Ломая привычные рамки

      Настал долгожданный день. Календарь показывал последний день октября. Любимый праздник многих – Хэллоуин. Сегодня утром всю дорожку перед домом Холидеев замело рыжими и жёлто-коричневыми листьями. Ноэлль должна была признать, что осенний листопад, а также его последствия, – вещь неописуемо красивая, по крайней мере в их маленьком городке. Вот только Кэрол была недовольна этой «красной ковровой дорожкой» (другое дело, будь она настоящей), ведь теперь хэллоуинские гуляния необходимо было спасать: все декорации покрыты листьями! Ноэлль не разделяла её беспокойства: стоило лишь смести листья с дорожек, столов, со сцены — и было бы замечательно. Но Кэрол была непреклонна. Потому мать Ноэлль сразу убежала по делам, по пути созваниваясь с Азгором и своими работягами, а её дочь осталась одна на пороге их дома.       Маленькая Ноэлль уже вовсю каталась бы по земле в своей толстой осенней куртке и дёргала бы отца за рукав, умоляя помочь ей собрать кучу листьев, чтобы потом уютно устроиться в них, словно в кресло-мешок, как делала Десс. Затем они с Десс наперегонки собрали бы по букету цветных листьев, их отец выбрал бы Ноэлль победителем и понёс бы её домой на плечах. Сейчас Ноэлль понимала, что ей сильно поддавались. В детстве Ноэлль была маленькой эгоисткой, и, стыдно признавать, но сейчас, наверное, она тоже маленькая эгоистка. Только «маленькой» она была теперь не из-за роста (в детстве она была той ещё эгоисткой), а за мысли, мелькающие у неё в голове лишь в глубокие ночи. Эта ночь была одной из таких.       Её уверенность значительно пошатнулась, когда она увидела, как Сьюзи прямо перед ней уничтожает цветочный букет. «Ты мне ценна». Сьюзи сказала, что знает значение веточки гипсофилы – искренность. Значит ли это, что она знала значение всего букета? Розы – привязанность. Она съела их в первую очередь. Руки Ноэлль тянулись к телефону, чтобы отменить их с Крисом план, но она не хотела его подставлять. Крис всю неделю упорно готовился: смотрел туториалы по готическому макияжу, чтобы помочь Ноэлль с образом, погружался в тонкости сего дела. Крис даже как-то засветился на этой неделе. Ноэлль боялась всё испортить.       Со вздохом Ноэлль пошла прямо по дорожке и вышла за калитку. Подол её пушистого белого платья заставлял листья под ногами шелестеть. Это было совершенно невинное и так ею ненавистное платье: по фасону оно полностью повторяло церковные одеяния, заставляя Ноэлль думать, что она идёт не веселиться, а на очередную воскресную службу. В каком-то смысле так и было: мать заставляет её петь сегодня на сцене. На глазах у всего, чёрт возьми, города! А также, конечно, запрет на алкоголь и на большое количество сладостей. На алкоголь Ноэлль никогда не заглядывалась, особенно после рассказов отца из молодости, но вот запрещать конфеты — это уже зверство!       Фестиваль задержится на полчаса или на час, так что у Ноэлль было время осмотреться и зайти к Котти. По всему городу было множество декораций, которые Ноэлль уже видела, так как помогала матери с коробками. Рассматривая натянутые между фонарями гирлянды, она не заметила, что шла прямо на мирно спящую на дороге собаку, пока не наступила бедняге на хвост.       — Ой! — она воскликнула и отшатнулась, но успевала поймать равновесие. — Прошу прощения, сэр... — Маленькая белая собачка рявкнула и прыгнула в её сторону, заставив Ноэлль с криком подпрыгнуть. Жалобно вильнув раненым хвостом, собачка издала громкий «вуфф!!» и прыгнула в высохшую канаву, а после скрылась в деревьях.       «Ах, это была простая собака?» — подумала Ноэлль с облегчением и увереннее подошла к дому Котти. Она вежливо постучала.       — Открыто, — подала голос Котти из глубины гостиной. Ноэлль потянула за ручку двери, открыла её и вошла. Света не было: кошачьим он почти незачем, если только они не занимаются тем, что требует большого внимания к деталям.       — Привет, Котти. Фестиваль задерживается из-за листьев.       — Слышала, — безразлично ответила Котти, её взгляд был направлен прямиком в телевизор. Ноэлль встала у стены, не рискуя садиться на этот диван в своём и без того пушистом одеянии.       — Как? Откуда?       — Моя семья пошла помогать с уборкой листьев.       — Вот как... Их тоже пригласили?       — Вообще-то.. нет.       — Оу? А как они тогда узнали?..       — ...Затрудняюсь ответить. — Котти положила голову на подлокотник. По телевизору крутили рекламу рыбы. — Бывают же такие интересные документалки...       — Это же не... — начала Ноэлль, растерянно оценивая рекламу в телевизоре. — Эмм... Н-наверное? Неплохо? Я полагаю? — Она потёрла затылок и отвернулась. Эта реклама даже не была в эфире: это была запись на CD-диске.       — Я думала, ты уже переоденешься.       — Мх. Мне одеваться пять минут.       — Классный макияж! — Ноэлль улыбнулась и сложила руки вместе. Котти отвела взгляд всего на секунду, чтобы взглянуть на образ Ноэлль.       — Отстой.       — ...Я знаю...       — Хорошо, что вы с Крисом это затеяли. Но я не рада, что это всё ради Сьюзи.       Ноэлль переменилась в лице.       — Сьюзи.. нормальная.       — Не могу в это поверить.       — Ну, Крис же с ней дружит!       — Я уже сообщила Крису, что мы с ним не в одном лотке.       — Эмм????       — Сьюзи нельзя доверять.       — Я-я сама разберусь, ладно? — раздражённо пробормотала Ноэлль. Хотя теперь она была не так уверена в том, что движет Сьюзи. Да и с Крисом она давно не общалась по душам – может, он там совсем изменился?       — Потом мне не приходи и не плачься.       Ноэлль не ответила. Свет из кухонного окна не доходил до гостиной, а остальные были завешаны шторами, так что Ноэлль стояла в самом тёмном углу, где её дрожащие руки не были видны.       — Ну или приходи и плачься. Мне всё равно, — добавила Котти тише. Большинству не было видно.       

***

      — Я дура! — отчаянно кричала Сьюзи, раскинув руки в стороны, словно умоляя Ангела принять её извинения.       Ториэль пригласила Криса и Сьюзи помочь ей с печеньем для охоты на сладости, раз фестиваль задержался, и спешить им было некуда. Ториэль не была фанаткой покупных конфет, а предпочитала с заботой подходить ко всему, что передаёт детям в руки. Крис не знал, была ли это привычка с тех времён, когда конфеты было проще готовить самим, чем покупать, или же дело было в родительской тревоге из-за новостей об опасных сладостях. Из-за этих дурацких новостей детям Дримурров запрещались многие популярные сладости, например, шоколадные яйца с коллекционными фигурками «Tender Surprise», цветные шипучки «Fizz Rocks», фруктовый мармелад в стаканчиках «Jolly Cups» и даже простые шоколадные батончики. Зато она выполняла все их просьбы, касающиеся готовки конфет. Когда другие дети умоляли родителей о батончике «Bouncy» и получали твёрдый отказ, Ториэль наклонялась к Крису и шептала на ухо: «Успеешь принести банку сгущёнки и кокосовую стружку – приготовлю тебе «Bouncy» столько, что ещё весь класс угостишь!». Крис не угощал, к слову.       — Громче, — выпрямился он, пытаясь возвыситься над ней, как царь над провинившимся подданным.       — Я дура!! — повторила она, сжав кулаки.       — Громче! — приказал Крис, сжимая в руке яйцо, минутой ранее сворованное у Ториэль со стола.       — Я ДУРА!!!       — Крис, пожалуйста, верни мне яйцо! — нетерпеливо попросила Ториэль, протягивая одну руку к Крису, а другой потирая переносицу. Крис закатил глаза и вернул ей яйцо. Ториэль тут же разбила его в чашу и запустила миксер, перемешивая будущую начинку для сладостей. Сьюзи была спасена от страшной участи. — Что у вас вообще происходит? Что случилось?       — Это личное, Ториэль, — пробормотала Сьюзи, чувствуя, как душа сжимается от этих слов. — Извините.       — Ты что-то натворила, а? — спросила она, перекладывая начинку в целлофановый пакет, а пакет – в холодильник.       — Вроде того.       — Ещё как! — пристыдил Крис и скрестил руки на груди. Сьюзи видела его надменность и жалела, что не может из-за Ториэль вбить ему чуть эмпатии.       — О боже, Крис, я же сказала – я всё исправлю!       — Я точно не могу ничем помочь? — спросила Ториэль, повернувшись к ним.       — Боюсь, что нет... — вздохнула Сьюзи. Затем её осенило. — Крис, у тебя есть лишний доллар?       — Не-а, ты всё съела в закусочной на прошлой неделе.       — Чёрт! — выругалась Сьюзи.       — У меня есть доллар... — протянула Ториэль с прозрачным намёком.       — Нет, Ториэль, я не могу взять у Вас... — Сьюзи покачала головой.       — Что для взрослого монстра значит один доллар, милая? Если это поможет, я отдам его совершенно с радостью.       — Эм, точно? — она потёрла друг о друга руки, оценивая реакцию Криса, словно пытаясь понять, принято ли так в обществе, в котором Сьюзи только недавно оказалась.       — Конечно! Крис, принеси ей, у меня в сумке кошелёк.       Крис закатил глаза, кивнул и направился на второй этаж. Сьюзи подошла к Ториэль и стала подсыпать какао-порошок в будущую глазурь, чтобы та могла сосредоточиться на миксере.       — Спасибо.       — Не за что, Сьюзи.       Ториэль тепло улыбнулась и отстала от Сьюзи, больше не спрашивая, где и как та накосячила. Сьюзи продолжала помогать с готовкой, пока не вернулся Крис. А потом они снова вернулись к баловству, которым страдали прежде.       

***

      Из колонок заиграла громкая музыка, заставившая Ноэлль руками прижать уши к голове, а Кэрол – отпустить морозный взгляд на монстра, отвечавшего за звук на представлении. Она положила руку Ноэлль на плечо.       — С Котти много времени не проводи, она на тебя плохо влияет. Твоя часть через три часа. Можешь прогуляться, но чтобы к тому времени была в пределах моей видимости, — холодно отрезала Кэрол, уходя за ширму на сцене, даже не дожидаясь ответа дочери. Ноэлль переминалась с ноги на ногу, ожидая, если её мать выйдет и скажет что-то ещё, вроде «Хорошего вечера кошмаров!», как говорили все родители своим детям, но ничего. Ноэлль вздохнула – может, это к лучшему.       Ноэлль ступила на первую ступеньку сцены и подпрыгнула, выглядывая, не пришла ли уже Сьюзи. Но цвета фиолетовой орхидеи, так приглянувшемуся Ноэлль за последние пару месяцев, нигде было не видать.       «Наверное, задерживается вместе с Крисом,— поникла Ноэлль плечами. Она поспешила вернуться к Котти.              Крис и Сьюзи бежали от дома Дримурров, хитро улыбаясь и без стеснения смеясь. Пока Ториэль и Сьюзи были отвлечены, Крис открыл морозилку и набрал почти целый пакет сладостей. Победа в конкурсе на лучшие костюмы (баллы начислялись в зависимости от веса набранных конфет) была у них в кармане.       — Поделим пополам! — схватила Сьюзи Криса за плечо и остановила у входа в зону фестиваля. Крис вытащил из пакета Дримуррский аналог Хэллоуин-желе и протянул Сьюзи. — Из чужих рук – прямо в рот? Всегда мечтала! — Без задней мысли Сьюзи кинула сладость в рот. Крис достал шоколадное яйцо (с орешками внутри – мечта!) и надкусил.       — Не придётся. У нас же парные костюмы...       Крис развёл руками и кивнул вниз, на своё одеяние. Они со Сьюзи сначала пытались повторить главных героев из «Dragon Blazers III». Но из совпадений были только габариты Сьюзи и фактическая принадлежность Криса к роду человеческому. Тогда Крис просто напялил кое-что из сворованного давным-давно у Десс, а Сьюзи – старые джинсы и тоже кое-что из гардероба Десс. Почему-то Десс любила воровать у Азриэля, Крис – у Десс, а Ноэлль – у Криса. Затем они покрыли кожу друг друга искусственной кровью, Крис достал пару особенно крупных (и особенно затупленных) ножей, и они выбежали из комнаты, изображая двух придурков, режущих ножом сочную вишню.       — Ну, как парные. Мы просто стырили чей-то стиль.       — Не прям. Неважно. — Он закинул в рот остатки шоколада. — Помоги мне, я спрячу пакет в сумку.       — Ветку не повреди.       — Да всё норм, не парься.       — Чего прячете? — послышался голос Ториэль из-за его спины, заставив закричать, как ни странно, Сьюзи.       — Как вы так подкрадываетесь?! — возмутилась она, закрывая Криса своим телом.       — Это не я подкрадываюсь, это вы слишком чем-то увлечены.       — Просто болтаем. — Выглянул Крис из-за плеча Сьюзи. — Какие планы?       — Сидеть и смотреть шоу, что мне остаётся?       — Ты каждый год одерживаешь победу в ловли яблок.       — Ох, точно! Юхуу! — Ториэль толкнула Криса плечом и направилась прямиком к тазе с водой, куда уже успели высыпать яблоки. Сьюзи выдохнула.       — Не могу предположить, чем ей так нравится ловля яблок.       Сьюзи усмехнулась и со всей силы закинула руку Крису на плечо, заставив его скрипнуть зубами.       — Сейчас главное – конкурсы, конфеты и Ноэлль. А ещё повеселиться. Погнали, Крис!       — Ох, да-да, отпусти уже... — заскулил он, пытаясь поднять с себя её руку.              Ноэлль сидела за детским столом, или, сказать, лежала. Лежала лицом прямиком в стол, игнорируя крики, музыку и все поставленные выступления. Ей не хватало духу сказать вслух, но все эти выступления – отстой, в том числе её собственное. И её светлая идея о том, чтобы провести весь день со Сьюзи, накрылась медным тазом после того, как Сьюзи то ли да, то ли нет, всё же отвергла её чувства, переданные букетом.       Рядом с Ноэлль сидела Котти и подкладывала ей какие-то сладости. Сладости, которые Бёрдли выиграл в конкурсе с вопросами про Хэллоуин. Бёрдли забрал почти все сладости за первый (дошкольный) уровень вопросов, и даже парочку за второй (младшая школа), чем вызвал раздражение у всех, кто сидел за детским столом. Ноэлль всё равно не поднимала головы.       Отчаявшись, Бёрдли подозвал Криса и, о боже, Сьюзи, так как больше несчастную олениху не мог утешить.       Сьюзи и Крис подошли к Ноэлль с обеих сторон. Она не обратила на них внимания. Тогда Крис шепнул Сьюзи на ухо одну идею. Она наклонилась к её уху.       — УВААГХХ! — закричала Сьюзи в ухо Ноэлль.       Ноэлль подпрыгнула на месте и чуть не закричала. Её растрёпанные волосы обрамляли лицо как шерсть обрамляет лицо барашков. Лицо её чем-то казалось тусклым, но, к облегчению Сьюзи и остальных, без следов слёз. Крис мягко толкнул бедром Ноэлль в плечо, и та, опомнившись, стала причёсывать волосы пальцами.       — Сьюзи? Что.. ты здесь делаешь? — Она сжала колени вместе, нервно дёргая пряди волос, не осмеливаясь поднять взгляд.       Сьюзи сглотнула, пытаясь подобрать правильные слова. Она взглянула на Криса в поисках подсказок, но он, конечно же, демонстративно заинтересовался сладостями, что получила Ноэлль, и совершенно не собирался ей помогать.       Она села рядом с Ноэлль, заставив детей рядом пискнуть и отпрянуть. Сьюзи взяла запястье Ноэлль, которым та судорожно зачёсывала пряди волос за ухо, и опустила его на лавочку.       — Перестань. Ты хорошо выглядишь, — едва слышно, но без капли сомнения в голосе прошептала Сьюзи, заставив Ноэлль слегка удивиться.       — Прости... — Она сложила руки на коленях. Её волосы, казавшиеся золотыми в свете фонарей Джека, с завитыми кончиками, пружинками упали на одну сторону, сделав лицо Ноэлль видимым только для Сьюзи.       — Нет, Ноэлль, — твёрдо начала она, положив правую руку на стол, почти оградив их двоих от всех остальных сидящих. — Это я должна попросить прощения.       — За что? — искренне удивилась олениха.       — За букет, Ноэлль. — Сьюзи выпрямилась, как телохранитель, отчитывающийся перед своей принцессой. — Я обидела твои чувства. Я хочу, чтобы ты выслушала меня сейчас, хорошо?       Ноэлль кивнула, возможно, слишком резко.       — Дело в том, Ноэлль, что я с детства не воспринимаю цветы как какое-то искусство. Я, ну, привыкла их есть. Для меня они всегда были сродни ягодам или конфетам. — Сьюзи отвела взгляд: она немного стеснялась своего прошлого. Она привыкла слышать, что она странная. — Сейчас я понимаю, что это было очень глупо, но тогда в классе я решила, что ты меня поймёшь. Не пойми неправильно, букет был вкусным. Но, если честно, не столько вкусным, сколько красивым.       Ноэлль сглотнула, ухватившись двумя пальцами за воротник своего мехового платья       — Я поняла, что сделала, только тогда, когда Крис отвёл меня к Азгору и заставил послушать его лекцию о цветах. Я...       — Всё в порядке, Сьюзи, — прервала её Ноэлль. — Я прощаю тебя. Я и не обижалась на самом деле... Просто была в растерянности, — призналась она. Затем она выпрямилась и закинула за спину свои блестящие кудряшки. Кудряшки теперь соответствовали её приподнятому настроению.       — И, — подняла руку Сьюзи, приостанавливая её. — Ты кое-что забыла.       — М-м? — Ноэлль наклонила голову набок. Что она могла забыть?       — Ты же не думаешь, что я и записку съела?       — З-записку?! — олениха потрясённо прижала руки ко рту. Та самая записка? Которую она от собственного стыда спрятала в самую глубь букета, лишь бы Сьюзи её не нашла?       Сьюзи засмеялась.       — Вообще-то чуть не съела! Я успела съесть где-то половину букета, прежде чем, ну, потеряла аппетит. Лента ослабла и снизу, из-под упаковки, выпала записка.       — О боже... — Ноэлль покраснела, не пытаясь скрыть это, и прижала руку ко лбу. — Прости, это такой сюр, я...       — Я согласна пойти с тобой на фестиваль, Ноэлль. Я хочу этого.       Олениха зажмурилась, пытаясь успокоить свой горящий красный нос.       — Д-да, да... Пойдём! — Ноэлль тряхнула головой и резко встала, заставив Криса ахнуть от потери равновесия. — К-КРИС?! Ты всё ещё здесь?       — А где мне – НАМ – находиться? — кивнул он в круг стола, где сидел потерявший челюсть Бёрдли, Котти с шерстью, вставшей дыбом, и прочие выражения лиц.       — Пойдём, — прошептала Ноэлль, взяла Сьюзи за руку и вывела из-за стола. Крис усмехнулся и набил карманы куртки сладостями Ноэлль и...       — Крис, — протянул Бёрдли с напускной небрежностью, хлопнув уголками крыльев. — Как ты знаешь, по правилам конкурса костюмов нельзя составлять пары из более чем двух человек, так что теперь, когда Сьюзи и, ох, Ноэлль.. предали нас с тобой, я полагаю, ты захочешь... — Бёрдли протянул Крису руку в торжественном рукопожатии...       — Нет, — категорически ответил Крис, спрыгнув с лавочки и направившись за парочкой, оставляя шокированного Бёрдли позади.              Отойдя на пару метров от стола, Ноэлль опустила голову, чтобы посмотреть на сцепленные их со Сьюзи руки. Осознание едва не заставило её прыгать на месте. Каждую секунду с пятницы она провела с ужасным грузом на плечах. Нет, словно её душу замуровали в бетон и пообещали в вечер фестиваля ударить по ней огромной кувалдой для измерения силы. Чтобы ни одной частички не сохранилось. Ноэлль даже пропустила одну из встреч с Крисом, потому что просто не нашла в себе сил встать с кровати и пойти в душ. Но сегодня Сьюзи пошла с ней на фестиваль!       Хотя ей пришлось вынудить себя остыть и отпустить руку Сьюзи, пока никто лишний того не заметил. Они продвигались вдоль сцены. Это была самая скучная часть фестиваля. Ноэлль всегда жалела детей, которых заставляли там сидеть вместе с родителями. На самом деле она ещё недавно была одним из таких детей, так что жалела она, по сути, себя.       Они шли рядом, разглядывая и обсуждая буквально всё. И Ноэлль чувствовала, что у них со Сьюзи проглядываются общие интересы. Одни и те же декорации они считали красивыми, один и тот же костюм – скорее смешным, чем страшным.       — Они так классно вписали листья в декорации! — Сьюзи восторженно указала на композицию с засыпанной листьями тыквой.       — Ха-ха, они, эм, просто не успели убраться...       — Оу, — смущённо отвела взгляд Сьюзи, и они вместе засмеялись.       Сьюзи, конечно, предложила поучаствовать в каких-нибудь аттракционах, розыгрышах и прочих активностях. Она сразу призналась Ноэлль, что никогда не бывала на фестивалях по-настоящему, как привыкли делать Крис с Ноэлль в детстве. Прижав на мгновение палец к носу, она тут же озарилась идеей и повела Сьюзи в тир.       — Я-то драться умею, а пушки, если честно, никогда в руках не держала.       — Даже бластеры с пластмассовыми пулями? Ну, будет твой первый опыт. Уверена, ты разберёшься! — улыбнулась Ноэлль, толкая Сьюзи к тиру.       Ноэлль заплатила оператору тира за участие и стала наблюдать за игрой Сьюзи. Первые два раза Сьюзи промахнулась, бормоча под нос что-то про неудобный прицел, а затем забрала все цели. Под неустанные аплодисменты толпы, Сьюзи с наглой ухмылкой попросила у оператора в награду плюшевую голубую пони, что была больше головы самой Сьюзи.       Скоро рядом оказался Крис.       — Привет, — потянул он уголки губ вверх и заложил руки за спину, словно они за сегодня ещё не виделись. Улыбка Сьюзи стала шире, и она одним движением насадила пони на голову Криса, что он видел болтающиеся в поле зрения плюшевые лапы. Сьюзи посмотрела на уродливое, вероятно, дешёвое лицо игрушки.       — Подарок. Храни как зеницу ока. — Крис не мог не повиноваться. — Эй, забрала эту игрушку у ребёнка прямо из-под носа!       — В чём-то ты остаёшься неизменной, — хихикнул Крис, слегка мотая головой, чтобы убедиться, что игрушка держится.       — Потом мне передаришь, — прошептала ему Ноэлль, — когда моя мама о фестивале забудет.       — Моё, — угрожающе прошипел в ответ Крис, гордо вытянув шею. Ноэлль отпрянула, словно на неё зашипела уличная кошка.              Поучаствовав в паре конкурсов на конфеты (они оплачивались организатором фестиваля, но были на порядок труднее), они ничего не выиграли, но очень скоро наткнулись на золото.       

«КТО ЖЕЛАЕТ ПОУЧАСТВОВАТЬ

В МУЗЫКАЛЬНОМ БАТЛЕ?

ПРАВИЛА ОЧЕНЬ ПРОСТЫ:

ВЕДУЩИЙ ПОКАЗЫВАЕТ НОТЫ,

А ВАМ НУЖНО ИХ ПОВТОРИТЬ!»

      Сьюзи схватила Криса и Ноэлль за плечи, и Крис точно знал, почему.

«ПОБЕДИТЕЛЬ ПОЛУЧАЕТ

ЦЕЛЫЙ ПАКЕТ СЛАДОСТЕЙ!

ИДЕАЛЬНОЕ НАЧАЛО ДЛЯ ЛУЧШИХ

ОХОТНИКОВ ЗА СЛАДОСТЯМИ»

      Ноэлль попыталась убрать руку Сьюзи со своего плеча.       — Сьюзи, я.. не умею играть...       — Крис ведь учил тебя!       — Учил, но...       — На самом деле нет, — вклинился Крис. — Я просто дал ей в руки гитару и наушники.       Ноэлль надулась.       — У тебя же получались ноты. Да ладно, я уверена, что у тебя получится! Как минимум лучше, чем у этого придурка. — Сьюзи усмехнулась, указывая на полноватого мальчика с зелёной или бирюзовой кожей, похожего на ящерицу. По нему было видно, что гитары он в руках не держал ни разу в жизни. Ни акустическую гитару, ни электрогитару. Вероятно, вообще никакой музыкальный инструмент в руках не держал.       — Ноэлль, ты можешь играть на акустической гитаре те же ноты, что и на электрогитаре, — сказал Крис, наклонившись к ней. Ноэлль чувствовала себя зажатой между ними.       — А почему бы тебе не пойти и не попробовать, а, Крис? — раздражённо буркнула она на него, скрестив руки на груди.       — Мне надо отойти.       — Куда?       — В.. убооорнуюю? — загадочно протянул он, кивая что-то Сьюзи.       — Что?.. — Она моргнула в замешательстве. — А! Мне тоже. Я пойду с ним, а ты иди и заработай нам конфеты, ага? Я верю в тебя! — не дожидаясь ответа, Сьюзи толкнула Ноэлль в зону участников, и с Крисом они мгновенно испарились в толпе. Олениха глубоко вздохнула и подняла руку, давая понять ведущему, что хочет участвовать.              Крис и Сьюзи вернулись, когда «выступление» Ноэлль уже закончилось, и она сидела резной лавочке с утешительной наклеечкой в руках и болтала ногами. Через минуту или две тишины объявились её друзья. Что-то в Сьюзи изменилось, но Ноэлль не понимала, что именно. А Крис выглядел как всегда растрёпанным, с собачьей ухмылкой.       — Ну как? — выжидающе поинтересовалась Сьюзи.       — Проиграла, — вздохнула Ноэлль. — Ожидаемо.       Сьюзи выглядела искренне удивлённой, но прежде чем она успела что-то сказать, вмешался Крис:       — Сколько смогла?       — Шесть раундов и седьмой наполовину из десяти.       — Шестьдесят пять процентов? Хороший результат, вообще-то. В прошлом году средний был меньше тридцати.       — А ты откуда знаешь? — прищурилась Ноэлль.       — Моя мама в прошлом году помогала с организацией, вообще-то, — снисходительно произнёс он, задрав подбородок. — Если ты вдруг забыла.       — Так! — Сьюзи скрестила руки на груди. — Тебе повезло, что у тебя эта плюшевая уродливая штука на голове. — Она ткнула пальцем в морду синегривой пони.       — Не оскорбляй мою Твинкл Блу, — строго посмотрел он на неё.       — О боже, — закатила глаза Сьюзи. — Тяжёлый случай.       Имея повод, Сьюзи пнула Криса на площадку, под взгляд ведущего.       — Всё, давай, умник, выигрывай нам конфеты. Мы тебя ждать не будем, потом нас найдёшь.       Крис, к удивлению Ноэлль, совсем не воспротивился и потянул руку, чтобы ведущий обратил на него внимание.       — А мы с тобой... — томно произнесла Сьюзи.       — ...А мы с тобой?       — Крис сказал, что ты любишь колесо обозрения.       Хвост Ноэлль вздёрнулся вверх, и она встала на цыпочки, что подол её длинного платья оторвался от пола.       — Люблю!       На самом деле Ноэлль не так уж и любила само колесо обозрения... Она любила мысль, что оно может создать приятные воспоминания. Или запечатлеть их.       — Тогда почему бы нам не прокатиться? Если Крис пойдёт с нами, он станет раскачивать кабинку, не так ли?       — Он тебе рассказывал?!       — Я, ну, уверена, что так и будет, — с выдохом у неё вышел смешок. Она взяла Ноэлль за руку и потянула к большому колесу обозрения, освещающему всё вокруг цветными огоньками.       Ноэлль не помнила, как они простояли очередь, сколько заплатили и в кабинке какого цвета оказались. Ноэлль опустила взгляд в пол, руки её слегка дрожали. Не так сильно, как во сне, но это всё-таки был сон, верно? Сейчас же это была реальность       Она подняла голову и увидела перед собой настоящую Сьюзи. На мгновение ей показалось, что Сьюзи из реального мира выглядит чем-то лучше той Сьюзи, что была в её сне. Мгновение это длилось долго, пока Ноэлль не осмелилась признать это чувство истинным. Сьюзи из её сна казалась ей какой-то.. обнажённой? Как если бы душа пропитала страницы книги, и её можно было бы прочитать. Здесь же, в реальности, Сьюзи выглядит настоящей. С её проблемами, её жизнью. Не фантазия.       Ноэлль поняла, что сделала правильный выбор. Даже если бы сон вдруг воплотился бы в жизнь, она бы не осталась в Кибер мире. Кибер мир слишком прост, слишком очевиден. Здесь, в реальности, они со Сьюзи действительно могли стать сильными.       Кабинка достигла почти самой высшей точки колеса обозрения. Отсюда виднелся дом Дримурров и линии горизонта, за которую медленно заходило красное солнце.       — Скоро начнётся охота за сладостями.       Ноэлль воодушевлённо кивнула. Начнётся охота – начнётся её маленький бунт. Ноэлль осторожно встала и подошла к окну кабинки, чтобы посмотреть вниз. Она услышала громкие звуки гитары, её ушки навострились, и, заметив это, Сьюзи тоже встала, чтобы выглянуть в окно. Они увидели Криса, отжигающего на акустической гитаре одну из песен, что выучил на своей электрогитаре. И пусть звучала она несколько хуже, это всё ещё была хорошая мелодия. «Отдай, отдай гитару, парень!» — послышался отчаянный голос ведущего и смех зрителей, а также мужской голос: «Нет, нет, оставь, оставь!». Ноэлль и Сьюзи синхронно засмеялись. Затем взгляд Ноэлль упал на сцену. Её уши упали, и она быстро сунула руку в карман платья.       — С-сколько времени?! — смятённая, бормотала Ноэлль.       — Ты.. куда-то спешишь?       Ноэлль увидела время и с облегчением села.       — Я выступаю на сцене через полчаса.       — О, круто! Ты...       — Буду читать молитву.       — Я бы не прочь послушать твоё пение.       — Я буду в основном читать... — Ноэлль закатила глаза, явно выказывая своё недовольство.       — Оу, так ты не хочешь, да? Ну, если честно, правда звучит скучно.       — Ага. Совсем скучно. И мне, и зрителям. Почему-то моя мать.. мама, моя мама любит эту всю церковную чепуху.       — О, ты тоже её не любишь?       Ноэлль растерялась и покачала головой, накручивая прядь волос на палец.       — Я.. не то чтобы не люблю. Просто я хочу заниматься не только этим. И отец Элвин меня в этом поддерживает. Но не мама.       — Хм.       — Отец Элвин понимает, что если чего-то слишком много, это вызывает аллергию. Конечно, он не хочет, чтобы у меня появилась неприязнь к церкви только из-за настойчивости мамы.       — Эй, Ноэлль? У меня есть идея, но боюсь, она тебе не понравится.       — И какая?       Сьюзи недовольно посмотрела на неё.       — С чего бы мне её тебе говорить, если она тебе не понравится? Ну, в общем, сформулирую так: ты не против, если я сорву твоё выступление?       — Сорвёшь?! Это опасно... Что с тобой потом будет?       — Меня не поймают. Я видела там идио... Кхм. Меня не поймают, — сказала Сьюзи достаточно убедительно, чтобы Ноэлль убрала руку от сердца.       Сьюзи откинулась на спинку сиденья и выглянула в окно. Стало резко темнеть, солнце почти скрылось за горизонтом. Она сглотнула ком.       — Ещё кое-что.       — Да? — Ноэлль с любопытством заглянула ей в глаза, наклонив голову набок, словно её рога были волшебными палочками, опускающими солнце. Золотой свет лучей на их лицах начинал стремительно исчезать, оставляя их в сокровенной темноте.       Сьюзи расстегнула кожаную куртку, и Ноэлль поняла, что тем изменением оказалась застёгнутая куртка.       — Погоди, это разве не одежда Д..?       ...Сьюзи встала и протянула Ноэлль совсем скромный букет. Это был пышный пучок самых красивых осенних листьев, и олениха могла поклясться, что в детстве Сьюзи бы её наверняка переиграла. Между листьев виднелись короткие веточки гипсофилы, аккуратно распределённые по всему букету.

Букет, который, вероятно, значил бы:

«Давай ценить этот момент, пока он не ушёл».

      Сьюзи покраснела, заметив долгий взгляд Ноэлль на нём.       — Эм. Мне.. помогли с этим.       — Сьюзи, это.. очень красиво!! — Ноэлль встала с места и оказалась перед Сьюзи. Ей вдруг очень захотелось бесконечно смотреть ей в глаза, и от этой мысли она зарумянилась. Она приняла букет. — Мне очень нравится.       Сьюзи издала тихий смешок облегчения.       — Камень с плеч!       Ноэлль тоже хихикнула, прикрыв рот рукой, а затем покачалась на месте.       — Я никогда раньше не получала букеты. Если только от папы.       — А хотела?       — ...Очень. — Ноэлль сделала короткий шаг вперёд, словно спрашивая разрешения. Сьюзи развела руки.       Ноэлль придвинулась ближе и прижалась к груди Сьюзи, одним глазом бесцельно глядя в окно. Сьюзи не пользовалась парфюмами, но Ноэлль заметила, что ей нравится её естественный запах.       Сьюзи обвила руками плечи оленихи и прижала её к себе, положив голову ей на затылок.. Она мягко погладила её плечо, закрыла глаза и вдохнула пряный запах её парфюма. Шумно выдохнув, она от Ноэлль отстранилась.       Олениха молчала. Она ожидала действий от неё.       — Я хотела предложить тебе кое-что ещё. — Сьюзи мягко толкнула Ноэлль на сиденье и села рядом с ней. — Мы могли бы вплести эти веточки в твои волосы. — Она указала на веточки гипсофилы в букете. — Они, я думаю, будут прекрасно выглядеть на твоих волосах. И будут отлично держаться за счёт кудрей. Если хочешь.       Ноэлль зачарованно кивнула.       — Да.. да, хочу.       ...Ноэлль замерла с закрытыми глазами, полностью доверяя Сьюзи. Её хвост легко скользил по обивке сиденья, ей очень хотелось посмотреть на результат. Колесо уже опускалось, так что времени у них оставалось мало. Но Сьюзи успела.              Они вышли из колеса обозрения за ручку. Ноэлль преодолела своё стеснение, но Крис видел, что Сьюзи только начинала стесняться. Это зрелище заставило его громко засмеяться, а парочку – заметить его.       — Эй, Крис! — воодушевлённо крикнула Сьюзи, подбегая к нему и утягивая за собой подпрыгивающую Ноэлль. — Ну что, выиграл что-нибудь?       — Набрал все двести процентов! — гордо заулыбался он, протягивая каждой девочке по кульку пакет. — Зрители заставили ведущего отдать мне весь кило конфет!       — Чувак, круто!! — восхищённо крикнула Сьюзи, отпуская руку Ноэлль, чтобы заглянуть внутрь характерного рыжего пакета. — Такими темпами мы точно выиграем! — Ноэлль тоже приняла кулёк и заглянула внутрь.       — А как мы их поделим? Нас же трое, а участвовать могут только двое. — Крис пожал плечами.       — Могу вам уступить. Если бы не вы, я бы не пошёл.       — Ты лучший, Крис! — Сьюзи обхватила его за плечо и потрепала, чуть не заставив Твинкл Блу соскользнуть с его головы.       — Нет, нет, так не получится!.. — отвела взгляд Ноэлль и покачала головой. Крис опустил плечи.       — Кэрол?       — Мама, — вздохнула Ноэлль.       — Оу-у, — расстроенно протянула Сьюзи. — Извини, Ноэлль. В другой раз – обязательно.       — Ты не виновата, — она потёрлась щекой об плечо Сьюзи. Крис язвительно ухмыльнулся. Ноэлль прищурилась на него.       — Маленький двойной агент!       — Я, вообще-то, ваши секреты до последнего хранил.       — Ах, и на том спасибо, — нарочито закатила глаза Ноэлль       

***

      Ноэлль стояла за кулисами вместе с матерью. В её руках находилось маленькое золотое блюдце с толстой резной свечой. Она стояла в тени занавеса, а Кэрол стояла перед ней, освещённая центральной лампой по одной стороне. Тёплый свет лампы не смягчал её ледяного взгляда и стоической позы. Ноэлль опустила голову, уши нервно дёргались, и вовсе не из-за выступления.       — Текст помнишь?       — Помню, мам.       Ноэлль повернула голову, чтобы выглянуть со сцены. Зрителей было теперь вдвое больше, чем в начале дня. Большинство уже наигрались, многие развлечения закрылись, а до торжественного объявления охоты за сладостями осталось лишь пару шоу.       С чёлки оленихи отвалилась одна из вплетённых в волосы веточек гипсофилы.       — И что за мусор у тебя на голове?       — Э-это идея Азгора.       Кэрол раздражённо хмыкнула:       — Тебе не следует во всём слушаться Дримурров. Мы разные.       — Ч.. что ты такое говоришь? — Ноэлль встрепенулась, едва не выронив свечку.       — У них другое воспитание. И видишь, что произошло?       — Мам...       — Их семья развалилась. Наша не развалится.       Девочка уставилась на неё в шоке. Свеча наклонилась, словно тоже не ожидала такого вывода.       — Убедись, что действительно помнишь текст. Я буду в первом ряду и буду смотреть. Не провались, — она задрала нос и, не дожидаясь ответа, прошла мимо Ноэлль и спустилась со сцены. Свет прожекторов потускнел, и Ноэлль сильнее прижала уши к голове. Это было неведомое ей чувство. Чувство, похожее на предательство. Она взяла со стола зажигалку и зажгла фитиль свечи.       Когда прожекторы выключились, она вышла из-за кулис и встала посреди сцены. Один прожектор, направленный на неё, тут же осветил её ярким светом, заставив подпрыгнуть и зажмуриться вместе со зрителями.       Молитва тянулась медленно, в почти полной тишине, нарушаемой только гудением прожектора, возгласами скучающих детей и последующие «Шш!». Глаза Ноэлль были закрыты, а плечи заметно напряжены. Пользуясь моментом, Сьюзи подкралась к сцене со стороны. В полной темноте никто не мог её видеть. Крис стоял на шухере. Она прошагнула мимо монстра, отвечающего за свет, и оказалась за сценой.       Свет прожектора резко погас, молитва Ноэлль резко затихла. Она открыла глаза и обернулась, чтобы выяснить, что случилось. Она и монстр, отвечающий за свет, обменялись обеспокоенными взглядами, и он бросился проверять световую установку. Ноэлль прошептала «Прошу прощения...» и удалилась за кулисы. На сцену быстро вышел ведущий.       — Кажется, с электричеством произошли некоторые неполадки. Просим за это прощения! — произнёс ведущий в неработающий микрофон. — Охота за сладостями начнётся, как и полагалось, в шесть. Всем весёлой и страшной праздничной ночи! — пожелал ведущий и сошёл со сцены под короткие аплодисменты, а затем все те, кому не сиделось, рванули к выходу из зоны фестиваля.       Ноэлль тоже спустилась со сцены, её перехватил Крис.       — Это и был план Сьюзи? — спросила она, когда Крис утаскивал её через толпу. — Крис? Выход в другой стороне...       Крис привёл её к Руди.       Ноэлль удивлённо уставилась на отца, а затем смутилась и замялась на месте с опущенной головой.       — Пап, прости, я... — начала она с ноткой вины в голосе. Но отец Рудольф с улыбкой покачал головой и обнял её за плечи, прижав к себе.       — Не извиняйся, моя девочка! — засмеялся он, крепче сжимая её плечи. — Крис рассказал мне, как хорошо ты проводила время без меня. Глаза Ноэлль распахнулись, и она покраснела как помидор, топая ногами.       — Пап!! КРИС!!! — пнула она его. — Как так можно, Крис?! — Но Крис со смешком уклонился от удара.       — Я догадывался. Просто спросил, чтобы убедиться, что ты в порядке и счастлива.       — Я.. счастлива, пап. — Ноэлль улыбнулась уголком губ и подняла голову. — Прости, что ни минутки не провела время с тобой.       — Ты каждый день проводишь со мной больше времени, чем весь город вместе взятые. Включая твою маму. — добавил он с раздражением, погладив по голове. — Знай, я всегда на твоей стороне. Можешь прийти ко мне в любое время.       — Я люблю тебя, пап.       Руди поцеловал её в висок.       — И я тебя. А теперь иди и веселись. Завтра чтобы на моей тумбочке лежал мешок моих любимых конфет.       — Сделаю всё возможное! — она ещё раз быстро его обняла, схватила Криса за руку и убежала на выход из фестиваля. Напоследок она помахала ему.

***

      Вокруг них летала шерсть, и повсюду стоял запах кошачьего корма. Крис притоптывал ногой с закрытыми глазами. Котти могла бы счесть это за грубость, но она знала, что так отреагировал бы кто угодно.       Котти помогала Ноэлль застегнуть корсет платья. Это был чёрный, близкий к форме сердца корсет с открытыми плечами, подчёркивающий изгиб её молодой талии и открывающий ровные плечи. Его верх был отделан оборками, щекочущими кожу при малейшем порыве ветра. По центру сужалась к талии вырезка с серым узором завитых листьев рябины. Из той же ткани состояла юбка, короткая спереди и длинная сзади, чуть расширявшая узковатые бёдра Ноэлль. Подол юбки также был отделан чёрными полупрозрачными оборками. Чуть выше колен заканчивались чёрные чулки в вертикальную полоску, с пришитыми к ним подвязками, тянущимися по бедру, как паутина. На руках до локтя шли шифоновые перчатки, собиравшиеся складками на тонких запястьях. Высокую шею охватывал чокер с большим чёрным камнем. Обувь – старые осенние сапожки Десс, берцы на высокой подошве с декоративными кольцами.       — Можешь смотреть, Крис, — позвала Котти, застегнув колье на Ноэлль. — И приступать к работе.       Крис открыл глаза и от увиденного замер на месте, а после ехидно улыбнулся.       — Тебя убьют за это. — Ноэлль приняла это высказывание за комплимент.       — Крис, скажи, я нормально выгляжу? Ткань нигде не торчит? Корсет не слишком давит?       — Нет, нет, всё хорошо.       — А мой мех? Видишь, из-под чулок выглядывает? Сильно заметно, да?..       — Забей, так даже круче выглядит.       — Правда?       — Конечно. Десс в какой-то момент сошла с ума по высоким сапогам именно из-за этого.       Ноэлль облегчённо вздохнула.       — Ладно, тогда поторопись с макияжем, потому что Сьюзи потерялась, а я за неё беспокоюсь... — Ноэлль села на стул, который предоставила Котти, и нетерпеливо затопала ножками. Её короткий хвост завилял, когда она посмотрела на своё отражение. Почти все гипсофилы растерялись, когда они с Крисом за ручку бежали к Котти домой.       Котти скрылась на кухне, а Крис достал из кармана куртки небольшую косметичку. Ноэлль не вникала в детали того, что он делает, и просто старалась не шевелиться, чтобы всё закончилось как можно быстрее и безболезненнее.       Посреди процесса Котти вернулась в комнату и поставила на край стола что-то в стеклянной бутылке.       — У меня есть кое-что, чтобы скрасить твой маленький бунт.       — Что это? — с плохо скрываемым любопытством спросила Ноэлль. Крис отвлёкся от её лица, чтобы посмотреть на стол, и увидел что-то, что его заметно развеселило.       — Шестипроцентное шампанское, — усмехнулся он, с вызовом заглядывая Ноэлль в глаза. Она презрительно уставилась на него.       — Я пила напитки и покрепче.       — Под родительским присмотром. А теперь ты предоставлена сама себе. — Котти кивнула на его слова.       — Я возьму вам бокалы, — мяукнула она и снова скрылась на кухне.       — Давай, Ноэлль, — убедительно прошептал он. — Ты не напьёшься, это я тебе обещаю. Просто немного сломаешь рамки дозволенного.       — Мои родители ругаться не будут, — добавила Котти, возвращаясь с двумя бокалами дурацкой формы. — Ну, за бутылку.       — Два демона, — вздохнула олениха.       — Будешь чуть веселее сегодня вечером и всё, — продолжил убеждать Крис.       — Ты, Крис, самый настоящий дьявол! — пожаловалась Ноэлль, хватая бокал. Котти налила шампанское до краёв.       — Крис, тебе налить?       — Не меньше, чем ей.              Сьюзи лежала на кухонном столе с расслабленной улыбкой, запах желе и шоколада отвлёк её от стресса, когда она оказалась в безопасности дома Дримурров. Ториэль хохотала над рассказом Сьюзи, но руки её продолжали работать, когда она заворачивала самодельные угощения в целлофановые прозрачные обёртки.       — Ну ты даёшь, Сьюзи! Не меняешься!       — Мне уже это сегодня говорили.       — Не сомневаюсь. Теперь я понимаю, почему Крис с тобой дружит. Никогда нельзя предугадать, что же вы сделаете следующим.       — Вы же никому не расскажете?       — Конечно нет, Сьюзи. Твой секрет в безопасности. — Ториэль высыпала сладости в большую-большую чашу и пошла к выходу, чтобы оставить её там на тумбочке. — Так не расскажешь, зачем тебе понадобился тот доллар?       — Оу... — Сьюзи смутилась и обхватила голову руками, всё ещё лёжа на столе. — Подарок для Ноэлль.       — Для Ноэлль? Вы дружите?       — Да.. вроде того.       — ...Она тебе нравится?       Сьюзи замялась.       — Н.. наверное? Я не знаю... — Её щёки слегка покраснели: она не привыкла к таким разговорам.       — А сама как думаешь? — Ториэль отодвинула стул рядом со Сьюзи и села на него.       — Я никогда такого прежде не испытывала, и я думаю, что так и есть, она мне нравится, но... Я столько всего, как оказалось, не испытывала. Я не хочу ранить Ноэлль.       — Думаешь, безопаснее остаться друзьями?       — Я.. я бы так и хотела. Пока останемся друзьями. Мне нужно.. к столькому привыкнуть, понимаете? Всё происходит слишком быстро.       Ториэль кивнула и мягко положила руку Сьюзи на плечо.       — С момента, как ты подружилась с Крисом, произошло так много, да? Крис такой. Со стороны он кажется тихим, но рядом с ним как будто само время не слушается и течёт иначе. Обстоятельства всегда складываются так, что Крис выходит сухим из воды. Теперь он влияет на тебя.       — Боже. Я хочу знать, все ли люди такие.       — Я верю, что нет. Но вот, что я хочу сказать:       — Если вокруг тебя происходит слишком много всего, то попытки разложить всё по полочкам только приведут тебя к нескончаемому стрессу. Попробуй просто следовать зову сердца и поменьше думать о последствиях. Если будешь слишком много думать о том, какой выбор правильный, ты в итоге выберешь неправильный.       — Обычно советуют противоположное.       — Ты другая, Сьюзи. И это не плохо. Я бы даже сказала, что тебе повезло со складом ума. Твои идеи, как я сегодня узнала, – нечто.       Сьюзи смутилась и захихикала.       — Боже...       Через пару минут их общения в дверь постучали. Сьюзи нахмурилась, мысленно уже готовая отойти в полицейский участок. Ториэль похлопала её по голове, убеждая, что это, вероятно, нашлись Крис и Ноэлль.       Она подошла к двери и открыла её.       — Сладость или гадость!! — в один голос закричали Крис и Ноэлль, маша руками.       — Рано пришли, — засмеялась Ториэль. — До охоты за сладостями ещё полчаса. — Она опустила взгляд на Ноэлль и одобрительно ахнула. — Отлично выглядишь, Ноэлль.       Олениха скромно улыбнулась, заходя в дом. Её платье было немного в шерсти, а в руках у неё был пакет с прежней одеждой.       — Я хотела оставить здесь свою прежнюю одежду, и мы надеялись, что здесь будет Сьюзи.       Ториэль хихикнула и кивнула в сторону Сьюзи, застрявшей в межкомнатной раме.       — У меня нет слов, — только и смогла выдавить она.       — В хорошем смысле?       — Конечно! Ноэлль, я не ожидала. Отлично выглядишь.       — Ну, мне помогли... — Она наклонилась к Крису и потёрлась виском об его голову. Крис засмеялся и оттолкнул её.       — Не размазывай макияж.       — А у тебя что на голове, Крис? — спросила Ториэль, смеясь с его «шляпы».       Крис встрепенулся, снял с головы плюшевую пони и вытянул её вперёд, гордо называя её: «Твинкл Блу!»

***

      ...Ноэлль проснулась от ярких солнечных лучей и невольно застонала, ругая себя за то, что всё-таки не развязала с вечера подхваты. Одеяло плотно окутало её, и тепло постели удерживало её в кровати, но боль в мышцах ног и отёчность всё-таки вынудили её встать. Она посмотрела в зеркало и с ужасом обнаружила, что плохо смыла вчера косметику, а значит, её подушка действительно испачкалась тушью. На полу у зеркала лежал довольно большой мешок конфет, хотя Ноэлль помнила, что в конкурсе они даже не стали участвовать: им и так было хорошо.       На полу её комнаты лежала её прежняя одежда: бесформенное пушистое платье и бельё, которые она не потрудилась убрать. Но всё, чего она сейчас хотела, – это принять душ, выпить воды и, возможно, чем-то позавтракать.       Она давно проспала привычное время, так что её мать, наверное, давно на работе. Первым делом она заглянула в ванную, а затем спустилась на кухню. В душе она вспоминала вчерашний день и не могла поверить, что это был не сон. И она уже почти поверила, что это не сон, ведь на коленях виднелись едва заметные царапины от той маленькой белой собачки, что в середине вечера с особым рвением порвала капрон её чулка. Но лучший способ убедиться в этом – спуститься на кухню, где в любимой кружке она оставила букет от Сьюзи.       Закутавшись в тонкий фланелевый халат, она поспешила на кухню.       На столе букета не оказалось, и кружки тоже. Вместо них лежала записка:       

«Я выбросила листья.

Повзрослей».