делать нечего, как я понял, – Адарн кивнул, – но работать все равно придется. Я пойду в какой-нибудь мир, который мне подскажут, и буду заниматься возрождением своего отряда.       – Да, здесь ты здесь свою работу выполнил, – тепло улыбнулся мне Адарн. – Все, что ты сделал перед тем, как тебя утянуло в щит пустоты, является достаточным вкладом в жизнь данного мироздания. Не знаю, может ты захочешь учиться работе фениксов, и тогда твое присутствие обязательно, но если нет, то дорога в мироздание Валля и его команды для тебя открыта.       – Только туда? – удивился я.       – Мы еще в прошлом данного мира, Дерех, – развел руками Адарн. – Вывести тебя в настоящее я не могу. В этом случае, доступ к нам будет закрыт, а помощь твоя может и потребоваться. Поэтому смотри только в сторону миров СКИП. Они вне времени. И учти, что Ридана придется оставить, – строго предупредил первофеникс. – Ты готов к этому?       – Мы все готовы к этому, – кивнул я, давая понять, что не буду забирать одного из самых серьезных пространственных магов оттуда, где тот может работать в полную силу. – И мы обсуждали такую возможность. Правда... – я, усмехнувшись, взглянул на эмпана, – есть некоторые нюансы...       – Вот потому и говорю, что лучше идти в миры команды СКИП, – вздохнул Адарн. – В этом случае временной путь мироздания не будет нарушен, а вы сможете видеться едва ли не ежедневно по времени жизни Ридана.       – Валль? – обратился я к цеарру. – А ты что скажешь?       – Соглашусь с твоим творцом фениксов, – отозвался тот. – Если больше мы ничего решать не будем, то я, наверное, удалюсь вместе с Дерехом. Чтобы выбрать ему подходящий мир.       – Да, идите, мы все на данный момент решили, – покрывшись белесой дымкой мерцания, произнес Мербен. – Я не вижу твоего вмешательства и нужды в нем, в ближайшие две, а то и три сотни лет. Точнее, до тех пор, пока пелена пустоты, что скрывает данное мироздание от тварей, не прорвется. А случится это только после того, как мы выйдем в реальность.       – А это, как я понял, зависит только от Адарна, – полувопросительно произнес я, увидев кивок рыжего сгустка пламени, облаченного в подобие плоти.       – Именно, – улыбнулся Мербен, кивнув нам на прощание.       Я тоже кивнул ему в ответ, понимая, что оставляю миры под надежным руководством, и вместе с Араланом вышел следом за Алесом и Валлем.       – Ничего, что я хочу какой-то из твоих миров использовать для возрождения своего отряда и эннэшше? – спросил я цеарра, когда мы вышли в коридор.       – Не вижу в этом никакой проблемы, – качнул он головой. – Но ты хочешь использовать один из миров? Или несколько?       – А что, есть предложения? – заинтересовался я.       – О, я думаю, у Валля есть для тебя отличный выбор миров, – ухмыльнувшись, произнес Алес. – Точнее, я уверен в том, что он думает о том, как тебя уговорить поселиться на нужное для возрождения время на одном из перекрестков миров.       – Перекресток миров? – удивился я.       – Это тот мир, который имеет очень плотный контакт с несколькими дополнительными мирами, – согласно улыбнулся Валль. – Сейчас, зайдем в мою комнату, и я тебе все подробно расскажу.       Испытывая нешуточное любопытство, я обернулся к Аралану, но тот почему-то приложил палец к губам, давая знак молчать, и я заглох. На весь тот, пусть и короткий, но очень длительный для меня путь.       – Что ж, здесь нас никто не услышит, – улыбнулся Валль. – никто не будет знать, где тебя искать. Я не беру поиск по зову души и крови, – тут же поправился он, давая понять, что Ридан меня везде найдет.       – А что, кто-то может пойти за мной? – удивился я.       – Из любопытства. Конечно, некоторым из твоей компании я раздал хронометры, и они могут прийти к нам, но их путь будет направлен на базу, а не в миры. Как ты понимаешь, туристов в своем мироздании я видеть не хочу.       – Понимаю, – хохотнул я. – Особенно, таких мощных, как некоторые.       – В общем, ты меня понял, – согласился Валль. – Да и к тебе будет просьба, вести себя в пределах физической оболочки. Никаких божественных и более высоких проявлений своего могущества. Максимум, что ты можешь сделать, чтобы не поломать один из перекрестков, это действовать как полубог. Я ясно выражаюсь?       – Вполне, – согласно кивнул я. – Значит, перекрестков у тебя несколько?       – Четыре. Нет, прости, запамятовал, пять. Но пятый больше для Ваэла и его компании подходит, чем для тебя. А вот те, о которых я подумал, мы и разберем, – Алес, пока Валль усаживался в кресло и готовился к серьезному разговору, поставил реплику своей настойки на стол, разлив ее в четыре стакана. – Что ж, – Валль опустошил свой сразу же, я же смаковал данный самогон, не желая туманить мозг. – Как и говорил, перекрестки, то есть миры, связанные возможными перелетами или порталами с другими планетами, у меня есть. В какой-то отдельный, простой мирок, тебя лучше не помещать. Соскучишься. Хотя, это и меньшая из проблем. Думаю, ты хочешь своего друга, чья душа хранится в тебе, обучить.       – Не во мне, в Аралане, – вставил я.       – Не важно. В остальном же я прав? Ты хочешь максимально плотно обучить его. Так?       – Не быть эннэшше, это не значит не быть другом, – скупо улыбнулся Аралан.       – Меня этот ответ устраивает, – кивнул Валль. – Давайте теперь решим, какой из перекрестков вам подходит. У меня есть магический, многорасовый, с ксеноформами, техногенный и магико-технический. Исходя из того, что я успел у тебя узнать, ты можешь заинтересоваться магико-техническим и с ксеносами.       – А какая между ними разница? – пожал я плечами.       – Ну, в первом варианте все расы, связанные порталами и перелетами, антропоморфные и очень близкие по внешности к обычному людскому облику. Во втором же случае, на перекрестке завязаны более трех десятков рас, довольно отличные по виду друг от друга.       Я хмыкнул, понимая, что предпочтительнее будет полиморфный перекресток, который отучит Богдана воспринимать человеческую расу как единственно верную. Но так и не услышал, какими законами физики пользуется тот мир. И если я этот вопрос только подумал, то Аралан его задал:       – А тот, полирасовый перекресток магический, магико-технический, или?..       – Скажем так, слово «магия» там не используется, хотя некоторые расы владеют возможностями использования психо-кинетических способностей. Я бы назвал его перекрестком суперов и технов. В магико-техническом же, используются все разновидности магических проявлений, таких как артефакторика, словесные заклинания, сверхсила, плетения печатей и конструктов, а так же остальные виды использования сил.       – Хм... Как интересно... – пробормотал я, понимая, что вкусно звучит как первый, так и второй вариант. – А объединить мои перемещения между одним и вторым перекрестком не получится?       – Как мед, так и ложкой, да? – хмыкнул Алес.       – Не думаю, что люди нашего мироздания сильно отличаются от людей вашего, – хмыкнул я. – Так что твой скепсис по отношению ко мне не совсем понятен. Я, как любой человек хочу столько, сколько смогу урвать.       – Поселить изначально я смогу вас только в одном из таких миров. Во второй вы направитесь тогда, когда решишь протестировать своих учеников, – вздохнул Валль. – Микробиология отличается. Нам, СКИПовцам, данный момент безопасен. Тем, кого уводим – тоже. Вам же... Я же правильно понимаю, что ты хочешь провести полный цикл внедрения?       – Ты имеешь в виду, от самого рождения? – слегка удивился я. – Вообще как-то не думал пока об этом. Если других способов нет, то, конечно, можно и с рождения, но это будет значить, что первые двадцать лет мне придется находиться при них постоянно.       – Дерех, я не знаю, как ты собираешься делать то, о чем лишь единожды обмолвился, – слегка нахмурился Валль. – И не знаю, что ты себе представлял.       – Озвучь все возможности, пожалуйста, – попросил Аралан, приобняв меня за плечи. – Думаю, Дерех все еще не пришел в себя настолько, чтобы принимать самостоятельные решения.       – Прости, не подумал, – улыбнулся Валль. – Что ж, тогда задам вопрос: насколько плотной может быть твоя привязка души к оболочке? Если с рождения, то я догадываюсь, как ее можно внедрить и привязать, а если нет...       – По желанию меня, любимого, – махнул я рукой. – Я умею повелевать душами тех, кто мне нужен. Конечно, были моменты, когда подумывал о массовом изъятии душ из оболочек, но мысль так и осталась мыслью. В общем, я такое тоже умею, но в твоем мире этого проделывать не буду. Тех, кого веду за собой, я могу влить очень плотно, а потом так же просто изъять или изменить оболочки, когда потребуется переделка тел. Как сделал с ребятами, прибывшими с Ваэлом.       Валль кивнул, давая понять, что все для себя прояснил.       – Тогда, думаю, у тебя есть три варианта. Рождение, внедрение в тела потенциальных смертников, или же использование клонов. Что на первом, что на втором перекрестке такое практикуется. Подобные миры я взял под свой особый контроль, и продвигаю в них собственные решения на уровне государственной политики, так что в чем-то оба предложенных мною перекрестка схожи друг с другом. Думаю, мы можем прогуляться, чтобы ты все увидел и решил на месте.       – Считаешь, мы здесь пока не нужны?       – Дерех, – Алес рассмеялся. – Это планеты мироздания СКИП. Мы – вне времени. При желании, ты сможешь на период роста и взросления своих парней ходить на базу, кофе пить, просматривая их жизнь на мониторе, готовый появиться в любое время, когда потребуешься.       – Если есть возможность избежать вселения в младенцев, то я с радостью упущу этот вариант. Клоны... Хороши, но я не знаю, есть ли у вас возможность личностных закладок. И меня очень интересует момент насчет потенциальных смертников. Это кто?       – Преступники, которым светит высшая мера наказания, физические или ментальные инвалиды, у которых нет возможности восстановить свое тело или разум, а так же – самоубийцы.       – А эти тут причем? – не понял я.       – Видишь ли, что первый из предложенных мной, что второй перекресток, связаны с большим количеством миров, так что, мы нуждаемся в телах, если есть потребность исправления чьей-то реальности. Нам проще перенести свою матрицу, с помощью хронометра, в данные тела, чем менять собственные. Поэтому мы смертниками иногда пользуемся. В данных мирах есть контракт, который гласит, что при отказе от жизни, мозг разумного освобождается от личности, и тело предается заморозке.       – Вы изымаете душу? – поинтересовался Аралан.       – Да, изымаем, – согласно кивнул Алес. – Ведь нам нужен пустой сосуд, с помощью которого мы работаем, как с помощью болванки.       – Отлично. Получается, что это пустые оболочки, в которые можно записать другую личность. Или воспитать. Что ж, думаю, именно вариант со смертниками мне подходит больше всего. Но... – внезапная идея заставила улыбнуться. – Я бы хотел посмотреть и на калек. Тех, кто ясно воспринимает то, что с ними происходит.       – Хочешь завербовать? – сразу понял мою идею Валль.       – Ну, вам же они все равно не нужны, – развел я руками. – А у меня в мироздании пока что пусто. Кстати, а не подскажешь, почему у вас не развита помощь таким особям?       – Может быть, потому, что ждали такого, как ты? – хитро улыбнулся Валль. – Того, кому такие особи понадобятся?       – М-да, у вас от фениксов отличие совсем минимальное... – пробормотал я. – Также, живете вне времени...       – У нас, кстати, за последние полторы тысячи лет реального времени, есть все списки подобных личностей, – согласно кивнул Валль. – С записью их возможностей, потребностей и стремлений. Так что, можем пройтись по всему времени и найти тех, на кого ты укажешь.       – А по будущему?       – А в будущем у нас появится в контракте пункт о возможном излечении с отработкой наймом, – пожал цеарр плечами. – Все же, в будущее мы стараемся не ходить, чтобы не ломать настоящее. Так что, куда отправимся?       – Ар? – обернулся я на эннэшше. – Что ты скажешь?       – Магико-технический, гуманоидный, – тут же ответил тот. – Думаю, разбираться с менталитетом ксеносов мы будем тогда, когда вобьем простейшие истины в головы наших ребят.       – Согласен. Веди, – я поднялся с кресла.       – Посмотри на свой хронометр, – предложил Валль, и я взглянул на широкий, сантиметров в десять, кожаный браслет, на котором помимо небольшого монохромного дисплея находилось несколько кнопок, прикрытых защитным кожухом. Первая, белая, как я уже знал, включала виртуальную клавиатуру и экран. Вторая, серая, отвечала за забор реплик. А вот третья... – Да, правильно, именно эта, зеленая кнопка, – кивнул мне Валль. – Это перемещение на базу. Ты уже в нее вписан. Пусть и как стажер, но доступ получил. Нажимай ее и перемещайся на базу. Аралан, ты тоже.       Послушавшись, мы едва ли не одновременно нажали нужные кнопки, незаметно, без каких-либо ощущений оказавшись в затемненной гостиной, в которой, стоило нам только оказаться там, зажегся свет. Через пару секунд там же оказались и Валль с Алесом.       – Очень интересное ощущение энергий, – просканировал я обстановку. – Не полный стазис, а очень медленное течение.       – А ощущения?       – Совершенно не мешает, – качнул я головой. – А почему именно база?       – Потому что с нее есть доступ во все наши миры. С обеззараживанием, с записью личности и всеми теми плюшками, которые тебе однозначно понравятся, – хохотнул Алес, обернувшись к Валлю. – Вы пока посидите, поговорите, а мы с Дерехом сходим на склад, возьмем, что надо.       Валль кивнул, с улыбкой обернувшись к Аралану, которому я ментально дал понять, что все что увижу, покажу и ему, а после отправился на выход за демоноидом. Сразу за дверью находилось полукруглое расширение с пятью коридорами, над которыми светились вывески на русском языке: «миры черного и красного сектора», «осколки Терры», «жилые помещения», «склады, тренировочные площадки, спортзал» и «технические помещения».       – Хочешь посмотреть все, или обойдемся только походом на склад? – задал вопрос Алес.       – А можно? – с любопытством спросил я.       – Можно. Но с условием, что ты не будешь за собой закрывать дверь, оказываясь в помещении. Практически каждое из них имеет встроенный портал, и я не хочу тебя искать по другим мирам или временным копиям.       – Техника безопасности усвоена, – рассмеялся я, показав рукой на первый коридор. – Как я понял, Макс прибыл к нам отсюда?       – Да. Каспар не смог разобраться с тем, почему в этом коридоре открываются спонтанные порталы в миры красного и черного сектора, но мы усвоили, что если должна оставаться связь с миром, в который прошел кто-то один, то закрывать дверь в комнату перехода не стоит. Притом, что странно, время не синхронизируется.       – Может, защита все же какая-то стоит... – пожал я плечами. – А осколки Терры, это те миры, с которыми вы работаете после расслоения?       – Да. Притом, порталы разделены на сектора, и можно как выйти в сектор, так и набрав координаты, выйти в определенный мир. Это для того, чтобы не плодить двери под каждый из осколков.       – А как вы поддерживаете порталы по координатам, если они постоянно смещаются из-за движения планет? – Не понял я.       – Мы выставляем не координаты самих миров, а координаты наших баз на этих планетах, – пояснил Алес. – Я не могу тебе сказать, как это делается и кто этим занимался, но уровень слияния колоссальный.       – Ну, по зову крови, по зову души... – пробормотал я. – Можно поставить и поддерживать такой портал... Но это явно работа Основы или кого-то выше, а у вас таких нет.       – Примем во внимание подобный вариант, – легко согласился Алес. – Жилые помещения осмотришь?       – Что я, кроватей не видел? Давай сразу в пятый коридор, а потом в четвертый. Ты же хотел что-то подобрать?       – Давай в пятый, – Алес прошел первым, и стоило ему ступить за пределы полукруглого помещения, как в коридоре загорелся свет. – Здесь у нас смотровая, – открыл он дверь, дав увидеть пару разумных, что сидели за мониторами. – Просматриваем жизни отдельных личностей, которых придется править. Дальше – оперативный блок. Обычно, за столом сидит Сай... Да вот, кстати, и он, – Алес махнул рукой знакомому альду. – Ты же в курсе, что мы плодимся как кролики, в собственных копиях?       – Уже в курсе, – согласился я, понимая, что данный Сайвар не обратил на меня никакого внимания, будто и не знал.       – Здесь мы следим за оперативными группами нашего отряда. Помимо тех, что расслоены в вашем мироздании, которое спасаем, работает еще минимум как три десятка групп подобных им. Всего у нас, в огненной ветви, кроме тех, кого ты видел, есть еще Райн и Машка. Это весь наш контингент. Хотя, теперь будете и вы. Но такого объемного пополнения у нас не было за все тысячи или миллионы лет, что существует база.       – Только следите за своими, или и помогаете?       – Помогаем, конечно. Это не запрещено. Далее – покои Каспара. Он у нас интроверт и любит быть в одиночестве, а мы не настаивали на его переселении в жилые помещения. Можно сказать, что он последний из тех, кто остался жив после той катастрофы, когда разделилась наша Земля.       – Ну и не будем его беспокоить, – согласился я.       – Далее – медблок, – Алес открыл дверь, дав обозреть совсем небольшую комнатку. – Медблок у нас работает по принципу репликации. Каждый следующий входит в пустую комнату и получает адекватную помощь. Если помощь оказать не получается, а ты видел капсулу регенерации, то погибший перезаписывает себя в клонированное тело. Хранилище клонов в следующей комнате.       – А как вы поступаете, когда надобность в одной из копий личности отпадает?       Алес удивленно взглянул на меня, словно не понимая, о чем я, а потом расхохотался.       – Видимо, ты не совсем понял структуру нашего разделения. Видишь ли, на базе есть только один экземпляр каждого из нас. Тот, который расслаивается по времени и пространству. Если исчезает надобность в личности, то та просто вливает свою память в хранилище, а после исчезает, как не существовавшая никогда. Тогда как оригинал получает все данные.       – А не было такого, чтобы копия захотела жить наравне с оригиналом? – осторожно поинтересовался я.       – Было. Один раз, – согласно кивнул Алес. – У нас Макся в двух экземплярах существует. Но его первый вариант уже ушел на покой. Другие же таким не страдают. Это то же самое, что уснуть копией, а проснуться уже оригиналом. Я сам сотни раз испытывал подобное, и не скажу, что это оставило какие-то негативные воспоминания. Тем более, что мы всегда можем уйти в долгосрочный отпуск реабилитации, если нам это надо.       – А что испытывают копии во время своего развоплощения?       – Вообще ничего. Как и сказал, засыпают и все. Душа же у нас одна, и мы ее не расслаиваем.       – Что ж, понятно, – я согласился с такой постановкой вопроса, и уже двинулся вперед, но Алес удержал меня за плечо. – Что-то не так?       – Дальше у нас хранилище нашей памяти. Я не думаю, что тебе стоит его посещать. У нас только двое могут входить в него. Валль и Каспар. Там содержится память обо всех наших выходах, операциях, негативных происшествиях и провалах. Все то, что мы решили стереть, чтобы не засорять разум. И все то, к чему, в случае надобности, мы можем обратиться. Считай, что эта та же серверная, только для наших мозгов.       – О, тогда ты прав, мне там делать нечего, – согласился я. – Пойдем в склады.       – Тренировочные площадки смотреть будешь?       – Это, ведь, выходы в какие-то миры? – полувопросительно произнес я.       – Частично. А частично – виртуалка.       – Тогда я принцип понял. Пока не думаю, что мне это нужно. Как и спортзалы. А вот склады... – я зловеще улыбнулся. – Поставлю-ка я вам свой арсенал от дар-кэй. Максу я его сгрузил, но не думаю, что он его уже выставил.       – Если там есть что-то стоящее, то выставляй. Я сформирую комнату.       – Скорее уж ангар... – пробормотал я.       – Внутренность комнаты безмерна. Однажды Максюха притащил межпланетный лайнер, чем-то тот ему понравился, а эта одоробла длиной в полтора километра была, так вот, он ее успешно выставил в такой комнате.       – Это отлично, – согласился я, пройдя за Алесом в предпоследний коридор, двери в котором были оформлены подписями, подсвеченными не гаснущим светом.       – Нам в пятый склад. Тебе выгружаться в сто сорок второй. Или ты хочешь поближе?       – Это вы захотите поближе, когда узнаете, что я с собой принес, – хмыкнул я, на что Алес только пожал плечами и создал реплику двери, разве что не подписанной, открыв ее для меня. – М-да, и не поверишь, что здесь можно и полтора километра межпланетного корабля вместить... – пробормотал я, выгрузив реплику арсенала дар-кэй, что распаковался практически сразу. Понимая, что сами СКИПовцы будут изучать его долго, я так же достал руководство по ячейкам: – Вот это вы должны изучить, как ярый христианин «отче наш». Некоторые артефакты настолько убойные, что схожи по воздействию с ядерным оружием. Арсенал зациклен на создание реплик, хотя вы их и сами умеете создавать. Но в данной репликации используются материалы хранящиеся в самом арсенале. В ячейке номер три вы можете получить чип взаимодействия, и будете знать, чего и сколько ему не хватает. Хотя, с вашей временной репликацией, вы его истощите не сразу.       – Очень много всего интересного, – Алес смотрел не на ячейки, а листал выданную мной брошюру, хотя она и была на общемировом, темном.       – Слушай, а как ты понимаешь, что там написано? – удивился я.       – Универсальный переводчик от Каспара. Когда получишь наш чип в свои мозги, поймешь, о чем я.       – Алес, я – энергия...       – И что? – не понял тот. – Валль – тоже. Просто поставим тебе энергетическое расширение, и все.       – Ладно, – согласился я. – Пусть так.       – Я ее возьму? – Алес указал на книжицу.       – Конечно. Она ваша. А теперь пойдем нас снаряжать?       – Именно, – с сожалением, спрятав брошюру в карман, Алес повел меня в нужный склад. – Так как ты у нас мальчик не маленький, и особо ни в чем не нуждаешься, то и дать тебе особо нечего, – он остановился в дверях нужного склада. – Конечно, тебе потребуется наше портмоне, – скинул он мне кожаный потертый бумажник, – в нем две карты. Первая – идентификации, вторая – банковская. Отделение для денег – заполним уже на планете. В нем будет реплицироваться наличность. Счет мы тебе заведем, само собой, – я уже открыл рот, чтобы возразить, но он меня заткнул одним взмахом руки. – То, что ты нам дал, никакими деньгами не окупится, так что не возникай. Оружие... Думаю, ты его сам себе купишь. Как и одежду.       – Или создам, – согласился я.       – Ну, или создашь. Ты лучше скажи, что тебе может понадобиться, а то я в тупике.       – Правила поведения в вашем мире, – хохотнул я. – Все остальное у меня здесь, – постучал я себя пальцем по лбу.       – Точно? – нахмурился Алес, а потом кривовато улыбнулся, – ну да, о чем это я... Ты же Основа...       – Я – осколок Абсолюта, что больше даже, чем Первооснова. Памяти ноль, но знаний и умений куча. Справлюсь.       – Тогда мне тебе и дать нечего, разве что эту мелочь, – указал он на портмоне.       – Поверь, это очень даже большая крупность, что мне не нужно будет легализироваться. Так что не умаляй свой подарок.       – Мы такие бумажники даже тем, кто просто нам интересен, раздаем, – как-то тоскливо вздохнул Алес. – Но в чем-то ты прав. В твоем случае легализация важнее. Что ж, пойдем... Хотя, нет! – внезапно оживился он. – Есть у меня подарок. Не для тебя, а для Ридана. Мы все не знали, куда это употребить, но ему это явно пойдет на пользу. Нам в двадцать четвертый ангар.       Я шел следом, не понимая, что может потребоваться моему вампиру, оказавшись в ангаре с ячейками, подобными арсеналу, и Алес поманил меня за собой, остановившись рядом с ячейкой, где лежал амулет в виде капельки крови, такой же темно-бордовый, на золотой, странно тройной, цепочке.       – И что это? – спросил я, уже ощущая странную яркую и сильную ауру от доставшегося мне украшения.       – Это то, что невозможно реплицировать, – с какой-то торжественностью произнес Алес. – Капля крови первого вампира, или эмпана, как ты их называешь. Притом, что важно, отданная добровольно. Содержит в себе могущество данного вампира, погибшего на наших руках, а так же все наработки по магии крови. Тот, кто передал нам этот амулет, клялся на жизни собственных детей, притом, не обращенных, а родных, которых любил, что тот, кто получит его дар, сможет получить и его силу.       – А почему детям не отдал? – не понял я.       – Дети его, как ни странно, отказались от этого дара, сказав, что им хватит и сил родства. Очень сильный и старый клан, который обосновался на одной из копий нашего расслоения. Это не подвеска на шею, а тика.       – Ах, вот оно что... – я понял, для чего средняя перекладина цепочки.       – Карлин сказал, что капля в течение полугода растворится в крови преемника, а золото... Ну, потом можно его будет и использовать. Сама цепочка не несет в себе никакого посыла.       – Карлин... – я нахмурился, вспоминая имена лордов эмпанов. – Лалин и Нелин – его дети?       – Да, но откуда...       – Видимо, они вернулись в свой мир, – хмыкнул я, – Это одни из старейших лордов эмпанов, которых считали едва ли не полубогами. В общем, я понял, кто передал этот дар вам, и с радостью его возьму. Возможно, вам что-то нужно от меня? В ответ? Я могу дать прекрасную конструктивную броню в виде экзоскелета, в которой каждому из вас будет удобно. Она создается на основе пларисса и эрстлита, и для разумных любой ветви будет отличной помощью.       – У нас есть броня, но новые технологии мы всегда рады получить, – согласился Алес.       – Тогда – вот, – выставил я из своего пространственного кармана работу последних веков. Надо же было чем-то заниматься, кроме как бродить по аллару. – Она отлично реплицируется, и подстраивается под носителя, – я выставил рядом еще несколько подобных экземпляров. – Но вы должны понимать, что через какое-то время, она вольется в носителя. Так что, рекомендую максимально собрать копии воедино и начать новое расслоение с оригинала, который ею уже обладает.       – Приму к сведению, и спасибо, – с улыбкой кивнул Алес. – Мы ее обязательно опробуем. Что ж... – он задумался. – Вроде все?..       – А у тебя нет подобного дара тому, кто является донором энергии?       – Увы, ничего такого, – качнул Алес головой.       – А моему брату или его эннэшше?       – Стфар у вас есть, притом, лучшей версии, чем у нас, – задумчиво пробормотал он. – Такому как Ваэл вообще предложить нечего... Или есть? – он задумчиво взглянул на меня, а потом двинулся вдоль стеллажей. – Знаешь, эта капля натолкнула меня на мысль... У нас есть несколько вещиц, которые репликации не поддаются. Возможно, они ждали именно вас. Например, у нас есть этот жезл, – ухватил он из ячейки короткую украшенную резными узорами палку с кристаллом, неосознанно наведя его на меня и я, в паническом ужасе присел, удержав его руку так, чтобы кристалл был направлен в сторону. – Что случилось? – не понял Алес.       – Никогда не направляй никакие штуковины ни на кого, – отходя от первозданного ужаса, попросил я его. – Ты даже не представляешь, что такая штука, которую ты взял в руки, может сделать.       – Скажи, чтобы представлял, – хмыкнул Алес, каким-то ментальным посылом заставив жезл исчезнуть.       – Это кристалл изъятия сознания и памяти, но только тех, кто выше полуоснов. Для чистки мироздания от чужих личностей. После него остается только энергия, которую можно впитать и стать сильнее.       – А это? – Алес уже не брал в руки, а просто указал на соседнюю ячейку, где покоился многокомпонентный артефакт.       – Для призыва сильной сущности в ваше мироздание, с правом исполнения одного заветного желания любой силы. Взамен эта сущность возьмет от одной планеты, до всего мироздания в оплату.       – Слушай, а можешь пройти по этому ряду и идентифицировать все, что без табличек? – попросил он. – А если что нужно, то и бери. Здесь все, что не поддается репликации.       – Хорошо, – согласился я, заинтригованный его просьбой, заметив, что и артефакт исчез. – А ты куда эти вещи отправил?..       – В закрытое хранилище, с уже приданным описанием, – серьезно произнес Алес. – У Максюхи руки длинные, в отличие от извилин.       – Тоже верно, – я шагнул дальше, заметив шкатулку, из которой не пробивалось никакой энергии. Пришлось пустить в зазор очень тонкий щуп, и замереть от восхищения. – А ты знаешь что это? – обернулся я к Алесу, а потом себя же и одернул, – Нет, конечно не знаешь... Вы ее и открыть не смогли... – я надавил в пазы, открыв шкатулку, показав демоноиду пушистое, похожее на ватку или облачко малого размера, белесое содержимое. – Это, так называемая, дополнительная душа. В нее можно перелить матрицу умирающего нужного существа, притом, делается это невероятно просто, словами и эмоциями, а потом положить на грудь телесной оболочки, куда его нужно вселить. И ваш разумный очнется в любом клоне, с памятью последней жизни, когда его истинная душа уйдет на перерождение.       – А ведь у нас это было уже, когда Карлин погиб, – с горечью произнес Алес.       – Вообще-то, это можно сделать и сейчас, – улыбнулся я. – Вы же вне времени. Просто пройдите в тот день и час и уловите его матрицу, если он согласится оставить ее здесь. И, если, конечно, он не хотел уйти.       – Нет, не хотел, он сожалел, что покидает данный мир, – Алес ухватился за шкатулку, как за самое ценное, что у него было. – Ты нам очень помог, Дерех.       – Пустяки. Главное, если он потребует свою тику с капелькой собственной крови, скажи мне вовремя.       – Мы сейчас решим этот вопрос, – тепло улыбнулся Алес, а спустя пару секунд в хранилище забежала девушка.       – Звал?       – Карлин, – деловито произнес Алес. – День его смерти. Спросить о желании дальнейшей жизни и пожелать, чтобы сознание влилось в данное средоточие, если он согласен. Потом ко мне. Мигом!       – Карли вернется? – с надеждой охнула та.       – Надеюсь, – кивнул Алес, получив поцелуй в щеку от девушки, что унеслась исполнять его приказ. – Это Мария. Наш штатный психолог.       – Ну, думаю, это не столь важно, как то, что я нашел на полках, – я насмешливо улыбнулся, взяв в руки ремешок. – Например это – ошейник оборота. Тот оборотень, который его наденет, не будет испытывать ломки сознания и тела, меняя себя. Например, до того, как Ваэл изменил Кристиана, этот ошейник мог ему позволить менять свои ипостаси. Если у вас есть психически нестабильные оборотни, то тоже подойдет. Примерно на пятьсот оборотов силы в кристаллах осталось, – я задумался, а потом переделал по-своему кристалл изменений и подпитки, делая его бесконечным. – В общем, я вмешался в его структуру. Теперь достаточно его надеть при первом обороте нестабильного оборотня, чтобы тот получил установку принять свою вторую ипостась. Потом можно снимать. Количество использований не ограничено. У вас же есть оборотни?       – Целый сектор, – мрачно согласился Алес. – И этот ошейник им поможет не сходить с ума, если ты прав.       – А я не бываю не прав, если занимаюсь усовершенствованием предмета, – хмыкнул я, подойдя к следующей ячейке, где стояла простая пиала. Вообще без проявлений энергии, даже не понятно было, для чего она. Но я наполнил ее водой, ощутив, как пространство обеднело, перестав фонить силой, и хмыкнул, понимая, что увидел. – Вот эта вещь – относится к медицинским. Стоит наполнить пиалу жидкостью, и та переполняется энергией, которую высасывает из окружающего пространства. Живая вода, иным словом, – я вобрал жидкость в себя, отпустив излишек энергии в пространство.       – Нужная вещь. На сколько циклов?       – Бездонная. Все зависит от наполненности мира. Дальше... – в следующей ячейке меня встретил сгусток протоплазмы коричневатого цвета, и тоже медицинского назначения. Я поднял желеистую субстанцию, ощутив, как та начала мной питаться, и положил ее на место. – Напоминает пиалу, но только не жизнь восстанавливает, а плоть. Притом, тоже забирая энергию. Как из мира, так и у пациента. Лечебный пластырь, так сказать. Можно делить на множество частей, разрастется.       – Как ты много знаешь, – хмыкнул Алес.       – Я ощущаю ток силы, – пожал я плечами, уже двинувшись к следующей ячейке, как в комнату залетела счастливая и зареванная Маша, расцеловав Алеса в обе щеки. В череде ее всхлипов, удалось понять, что их эмпан восстановился.       – В общем, ты меня извини, – Маша стерла слезы, – все хорошо, но тебя и Дереха просят вернуться. Валька сказал, что ты превысил лимит его доверия.       – Ну да, заигрался, – спокойно кивнул Алес, поманив меня за собой. – Нам тонко намекнули, что мы должны уйти.       – Надо, так надо, – согласился я, ощущая, что сканирование меня порядком истощило. Но никак не ожидал, что когда дверь закроется, я окажусь не в коридоре, а в гостиной. – Ну у вас и система переносов, хмыкнул я.       – Ленимся, – отозвался Валль. – Ну что, экипировался?       – Кроме кошелька, ничего что мне нужно, не нашлось, – развел я руками. – Ну, еще Ридану передали тику с каплей крови вашего сильного эмпана, – я посмотрел на Марию. – Может, ее вернуть владельцу?       – Обойдется, – легко отмахнулась девушка.       – Ну, если что, я предлагал, – усевшись в кресло, я взглянул на Валля. – Чип мне будем ставить? А то Алес сказал, что там универсальный переводчик.       – Не сочти это недоверием, или еще чем, но я бы не хотел тебя полностью вливать в базу, – осторожно произнес Валль. – Не сейчас, по крайней мере. Наши мощности не рассчитаны на такое существо, как ты, поэтому, мы сначала расширим хранилище данных, а только потом впустим в базу. Ты же понимаешь, что все, кто получил хронометры, должны быть сохранены? – я кивнул. – Ну вот.       – Ладно, обойдусь и без чипа, – согласно махнул я рукой. – Пойдем смотреть мир?       – Пойдем, – согласно кивнул Валль, поднявшись с кресла, направившись к двери. – Сейчас мы окажемся в нашем бункере, а уже оттуда отправимся. Ты, при желании, сможешь создать свою точку привязки к базе. Достаточно только один раз перенестись с планеты сюда, и дать название данному порталу. Наши миры хоть и невероятно лабильны, но все же, я советую перемещаться на базу именно так, а то взломаешь защиту. Так же советую выходить из нашего мироздания тоже через базу. По мирам осколков скакать можешь любыми порталами.       – Спасибо за предупреждение, – кивнул я, с любопытством смотря на дверь, у которой мы остановились.       На дисплее рядом были написан какой-то код, и Валль, увидев, что я рассматриваю табличку, пояснил: – Это цифровой код данного перекрестка. Самой планеты, и всех миров, которые с ним связаны. Посмотри на хронометр, – я взглянул на экран, увидев название «Ланибра». – Это название планеты. Разверни виртуальный дисплей и клавиатуру, – я тут же сделал то, что он просил, увидев под названием колонку цифровых обозначений. – Так как мы идем не прицельно, то можешь нажать на любое значение, – продолжил обучать Валль, и я ткнул в третью строчку. На табличке высветилось название планеты и код. – Понял, как мы ходим?       – Да. Замечательная система, – уважительно кивнул я. – А когда я пожелаю создать точку привязки, как это сделать?       – Ты получишь запрос на создание новой точки. Твой коммуникатор включен на вибрацию, как передачу сигналов, но можешь включить звуковой. Сам в параметрах пороешься. Защита от дурака включена, так что ничего не сломаешь. Система интуитивно понятна всем, кто родился или жил на любой из копий Земли, где использовались компьютерные технологии.       – Отлично.       – Да вот, не совсем, – качнул головой Валль, открыв дверь, приглашая нас пройти в пустую комнату, в которой на противоположной стене была дверь. – Если бы ты имел чип, то хронометр просто подключился бы к нему, и не пришлось бы руками работать.       – Да? – я хмыкнул. – Вообще-то у меня есть нечто подобное вашему чипу, попробую подключиться через свою систему.       – Давай, ты сделаешь это здесь и сейчас, – остановился Валль.       – Оки... – я послал запрос искину титана.       «Наблюдается новый, слабо совместимый прибор. Подключить? Да. Нет.» – возник перед глазами текст.       Я согласился с подключением, и начал ожидать ответа от системы.       «Требуется создание программы совмещения», – мне показалось, что искин был не уверен в своих возможностях, и тут же ощутил запрос от своих симбионтов, а потом тонкий щуп начал проникать в хронометр. Я опустил руку, чтобы Валль не заметил, как я перепрограммирую его коммуникатор. – «Совмещение произведено», – увидел я надпись, а после хронометр развернул свой виртуальный экран у меня перед глазами, правда, вместо слов и цифр, я видел только какие-то палочки и точки, но кодировкой уже занимался искин альверсов, так что, спустя еще минуту, экран мигнул, и появились нормальные знаки.       – Ну, вроде все... – хмыкнул я.       – Давай проведем синхронизацию, – не совсем поверил мне Валль, соединив наши коммуникаторы. – Да, ты читаешься. Что ж, обошлись и без чипа.       – Ар, проведи синхронизацию с помощью искина альверсов, – посоветовал я эннэшше, и тот, кивнув, занялся работой. А Валль пригласил нас заходить.       – А можно я с вами? – попросилась Маша.       – Идем, – пожал плечами Валль, – Алес, ты?..       – Я там не буду нужен, – качнул головой демоноид. – Лучше здесь делами займусь, пока вы гуляете.       – Как скажешь, – согласился Валль, закрыв за нами дверь, и открыв следующую.       Мы оказались в достаточно большом ангаре-складе, в котором стоял транспорт, а так же куча коробок и контейнеров. Но я не рассматривал содержимое, а синхронизировался с потоками энергий данного мира, попытавшись скользнуть и в его энерго-информационное пространство, но мне ясно дали понять, что пока я чужак, и доступа нет.       – Какой интересный живой мир, – хмыкнул я, спокойно приняв отказ. – За ним явно кто-то присматривает из так называемых богов.       – Да, есть здесь такая сущность, – согласился со мной Валль. – Спокойная и не агрессивная. Благодаря ее вмешательству, на этом осколке нет войн вот уже несколько тысяч лет, так что мы не видим смысла вмешиваться в ее работу. Так же, как она не вмешивается в нашу.       – А вы знакомы? – поинтересовался я.       – Нет. Просто ощущаем присутствие. Но если вы договоритесь об общении, не вижу в этом ничего опасного.       – Хорошо, – удовлетворенно кивнул я, и теперь уже прицельно обратил внимание на транспорт.       Все «машины», явно летающего плана, были приятно обтекаемыми, и разнились только цветом и размером. Я уже собрался залезть внутрь, но Валль пригласил нас пройти в помещение, где кроме стола с продвинутым компьютером на виртуальной основе, стояли только стулья. Валль присел за стол, а мы, втроем, разместились рядом. Что делал цеарр, я не знал, но спустя десять минут, он обернулся к нам.       – Давай свою идентификационную карту и банковскую. Будем тебя легализовать. Аралан, ты тоже.       – А мне такой набор не выдали, – спокойно произнес Ар, а я, хлопнув себя по лбу, создал ему реплику своего портмоне. – А теперь выдали, – хохотнул он, достав свои карты.       – Так как мы в очень непростом, но толерантном ко всем существам мире, то я не буду вас просить сменить имена. Какую расу кому вписывать?       – Человек и сайнар, – отозвался я.       – Медицинское обслуживание вам требуется? Ну, вроде страховки?       – Пусть будет, чтобы не выделяться, – согласился я. – По человеческому типу, – Валль кивнул. – А права нам выдадут?       – Только после прохождения обучения, – отмахнулся Валль. – У вас будет свой транспорт, или подать заявку на покупку?       – Все свое, – хмыкнул я, вспоминая, сколько у меня техники в пространственных карманах.       – Отлично. Я переслал вам программу обучения вождению, просмотрите потом, на досуге. А так же свод законов и прав. Если коротко, то насилие, убийство и рабство не приветствуется, но это только на данной планете. В других мирах подобное может встречаться, поэтому, если раба привезут из другого мира, то здесь он не получит свободу.       – Как я понял, эта Земля похожа на мою, разве что чуть более продвинутая, чем та, где я родился в последней жизни.       – Да, что-то где-то так. Здесь даже есть кластер поселения с русскоязычным населением.       – Да ты что?! – я приятно удивился. – А можно мне туда? Если там менталитет такой же.       – Дерех, – насмешливо посмотрел на меня Валль. – За эти века, пока мы были на алларе, я выучил тебя настолько, что вообще могу вопросов не задавать. Поэтому можно, нужно, и именно в том участке планеты я тебе и подыскиваю дом. Такой подойдет? – взмахом руки повернул он ко мне виртуальный экран, показав трехэтажную усадьбу, с кучей дополнительных построек. – Семь тысяч квадратных метров только особняк. Дополнительные помещения еще на двадцать тысяч квадратов. Общая площадь – десять квадратных километров. Имеется сад, лес и озеро. Находится в трехстах километрах от города. Я оформил найм на сто лет, но можно и выкупить.       – Выкупай. Мне есть что продать в этом мире.       – А точнее?..       – Самое простое – металлы и материалы. При надобности – технологии и артефакты моего производства. Могу продать и транспорт любого назначения, от аэрокаров до лайнеров и истребителей.       – Тогда арендую тебе и площадку для продаж твоей техники, – сам себе кивнул Валль. – Технологии придержи, у нас и своего хватает. Металлы и материалы... Думаю, спрос будет. У нас здесь несколько счетов с достаточным количеством средств, и все их я привязал к тебе. Не потратишь, даже если решишь купить себе парочку миров. Хотя не советую.       – Валль, я иду сюда для работы с отрядом, – вздохнул я. – Это все, что мне надо. Продажи, как таковые, нужны для того, чтобы я не чувствовал себя содержанцем.       – Чушь, конечно, но это твое право, – согласился Валль, после чего открыл выдвижной ящик, достав пачку купюр, положив ее на стол. – Разделите пополам, и положите в портмоне, – порекомендовал он. – Купюры будут реплицироваться, ничем не отличаясь от настоящих. но для крупных покупок советую все же использовать карту.       – Учту.       – Ну что ж, поздравляю вас с покупкой дома и легализацией на Ланибре. С этого момента вы являетесь полноценными жителями. В данном мире нет стран как таковых, и границ между ними. Вы можете передвигаться по всей поверхности, исключая секретные полигоны. Но программа любого кара настроена так, что при приближении к таким местам, вы будете получать предупреждение, а так же будет происходить отклонение от курса, если не будет получен доступ.       – Отлично. Ну что, полетели? – я встал.       – Да. Можно и лететь. Маша, поведешь?       – С радостью, – девушка вскочила со стула и тут же скрылась за дверью, а мы последовали за ней.       Полет был недолгим, и очень быстрым, так что я, хоть и устроился у окна, но все что смог рассмотреть, это гигантские города, которые мы облетали, чтобы не вливаться в городской трафик. Не знаю, над какой частью планеты мы летели, карты у меня не было, но количество зелени удивляло и радовало. А еще радовал спокойный эмофон планеты, по которому явно читалось общее удовлетворение разумных своей жизнью.       – Сейчас я тебя познакомлю с Давином, – обернулся ко мне Валль, когда мы влетели в город, – И все остальное будешь решать с ним. По смертникам, имею в виду. Марию оставлю с тобой, пусть девочка отдохнет. Заодно и поможет тебе освоиться.       – А ты?       – А что я? – не понял Валль. – Ты и без меня разберешься. Мне здесь делать нечего.       Я только плечами пожал, мысленно соглашаясь с ним.       Кар сел на крышу здания, и тут же погрузился в ангар, а мы направились к лифту, в котором Валль приложил свою идентификационную карту к считывателю, а после протянул мне руку:       – Карту дай. Данное здание ты будешь посещать часто, я тебя внесу в базу данных, чтобы ты не нуждался в сопровождающих.       – А куда и зачем мы прибыли?       – Это, так называемый, «последний приют», данного участка планеты. Корпорация, которая занимается умерщвлением и криогенной заморозкой тел. Все они связаны в одну систему, так что данные ты получишь в своем офисе. Давин кто-то вроде моего старшего менеджера, ну и твоего теперь тоже. Хороший харман, умный и преданный.       – Харман? Не человек?       – Особой разницы ты не увидишь, – качнул головой Валль. – Глаза чуть больше, нос тоньше, и полное отсутствие волосяного покрова.       – Понял тебя, – кивнул я, выйдя из лифта следом за СКИПовцами, практически тут же наткнувшись на описанное Валлем существо, что ожидало нас.       – Приветствую. Вы с проверкой? – на чистейшем русском произнес Давин, и я удивился тембру его голоса, певучему и достаточно высокому, так что, даже было не понять, женщине он принадлежит или мужчине.       – Харманы гермафродиты, – на темно-мировом произнес Валль. – Экскурс в биологию данных индивидом нужен?       – Только если тела, которые ты мне предоставишь, будут иметь отношение к этой расе, – на том же языке ответил я.       – Сам посмотришь. Давин, это Дерех, – представил он меня. – Ему понадобятся разумные из смертников, или уже обработанные тела. Считай, что на некоторое время я ему передаю управление всей корпорацией. Предоставляй ему всю информацию, как мне. А, да, еще. Возможно, Дерех заинтересуется некондиционными жителями. Он хороший мастер плоти.       – Я все понял, – согласился Давин, и тут же обратился ко мне: – Идем, я решу все твои вопросы.       – Сами теперь со всем разберетесь, – Валль прикоснулся к коммуникатору, собираясь уйти, но потом взглянул на меня. – Создай точку привязки в данном здании. Сумеешь?       – Да, – согласно кивнул я, последовав его совету. – Сделал.       – Все, до встречи.       – До встречи, – кивнул я, и Валль тут же исчез.       – Прошу, твой кабинет, – Давин приложил свою карту, и дверь отошла в сторону, впустив меня в просторное помещение с панорамными окнами. – Устраивает? Или стоит переделать?       – Если мне что-то понадобится изменить, я это сделаю сам, – предупредил я, осматриваясь.       Помещение кабинета было довольно большим, в пастельных тонах, не раздражающих глаз: светло-бежевые стены, диван и кресла с таким же светлым покрытием, выделялся только стол из темного дерева, явно показывая, где мое главное место, и такое же темное кресло за ним. Никаких бумажных документов или книг не было, на столе только слегка возвышался терминал, который разворачивался в интерактивный компьютер. В закутке, за приоткрытой дверью, находилось что-то вроде мини-кухни, а чуть дальше была плотно закрытая дверь. Я открыл ее, удивленно хмыкнув, обозрев устроенную за кабинетом небольшую квартирку.       – Неплохо живут некоторые, – пробормотал Аралан.       – Теперь здесь будем жить мы, – отозвался я, а после повернулся к Давину. – Дай мне, пожалуйста, всю документацию по имеющимся, пока еще живым смертникам. По всему миру. Мне нужно подобрать сто сорок два вместилища.       – Какие предпочтения? – Давин развернул виртуальный экран коммуникатора. – Я могу рассортировать имеющийся контингент.       – Даже так? Отлично. Мне нужны мужчины, можно даже осужденные, примерно такой комплекции, – указал я на Аралана. – Если у них имеются умения и спецификации, меня это устроит. Наличие имплантатов или отсутствие конечностей и органов не волнует. Но, если среди них есть те, кого вы называете некондиционными, то я их лучше вылечу, чем буду использовать, – я задумался.       Мой запрос был достаточно расплывчатым, поэтому уверенности в том, что сразу подберу все, что нужно, не было. В любом случае, налаживание коммуникации с приданным мне «секретарем» будет происходить не один день, но в конце концов, мы поймем друг друга, и дело пойдет на лад. В один день подыскать все то, что мне требуется, я даже не надеялся. Все равно не спешу никуда, и следует сначала принять и понять систему работы «последнего приюта», а только потом включаться в отбор тел для моих ребят. К тому же, я собирался набрать здесь небольшой отряд, который после заберу с собой. Ведь осужденный здесь, может быть мне полезен в моих мирах, именно в том качестве, в котором здесь не приглянулся.       – Дерех, если я тебе пока не нужен, то пойду, прогуляюсь с Марией, – осмотрев мой кабинет и поставив конструктивный щит на отданные мне помещения, Аралан решил не маяться от безделья, а заняться тем, что умел – социализироваться в данном мире.       – Отличная идея, – согласно кивнул я. – Мне твои исследования будут в тему. Маша? Ты не против?       – Сама очень хотела подобное предложить, – согласно улыбнулась та. – Заодно, может быть запишу твоего друга на пару курсов.       – Да, занимайтесь тем, чем пожелаете, – кивнул я, получив от помощника первые файлы и погружаясь в работу.       Давин меня удивил. Он не стал делать выборку файлов, как я предполагал, просто создал таблицу, где были собраны все имеющиеся на данный момент живые «смертники», разбросанные по всему миру. Первая строка касалась тех, кто подал заявку на прекращение жизни по собственному желанию из-за физических или ментальных проблем. Вторая – тех, кто был осужден на смертную казнь. Третья – рожденные искалеченными. Ну и четвертая строка касалась имеющихся в криохранилище уже бездуховных тел. К данной таблице прилагалась форма поиска по данным: вес, рост, физические данные, умения. То есть, харман не стал полагаться на свою эмпатию, а дал разбираться со всем мне самому. Но при этом подал все так, что мне особо и не пришлось напрягаться, чтобы выискивать нужные файлы. То ли система была так настроена сразу, то ли усовершенствована прямо при мне, но такой подход мне понравился. А особо понравилось то, что каждый файл был снабжен ссылкой на полную характеристику объекта.       – Да уж, здесь не один день придется рыться... – пробормотал я, понимая, что в таблице, на данный момент, собрано около тысячи разумных, исключая криогенную камеру. – Здесь только люди, или все расы? – обернулся я к Давину.       – Все, кто поступил в «последний приют» по заранее подписанному контракту, или отданные судами, расположенными на Ланибре. Я могу предложить свою кандидатуру для работы с данным списком, если получу полные данные по поиску.       – Ну что ж, работай, буду подсказывать, – согласился я, передав ему свое «директорское место», пройдя к кофеварке, чтобы сделать себе кофе. Хотелось попробовать местный напиток, а не тот, что таскал с собой. – Для начала, отбери мне ветеранов. Тех, кто был задействован в каких-то войнах или стычках, если такие были в других мирах, возле вашей планеты, или на ней. Короче, любых бойцов, неважно, увечные они или осужденные. Их физические параметры так же неважны, – я присел на диван. – Как и раса. Антропоморфность тоже не имеет особого значения. Как и уровень агрессии, если таковой параметр у вас имеется.       – Готово. Мы имеем шестьсот двадцать восемь особей.       – Закажи их отправку в мой дом. Координаты есть?       – Да, получены, – кивнул Давин, из чего я понял, что не только язык, но и жесты присущие менталитету людей данного кластера ему знакомы. – Предложу отправлять с охраной, и заранее подготовить помещение для содержания. Есть вероятность того, что некоторые решат устроить побег.       – Нет, никакой охраны, – качнул головой я. – Как и никаких казематов. Лучше пусть те особи, которые имеют судимость и могут сбежать, будут погружены в сон. Насчет помещения... Как думаешь, в моей усадьбе есть казарма?       – Есть, но на меньшее количество разумных. Можно быстро переделать несколько помещений.       – Временных, – тут же согласился я. – Когда прибуду к себе, сам там все перестрою.       – Заявку отправил, – согласился Давин. – Как на постройку, так и отправку выбранных особей.       – Отлично, – я наслаждался густым ароматом и приятным вкусом кофе. – Далее. Тех, кто подал заявку на лишение жизни по здоровью, но не является бойцом... У вас, в данном здании, они смогут поместиться?       – Вполне, – согласился Давин. – Таких двести шестьдесят три разумных.       – Перешли им сообщение, что с сегодняшнего дня появилась возможность лечения любых физических недостатков и болезней. Я буду принимать от десяти разумных в день. Лечение бесплатное, но с контрактом. Позже объясню. Так же, дай в мировую сеть рекламу, или как оно у вас называется, о том, что я берусь лечить любые физические недуги, которые у вас не лечат, и за которые придется отплатить. Моя стоимость такого лечения, что смертников, что тех, кто еще не отчаялся – столетний контракт в моем мире, с возможностью остаться там на постоянной основе.       – Столетним? – переспросил Давин.       – Да. Мне нужны разумные для жизни в моих мирах. Естественно, я понимаю, что продление жизни до бесконечности, у вас не распространено широко, но я предлагаю эти годы контракта, как дополнительные, к имеющемуся количеству лет.       – Ты получишь множество запросов от пожилых разумных, – задумчиво пробормотал Давин. – Многие хотят пожить подольше.       – На это и надеялся, – согласно кивнул я. – Но переселения семьями не будет. Я не хочу опустошать данный мир. Кстати, столетний контракт может быть подписан разумными любого пола и расы.       – Только неизлечимые болезни и разумные возраста свыше ста двадцати лет, – под нос пробормотал Давин, а мне пояснил: – Средний возраст смерти людей в этом мире – сто сорок лет.       – Хорошая у вас медицина, – хмыкнул я. – Так. Дальше. Все, кто не вошел в первую и вторую категорию. Осужденные, не являющиеся бойцами, больные ментально и духовно, и все остальные, это, примерно, сто пятьдесят человек, так?       – Сто двадцать восемь.       – Отлично. Кто-то из них обладает какими-то умениями экстра класса?       – Есть несколько мастеров, которые слишком увлеклись совершенствованием своих умений и перенапрягли разум. Они получили нарушение нейронных связей, которые пока мы не можем излечить. Валль собирает подобных разумных, и лечит их бесплатно, используя все свои возможности, но в данном случае его умения бесполезны. Таких – восемь человек.       – Хорошо, я посмотрю их отдельно. Как и тех, кто остался. Попробую помочь. Всех, кто окажется для меня бесполезен, я не буду брать. Далее. После того, как проведу смотр живых, мне придется дополнить нужное количество разумных теми, кто в криосне.       – Сколько нужно?       – Примерно сотня. Будет?       – Боюсь, что столько тел у нас не хранится.       – Ладно, это проблему решим позже. Как часто к вам попадают заявки или осужденные на смерть?       – Примерно два-три разумных в декаду, по всей планете.       – Тогда все заявки сразу отправляй мне на коммуникатор. Есть данные?       – Да, Валль вписал тебя в нашу структуру, и у меня есть с тобой связь.       – Отлично, – я допил кофе, понимая, что предварительную работу сделал, и больше мне здесь оставаться незачем.       Ментально связавшись с Араланом, я объяснил ему, что направляюсь в усадьбу, и получил ответ, что он пока остается в городе. Мне это было на руку. Беря с собой Аралана я больше всего опасался того, что не смогу найти ему дела по душе, и то, что тот занят, мне очень нравилось. К тому же, Ар своими прогулками брал на себя все моменты, связанные с внедрением и социализацией в данном мире. Ведь все, что узнавал он, я мог получить при ментальном считывании, не отрываясь от дел, которыми собрался заниматься.       – Я получил сообщение, что партия в сто разумных из первого списка доставлена в особняк, – вмешался в мои мысли Давин. – Но, так как дом, который ты купил, продавался без персонала, то хочу уточнить, кто может понадобиться.       – Сначала нужен будет минимальный персонал для обслуживания особняка, – пожал я плечами. – Потом перейдем на самообеспечение, но те, кого ты наймешь, должны быть знакомы с работой Валля не понаслышке, и готовы к разным странностям, которые будут происходить в доме, – сразу предупредил я. – И это касается не только магии и работы с энергиями. Как ты понимаешь, тех, кого вы мне передаете, являются смертниками, и персонал должен быть готов к тому, что будут и трупы.       – Я закажу установку блока утилизации, – спокойно отозвался Давин. А я только хмыкнул. Слишком спокойно харман относился к смерти.       – Утилизация не понадобится. Я сам разберусь с телами, если те будут, – я замолчал, не зная, как правильно задать вопрос. – Скажи, а насколько моя работа, которую я собираюсь провести, вписывается в нормы жизни вашего мира? – мне с трудом удалось сформулировать то, что интересовало на данный момент.       Давин тоже ответил не сразу, видимо, подбирая слова.       – Данный мир непрост сам по себе, – наконец, произнес он. – Не знаю, во всех ли мирах, которых работает, Валль открывает свои умения, но здесь нет смысла что-то скрывать. Мы знаем, что он курирует Ланибру, что имеет выход в пространство других миров, не доступных данному кластеру... Но, думаю, ты спрашиваешь о знаниях рас, которые имеют доступ на нашу планету?       – Да. И я спрашиваю не о лечении, а о том, что собираюсь делать с поступившими мне в распоряжение разумными. О переселении душ, которое собираюсь устроить для некоторых.       – Разумные данного кластера не только верят, но и знают, что переселение душ возможно, – мягко улыбнулся Давин, – Поэтому у нас так распространено избавление от оболочки, которая не устраивает. Это даже религией назвать нельзя. Скорее, это не вписанное в свод законов право разумного на личный выбор жизни. Конечно, чтобы узаконить данное право, Валль ввел данную возможность и в подобие религии, которая является основной на Ланибре. И, чтобы не было повальных самоубийств, очень четко прописано, что при самостоятельном избавлении от оболочки, или исполнении такого права в «последнем приюте», тот, кто управляет душами, будет рассматривать каждую смерть и судить выбравшего легкий путь разумного. В большинстве случаев тот, кто выбирает путь ранней смерти, получает худшую судьбу, чем та, которая была ему дана в этой жизни. Но иногда можно получить в дар и лучшую жизнь.       – Это верование или знание? – уточнил я.       – Верование на уровне знания, – запутал меня Давин. – Те, кто близок Валлю, точно знают о переселениях душ и о том, что могут получить со смертью. Те, кто далек – просто верит. Так что, не думаю, что то, что ты делаешь, будет воспринято остро. К тому же, я направлю к тебе в усадьбу тех разумных, которые точно знают, как работает реинкарнация данного кластера.       – Ох, как же мне интересно покопаться в вашей религии и вере, а точнее в тех законах мироздания, которые у вас работают... – я потер ладони, понимая, что Давин прав. Мир очень непрост. – Но то, что меня не сочтут маньяком, мне уже нравится.       – А ты действительно собираешься переселять души? – внезапно поинтересовался Давин, и этот вопрос меня словно молотом по голове огрел.       – А Валль тебе не сказал? – безмерно удивился я.       – Он сказал, что я должен исполнять твои приказы, как его собственные. Но я предполагал, что ты будешь править сознание тех, кого берешь в особняк, или пользоваться их телами, как пользуется отряд Валля...       – Буду с тобой откровенен, – я нахмурился, понимая, что Валька подбросил мне поросенка, притом огромного. – Часть из тех, кого я выбрал, останутся при своих душах, а часть я буду использовать как оболочки для душ, которые принес с собой. И, чтобы не было домыслов, уточню. Всех, кого я вселю, обязательно заберу с собой, после того, как обучу всему, что им будет нужно для жизни. Обещаю, что ни один разумный с вселенной в выбранную оболочку душой, не выйдет из моего особняка без разрешения Валля. К тому же, все, кого я принес и вселю, были моими бойцами, уважающими жизнь и свободу разумных. Валль не впустил бы меня в этот мир, если бы не был уверен в адекватности тех, кого я собираюсь здесь обучать.       – Я верю Валлю, – кивнул Давин. – А значит, верю и тебе.       – Кто меня отвезет в мой дом? – завершил разговор я.       – Могу помочь тебе с этим, – вызывался Давин. – Но предположу, что тебе будет лучше обучиться водить транспорт.       – И как долго идет обучение? – поморщился я.       – Для тех, кто имеет встроенные чипы, у нас есть набор программ, что имеют мгновенное усвоение. У тебя есть доступ к нашей сети, но не советую пользоваться бесплатными версиями. Вирусы, – он развел руками. – И эти вирусы нарушают нейронные связи.       – Дай мне нужный пакет, или продай, – согласился я.       – Сейчас принесу, – кивнул Давин, и оставил меня в одиночестве.       А я как-то внезапно понял, что многие из тех, кто болен психически, могли просто поймать вирус в бесплатных программах и из-за этого лишиться разума. Захотелось сразу войти в сеть и почистить ее, но Аралан, будучи со мной на связи, сразу же вмешался в мой мыслительный процесс:       «Не стоит. Эти вирусы были специально внедрены командой Валля, а те, что появились без него, тоже находятся на контроле. Так что не думаю, что Валль будет тебе благодарен за чистку сети».       «Зачем ему это? – удивился я. – Хочет на всем зарабатывать?»       «Ну, оплата не такая уж и большая, чтобы не суметь купить навык. Но ему это зачем-то нужно. Мария рассказала об этом. Так что, лучше не вмешивайся».       «Хорошо», – подтвердил я.       Конечно, желание подчистить и усовершенствовать мир, в котором оказался, никуда не делось, но я, перебираясь сюда, был согласен с «жилищными» условиями, и будучи не хозяином, а гостем, смирился с тем, что Валль знает, что делает.       К моменту завершения разговора с Араланом, вернулся и Давин, протянув мне чип, который помог установить в коммуникатор. Я тут же получил запрос от искина титана о появлении новых программ, слабо совместимых с моим сознанием, и позволил их адаптировать, в течение десяти минут получая и обрабатывая терабайты информации. Харман, как я понял, мне решил сгрузить весь набор программ, используемых в данном мире, чтобы я не нуждался в объяснениях смертных. Так что с удовлетворением отметил и ссылку на религии данного мира. Но вот чего не ожидал, так это основ химии и физики данного пространства, словно он мне, как школьнику, давал программу обучения. Правда, когда открыл физику, любопытствуя, какие формулы мне придется изучить, сразу заметил выделенные красным ссылки, осознав, что мне подчеркнули отличия данного мира от остальных. А потом чуть не хлопнул себя по лбу, понимая, что этот набор идеально встроится на пустое сознание тех, кого я буду переселять.       – Мне кажется, Валль не знает, какой ты ценный сотрудник, – похвалил я Давина, понимая, что тот для меня сделал.       – Он знает, – не согласился со мной тот. – На Ланибре находится только трое разумных, не состоящих в его отряде, которым он полностью доверяет. И я один из этой тройки.       – И чем же он поощряет твою преданность? – мне было интересно, как Валль компенсирует такой высокий статус.       – Я имею право на все, что пожелаю, – чуть пожал плечами Давин. – И, если бы мы, его соратники, захотели, то могли бы разделить планету на троих. Но Валль умеет выбирать тех, кто служит и берет ровно столько, сколько нужно для служащего и его семьи.       – Что ж, уважаю и его, и твой выбор, – согласился я, и тут же попросил: – Побудь для меня спутником, пока я буду вести кар к своему поместью.       – Конечно, – согласился тот, направившись на выход. – Но не думаю, что программа даст сбой.       – На всякий случай, – попросил я. – К тому же, я хочу задать тебе еще несколько вопросов. И да, не мог бы ты мне найти подобного себе секретаря, который бы был со мной рядом, на всякий случай.       – Я заказал тебе такого в персонал, – кивнул Давин. – Как заказал десяток поваров, три десятка охранников, которые будут смотреть за периметром, и несколько разумных, что будут следить за порядком. Сейчас строители начинают возведение дополнительных казарм, но если хочешь, я включу их в список, чтобы они были на подхвате.       – Нет. Не нужно. И скорее всего, не нужно будет и охраны.       – Охрана нужна не для того, чтобы выбрались, а чтобы не забрались, – хмыкнул Давин.       – Вот как!.. – я удивился. – Это очень хорошо, что вы цените любопытство молодежи, не останавливая его ничем, кроме охраны объектов.       – Для развития, мир должен быть любопытным, – согласился со мной Давин, садясь на соседнее сидение. – Валль давно дал понять, что учить нужно на собственном опыте, хотя раньше, мы и пытались контролировать подобные стремления.       – Уважаю, – согласился я, подняв кар в воздух, осознавая, что программа, которую получил, прекрасно встроилась, не конфликтуя с параллельными умениями. Я просто выучил еще один вид транспорта. – Слушай, пока мы летим, ответь мне на вопросы по данному миру. Я заметил, что мы пересекли один континент, пока долетели сюда, но не увидел никаких резких изменений в природе. У вас везде так? Зелено, и нет колебаний погоды?       – Валль полностью терраформировал данную планету, – согласился Давин. – Чтобы не было перепадов температуры, мы накрыли Ланибру дополнительным электромагнитным куполом, оставив неизменными только ледяные полюса, на которых и устроили космопорты.       – Умно, – согласился я, понимая, что через купол не проникнет никто лишний, а на полюсе, при низкой температуре, можно выжить только в космопортах.       – Это перекресток, – пожал плечами Давин. – Валль с помощью своих технологий облагородил данный мир, чтобы вместить двадцать миллиардов жителей. Правда, из заявленного числа, проживает только пять миллиардов, но у нас в кластере есть нестабильные планеты, и мы готовы, в случае чего, принять дополнительных жителей. Постепенно идет облагораживание и формирование остальных миров, входящих в конклав. Перекресток расширяется... – он вздохнул, явно не одобряя идею Валля.       – Есть какая-то проблема? – поинтересовался я.       – Агрессия миров, которые вливаются. – Нам приходится некоторые подавлять, показывая, что мы мирный конклав. И защищать те миры, которые попали под агрессию захватчиков. Расширять щиты на дополнительные системы и галактики, довольно сложно.       – Валька мне ничего такого не говорил, – удивился я, дернув ниточку связи с Араланом. – Но если нужно, то я окажу помощь.       – Я ему скажу, что у тебя есть такое желание, – согласился Давин.       – Пока я здесь, можете мною пользоваться, – хмыкнул я.       – Мы примем во внимание твои слова, – произнес Давин, а я дернул руль от неожиданности, понимая, что со мной связался хранитель данного мира. И только лишь данного, или всего кластера?..       – Я всегда рад помочь тем, кто творит подобное, сохраняя жизнь, – выправив полет и справившись с голосом, произнес я. – И, если можно, общайся со мной без посредников. Я не враг тебе.       – А я и не посредник, – весело улыбнулся Давин. – Я – часть.       – Можно было сказать это с самого начала, – хохотнул я. – Валль знает?       – Догадывается, но напрямую я с ним не говорил. Для него я остаюсь всего лишь мирно настроенной силой, которой позволяю ему управлять, расширяя свои возможности.       – Если тебе не хватает силы, я могу тебе ее дать. Скажи как.       – Мне достаточно твоего позволения, чтобы воспользоваться, – внимательно посмотрел на меня Давин, и я кивнул, ощутив довольно плотный канал, который образовался между мной и сущностью данного кластера.       Отток пошел, но я не сказал бы, что массивный. Бог, или же полуоснова, что хранила данные миры, прекрасно знала, как забирать энергию, не истощая, и получая при этом максимальную пользу от полученного. А я просчитал, что при таком оттоке, смогу его поддерживать все то время, пока нахожусь здесь, будь это хоть сотня лет.       – Ты осознаешь, какой объем энергии сможешь мне дать за эти годы? – чуть насмешливо спросил меня Давин. – Мне хватит, чтобы еще одну систему создать.       – А ты не создавай, а укрепляй то, что нужно, и копи, чтобы иметь право на расширение щитов, – отозвался я, направив кар на посадочную площадку.       – Когда у тебя будет желание пообщаться, звони, – согласился Давин, после чего исчез, использовав какую-то свою технику, отличную даже от порталов Валля.       А я, оставшись в одиночестве, вышел из кара, осматриваясь, заметив, как ко мне спешно идет высокое стройное создание, чем-то напоминающее альда. И, не став ожидать его возле транспорта, пошел навстречу.       – Добро пожаловать домой, сат Дерех, – слегка поклонившись, произнес разумный. – Мое имя, если захотите его запомнить, Баркайт.       – Захочу, Баркайт, – кивнул я в ответ. – Ты мой секретарь?       – Сат Давин сказал, что я смогу занять эту должность при нужном рвении.       – Считай, что уже занял, – согласился я. – Это усадьба? – указал я пальцем на виднеющееся за деревьями трехэтажное здание, больше всего походящее на дом для хозяина поместья.       – Нет, это, позвольте поправить, летний дом. Усадьба находится немного дальше. Прошу, – Баркайт открыл овал портала, – мы перенесемся сразу ко входу.       – Не стоит, – мотнул я головой. – Хочу прогуляться по поместью. Но ты, если хочешь, иди.       – Я, с вашего позволения, буду рядом, – снова поклонился тот.       – С моего позволения, прекрати меня называть сатом, выкать и кланяться, как хозяину, – попросил я. – Мне это не нравится.       – Я постараюсь, сат, – очень тихо произнес тот последнее слово.       – Расскажи, где здесь и что, если уже знаешь, – предложил я, смотря по сторонам.       – Мы находимся в бытовой части поместья. Справа – склад, слева – сторожка для охраны данного участка двора. Я, с вашего позволения, уже распределил смены.       – С моего позволения, давай без «позволения», – сделал я кавычки пальцами. – Мне не нравится подобное раболепство, даже если тебя учили именно этому. Постарайся на будущее, перешагнуть через данное преклонение.       – Я всеми силами буду стараться убрать из своей речи подобное, – снова поклонился Баркайт. – Но наша раса поставляет миру Ланибры служителей, и мне будет сложно сразу принять ваши правила для исполнения.       – Я подожду.       Кивнув, я оглянулся на стену, ограждающую мой участок, удивленно отметив, что она не кирпичная, а из каких-то полимеров, так как нереально гладкая. Забор из материала, не знаю какой толщины, поднимался метра на три, и сверху был покрыт не стеклянными, а металлическими, невероятно острыми иглами. Обалдеть. И почему-то с такой стеной нужна охрана? Насколько же любопытная молодежь этого мира?       – Спереди, как... ты видишь, находится летний дом. Он у озера, и не снабжен утеплением. Справа – озеро, слева – лесные угодья, размером в два квадратных километра. При желании, можно завезти в них животных для охоты.       – Не стоит. Я не охотник. Данный дом мне нужен для обучения своего отряда, – решил я быть честным с Баркайтом. – Часть из этого отряда обретет новые души, и будет вести себя как сборище младенцев во взрослых телах. А значит, мне понадобятся няньки. Охрана сможет справиться с этим?       – Вполне, – кивнул мой секретарь. – Нам даны обширные указания, и мы готовы к очень многому.       – Прекрасно, – мы прошли «летний домик», который был размером с хороший дворец, и я, наконец, увидел копошащихся возле возводимых зданий строителей. Леса вокруг уже готового корпуса еще не убрали, но люди в робах шуршали вокруг, явно завершая работы. – На скольких человек рассчитаны данные казармы?       – Триста человек каждая. Есть еще две по сотне, те, что были изначально.       – Комнаты?       – Нет, помещение не разделялось, – растерялся Баркайт. – Не было такого указания.       – Пошли тогда разделять, – предложил я, кивнув строителям, что были у входа, вступив на уже отмытую лестницу, чтобы пройти на верхний этаж.       – Может, стоит позвать строителей, простите за вопрос, – стараясь справиться с собой, все же дополнил Баркайт.       – Нет. Это уже моя работа.       Я поднялся на третий этаж, увидев огромное пространство, не перекрытое стенами, и единственную дверь, имеющуюся справа от лестницы. Заглянув, я увидел санузел на десять человек, и поморщился, понимая, что мне все придется перестраивать. Лучше бы сам все делал. В состоянии неконтролируемого бешенства, возникшего как-то внезапно, я, с помощью переноса, выставил всех строителей за пределы корпуса, закрыв его щитом, чтобы никто не бродил по зданию и вокруг, пока я буду его переделывать, и стер все, кроме самого корпуса и перекрытий.       – И стоило сюда гнать людей, – пробормотал я. – Нет, может быть, в этом мире данные правила для казарм и кажутся вам нормальными, но я хочу сделать все по-своему.       Баркайт, когда я начал чистить пространство, отшатнулся, но потом пришел в себя и принял, что я могу нечто большее. Строители же, выставленные прочь, поспешили убраться как можно дальше. Я буркнул Баркайту, чтобы тот оплатил их работу и материалы, но чтобы больше никто не мешался у меня под рукой, и вскоре даже самого секретаря рядом не было, чему я очень обрадовался, так как гнетущее ощущение подчинения от потомка альда было настолько сильным, что и меня подавляло.       Оставшись в одиночестве, я первым делом, укрепил стены щитом, и только потом начал делить пространство на комнаты рассчитанные на одного, двух и четырех жителей. Для этого пришлось менять даже расположение окон, но с этим я справился, решив использовать дополнительное расширение пространства только на санузлы, которые собирался установить в каждой комнате.       Имея полный доступ к силе своего личного источника, я не собирался экономить, сразу же создавая в комнатах все, что могло понадобиться тем, кто в них будет жить. Вспомнил с улыбкой, как обучал меня Мрис строить блоки конструктов еще на Земле, в собственных пещерах, я кидал подобные, выставляя нужную мебель сразу с наборами белья. Добавил так же кухню и столовый зал на каждый этаж, и продуктовый шкаф. Все три этажа оформил в подобном стиле, скопировав здание трижды, поставив рядом друг с другом, оглядев то, что сделал, уже снаружи.       К этому моменту появился и приглушенный повелением Баркайт. И это повеление так меня бесило, что я протер его личность от стремления повиноваться, как стекло от следов чьих-то жирных лап. И получилось. Баркайт с каким-то облегчением вздохнул, как волк, которого как пса посадили на поводок, и посмотрел на меня нормальным, не рабским взглядом.       – Благодарю, – уже без благолепности, а по своему желанию, склонил он голову.       – Где те, кого доставили? – спросил я, все еще находясь в каком-то странном бешенстве.       – В твоем доме, – отозвался тот. – Портал?       – Да. Давай, – коротко кивнул я, оказавшись в холле, где на корточках или у стены, расселись те, кого мне переслали. – Расскажи, кто это.       – Здесь – бойцы, те, кто решил уйти в перерождение из-за физической боли или увечий. Давин решил давать сначала тех, кого можно оставить без охраны.       – Хорошо, – я кивнул, осмотрев выданную мне сотню. – Кто хочет продолжить жизнь, если боль прекратится, и я смогу возвратить вашим телам ту подвижность, и мобильность, которая была до ранений? – повысив голос спросил я, осознав, что согласны все. – Что ж, мой запрос прост. Контракт на сто лет за излечение. При желании, возможно окончательное переселение в мой мир, с безлимитом прожитых лет. А так же выбор любого другого занятия, не только бойца.       Давин был прав, отправив мне именно этих ребят первыми. Отказавшихся не было. Все хотели жить, правда, жить полной жизнью, а не искалеченными. А для меня, вернуть им потерянное, было несложно. Я просто пожелал чтобы те приняли изначальные формы, и на пол со стуком начали падать импланты, заменяющие части тел, восстанавливая мой первый отряд до полной кондиции.       Кто-то неверяще смотрел на отросшие ноги и руки, кто-то просто – смотрел. Шрамы, отсутствие органов и конечностей я просто убрал, восстановив начальную форму. Но была и парочка тех, кто сожалел о потере имплантов, понимая, что стали слабее.       – На данный момент это то, что я могу вам дать. Но это не значит, что вы не станете сильнее. С моими тренировками и изменениями тел, через какое-то время каждый будет равен десятку самых лучших бойцов в экзоброне.       – И насколько нас изменят? – спросил один из тех, что не был рад потере имплантов.       – А тебе не все равно? – удивился я. – Ты вообще хотел лишить себя жизни.       – Лишить, а не быть кадавром, – буркнул тот.       – Я всегда могу предоставить смерть тем, кто не согласен с моим изменением, – произнес я. – И, чтобы не было больше вопросов типа этого, смотрите, – я повесил на стену коробку, открыв ее содержимое: – здесь находятся капсулы с ядом. Открыть этот шкафчик может каждый, по своему отпечатку пальца. Использовать яд можно только в пределах метра. Если отойти дальше – яд превращается в жидкость, которая не навредит. Отпечаток работает только если рядом стоит один разумный. Убить кого-то другого, подведя его к яду, не получится...       Я еще закончить экскурс в «коробку смерти» не успел, как один из бойцов, казавшихся мне стабильным, подошел к ящику, вскрыл иголку и ввел себе яд, упав у моих ног.       – Ну, вот как-то так, – пожал я плечами, открыв отделение под ящиком, опустив его тело вниз. А так как тот не подходил мне по параметрам, то даже не запустил криоген, чтобы сохранить тело. – Удерживать от смерти я не буду никого, но обещаю, что те, кто согласится быть со мной, не пожалеют.       Несмотря на то, что тела восстановились, еще двое шагнули к «ящику смерти», убив себя. Я просто молча смотрел на них. Один показался мне хорошим вместилищем, но заглянув в его голову, я понял, что там то, что я не смогу починить, разве что заменить, и не испепелил его тело только для того, чтобы провести эксперимент по возможной замене мозга. А когда решил посмотреть не на тела, как таковые, а на мозги, так как мне не понравились нейронные связи тех, кто ушел, то понял, что у всех так или иначе мозг поврежден. И это меня озадачило. Я знал, как должен выглядеть мозг нормального разумного, что в нем не должно быть стяжек из соединительной ткани. Но я не был Львом Робертовичем, и не мог работать с плотью на его уровне. Все, что я мог сделать, это начать излечение, восстанавливая связи и убирая ткани, которых в мозге быть не должно. Чем и занялся, вызвав многоголосый вопль боли от почти сотни разумных, чьи мозги я сейчас приводил в порядок. Быстро и качественно, но да, больно.       – Когда перестанут корчиться, отведи их в одну из казарм, – отдал я приказ Баркайту, а сам поднялся наверх, желая привести свои покои в надлежащий вид до того, как здесь появится Аралан.       Ар, ощутив, что я о нем подумал, тут же послал мне волну тепла, уловив в ответ мое удивление тому, что у тех, кого послали мне, мозг нарушен. И озадаченно показал, что так или иначе, нарушения есть у всех. И то же самое рассказал Марии, что была с ним. О чем они говорили, я не знал, но вернулся в связь Аралан еще более озадаченным.       «Я так понял, что мозг разумных подвергся изменениям специально, – растерянно пояснил он. – Эти изменения лишают агрессии... А значит, то ли Валль, то ли данное божество, специально делают подобное...»       «А те, кто не может принять себя вне агрессии, стараются себя убить»... – согласился я.       «Мария очень обтекаемо дала мне понять, что это не нашего ума дело, – пожаловался Аралан. – И что таких, кто выходит за рамки их выбранного мира, достаточно мало».       «И их мы заберем, – согласился я. – Но это искусственное продвижение расы, или рас... И я не могу помочь, так как я здесь гость».       «Зато ты нашел один из критериев, по которым следует отбирать разумных, – согласился со мной Аралан. – Не всех стариков заберешь. А то я чувствовал опасение, что многие пойдут за тобой».       «Уже и не знаю, чего боюсь больше, – вздохнул я, распластавшись на кровати в одной из комнат. – Того, что пойдут, или того, что не пойдут, измененные местным божеством».       «Я тоже узнал много интересного, – согласился с моей мрачностью Аралан. – И Мария знает не все. Я получил данные вместе с бесплатными программами».       «Которые без вируса, надеюсь?» – напрягся я.       «А вирус и есть изменение, только принять его не каждый может. Я расшифровал его посыл только благодаря искину альверсов. В любом другом случае, он просто бьет по имплантам и чипам в мозге, выключая их, и нарушая нейронные связи. Этот вирус создан явно не для данных рас. Его кто-то внедрил извне, и я не думаю, что это работа Валля».       «У меня появилась связь с местным божеством, так что разберемся, по ходу дела», – согласился я, прервав связь, и со вздохом поднялся на ноги, продолжив осмотр.       Здание самой усадьбы было очень большим, и я даже не представлял, что можно делать с таким количеством комнат, но потом решил, что мой отряд, те, кого внедрю в местные тела, будут жить именно здесь. Все же, хоть и лишенные памяти жизни, но это все же были мои души. Те, кто навсегда обрел отпечаток моего благословения, а значит, что и терять их нельзя.       Спустившись на первый этаж после осмотра комнат, я прошелся по подсобным помещениям, уловив вкусные запахи еды, заглянув в кухню, где трудились выданные мне повара. Там меня и нашел Баркайт.       – Люди, как ты и сказал, находятся в одной из казарм. Позволь мне уточнить кое-что, – я кивнул, и Баркайт открыл планшет на нужной вкладке: – Нам пока не хватает продуктов, я их заказал. Нужно взять на работу еще несколько поваров, для того количества разумных, что ты собираешься принять в своем доме. Так же, для тренировок, которые, как я понял, будут, не хватает полигона, а для бойцов нужна одежда и предметы первой необходимости.       – С тем, что нужно для кухни и столовой, которая будет принимать бойцов, разбирайся сам. Средств достаточно, – отмахнулся я, создавая конструкт, который передал Баркайту в виде рюкзака, а потом посмотрел на самого секретаря. – Скажи, у тебя есть базовая боевая и магическая подготовка?       – Да. Я смогу выполнять ваши задания и постоять за себя, – совершенно верно понял меня тот. – К тому же, я имею при себе парализатор, – повернулся он ко мне боком, показывая кобуру.       – Отлично. Значит так, берешь этот рюкзак, магический конструкт, который я прикрепляю к тебе. Даешь каждому такой в руки, у тебя останется исходный экземпляр. Здесь все предметы которые нужны для личного потребления.       Я прошел с Баркайтом в нижний столовый зал, на столе разложив все, что было внутри: пара комплектов нижнего белья, военная форма для тренировок, военная парадная, для выхода, комплект постельного белья, и несессер с предметами гигиены.       – Оружие и наборы для тренировок будут отдельно?       – Именно. На полигонах. Для того, чтобы обезопасить бойцов друг от друга, никакого оружия вынести с полигона они не смогут. Но... – я задумался, понимая, что кухонные ножи им предоставил, так почему бы не предоставить каждому свой собственный нож? И вложил конструктом небольшой складной тактический нож в рюкзак. – Когда все имеющееся будет выложено из рюкзака, его можно будет использовать как личную «стиральную машинку», – я хмыкнул. – Все грязное, ношенное, порванное на тренировках просто вкладывается в рюкзак и через пару минут достается в первозданном виде. Тебе придется это объяснить. Рюкзаки не нужно выносить из казармы. Все для тренировок, то есть тактические рюкзаки, будут выдаваться на полигонах. Так же объясни ребятам, что в каждой комнате есть свой терминал, где они могут работать в сети, сколько пожелают.       – Какой график им предоставить?       – График? – я удивился. – Первые десять лет обучения никакого графика. Тренировки будут начинаться в полдень и заканчиваться в полночь, с перерывом на обед и ужин. Все остальное время принадлежит бойцам. Они имеют право на самостоятельный выход из казармы. Подобные правила будут для всех. Тех, кто неуправляем, в моем поместье не будет.       – Разреши выполнять задание? – приняв все во внимание, спросил Баркайт.       – Да, иди. Скажи, если что, у меня есть связь с тобой?       – Не думаю, – задумался тот.       – Тогда держи, – я сбросил ему на планшет позывные своего коммуникатора, тут же получив ответные. – Когда прибудет следующая группа – позовешь.       – Давин сказал, что все готовы к отправке, ждем только твоего согласия.       – Так... – я задумался. – Давай также, по сотне. По схеме, о которой договаривались с Давином. Только подожди, сейчас свяжусь со своим напарником.       Я отправил запрос Аралану, и тот тут же ответил, что готов прибыть в любой момент. О чем я его и попросил. Связь уплотнилась, и Ар скользнул по привязке души, захватив с собой и Марию, оказавшись рядом со мной через секунду.       – Какой ты взъерошенный, – тут же покачал он головой, обняв меня, прижимая к себе. – Что не понравилось?       – Многое, – пробормотал я ему в грудь, облегченно вздохнув от того, как энергия, структурированная под меня, заполняет тело, вычищая то, чем я напитался в этом мире.       – А больше всего тебя бесят потоки, которые использует местная система, – согласно произнес Аралан. – Видимо, надолго тебя в этом мире оставлять нельзя.       – Только никому этого не говори, а то, в случае чего, выкрадут, – хохотнул я, наконец, повернувшись к девушке, что стояла неподалеку. – Мария, у меня есть сообщение для Валля. Запиши его пожалуйста.       – Готова, – тут же включила та запись на своем хронометре.       – Итак, я заметил, что у людей, которые здесь проживают, есть насильно внедренные изменения личности. Если это не ваши воздействия, то подумай, следует ли их менять у всего населения. Тех, кого я заберу с собой, я обязательно очищу от такого дополнения. Так же, не знаю, почему, но идет постоянное влияние электромагнитных импульсов на планету, и эти волны энергии подавляют и изменяют структуру сознания и разума, в конечном итоге приводя к полной деградации некоторых участков мозга населения. Если так и задумывалось, то вмешиваться не буду. Но свою собственную базу, которую создам из поместья, накрою куполом, чтобы никакого влияния не было. Сообщение завершено.       – Странно, – чуть нахмурилась девушка. – Я ничего подобного не ощущаю.       – Естественно. Ты же закрыта встроенным в ваш мозг чипом базы. Он защищает от любого ментального влияния, – фыркнул я. – Ни одного из вас, в каком бы теле вы ни были, заставить что-то сделать просто невозможно. Я с Валлем и Алесом около восьми веков находился рядом, так что тестировал их возможности всячески.       – Я обязательно передам ему то, что ты сказал, – согласилась Маша. – И, если тебе ничего сейчас от меня не нужно, то отправлюсь сию же секунду.       Я кивнул, и Маша ушла порталом, а я пригласив Аралана следовать за собой, поднялся наверх, где уже находилась следующая сотня прибывших.       Речь свою я решил не менять, произнеся то же самое, указав на тот же «ящик смерти», что висел на стене, но в этот раз ни один из прибывших не захотел уйти. Перед тем, как отправить их в казарму, я так же очистил их разум от вмешательства сторонней энергии, подправив нейронные связи и, чтобы не маяться от безделья, вышел наружу, осмотреть возможный полигон.       – Да, ты прав, – Аралан следовал за мной к пока еще пустой площадке и держал меня за руку, чтобы приток его энергии шел постоянно. – Я заметил, что все так или иначе, получили ненужное вмешательство.       – Да кто его знает, ненужное ли... – пожал я плечами. – Я еще не знаю, с чем столкнусь, когда парни проживут здесь какое-то время и адаптируются. Ар, помнишь, ты создавал нам тренировочный зал на алларе? Сделай здесь такую же полосу препятствий и такие же тренажеры под навесом. Только с учетом силы местных.       – Будет сделано, – согласился тот, поцеловав меня в макушку.       – А я пока наброшу на наш домик щит.       Поднявшись над поверхностью метров на пятьдесят, я увидел границы отданного мне кусочка местного пространства, начав плести щит. Пришлось его делать проницаемым для физических объектов, но с возможностью полной активации в случае тревоги. Опять мне помогли наработки Мриса, когда он мне правил базу на одной из планет моего мироздания. Но пришлось вплести в купол и защиту от энергии данного мира, заполнив ее своей, подходящей мне и моим эннэшше. В любом случае, займусь переделкой каналов тел тех, кто останется в моем подчинении. А потом, когда те получат моего симбионта, им и вовсе не потребуется подобная защита. Это я такой чувствительный, что получаю нежелательные удары по психике данными электромагнитными волнами, какую бы защиту ни поставил, а люди и другие расы, если у меня такие будут, легче станут переносить подобное.       Когда щит, наконец, встал над поместьем, даже дышать стало легче. Заодно я увидел как опускается следующий транспорт, и вернувшись, мельком отметив, что полигон готов, вошел в усадьбу, начав очередной цикл объяснений.       Бедный Баркайт за первые часы так набегался с рюкзаками и объяснениями, что пришлось дать ему в помощь Аралана, да и самому впрягаться. Благо, когнитивные способности бойцов не были нарушены, так что по два раза объяснять не пришлось. Но многое из того, что было доступно мне или Аралану, для местного населения казалось странным и необычным, несмотря на то, что данный перекресток был техно-магическим. Просто конструктивная работа с нитями пространства была неизвестной для этого мира, а материализация Валля, которую тот использовал в хронометрах, мало используемой, да и то, только для избранных. Поэтому, моя работа казалась им созданием чего-то из ничего, и слабо вписывалась в структуру мира. Думаю, если бы я работал своими конструктами по большему участку мира, то ко мне бы пришел Давин, объяснив, что так делать нельзя, хотя для работы и использовалась очень малая часть энергии.       В общем, чем-то мне этот мир напомнил своей «нежной и ранимой» энергетикой Нерею, поэтому я и работал под куполом. Но, уже созданное могло существовать и вовне его, так что я пополнил свой автопарк всей разновидностью техники, которую собирался использовать, подав запрос на увеличение рабочей зоны для получения трассы вокруг усадьбы. К тому же, для тренировок выставил пару десятков простых керров, которые создал для дар-кэй, установил закрытую зону для работы конструктами, и выделил расширенную подпространством зону для полевого ориентирования на местности, с возможностью виртуальных изменений участка под собственные потребности.       Еще раз осмотрев измененную усадьбу, я удовлетворенно кивнул сам себе, и направился в дом, получив сообщение, что Давин прислал первую сотню бойцов, приговоренных к смерти. Если на тех, кто прибывали раньше, мне пока было плевать, то эти вызывали интерес. Хотелось увидеть, за что они наказаны, и смогу ли я с ними работать. Ну, и самое главное, есть ли среди них те, кто мне подойдет для переселения душ.       Аралан, заранее предупрежденный, уже ждал меня у входа в дом, прикрытый непроницаемым куполом, чтобы никто не сбежал. Осторожность я все же решил проявить, хотя бы на начальном этапе.       – Приветствую на моей базе, – поздоровался я с прибывшими, заметив, что некоторые были в кандалах, видимо, как особо агрессивные. Ну, и чтобы наладить общение, убрал все оковы. – Мы решили устроить эксперимент по перевоспитанию, с возможностью социализации.       Я воспроизводил ту же речь, что и перед всеми, но одновременно просматривал каждого на уровне души, стараясь понять, чем каждый из них не угодил системе. И сразу заметил одно отличие, которое меня заинтересовало. Разум этих людей не был изменен. Да, я видел образования в их мозге, но они были гораздо менее выражены и не задевали поведенческие матрицы. Понимая, что своими руками стер у каждого, принятого мной, блок на агрессию и свободомыслие, я дал понять Аралану, что первое время, пока не найду с бойцами общий язык, могут быть всплески эмоций любой направленности, особенно агрессии. Но мы с ним не первый год занимались обучением и воспитанием бойцов, а Ар и вовсе был повелителем нескольких планет, так что особо никто из нас не переживал. Даже наоборот, заполучив этих ребят я понял, что имея не измененное сознание, они куда лучше понимают, что я собираюсь делать, и оказались в этом заинтересованы. Правда, не все. И те, кто показался мне необучаемым, я сразу перенес порталом в закрытое помещение, собираясь разобраться с ними отдельно. Остальные же вполне вписывались в мой психологический портрет настоящего бойца, так что я решил их расселить в казармы, как и всех остальных.       – Хочу задать вопрос, – когда я закончил информировать ребят, поднял руку один.       – Слушаю, – я кивнул.       – Мы, вместо смерти получаем столетний контракт, с полным излечением, с возможностью обосноваться на твоей планете. А что потом?       – Имеешь в виду, если не захочешь продолжать жить у меня? – хмыкнул я. – Да ничего. В зависимости от того, как ты будешь выполнять приказы, я буду вписывать твои решения в характеристику, которую заведу на каждого. И после этого воздам по заслугам. Кому денежным пособием, кому – дополнительными благами в виде продления жизни и некоторыми возможностями, с которыми можно будет выжить даже на безжизненной пустынной планете. К тому же, я сразу предупрежу, что моя военная подготовка и задания будут максимально подобраны под зов души. Например, ты хорошо умеешь управлять отрядом, и готов к самостоятельной работе, без руководства сверху. И я готов дать тебе все возможности для этого. Твой друг, с которым вы попали под пресс системы одновременно, прекрасно разбирается в технике, и в свое время держал в ведении весь твой аэропарк. Я ему могу предоставить ту же должность. И подобное касается всех, кто собран здесь. Конечно, я не позволю вам сбиваться в банды и мародерствовать, хотя, такие желания у некоторых и вижу... Но давайте я вам объясню все как можно доступнее. Вот ты, – я поманил к себе маньячно нацеленного на материальные блага разумного. – Вот скажи, для чего тебе нужно столько всего, чего ты хочешь получить?       Мужчина ненадолго задумался, а я в его мыслях увидел, что он хочет выкупить корабль и улететь со своей командой как можно дальше. Но дальше у него все свелось к тому, чтобы грабить.       – Чтобы иметь, – наконец, выдал он.       – Ну что ж, имей, – хмыкнул я, протянув ему мешочек с алмазами. – Я могу тебе дать все, что ты хочешь, и в том количестве, в котором хочешь. Кстати, это относится ко всем. Любые блага в любых количествах.       – И даже девки? – задал вопрос кто-то из строя.       – Бордель здесь тоже будет, – не стал отрицать я. – И все свободное время вы можете проводить там, если это не будет влиять на тренировки. Но у меня есть условие: три залета и смерть. Залетом я считаю как похмелье на тренировке, так и причинение вреда кому-то, особенно это будет касаться девушек. Насилие, изнасилование и воровство тоже к косякам относится. Неоправданное убийство будет караться мгновенно. Но все мои правила действуют только на время обучения. После начала контракта каждый сам выбирает себе судьбу.       – И тогда все будет можно?       – Именно, – согласился я, понимая, что те, кто не изменит свое мнение, не ступят на Нерею, и тем более не войдут в мои миры. Изменять стремление души – самое простое из того, что я умею.       – Ты много даешь, – задумчиво отозвался первый. – Но чем будешь брать?       – Будете выполнять мои задания, – пожал я плечами. – Мне нужны такие как вы. И, как и сказал, после обучения дам все, чтобы каждый имел столько, сколько хочет. А еще, я могу дать возможность получить самостоятельно все то, что пожелаете. Обучение этим умениям будет длиться дополнительные пару десятков лет, но после обучения вам не потребуется ничего кроме вашего разума. Вы все сможете сделать сами.       – Что именно «все»? – задал вопрос первый.       – Это значит действительно все. Что ж, не хочу быть голословным. Предлагаю всем пройти на полигон, – я открыл портал в тренировочное помещение для конструктивной магии, пропустив отряд смертников вперед. Что удивительно, тот мужчина, что первым завел разговор со мной, остался рядом, ожидая, пока пройдут все.       – Рапиш, помощник командира корабля космодесанта, – протянул он мне руку, и я ее пожал по правилам своей Земли, слегка удивив. – С тобой можно работать.       – Ты это всем скажи, – хмыкнул я, – а то наберут себе материальных благ, зароются в них, и перестанут реагировать на мои приказы.       – А ты действительно можешь все им дать? – поинтересовался тот.       – Сейчас будет демонстрация, так что сам увидишь, – отмахнулся я. – Но думаю, ты сможешь договориться с большинством, а с теми, с кем не можешь, их я так же заберу.       – Куда?       – Я заменю им души, – пожал я плечами. – И обучу заново всему тому, что те должны уметь.       – У меня уже есть, предварительно, те особи, которых стоит заменить, – согласился Рапиш. – Думаю, те, кого ты сразу забрал, точно пойдут на переделку.       – Посмотрим. Для тех, кого я буду вселять, я подыщу максимально идеальные тела. Это мои друзья.       – Если они такие же, как и ты, то я бы хотел быть командиром именно их отряда.       – Точно? – я даже повернулся, чтобы смотреть в глаза этому человеку, увидев согласный кивок.       – Я обучу их всему, что умею и знаю. Хочу свою команду.       – По большому счету, это хороший вариант, – согласился я. – Создавать сразу отряд, команду, для совместной работы. Я тебя услышал, и если тебе все понравится, то ты их получишь.       – Мне понравится? – удивился Рапиш.       – Именно. Наши задачи отличаются от обычных. Как и создания, с которыми мы будем работать. Если ты все это примешь и поймешь, то быть тебе командиром. Если нет... Посмотрим. Возможно, тебе будет достаточно социализации и контракта.       – Хорошо, посмотрим, – согласился тот, понимая, что я не горю желанием рассказывать все и сразу.       К этому моменту команда прошла на полигон, и я закрыл проход, выйдя вперед, еще раз осмотрев оставшихся восемьдесят человек.       – Я отношусь к редкому виду магов, которых здесь называют материализаторами, – по рядам прошелся шепоток. – Только, в отличие от имеющихся в этом мире подобных мне, мои материальные копии не имеют временного периода существования. Я бы сказал, что являюсь ходячим синтезатором, – раздались смешки, но только по поводу названия. – Но в отличие от синтезатора, я не просто копирую уже существующее, но и могу совершенствовать имеющееся. Ну, и создавать новое, если потребуется и буду знать как. Поэтому меня стоит держаться. С помощью своего умения я могу создать все, что только придет в голову каждому из вас. Начиная от неживых, и заканчивая живыми объектами. Есть пожелания? – я осмотрел собравшихся.       – Картину Дюссо «Зимний вечер», пожалуйста, – нагловато хмыкнул кто-то из толпы.       – Одну минутку, – согласился я, найдя данную картину в сети, увеличив изображение, скопировав его внешний вид и структуру холста, а после воспроизвел копию, имеющуюся в загруженном архиве для скачивания. – Естественно, это копия, – тут же произнес я, не дав раскрыть рот тому кто требовал картину, – но если бы я оказался перед источником, то моя копия была бы неотличима, вплоть до возраста полотна и красок.       – За нее много дадут, даже за копию, – с жадностью пробормотал тот, кто требовал картину.       – Отлично, – согласно кивнул я, – но зачем тебе сама картина, если я могу создать нужную тебе сумму?       – И что, это будет настоящий счет, с тем количеством средств, что можно получить за картину? – удивился другой.       – Именно. Только зачем нужны средства? Чтобы их тратить на что-то, – улыбнулся я. Мы можем выкинуть первых два этапа, и перейти сразу к третьему, к тому, что хотим получить. Итак, на что бы пошли эти средства?       – Я бы купил кар, – буркнул кто-то.       – Какой? – я высветил в зеркалах два десятка самых лучших каров данного мира, уловив кивок на одну из моделей, воспроизведя ее из конструктов, поставив на пол – Ну вот, теперь этот аэрокар твой. С усовершенствованием. Двигатель вечный, не требующий топлива, доступ по отпечатку пальца, скорость выше заданной, и имеется встроенный искусственный интеллект, который готов исполнять все приказы.       – Точно мой? – не поверил говоривший.       – Точно твой. Его отгонят на стоянку, и когда мы с тобой научимся дружить, ты сможешь выбираться с моей базы и кататься на нем по всему миру.       – А я хочу хорошую выпивку и вкусную еду, – нагловато произнес другой. – А еще забористый дым. Дашь?       – Я не люблю наркоманов, – поморщился я, отправив требующего порталом в отстойник. – Но, хорошая еда и выпивка входит в содержание. Это можно даже не требовать. Предусмотрено правилами работы на меня. Есть еще желания?       – Хочу оружие, которое видел в одной игре, – пробормотал другой. – Интересно, сможешь ли его создать?       Я хмыкнул, считывая разум говорившего, осознав, что тот имел в виду деструктор, который воздействует только на определенный вид плоти. И меня самого заинтересовала эта идея.       – Да, я смогу создать такое оружие, но не сейчас. Мне требуется подумать, и заодно улучшить данную идею. Твой деструктор убивал мертвецов, не задевая живых, а я могу создать несколько видов лучевого воздействия, вставив его в регулятор, чтобы ты мог не бояться задеть напарников. Подобное оружие я уже использовал в работе со своим отрядом.       – Буду ждать, – согласился тот.       – Еще запросы есть? – осмотрел я отряд.       – Да, у меня, – согласно кивнул Рапиш. – Хочу одежду, которая позволит в болоте оставаться сухим, в жару не потеть и в холод не мерзнуть. И чтобы не скафандр, – тут же язвительно улыбнулся он.       – Запросто, – хмыкнул я, кинув ему военную форму. – Терморегуляция и регуляция влажности на высоте. Давно продумал, – и тяжело вздохнул, – Мне казалось, фантазия у вас работает лучше, чем у меня, и вы мне что-то интересное предложите, а вы... Кар, еду и напитки, одежду и оружие... Естественно, все подобное входит едва ли не в первичный набор снабжения, – продолжил я. – И я не только снабжать вас подобным буду, но и обучать, как это создавать. Давать навыки работы с материализацией своего уровня. Вы же понимаете, что это очень большая уступка с моей стороны? – Рапиш кивнул, давая понять, что очень хорошо это осознает. – И естественно, я хочу что-то получить от вас. Точнее, мне от вас нужно послушание на те десятки лет, которые будет длиться обучение. Если я его не получу, то и дальнейшего контракта у нас не будет.       – А если обучение и контракт нас не интересует вообще? – услышал я вопрос с задних рядов. – Что нужно сделать, чтобы сейчас повернуться и уйти?       – Боюсь, данный выход не предусмотрен, – развел я руками. – Вы – нарушили закон мира, в котором оказались или жили, и все, что я могу сделать для вас, это забрать с собой и использовать на благо своего мира. В каком качестве – зависит от вас. Свободными гражданами, имеющими все, вплоть до умений конструктивной материализации, или же моими личными рабами. Третий вариант в шкафчике, расположенном в зоне прибытия. Доступ не перекрываю. Выбирайте сами.       – Но ты же понимаешь, что мы можем смириться на какое-то время, а потом сбежать? – задал провокационный вопрос Рапиш.       – Сбежать от менталиста? – расхохотался я. – Ну что ж, я никого из вас не останавливаю.       – А оплатить выход с базы возможно? – услышал я предложение от мужчины, что вышел вперед, не скрываясь от взгляда.       – Не с базы, но с начала подписания контракта, когда я дам вводные, возможно вам получится найти вариант, который позволит не исполнять контракт. Мне нужно решение одной проблемы, ради которой я вас взял на обучение. Тот, кто это решение найдет, сможет покинуть меня, без отработки контракта, и забрать с собой столько людей, сколько захочет.       – А решения нет, – тихо произнес Рапиш. – Как и варианта выжить во время ее решения...       – Ошибаешься, – качнул я головой. – Тех, кого я считаю своими, я веду сквозь смерть в жизнь. У меня, с тех пор, как я получил свои возможности, не умер никто, если только я сам не убивал. За такое бессмертие стоит побороться. Оно практически бесконечное. Нужно только следовать требованиям и не тупить.       – Думаю, я понял твои правила, – согласился Рапиш. – Скольких, подобных нам, ты нанял?       – Две с половиной сотни. Еще полторы сотни на подходе. Хочешь принять их? – поинтересовался я.       – Было бы неплохо, – кивнул тот.       – Что ж, я тебе доверяю. Ну, и чтобы не было стычек со свободными контрактниками, я вас поселю отдельно, – указал я на одну из казарм. – У вас будут сутки на обустройство и принятие моих правил. В любой момент дня и ночи, по любому вопросу ты можешь связаться со мной. В ближайшие четыре декады я не собираюсь исчезать по делам. А, да, – уже уходя, обернулся я к Рапишу. – Если увижу того, кого не исправить, я сразу такого забираю на переселение. Ты пока с данным контингентом поработай, а как только мой личный отряд будет готов, в смысле, научится говорить и ходить, перестанет ссаться и сраться в подгузники, я тебе передам их в полном составе. И помощников предоставлю, естественно.       – В юности, я был младшим воспитателем в детском саду, – тепло улыбнулся воспоминаниям Рапиш. – Я знаю, как растут дети, и неважно, в детских или взрослых телах. Ты удивишься, какими умными они станут.       – Мне нравится твой настрой, – согласился я. – Но для начала, покажи мне на этой вредной компании, что ты можешь.       Рапиш оказался бриллиантом в куче стекляшек. Я, со стороны, смотрел и слушал, как он принимал смертников, сразу отделяя тех, кого не стоит впускать в систему без переселения души, и занявшись теми, кто готов следовать его и моим правилам. Я, с Араланом, следом за ним бродил по полигону, творил то, что он просил, отвечал на вопросы, и все больше убеждался, что получил в распоряжение своего нового заместителя, который принял и понял мои требования и готов им следовать. Притом, желание получить то, что он от меня хотел, стало вторичным, а первичным я увидел любопытство и интерес вырасти во что-то большее.       Наконец, распределив всех ребят по казармам, и получив свои полторы сотни смертников для переселения, я остался наедине с Араланом и Рапишем. Ар, подумав, дал мне понять, что хочет кое-что подправить в нашей с ним спальне, и ушел, а Рапиш пошел к бару, что находился в нашей столовой, налив себе какой-то алкогольный напиток. Сделав глоток, он посмотрел на меня.       – Скажи, как ты относишься к тому, чтобы принять еще полторы тысячи под свою руку? – наконец, решившись, произнес он.       – Ты хочешь именно этого?– вопрос Рапиша не стал для меня неожиданностью, так как это было одной из версий его просьбы, но все же я не ожидал, что он решится на такое доверие. – Я могу и просто помочь с ремонтом корабля и доставкой на него достаточного количества продуктов.       – Думаю, если я сниму блок с разума, тебе будет проще принять решение, – помедлив, решил Рапиш.       – Блок не мешает мне читать твою память, – качнул я головой. – Так что, принимай свое решение, но будь в нем полностью уверен.       – До того, как ты устроил подобный показ, я думал чем оплатить тебе ремонт своего корабля, – Рапиш присел за стол, – но сейчас понимаю, что подчинившись тебе, мы будем иметь больше, чем я хотел изначально. И, чтобы ты понял, что я тебе дам в ответ на твою помощь, я хочу познакомить тебя со своей командой. И думаю, что потратив время на обучение и контракт, мы не потеряем ничего...       – Но?.. – подбодрил я его.       – Да, мы бы очень хотели, как плату, забрать своих детей и жен с нашей планеты. Если ты это сделаешь, то более преданных бойцов у тебя не будет. Ну, если только не иметь в виду твой личный отряд.       – Что ж, – я кивнул, понимая, что придется потратить время и силы на пока еще неизвестных мне разумных. – Давай попробуем поступить так, как нужно тебе. Но учти, если вы решите захватить данную базу, у вас ничего не получится.       – В этом нет особого смысла. Сейчас моим бойцам нужно питание и кислород, а их детям и женам защита от войны, которую мы почти проиграли.       – Не почти, Рапиш, – я присел напротив. – Если ты просишь о помощи себе и тем, кто вам нужен, то считай, что эту войну вы уже проиграли. Я не буду вступать в ваш конфликт. Использовать свои силы в планетарной стычке, когда мне не интересна ни сама планета, ни люди, живущие на ней, я не собираюсь, – Рапиш помрачнел. – Но, чтобы вы находились «здесь», а не «там», я доставлю ваших родных на мою базу.       – За то, что ты поможешь нам, мы станем твоей правой рукой, Дерех, – пусть и косноязычно, но все же произнес он формулу подчинения.       – Идем, – я протянул руку.       – Куда? – не понял тот.       – Сначала за тем, кто мне поможет, а затем к вам. Я не желаю с этой проблемой разбираться сам.