Разлом

Вай сидела на столике, сутулясь, и сжимала в обеих ладонях холодную пластиковую бутылку. Вода внутри приятно плескалась о стенки, но руки всё равно подрагивали — похмелье било по нервам, как током. Каждый глоток обжигал горло холодом и тут же оседал в желудке тяжёлым комком. Напротив, на самом краю дивана, сидела Кирамман. Футболка на ней уже чуть подсохла, но ткань всё равно упрямо прилипала к коже, выдавая каждый изгиб фигуры. Она несколько раз пыталась незаметно одёрнуть её вниз или прижать ладонью, но это лишь делало движения более нервными. - …и поэтому мне нужна твоя помощь, — закончила она в очередной раз, глядя на Вай, как будто та специально делала вид, что не понимает. Вай сделала ещё один глоток, выдохнула, поморщилась от мерзкого привкуса во рту и, устало прикрыв глаза, прохрипела: - Повтори… суть. Коротко. Кейтлин подняла брови, вдохнула глубоко, как будто набираясь терпения, и вдруг резко спросила: - Ты что, пьяная, что ли? Слова ударили неожиданно. Вай даже не сразу нашлась, что ответить. Щёки будто вспыхнули жаром, и это удивило её сильнее, чем сам вопрос. Она никогда не смущалась, когда её ловили на чём-то подобном. Но сейчас, под этим цепким, холодным взглядом, язык внезапно заплёлся. - Я… ну… может быть, немного, — пробормотала она невнятно и, к собственному ужасу, утвердительно кивнула. Атмосфера в мастерской на секунду стала ещё тяжелее, как будто вместе с ливнем за дверью сюда проникло что-то лишнее. Кейтлин молча смотрела на Вай несколько долгих секунд, будто пыталась решить, злиться ли, или просто махнуть рукой. В её взгляде перемешались раздражение, усталость и ещё что-то, что Вай не могла распознать — слишком резал глаза свет лампы, слишком громко стучала кровь в висках. - Ну да, — наконец холодно сказала Кирамман, чуть скривив губы. — А на что, собственно, я надеялась? Она резко поднялась с дивана, футболка снова прилипла к телу, но ей было уже плевать. Словно забыв о всём, Кейтлин направилась к двери быстрым шагом, кожанка так и осталась висеть на спинке дивана, медленно сползая вниз. - Подожди! — выдохнула Вай, вскочив со столика. Тошнота снова накатила, мир качнулся, но она почти не обратила на это внимания. Догнала Кирамман у самой двери, схватила её за руку, удерживая. Движение Кейтлин было молниеносным, отточенным до автоматизма. Она перехватила её запястье, выкрутила, а второй рукой толкнула Вай в грудь с неожиданной силой. Вай не удержалась: попятилась назад, потеряла равновесие и с глухим стуком упала, сильно ударившись затылком о выступающий край станка. Перед глазами мгновенно вспыхнули искры, а в уши врезался звон, будто кто-то стукнул по наковальне. Воздух вырвался из груди вместе с хриплым: - Да блять… Кейтлин замерла на месте, прижимая ладонь к собственной груди, словно сама не поняла, что сделала. Вай выдохнула, когда ладонь коснулась затылка, и сразу же ощутила под пальцами горячую, липкую кровь. Моргнула несколько раз, яростно пытаясь прогнать слёзы, невольно выступившие на глазах от боли. Голова гудела, словно внутри заработала на полную мощность кузница. Подняв глаза, она поймала взгляд Кейтлин — та стояла, по-прежнему прижав ладонь к груди, а в глазах мелькнула паника, которую она тут же попыталась спрятать под привычной холодной маской. - Да за что, мать твою, ты меня так ненавидишь? — процедила Вай сквозь зубы, стряхивая с пальцев капли крови. Кейтлин сделала шаг вперёд — быстрый, резкий, но тут же остановилась, словно наткнулась на невидимую стену. На лице мелькнуло что-то, что она поспешила спрятать — и всё же в груди неприятно сжалось. Она услышала этот вопрос совсем иначе, чем Вай его задумывала. Не про злость, не про боль от удара. Для неё это звучало как признание. Признание, что её холод, её постоянные рывки и давление воспринимаются именно так — как ненависть. И от этого стало ещё хуже. Кейтлин сжала челюсть, почти до боли, и так и осталась стоять на месте, глядя на Вай, но не решаясь сделать шаг ближе. Она открыла рот, но слова застряли где-то в горле, царапая изнутри. И всё же — прорвались. - Прости… — выдавила она глухо, почти не своим голосом, и тут же, словно испугавшись собственной слабости, сделала шаг назад, отвела взгляд, оглянулась на дверь, будто думая уйти. Вай с минуту молча смотрела на неё, потом качнула головой и шумно выдохнула, стараясь успокоить бешено колотившееся сердце. - Я не хотела напугать тебя. И не хотела провоцировать, — тихо, но твёрдо сказала она. В её голосе не было привычной бравады, только усталость. — Я правда пыталась сосредоточиться на том, что ты говорила, но, чёрт, Кирамман, ты тараторила слишком быстро. Она скривилась, поднимаясь на ноги, убирая ладонь от затылка и глядя на алые пятна крови на пальцах. - Знаешь, я могла бы прямо сейчас выставить тебя отсюда. И имела бы полное право. Но… — Вай задержала дыхание, чуть прищурилась. — Я не привыкла отказывать тем, кто просит у меня помощи. Даже если это ты. Она повернула голову к окну, за которым лил дождь стеной, и хмыкнула. - Да и куда ты пойдёшь? На улице ливень, машины у тебя под жопой явно нет. Вай кивнула в сторону дивана. - Сядь и подожди. Мне нужно пару минут, — сказала она, направляясь к душевой, чувствуя, как футболка мерзко липнет к телу, а по шее стекает теплая струйка. Кейтлин замерла посреди мастерской, словно всё ещё колебалась, стоит ли остаться. Но слова Вай — прямые, обрезанные на полуслове, без попыток что-то приукрасить — всё же зацепили её. Нерешительно шагнув к дивану, она присела на самый край, будто боялась занять слишком много места в чужом пространстве. Она медленно разжала пальцы, посмотрела на ладонь. В памяти всплыл тот короткий, резкий момент — как она вывернула запястье Вай и толкнула её так, что та ударилась головой. Пальцы чуть дрогнули, и Кейтлин нахмурилась, сама пугаясь своей резкости. Зачем она это сделала? От злости? От бессилия? Или оттого, что испугалась снова увидеть в глазах Вай то, что бесило её больше всего — насмешку? Мысли крутились тяжёлым клубком, и она попыталась отвлечься, окинув взглядом мастерскую. Место оказалось совсем не таким, каким она ожидала. Оборудование пусть и не новое, но явно исправное, ухоженное. На полу не было хаотичных пятен масла, инструменты аккуратно разложены, а воздух пах не только маслом, бензином и металлом, но и чем-то почти домашним — едва уловимым, но приятным. В углу, на подъёмнике, под серым чехлом угадывался силуэт машины. Кейтлин машинально прищурилась, но разглядывать дальше не стала. Её внимание вдруг привлёк телефон, валявшийся на полу у дивана, будто случайно соскользнувший со стола. Кейтлин потянулась, подняла его и осторожно смахнула с экрана прилипшую пыль. На секунду экран загорелся — и она невольно заметила ворох непрочитанных сообщений от кого-то, подписанного как «Миа». Кейтлин нахмурилась, быстро потушила экран и аккуратно положила телефон на столик рядом, будто боясь, что прикосновение к чужому слишком личному оставит след. Потом чуть дёрнула подол прилипшей футболки, снова нервно поправив её, и, сцепив пальцы в замок, опустила взгляд в пол. Из душевой донёсся ровный шум воды, заглушая ночной гул за окнами. Через несколько секунд что-то с грохотом упало — звонко, с металлическим оттенком. Потом — короткое, раздражённое ругательство, за которым последовал надсадный кашель, и снова вода всё поглотила, растворив остатки звуков в шуме. Кейтлин сидела неподвижно, но невольно напряглась, прислушиваясь. Шум воды вытянул её мысли в длинную, вязкую нить. Она почувствовала, как странно успокаивает этот ритм — монотонный, почти гулкий. Чтобы отвлечься, Кейтлин медленно вытащила из кармана телефон. Экран вспыхнул, осветив лицо холодным светом. Несколько пропущенных звонков, десятки непрочитанных сообщений. Она стала бездумно пролистывать уведомления, одним движением смахивая их в сторону. Ни одного не открыла. Взгляд скользил по именам и темам сообщений, но ничего не задерживалось в голове. Лишь механика движения — палец вниз, влево, снова вниз. Вода, наконец, стихла. На пару мгновений воцарилась тишина, и Кейтлин замерла, глядя на чёрный экран своего телефона. Потом послышались шаги, приглушённые бетонным полом мастерской, и дверь душевой открылась. Вай вышла, вытирая мокрые волосы полотенцем. На секунду взгляд Кейтлин зацепился за её шею — чуть покрасневшую от горячей воды, и за узор татуировки, тянущейся к плечам и спине. Вай не стала церемониться: грязная футболка, насквозь пропитанная потом и кровью, полетела в сторону мусорного ведра. Она подцепила со столика полупустую бутылку воды и сделала жадный глоток, шумно выдыхая после. Затем снова уселась на край стола напротив Кейтлин, наклонившись вперёд. Волосы прилипли к вискам, а с полотенца, висевшего на шее, на бетон падали редкие капли. - Повтори, — сказала Вай, голос её был чуть хриплым, но спокойным. — Только… медленнее. И внятнее. Кейтлин несколько секунд молчала, будто проверяя, готова ли сама услышать то, что собиралась сказать. Пальцы скользнули по колену, сжались в кулак, потом снова разжались. - Начну с самого начала, — наконец произнесла она, голос чуть дрогнул, но тут же стал ровным. — У меня есть лучший друг. Джейс. Он учёный, работает в собственной компании. Специализируется на реабилитационной медицине, разработке оборудования и препаратов для восстановления после травм. Вай скептически приподняла бровь, но не перебила. - Недавно он перешёл дорогу «Дюжине», — продолжила Кейтлин. — Они предложили ему поставлять им фарм-сырьё. Чистое, лабораторное, в промышленных масштабах. Джейс отказался. И это… — она коротко качнула головой, — стало ошибкой. Она подняла взгляд на Вай, задержав его чуть дольше, чем нужно. - Они нашли его. Подстроили аварию. Всё выглядело так, будто это случайность, — Кейтлин на мгновение стиснула зубы, — но я успела. Успела вытащить его до того, как он погибнет. Сейчас он прячется в моей квартире. Но долго там он быть не может. «Дюжина» знает, что мы связаны, и я… Она глубоко вдохнула, словно решаясь на самое трудное. - Ему нужно место. Где он сможет отсидеться. Где его никто не найдёт. — Пауза, чуть дольше секунды. — И именно поэтому я пришла к тебе. Вай замерла, держа в руках бутылку, и какое-то время просто молча смотрела на Кейтлин. Она чуть прищурилась, откинувшись назад, и с ленцой, которая была скорее маской, чем реальным состоянием, пробормотала: - А разве твоя любимая «система», за которую ты так рвёшь жопу, не может помочь твоему гению-учёному? Суд, защита, справедливость и вот это всё? Сказала нарочито вяло, но в словах сквозила колкая насмешка. Кейтлин резко подняла глаза, в которых мелькнуло раздражение. - Думаешь, я не пробовала? — она почти повысила голос, но тут же сбилась, раздражённо мотнула головой, будто отгоняя лишние эмоции. — Если бы я знала выход… если бы хоть на секунду верила, что закон может его защитить, я бы ни за что не пришла к тебе. Тишина повисла тяжёлым, почти вязким слоем. Вай крутила в руках бутылку с водой, прижимая к холодному пластику пальцы, и раздумывала, стоит ли продолжать давить. Часть её жаждала поддеть Кирамман ещё, отплатить за все бессонные ночи, за протоколы и допросы, за унижения на глазах у других. Хоть чуть-чуть, мелочно, но сладко. И всё же, она вздохнула, чуть склонила голову набок и выдала: - Почему именно я, Кирамман? — голос прозвучал тише, чем ей хотелось, но зато без насмешки. Кейтлин выдержала её взгляд. Ни раздражения, ни смущения — только спокойствие, от которого у Вай внутри что-то неприятно кольнуло. - Потому что, нравится тебе это или нет, — сказала она ровно, — я знаю только одного человека в этом городе, кто имеет достаточно… слабоумия, чтобы тягаться с «Дюжиной», оставаясь при этом в живых. Вай фыркнула и покачала головой, одним глотком опустошив остатки воды в бутылке. - «Оставаясь в живых», — передразнила она, ухмыльнувшись безрадостно. — Кирамман, это всего лишь вопрос времени. «Дюжина» пока хавает мою сказку о том, что я ни сном, ни духом не в курсе, почему каждый раз их курьеры чудесным образом попадаются именно там, где я катаюсь. Но надолго этого не хватит. Она чуть подалась вперёд, глядя на Кейтлин исподлобья. - Так где, по-твоему, я должна спрятать твоего умника? Кейтлин опустила глаза, задержала дыхание на пару секунд и почти шёпотом произнесла: - Я думала… ты могла бы оставить его здесь. В мастерской. «Дюжине» вряд ли придёт в голову искать его у себя под носом. И… — она запнулась, снова поправив прилипшую футболку, — Джейс может помочь тебе с сестрой. Если она действительно нуждается в помощи. Вай прищурилась, будто пытаясь понять, что её задело больше — то, что Кейтлин снова упомянула Паудер, или то, что это прозвучало так, словно она сомневается в её словах. - С сестрой я как-нибудь разберусь сама, — хмыкнула Вай, постукивая пустой бутылкой по колену. Она замолчала, задумчиво водя пальцами по затылку, где ещё отдавалась боль от удара. Будто эта тупая, глухая боль помогала сосредоточиться. Тишина затянулась, вязкая, тяжёлая, будто в мастерской стало меньше воздуха. Кейтлин сидела на краю дивана, не сводя взгляда с Вай: с того, как та нахмурилась, прикрыв глаза, словно что-то считала в уме или боролась сама с собой. Минуты тянулись, и напряжение почти физически давило на плечи. Кейтлин поймала себя на том, что незаметно стискивает пальцы в замок, ногти впиваются в кожу. Наконец Вай подняла голову и посмотрела ей прямо в глаза. Сухой смешок сорвался с её губ, но взгляд был усталым, хмурым. - Хер с тобой, Кирамман, — тихо, почти без злости, но с тяжёлой обречённостью произнесла она. — Хорошо. Будешь должна… потом. Кейтлин почувствовала, как будто что-то огромное и тяжёлое сорвалось с её плеч. В груди стало легче, даже дыхание выровнялось. Она не позволила себе улыбнуться, но коротко кивнула, будто подтверждая, что услышала и приняла условия Вай. Та выпрямилась, оглядываясь в поисках своей куртки и ключей от машины, но, словно что-то вспомнив, повернулась к Кейтлин, подозрительно глядя на неё. - А где твоя машина? Ты же не пешком пришла в эту дыру? - Машина заглохла, — ответила Кейтлин, чуть скривившись, будто сама не ожидала признаться в этом. — В полутора кварталах отсюда. Я пыталась её завести, но без толку. Вай странно хмыкнула — больше устало, чем насмешливо, и встала со столика. Прошлась пару шагов по мастерской, нашла связку своих ключей на крючке у станка и, не раздумывая, бросила их Кейтлин. Металл со звоном упал ей в ладонь. - Ты будешь за рулём, — сказала Вай, понизив голос так, будто это было очевидно. — А я, если что, даже к двери машины не подойду. Кейтлин нахмурилась, приподняв ключи. - А почему, если это твоя машина? Вай, не глядя, подняла с пола смятую куртку, накинула её на плечи и, наконец, снова встретилась с ней глазами. - Потому что если я сяду за руль, — она ткнула пальцем в себя, — ты же первая выпишешь мне штраф за пьяное вождение. Она усмехнулась криво, больше в сторону, чем прямо в лицо Кейтлин. - Так что давай, Кирамман, прояви служебное рвение: отвезёшь меня к твоему другу, а там решим, что делать с твоей машиной. ХХХ Вай сидела в глубоком диване, как будто он сам засасывал её в мягкие подушки. Её слегка шатало, хотя душ помог сбить запах и утрамбовать похмелье вглубь, оставив вместо него тупую боль где-то в черепе. Она не открывала глаз — только слушала. Гулкие шаги Джейса разносились по квартире, словно каждый его ботинок весил килограмм двадцать. Он ходил туда-сюда, гремел молниями рюкзака, что-то ронял и сразу поднимал, при этом громко разговаривая с Кейтлин. - Ты понимаешь, что они не отстанут, Кейт? — голос у него был низкий, с хрипотцой, но в нём сквозила тревога. — Я могу уйти куда угодно, но «Дюжина» всё равно найдёт. Я — не гонщик, не боец. Я не умею… - Перестань, — резко перебила Кейтлин. В её голосе не было привычного ледяного тона — больше раздражённого отчаяния. — Хочешь сказать, что проще сдаться? Они не оставят тебя в живых, Джейс. Ты же сам это понимаешь. - А ты? — он остановился, и Вай, не открывая глаз, всё равно ощутила эту паузу в воздухе. — Ты хоть понимаешь, во что втягиваешь себя? Кирамман не ответила сразу. Вай открыла один глаз и мельком посмотрела: Кейтлин стояла у окна, прислонившись плечом к стене, и сжимала руки в кулаки. - Я понимаю, — наконец сказала она тихо, глядя в дождь за стеклом. Вай снова прикрыла глаза, но не удержалась, буркнув: - Сраный семейный сериал, — и потянулась за подушкой, чтобы подложить под затылок. Джейс дёрнулся, словно только сейчас разглядел Вай: - Это кто? — он уставился на диван, где Вай раскинулась, как хозяйка квартиры. - Та, кто согласилась нам помочь, — ответила Кейтлин без колебаний. Вай чуть приподняла уголок губ. - Не «нам». Тебе. Джейс нахмурился, будто не понял, кого именно она только что уколола — его или Кейтлин. - Хорошо, ты согласилась помочь Кейт, а ты-то кто? - Я — никто, — лениво бросила Вай, делая вид, что этот разговор ей наскучил с самого начала. Кейтлин шумно выдохнула, закатив глаза так, что Джейс легко мог это заметить. - Я же говорила тебе про неё, — сказала она, чуть раздражённо. — Гонщик из нижнего, с кем я работаю. - «Работаешь», — Вай приподняла бровь и выдала это таким тоном, в котором сарказма было столько, что Кейтлин будто физически дёрнуло. Джейс задумчиво уставился на Вай. Она в его взгляде ощущала не осуждение и не недоверие — скорее любопытство, будто он пытался совместить услышанное с тем, что видел сейчас. - Знаешь, — наконец сказал он, — я почему-то представлял тебя совсем другой. Вай чуть приоткрыла один глаз, наклонив голову и прищурилась: - Ну давай, удиви меня, умник. Какой я должна быть по твоей картинке? - Ну… — Джейс замялся, явно не находя слов сразу. — Более… грубой, что ли. Агрессивной. Я слышал «гонщик из нижнего» — и ожидал увидеть кого-то, кто разговаривает кулаками чаще, чем ртом. А ты… — он пожал плечами. — Ты вроде бы совсем не такая. - А может, я пацифист. — Вай хмыкнула. — Или гринписовец. Или, сейчас мне просто лень и я просто хочу спать. Одно из трёх, выбирай сам, что тебе нравится больше. Джейс усмехнулся, не удержавшись от улыбки, и покосился на Кейтлин. Та действительно закатила глаза — в десятый, если не в двадцатый раз за последний час. Он даже не удержался от тихого смешка, будто считал это её новым выражением лица по умолчанию. Вай между тем всё-таки приоткрыла глаза и огляделась по сторонам. Квартира Кирамман была большой, просторной, но не производила того впечатления, которое обычно ждёшь от «богатых верхних». Здесь не было холодного минимализма с идеально выстроенными линиями и стерильной белизной. Наоборот — всё выглядело так, будто хозяйка пользовалась пространством для жизни, а не для показухи. В гостиной — мягкий диван тёмно-серого цвета, на котором сейчас сидела Вай, пара кресел, низкий журнальный столик, заваленный парой пустых чашек и аккуратно сложенной пачкой документов. На полу, у стены, стояла стойка с оружейным кейсом, будто напоминание, что это жильё не совсем «домашнее». На полке над телевизором — несколько фотографий, явно личных, но без лишнего пафоса. Одна фотография заметно выделялась: на ней Кейтлин, в гоночном костюме, обнимала какую-то девушку, в таком же костюме, а на заднем фоне виднелась машина какой-то из младших формул. На фотографии Кирамман была совсем не такой, какой её знала Вай — улыбчивой, открытой, счастливой. На лице — ни намека на шрам. Вай почувствовала странное ощущение в груди, будто только что прикоснулась к чему-то личному. Она поспешила отвести взгляд и снова прикрыла глаза. Откинулась глубже на спинку дивана, будто собиралась задремать, но мысли не отпускали. Шум шагов Джейса, собирающего свои вещи по квартире, был где-то на фоне, приглушённый, как и гул дождя за окнами. А у неё в голове всё сводилось к одному: как сделать так, чтобы «Дюжина» не учуяла, что она прячет его у себя. С Паудер, Вандером, Майло и даже с Элли — она бы объяснилась. Пусть злились, спорили, но они знали её, доверяли. Но в этой истории всё было иначе. Здесь — чужой, беглец, которого ищет самая опасная банда города. Это не похоже на игру с огнём — это уже почти то же самое, что сунуть голову в петлю. Она вспомнила слова Элли: «Если Силко узнает, что ты работаешь на Кирамман…» Вай тяжело вздохнула, стиснув зубы, и резко оборвала мысль на полуслове, не позволяя себе додумывать её до конца. Голова и так раскалывалась, пульсировала болью, словно напоминая, что стоит остановиться. И всё же взгляд Кейтлин снова всплыл перед глазами — в тот момент, когда та толкнула её. Это не была холодная, уверенная в себе охотница на гонщиков. То было лицо растерянное, испуганное. Она словно сама не ожидала, что оттолкнёт её так резко, будто её собственная реакция её же и испугала. Вай снова глубоко вдохнула и стиснула лоб ладонью, прижимая её к пульсирующему виску. Да грёбанная Кирамман. Она могла бы сейчас уже уйти, бросить всё к чёрту, сказать «разбирайся сама». Но вместо этого — сидела здесь, на её диване, с мыслью, что не может заставить себя пройти мимо. Голова начинала болеть уже почти нестерпимо. Похмелье, мысли, разбитый затылок — всё будто сводило в один огромный ком, пульсирующий болью. Снова накатила тошнота, в глазах замелькали яркие мушки. Вай сжала пальцами переносицу, в надежде, что это поможет. Пальцы, прижатые к переносице, дрожали. Она сидела неподвижно, слушая, как где-то в другой комнате хлопает дверца шкафа, как Джейс что-то негромко бормочет себе под нос, как скрипят половицы под его шагами. Всё это сливалось в ровный, назойливый шум, усиливая пульсацию в висках. Она попыталась сделать глубокий вдох, но грудь словно сдавило бетонной плитой. Горечь стояла во рту, желудок сжимался всё туже. Мелькнула мысль встать, найти в ванной аптечку, вытрясти оттуда хоть что-то, но тело будто придавило к дивану. Краем глаза она заметила движение — Кейтлин вернулась в гостиную. Стояла у входа, не спеша подходить ближе, будто осторожно прикидывая, не сорвётся ли Вай снова. На лице Кирамман уже не было той резкости, только усталость и какая-то сдержанная тревога. - Всё в порядке? — тихо спросила она, без нажима, но и без привычной отстранённости. Вай открыла глаза, посмотрела сквозь боль и мутный свет лампы. Хотела бросить что-то колкое, привычное, чтобы отвести взгляд от собственной слабости, но слова застряли в горле. Вместо этого она только хрипло выдохнула: - Да. Она снова попыталась глубоко вдохнуть, чувствуя, как тошнота подступает ближе. - Прости. — Этот тон Кирамман было настолько непривычно слышать, что Вай уставилась на неё в упор, сразу же забыв о своем состоянии. Она смотрела на Кейтлин, моргая, будто пытаясь убедиться, что не ослышалась. Слово «прости» прозвучало слишком мягко, слишком непривычно. Ни холодной отстранённости, ни железного нажима в голосе — только искренность, простая и незнакомая. - Что? — хрипло переспросила Вай, будто не веря. Кейтлин на секунду отвела взгляд, но тут же снова встретилась с её глазами. Она не дрогнула, не отступила, не стала объяснять или оправдываться — просто повторила чуть тише, почти шёпотом: - Прости. На миг между ними повисла тишина, напряжённая и странная. Вай почувствовала, как боль в голове будто сместилась на второй план, уступая место чему-то другому — колкой растерянности, с которой она никак не умела обращаться. Она резко хмыкнула, пытаясь вернуть себе привычную маску: - Никогда бы не подумала, что услышу это от самой Кейтлин Кирамман. Запишу дату, чтоб не забыть. Но голос всё равно прозвучал слабее, чем ей хотелось, и она знала, что Кейтлин это заметила. Вай повернула голову, глядя в окно. Дождь, казалось, усилился, плотной пеленой заливая все пространство за стеклом. Она услышала, как Кирамман сделала пару шагов, присаживаясь в кресло и спросила: - Так где твоя машина стоит? Адрес запомнила? Индикаторы какие горели, прежде чем заглохла? - Полтора квартала от твоей мастерской, — ответила Кейтлин после короткой паузы. Голос её прозвучал сухо, будто она нарочно выстраивала каждое слово, чтобы не дать Вай повода снова уколоть. — У старой заправки, на обочине. Запомнила. Она чуть нахмурилась, вспоминая, и, кажется, сама злилась на себя за то, что машина подвела именно в такой момент. - Сначала загорелся чек, — перечисляла она спокойно, будто отчитывалась на работе. — Потом начала терять обороты. Думала, дотяну до мастерской, но заглохла окончательно. Завести не получилось. Она чуть заметно пожала плечами, но в этом движении Вай уловила раздражение, направленное явно не на неё, а на обстоятельства. - Оставила и пошла пешком. Вай кивнула, тут же пожалев об этом жесте. - Ладно, разберусь. Слушай, обезбол есть? Кейтлин на секунду замялась, будто не ожидала от Вай такого вопроса. Потом коротко кивнула и поднялась с кресла. - Сейчас, — сказала она и скрылась в соседней комнате. Вай осталась одна в тишине, нарушаемой лишь шумом дождя за окном и отдалённым грохотом, доносящимся с улицы. Голова снова тяжело налилась болью, и она уткнулась ладонями в виски, будто могла выдавить эту боль силой. Вернулась Кейтлин быстро, с маленькой аптечкой в руках. Она достала из неё блистер таблеток и протянула Вай вместе со стаканом воды. - Держи. Сильнее у меня нет, но должно помочь. Вай взяла таблетки, глухо буркнув: - Мне хватит. Она запила их, глотая воду жадно, и снова откинулась на диван, повернув голову в сторону Кейтлин. С минуту пристально смотрела на неё, а затем, вдруг, спросила: - Просто ради интереса — у тебя ко мне что-то личное, да? Кейтлин моргнула, будто вопрос выбил её из привычного ритма, и на пару секунд замолчала. Она поставила пустой стакан на столик, скрестила руки на груди и посмотрела на Вай с лёгким прищуром. - В смысле? — её голос прозвучал осторожно, но в нём чувствовалась и оборонительная нотка. Вай не отвела взгляда, чуть приподняла уголок губ. - В прямом. Ты носишься за мной, как будто я у тебя кошелёк сперла. Других гонщиков в городе хватает. А у тебя будто пунктик на мне. Кейтлин на секунду отвела глаза, стиснув зубы, а потом снова встретила её взгляд. - Может, потому что ты слишком самоуверенная. И слишком безрассудная. Думаешь, бессмертная? Думаешь, на твоих заездах не гибнут люди? — её голос был резким, но в нём сквозила эмоция, которую Вай уловила скорее нутром, чем ушами: там было не только раздражение, но и что-то глубже. Вай усмехнулась, но криво, без настоящего веселья. - Всё-таки личное. Кейтлин напряглась, словно хотела возразить, но замолчала. Снова. На этот раз тишина между ними повисла тяжелее, чем прежде. - Я же ничего тебе не говорю. Хочешь давить — да пожалуйста, у тебя неплохо получается. Просто было интересно. Кейтлин медленно выдохнула, будто собиралась с мыслями, и снова села удобнее в кресле, не отводя взгляда от Вай. В её лице не было ни злости, ни насмешки — только сдержанное напряжение, которое таилось в ней с самого начала разговора. - Ты правда думаешь, что для меня это просто работа? — её голос прозвучал тише обычного, без жёсткой отточенности, к которой Вай уже успела привыкнуть. — Что я гоняюсь за тобой, потому что мне скучно, или потому что хочу поиграть в кошки-мышки? Вай чуть склонила голову набок, лениво и с вызовом. - А разве нет? Кейтлин сжала губы, пальцы её на подлокотнике кресла непроизвольно стиснулись сильнее. - Просто я знаю, чем всё заканчивается. Всегда. Ты хорошо держишь руль и с этим не поспорить. Умеешь анализировать, у тебя отличная реакция. Но, ведь, твой друг тоже умел держать руль, верно? Клэггор. И к чему это привело? Вай замерла, кривую усмешку словно стёрло с её лица. В груди будто неприятно ёкнуло, но она не подала виду, только повела плечом, будто хотела сбросить с себя этот разговор. - Оставь его в покое, — хрипло бросила Вай. Но голос прозвучал слишком резко, будто слова вырвались из неё быстрее, чем она успела подумать. Кейтлин выдержала паузу, но не отвела взгляда. - Я не хочу тебя задеть. Просто ты сама знаешь, как это работает. Каждый думает, что он особенный. Что именно его не настигнет тот самый поворот, тот самый удар. Но смерть в гонках — не исключение, а правило. Вай резко развернула голову к ней. - Ты вообще молчи про правила, Кирамман. У тебя там, в верхнем, они, может, и работают. А тут — либо ты держишь руль, либо тебе перекручивают шею. Вот и все твои правила. Кейтлин прищурилась, но не отступила. - А если я скажу, что вижу, как тебя медленно убивает твоя же рулёжка? Что ты сама себя ведёшь к этой яме, о которой шутила минуту назад? - Тогда я скажу, что это, во-первых, не твоё дело, — Вай откинулась на спинку дивана, снова закрывая глаза, — и если я размажусь о бетон, это будет моя ошибка. А во-вторых, не ты ли сама дала мне выбор? Мы с тобой «сотрудничаем», ты не сажаешь меня в Омут. Не занимайся спасательством, Кирамман. У тебя как-то хуево получается. Кейтлин резко втянула воздух, сжала пальцы в кулак так, что костяшки побелели. - Чёрт возьми, Вай… — голос её прозвучал глуше, чем она хотела, но твёрже. — Да, я дала тебе выбор. Но это не значит, что мне плевать, во что ты этот выбор превратишь. Ты думаешь, я злюсь потому, что хочу командовать тобой? Нет. Я злюсь, потому что вижу, как ты несёшься к своей же гибели, и мне на это не всё равно. - Не всё равно? — переспросила Вай, будто пробуя слова на вкус. — И с каких это пор? Кейтлин нахмурилась, словно сама себя загнала в угол этим признанием. Она отвела взгляд, уставившись куда-то в сторону, на мокрое от дождя окно. - С тех самых, когда поняла, что ты единственная, кто может помочь мне добраться до Силко. Вай сначала только дернула плечами, будто хотела что-то ответить, но вместо этого вдруг хрипло расхохоталась. Смех вышел каким-то надломленным, резким — больше похожим на кашель. Она попыталась выдавить сквозь него слова, но получалось только отрывистое бормотание. Смех всё никак не хотел останавливаться, то прерывался, то снова вырывался наружу, заставляя её запрокидывать голову на спинку дивана. Глаза заслезились, дыхание сбилось, и, наконец, Вай только махнула рукой, как будто сдаваясь, и выдохнула: - Ладно, забудь… ебучий цирк… Она провела ладонью по лицу, вытирая влагу со щёк, и уткнулась затылком в подушку дивана, тяжело дыша. Кейтлин смотрела на неё с выражением, в котором смешались раздражение и что-то вроде растерянности. Она будто не знала — то ли накричать на неё за этот нервный смех, то ли спросить, что за ним скрывалось, но, в конце-концов, просто откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди. Казалось, Вай вообще не умеет молчать, потому что ровно через минуту она снова повернула голову и сказала: - Ну, и где твоя бородатая подружка? Никогда не поверю, что он всё ещё собирает шмотки. Даже моя бывшая собирается быстрее. А её эта хрень с косметикой размером с мой чемодан с инструментами. Кейтлин не удержалась — уголок её губ дёрнулся, хоть и не в улыбке, а скорее в выражении усталой иронии. - Он не моя «бородатая подружка», — холодно заметила она, но без привычного нажима. — И если тебе интересно, он перебирает документы. Не всё можно бросить в сумку и уйти. Вай хмыкнула, прикрывая глаза и устраиваясь удобнее на диване. - Документы… — протянула она лениво. — Ну конечно. Ты же у нас вся такая правильная, на законе и с пистолетом, а твой дружок вечно с бумажками. Как вы вообще выживаете? - Лучше, чем некоторые, — парировала Кейтлин, и в голосе её прозвучал стальной оттенок. Вай усмехнулась, но, похоже, уже без желания колоть — скорее по привычке. Она снова повернула голову к ней, открыв один глаз: - Я серьёзно, Кирамман. У меня поставка приедет в шесть утра, до этого времени нужно вернуться. Кейтлин нахмурилась, и Вай заметила, как её пальцы чуть заметно сжались на подлокотнике кресла. - Ты понимаешь, насколько смешно это звучит? — тихо, но резко произнесла она. — После всего, что было, после «Дюжины» у тебя хватает наглости думать о какой-то поставке? Вай закатила глаза. - Давай чуть проясним пару деталей, окей? Это моя мастерская и я работаю в ней практически без выходных, чтобы оплачивать счета. Это раз. Два — кое-кто, то есть ты, решила, что будет забавно лишить меня денег от гонок, и навесить на меня кучу штрафов. Которые, напомню, нужно как-то оплатить. И, вот неожиданность, от гонки к гонке эти штрафы только растут, ведь тебе кажется забавным каждый раз таскать меня в наручниках на заднем сидении полицейской машины, пока моя машина трясется где-то там на эвакуаторе, который, опять-таки, нужно оплачивать. Тебе всё ещё смешно? Кейтлин слегка подалась вперёд. - Я не для того это делала, чтобы тебе «навесить штрафы», — произнесла она сдержанно, но в голосе сквозило раздражение. — А чтобы хоть как-то удержать тебя в живых. Тебе, может, и нравится каждый раз смотреть в глаза смерти, но мне потом приходится разгребать последствия. Вай фыркнула, но усмешка её вышла кривой. - Ах вот оно как, — протянула она, поднимая брови. — Значит, ты не срываешь злость, не отрабатываешь свои неврозы, а прямо-таки спасательница. Герой в форме, что стоит между мной и могилой. - Если бы ты хоть раз в жизни подумала о том, что происходит вокруг, — парировала Кейтлин, и на секунду её голос дрогнул, выдавая усталость, — может, и не пришлось бы играть в спасателя. Вай прищурилась, наклонив голову набок, словно разглядывала её в упор. - Ты правда думаешь, что я не понимаю, во что ввязалась? — её голос прозвучал тише, но жёстче. — Я каждый день сажусь за руль, понимая, что могу врезаться, сгореть или сдохнуть под чужим колёсами. Но это мой выбор. А вот влезть в мою жизнь и решать за меня — это уже твой выбор, Кирамман. — Она на миг прикрыла глаза, — И давай без этого твоего пафоса, аж блевать охота. На миг повисла тишина. Лишь дождь за окном монотонно стучал по стеклу. Кейтлин не сразу ответила. Она смотрела на Вай так, будто пыталась пробить её взглядом, словно хотела докопаться до чего-то, что та тщательно прятала за насмешками и колкостью. Но слова застряли у неё на языке. Вай чуть повернула голову, лениво, но в этом движении было что-то дерзкое, вызывающее, словно она только что поставила точку и ждала, как Кирамман отреагирует. - Ты неисправима, — наконец произнесла Кейтлин, тихо, почти устало. - А ты предсказуема, — Вай криво ухмыльнулась, вытягиваясь на диване и прикрывая глаза. — Всё время одно и то же: «Вай, ты умрёшь, Вай, остановись, Вай, дай мне повод». Скука смертная, честно. На лице Кейтлин мелькнуло что-то резкое, словно она хотела взорваться, но вместо этого она резко втянула воздух сквозь зубы и стиснула руки на подлокотниках кресла, будто удерживая себя. - Ты думаешь, я ради забавы здесь? Думаешь, мне правда есть дело до твоих гонок и твоего пьяного бреда? — её голос зазвенел сталью. Вай не открыла глаз, но уголки губ её дёрнулись. - А разве нет? — протянула она. — Признайся, Кирамман, тебе просто нравится меня мучить. Такая, извращенная форма БДСМ. Или ты просто мазохист. Кейтлин дернулась так, словно Вай только что влепила ей пощёчину. Взгляд её вспыхнул, пальцы на подлокотниках вцепились ещё сильнее, костяшки побелели. - Ты неисправима, — выдавила она сквозь зубы, но в голосе дрогнула едва заметная нота — раздражение смешалось с чем-то другим, что она явно не хотела показывать. Вай усмехнулась криво, почти лениво. - О, вау, неужели эту пластинку заело? Я слышу это уже второй раз за вечер. Видимо, диагноз подтверждён, — протянула она, чуть повернув голову в её сторону. — Что, даже не хочется швырнуть в меня что-нибудь? - Хочется. — Неожиданно честно призналась Кейтлин. Вай фыркнула. - Так давай. Может, полегчает. Хотя, на самом деле, мне кажется, что ты меня не столько ненавидишь, сколько я тебя бешу. Не знаю, правда, чем, но ты на каждое моё слово реагируешь так, будто я у тебя любимую игрушку отняла. - Ошибаешься, — резко бросила Кейтлин, но голос её дрогнул, как будто сама себе не верила. Она встала из кресла, прошлась пару шагов по комнате, потом снова остановилась, упершись руками в бёдра. — Ты не бесишь. Ты… Она замолчала, словно слова застряли где-то в горле, и только стиснула зубы сильнее. - Ну? Давай, не томи. Я жду, Кирамман. Неужели впервые за вечер тебе вдруг стало нечего сказать? Кейтлин резко обернулась к ней. - Ты напоминаешь, — выдохнула она. — Постоянно. О них. О том, что я потеряла. О том, что могла спасти и не спасла. Вот почему ты меня бесишь. Потому что рядом с тобой я каждый раз вижу не только тебя, но и их. Вай замерла. - Что, теперь тебе нечего сказать, да? — Кейтлин выдавила из себя тихий смешок. - Да нет, есть. - Так давай, говори. - Зачем? Кейтлин нахмурилась, будто её на миг выбили из колеи этим простым ответом. - Как это — зачем? — в её голосе мелькнуло раздражение и… растерянность. Вай наконец открыла глаза и посмотрела прямо на неё. В её взгляде мелькнуло что-то странное, но в этот раз без привычной насмешки. - Ну, ты сказала, я отвалила. Кажется, так это работает? Кейтлин замерла, не находя, что ответить сразу. На её лице было написано то ли недоумение, то ли злость на себя за то, что позволила разговору зайти так далеко. Она провела ладонью по лицу, будто пыталась стереть лишние эмоции, но пальцы дрогнули, выдавая внутреннее напряжение. - Ты… — начала она, но осеклась, опуская руку. — Ты всё время всё сводишь к простым формулам. Словно для тебя всё чёрное или белое. Сказала — отвалила. Сделала — забыла. А жизнь так не работает, Вай. Вай чуть приподняла бровь. - А по-моему, это так и работает, — спокойно ответила она. — Ты обозначила границу, я туда не иду. Видишь, всё просто. Кейтлин едва заметно качнула головой, но взгляд отвести не смогла. - Всё просто только в твоей голове, — произнесла она глухо. — В жизни границы не такие чёткие. Ты можешь думать, что не переступаешь, но каждый раз… — она замолчала, будто слова застряли в горле, — каждый раз ты напоминаешь, что они есть. Вай усмехнулась, но без привычной насмешки — скорее устало. - Знаешь, Кирамман, ты единственный человек, кто умудряется злиться на то, что я не делаю ничего. Даже когда я просто сижу, дышу и молчу — я уже, оказывается, напоминаю. Давай так — что мне нужно сделать, чтобы тебя не бесить? А то, мне кажется, в нашей с тобой игре «кто кого перебесит», я изначально в заведомо проигрышной позиции. Кейтлин медленно выдохнула, и повернулась к ней, словно решаясь сказать то, что обычно держала при себе. - Ничего, — ответ прозвучал неожиданно резко, почти рублено. — Ничего ты не можешь сделать. Ты просто существуешь — и уже бесишь. Потому что каждый раз я вижу в тебе то, что хочу забыть. Она замолчала, и в комнате вновь воцарилась тишина, нарушаемая только дождём за окном. Вай чуть прищурилась, будто обдумывала её слова. На лице появилась тень улыбки, но в ней не было ни капли настоящего веселья. - Ну, значит, я гениально справляюсь с ролью, — тихо сказала она. — Представь, я даже не напрягаюсь, а результат всегда на высоте. Кейтлин едва заметно дёрнулась, будто снова готова была вспыхнуть, но в этот раз не ответила. Только сжала губы ещё сильнее и отвернулась обратно к окну. ХХХ С момента появления Джейса в мастерской прошло уже два дня. Вай была полностью поглощена работой над Lamborghini — с утра до глубокой ночи возилась под капотом, в масле и мазуте, с запястьями в ссадинах и пальцами, покрытыми грязью. Машина словно требовала от неё всего внимания, и Вай отвечала взаимностью, забывая о сне, еде и тем более о присутствии кого-то постороннего. Она так увлекалась, что иногда действительно забывала: в мастерской теперь живёт ещё один человек. Поэтому каждый раз, когда, выйдя за инструментом или за бутылкой воды, она сталкивалась с Джейсом в «жилой» зоне — кухне, маленькой комнате с диваном или в душевой, — её сердце предательски вздрагивало. Вай делала вид, что всё нормально, отмахивалась, но каждый раз внутренне злилась на себя. Она не привыкла, что в её пространстве кто-то есть постоянно. Это было странно: мастерская всегда казалась её крепостью, местом, где можно спрятаться от всего мира. А теперь в углу сидел этот «кексик в пиджаке» — пусть и без пиджака, зато с вечной стопкой бумаг и ноутбуком. Джейса, похоже, мало заботило, что она реагирует на его появление. Он держался спокойно, почти бесшумно: читал, писал, иногда выходил позвонить. Казалось, он занял пространство так, словно оно давно принадлежало и ему тоже. Но однажды вечером, когда Вай вытерла руки от масла и, бормоча себе под нос что-то про «этот чертовый впуск», вышла в комнату за бутылкой пива, она снова наткнулась на него. Джейс сидел за столом, склонившись над бумагами, и, не поднимая головы, бросил: - Ты вообще спишь? Вай на секунду замерла, не ожидая услышать от него что-то подобное. Обычно Джейс предпочитал держать язык за зубами, и его внезапный интерес выбил её из привычного ритма. Она чуть приподняла бровь, открыла бутылку, сделала глоток и только потом ответила: - Сплю. Но эта малышка, — она кивнула в сторону Gallardo, стоящего на подъемнике. — кажется не торопится меня отпускать. Мужчина кивнул, переводя на неё взгляд, в котором можно было прочесть явный интерес. - Значит, ты механик. Вай хмыкнула, чуть усмехнувшись в ответ: - Ну, можно и так сказать. Я механик, гонщик, иногда сантехник, иногда электрик. Короче, мастер на все руки, если деньги платят. Джейс чуть наклонил голову, продолжая внимательно её разглядывать. - Но всё же… именно машины? Это ведь не просто работа. Ты говоришь о них, как о живых. Она фыркнула, но не стала отрицать: - Потому что они живые. У каждой свой характер, свои капризы. Одну починишь — она тебя слушает, едет, как по рельсам. Другую хоть убейся, а она будет рычать, плеваться маслом и ломаться через каждые пять километров. Машина не врёт. С ней проще, чем с людьми. - Хм, — Джейс чуть улыбнулся. — Я бы сказал, ты описала их так же, как многие описывают друзей. Вай посмотрела на него краем глаза и усмехнулась шире: - Не перегибай, профессор. Друзья из железа не предадут. Максимум — заклинит мотор, но тут хотя бы знаешь, где копать. Он хотел что-то возразить, но Вай уже бросила быстрый взгляд на часы и шумно выдохнула. - Так, ладно. Хватит философии на ночь глядя. — Она поднялась, размяла затёкшие плечи. — Я устала. И этой чёртовой «ламбе» ещё нужно уделить внимание, иначе утром меня будет ждать лужа масла на полу. Она провела ладонью по лицу, оставляя на щеке широкий масляный штрих, словно возвращаясь в привычный режим, и взяла со стола перчатки. - Могу помочь. С чем-нибудь простым. — Бросил Джейс как бы между прочим. — Я, конечно, не механик, но немного разбираюсь. Да и мне неудобно, что я сижу тут, пока ты сутками копаешься в машинах. Мне Кейт не говорила условия вашей с ней сделки насчет меня. Вай дернула уголком губ, натягивая перчатки, и фыркнула: - Да нет никаких условий. — Она повернулась к нему, чуть прищурившись. — Я просто сказала Кирамман, что она будет мне должна. Вот и всё. Джейс слегка удивленно поднял брови, будто не ожидал такой прямоты, но промолчал. - А если ты прям так горишь желанием помочь, — Вай обвела рукой мастерскую, где на верстаке громоздились ключи вперемешку с тряпками и пустыми банками из-под энергетиков. — Вот твой фронт работ. Разложи инструменты по местам, убери этот срач, и будет норм. Она усмехнулась, берясь за гаечный ключ. - Справишься, подружка? Или тебе, как всегда, нужны чертежи, инструкции и печати? Джейс коротко хохотнул, но всё-таки поднялся и без лишних слов начал собирать инструменты, аккуратно раскладывая их на верстаке. - Слушай, а как ты вообще развлекаешься? — спросил он спустя пару минут, держа в руках разводной ключ и с интересом глядя на неё. Из-под днища Gallardo донёсся её приглушённый голос, заглушаемый эхом металла: - …бар… - А? — переспросил Джейс, нагибаясь чуть ближе. Вай вынырнула из-под машины и, закатив глаза, сказала громче: - Недалеко есть нормальный бар. Иногда туда хожу. - Ага, значит только бар, — протянул Джейс, возвращаясь к верстаку. — А что, девчонок симпатичных там подцепить можно? Вай фыркнула, снова залезая под машину: - Если ты туда пойдёшь — может, тебя и подцепят. Но вообще, можно. Отношения не заведешь, но на пару раз пойдет. Джейс усмехнулся, покачав головой: - М-да, романтика твоей жизни просто зашкаливает, — сказал он, протирая тряпкой один из ключей. — Значит, весь досуг: бар, выпивка и случайные связи. - Ага, — отозвалась Вай из-под машины, её голос глухо отдавался металлом. — А что ты хотел услышать? Что у меня расписаны вечера, йога по средам и кулинарные мастер-классы по выходным? - Ну, кстати, это было бы неожиданно, — заметил Джейс, чуть приподняв бровь, но уголки губ всё равно дёрнулись. Вай вынырнула снова, стянула перчатку зубами и бросила её на пол. - Не, здоровяк, эти йоги оставь для верхних. У нас тут, ну, максимум, в секцию бокса можно сходить. Готовить я не умею, у меня даже яичница сгорает. Так что, есть доставка. Джейс коротко хохотнул и мотнул головой: - Представил тебя с подносом роллов и свечкой на столе… Нет, не работает, согласен. Вай фыркнула, снова залезая под машину. - Вот именно. У меня максимум — это пицца из доставки и банка пива. - Звучит, как честный минимализм, — заметил Джейс, аккуратно складывая отвёртки на место. — Хотя, знаешь, иногда пицца и пиво заходят лучше, чем все эти изысканные блюда. - Ну, наконец-то, хоть в чём-то мы сошлись, — пробурчала Вай, подтянувшись, чтобы перехватить инструмент. — А то я уже думала, что ты и в еде будешь философию разводить. - Могу, если хочешь, — усмехнулся он. — У меня есть лекция про то, как пищевые привычки формируют характер. Вай стукнула ключом по трубе так, что звук резко разнёсся по мастерской. - Даже не смей. Если начнёшь грузить про характер и еду — я реально тебя заставлю вытирать масло с пола зубной щёткой. - Ладно-ладно, молчу, — Джейс поднял руки, изображая капитуляцию, но всё равно ухмыльнулся. — Буду просто уборщиком без философии. Вай хмыкнула, вновь скрываясь под днищем Gallardo. - Вот это уже ближе к делу. Несколько минут в мастерской стояла тишина, прерываемая лишь звоном инструментов и едва различимым бормотанием Вай под машиной, пока Джейс в очередной раз не прервал молчание. - Слушай, — протянул он, отряхивая ладони от пыли, — у тебя это ворчание под машиной звучит так, будто ты с ней разговариваешь. Она тебе отвечает? Из-под днища донёсся приглушённый смешок. - Ага. Она сказала, что если ты ещё хоть раз перепутаешь ключи и положишь не туда — то на тебя же и завоет, когда заведётся. - Оу, сурово, — Джейс усмехнулся, покачав головой. — Значит, твои машины ещё и характер имеют. Ну, хотя неудивительно: хозяйка-то у них тоже не сахар. Вай вынырнула, прищурившись, и ткнула в него пальцем в масляной перчатке. - Осторожнее, умник. А то этот «не сахар» возьмёт и оставит тебе в тапке тормозную жидкость. Джейс коротко рассмеялся, снова занялся инструментами. - Звучит так, будто у тебя уже был опыт. - Опыт? — Вай хмыкнула и снова скрылась под машиной. — Нет. Но хорошие идеи всегда стоит держать при себе. Мастерскую вновь заполнило металлическое позвякивание. Вай делала вид, что сосредоточена, но мысли незаметно ускользнули от привычной работы. Она поймала себя на том, что уже второй раз за вечер отмечает, насколько легко общается с Джейсом. Легче, чем она ожидала. С ним получалось подшучивать без того, чтобы это превращалось в войну, как с Кирамман. И вот тут Вай невольно нахмурилась. Как, чёрт возьми, такая ледяная, правильная Кирамман вообще связана с таким, как Джейс? Он вроде и умный, и зануда местами, но простой. Обычный. С ним нет этой вечной тяжести, которую таскает за собой Кейт. Вай уже собиралась вытянуть руку к ключу, когда сзади раздалось сдавленное: - Эй, глянь, что у тебя тут живёт. Она вылезла из-под Gallardo, протирая лоб запястьем. Джейс стоял чуть поодаль, держа за хвост что-то маленькое и серое. - Серьёзно? — Вай нахмурилась, а потом сощурилась. — Ты сейчас издеваешься? - Ну… скажем так, — Джейс чуть покачал «трофей» перед лицом, стараясь держать подальше, — я, конечно, ожидал, что в мастерской бардак, но не думал, что он настолько живой. Вай выдохнула, прикрывая рот ладонью, чтобы не рассмеяться слишком громко. - Ты, блин…. - Я? — Джейс изобразил полное оскорбление. — Это я-то? Да ладно. Но в тот же миг мышь бессильно повисла, и Вай, наконец, позволила себе короткий смешок. Настоящий, искренний — такой, что даже плечи дрогнули. Джейс кивнул с довольным видом: - Ага. Хоть наконец увидел, как ты улыбаешься. А то я когда тебя в первый раз увидел, подумал, что ты какой-то маньяк. Вай тут же прищурилась, пытаясь стереть улыбку, и мотнула головой: - Не обольщайся, здоровяк. Это просто нервный тик. - Нервный тик, значит, — протянул Джейс, усмехаясь и аккуратно выбрасывая дохлую мышь в мусорный контейнер. — Ну ладно, будем считать, что ты сама так решила. Он вернулся к верстаку, протирая руки от пыли, и после небольшой паузы спросил: - А как вообще получилось, что ты здесь? В мастерской, с машинами. Не как… ну, большинство девчонок. Школа, работа, нормальная жизнь, вся эта история. Вай снова нырнула под машину, но движения её стали чуть резче, чем обычно, будто вопрос задел что-то под кожей. - А что, по-твоему, нормальная жизнь? — отозвалась она, глухо, перекрикивая эхо под днищем Gallardo. — Сидеть в офисе, красить ногти и мечтать о том, чтобы начальник не повысил тон? Джейс пожал плечами, усмехнулся уголком губ. - Ну… например. Или семья, дети. Кухня, уют. Вай на минуту застыла, затем тихо рассмеялась. - Ты вообще можешь представить меня на кухне, в фартуке, держащей на руках ребёнка и ебашащей борщи? Джейс невольно хохотнул, но тут же прижал кулак к губам, стараясь сдержаться: - Честно? — он сделал вид, будто задумался, и покачал головой. — Нет. Максимум — с ребёнком на одной руке и гаечным ключом на другой. И вместо колыбельной ты ему объясняешь, почему прокладку на впуске менять вовремя надо. Вай прыснула, вытирая ладонью щёку, оставив на коже новую масляную полосу. - Ну вот, видишь. Даже ты понимаешь, что это бред. Я — и борщи. Это как ты — и тихий спокойный отпуск. - Эй, я иногда отдыхаю, — возмутился он, но без особой злости. — Просто… по-своему. - Угу. Пять дней без сна в лаборатории, шестой день — кофе и снова в лабораторию, — Вай поддела его с лёгкой усмешкой и вернулась под Gallardo. Несколько секунд слышался только лязг ключа, потом её голос снова донёсся из-под машины: - Так что нет, здоровяк. Ни борщей, ни фартуков. Я выбираю масло, шум мотора и гонки. Всё остальное — не для меня. Да и потом, для семьи надо, чтобы кто-то зацепил. А пока… не цепляет. Джейс опёрся на верстак, скрестив руки на груди, и с любопытством склонил голову: - А вот это интересно, — протянул он. — Что для тебя значит «зацепил»? Вай на мгновение замерла, будто вопрос заставил её задуматься, потом отозвалась из-под машины: - Это когда не надо ничего изображать, — её голос прозвучал глухо, но уверенно. — Когда можешь сидеть молча, и всё равно понятно, что человек рядом. Когда не приходится объяснять, почему ты такая, а не другая. Она вынырнула и, не глядя на него, потянулась за тряпкой, чтобы стереть масло с ладоней. - И ещё… — добавила тише, — когда не хочется бежать. Обычно я, как только кто-то лезет слишком близко, сразу думаю: «Всё, пора сваливать». А если не хочется — значит, зацепил. Джейс внимательно посмотрел на неё, чуть приподняв бровь: - Звучит так, будто это у тебя случается крайне редко. - Да нет, почему. — Вай, наконец, вылезла из-под машины полностью, сунула Джейсу инструменты и, нажав кнопку подъемника, обернулась к мужчине. — Бывает. Джейс машинально принял из её рук ключи, но не спешил их убирать — явно зацепился за её слова. - Бывает, — повторил он, словно пробуя их на вкус. — И часто «бывает» означает «раз в пятилетку». Вай усмехнулась, вытирая руки о тряпку, и облокотилась бедром о машину. - Слышь, подружка, ты прям как Кирамман. Зацепишься за слово и погнали. Притормози. Джейс усмехнулся уголком губ, наконец убрал ключи на место и обернулся к ней: - Ага. Только я, в отличие от Кейт, не собираюсь составлять протокол допроса. Вай хмыкнула, покачав головой: - Ещё бы. Не представляю тебя с её вечной мордой «я всё знаю лучше всех». - Спасибо за комплимент, — фыркнул Джейс, но без обиды. — Просто любопытно. Но я понял, отвалить, значит отвалить. - Какая умная подружка, — Вай усмехнулась, бросая на него взгляд поверх плеча. — Ладно, хватит философии. Я, между прочим, наконец закончила с этой красавицей. Она кивнула в сторону ярко-красного Gallardo, блестящего в свете ламп, и вытерла ладонью вспотевший лоб. - А теперь извини, я в душ. Если что — не сломай тут ничего. С этими словами Вай стянула рабочие перчатки, бросила их на верстак и, прихватив чистую футболку с кресла в углу, направилась к душевой, оставив за собой лёгкий запах масла и бензина. Джейс остался один. Он медленно обошёл Lamborghini, остановившись у капота, провёл ладонью по идеально выкрашенной поверхности. Металлик играл под светом, отражая его собственное лицо, уставшее, но неожиданно спокойное. Он ещё с минуту ходил вокруг Gallardo, разглядывая каждую деталь. Чёткие линии кузова, агрессивные воздухозаборники, низкая посадка — всё это выглядело не просто как машина, а как живое существо, готовое в любой момент сорваться с места. Мужчина наклонился, задержал взгляд на моторном отсеке, потом снова выпрямился и усмехнулся. - Кажется, теперь я её понимаю, — пробормотал он себе под нос. ХХХ Машина Вай стояла на стартовой решётке, низко рыча мотором, будто зверь, ждущий, когда его наконец спустят с цепи. По обе стороны пульсировали неоновые огни, и влажный асфальт отражал их в рваных бликах. Рядом, в своем Camaro, Мина оживлённо махала руками, рассказывая о том, как целую неделю возилась с подвеской и чуть не спалила амортизаторы к чёртовой матери. - …и представь, всё это ради того, чтобы эта сволочь не прыгала, как кенгуру на кочках, — Мина закатила глаза и хохотнула, — я уже думала, просто продать её к хуям. Вай лениво хмыкнула, перекинув взгляд через плечо — на два других авто, стоящих по соседству. Она их видела впервые: матово-серая Supra с агрессивным обвесом и чёрный Skyline, блестящий, словно его только что покрасили. Незнакомцы выглядели серьёзно — не те, кто выходит на трек ради развлечения. Она кивнула Мине, делая вид, что слушает, но мысли упрямо возвращались к телефону. Кирамман. Даже не прочитала сообщение о старте. Не то чтобы Вай рассчитывала на то, что та приедет, но всё равно… какое-то неприятное ощущение липло изнутри. Будто для Кейтлин всё это — пустое место, а она сама лишь пешка в чужой игре. - …короче, если я сегодня проиграю, то хотя бы знаю, что моё заднее правое колесо больше не прыгает, как бешеный кролик, — закончила Мина и ухмыльнулась. Вай фыркнула и щелкнула несколькими тумблерами сбоку от руля. - Ну, тогда, может, ты и не проиграешь. Она глянула вперёд, на дорогу, на застывший красный сигнал светофора. Сердце уже само начинало отбивать ритм — скоро. Очень скоро. Красный свет мигнул, готовя к отсчёту. Толпа за ограждениями шумела, кто-то свистел, кто-то орал, моторы выворачивали воздух ревом. Вай крепче сжала руль, чувствуя, как вибрация от двигателя идёт в руки. Она не смотрела на светофор — ловила момент по звуку. Camaro Мины рыкнул басовито, Skyline, напротив, взвыл, как разогнанный зверь. Жёлтый. Время сжалось. Мир вокруг будто замер в ожидании. Зелёный. Колёса провернулись на асфальте, резина взвизгнула, оставляя дымные следы позади. Вай бросило вперёд, и она уже не видела ни толпы, ни светофора — только полосы трассы, мелькающие в свете фонарей. Camaro Мины рванул чуть быстрее, Skyline взял старт идеально чисто, словно по учебнику. Вай усмехнулась — её М3 будто сам знал, что делать, жадно цепляясь шинами за мокрый асфальт. Трасса уходила вперёд змеёй, первые виражи сужали дорогу, и уже здесь нужно было решать — втиснуться в зазор или остаться позади. Вай дернула руль вправо, зацепилась за внутреннюю траекторию, едва не ткнувшись бортом в Skyline. Тот мигом ответил резким смещением, пытаясь закрыть проход. Но она не собиралась тормозить. В груди знакомо загорелся азарт — та самая точка, где реальность заканчивалась, и оставались только скорость, инстинкт и холодный расчёт. Хвост Skyline метнулся перед её капотом, и в этот миг Вай резко ушла влево, оставив сопернику лишь клубы дыма и запах горящей резины. - Отдыхай, зверёк, — усмехнулась она, вырываясь вперёд. На зеркале заднего вида замелькали фары, но теперь она знала: игра только началась. Camaro Мины сидел у неё на хвосте плотно, почти нагло, и Вай едва сдержала ухмылку. Двигатель у М3 ревел ровно, без единого сбоя, но теперь ей пришлось признать: после ремонта тачка Мины ехала ощутимо бодрее. Camaro больше не был капризным тяжёлым монстром — он слушался, откликался на каждое движение. - Неплохо, малышка, — пробормотала Вай, скользя взглядом по зеркалу. — Похоже, не зря с подвеской возилась. Они влетали в связку поворотов, и Мина решительно пошла первой, нырнув внутрь траектории. Вай слегка приподняла бровь, но не стала закрывать проход — дала ей дорогу. Пусть почувствует себя хозяйкой трассы. Мина взвизгнула шинами, удерживая Camaro в апексе, и в тот же миг Вай сместилась наружу, готовя атаку. Первый поворот был за Camaro, но второй… второй был её. Она резко скинула передачу, зацепила газ, и М3 послушно рванул вперёд. Дуга легла идеально, и когда Мина ещё только выравнивала свой Camaro после первого виража, Вай уже вклинилась внутрь следующего. В зеркале снова мелькнули фары Skyline и третьего гонщика, но сейчас её внимание было приковано только к Camaro рядом. М3 и Camaro шли бок о бок, словно сцепленные невидимой цепью. Каждое ускорение Мины находило ответ у Вай, каждый поворот превращался в дуэль на рефлексах и выдержке. Остальные гонщики будто растворились на трассе — эта гонка превратилась в поединок двух. Вай мельком отметила: Camaro стал жёстче и собраннее, подвеска держала крены так, словно машину пригвоздили к асфальту. Тяга на низах — мощная, Camaro выстреливал с места, будто катапультой. Но вот на верхах у него начиналась лёгкая задержка — турбояма всё ещё давала о себе знать. - Умница, Мина, — пробормотала Вай, прижимаясь ближе к рулю. — Но свою слабину ты не спрячешь. Мина, впрочем, вела машину удивительно чисто. Она больше не тянула руль на себя в панике, не пыталась «пересилить» железо — наоборот, будто позволяла Camaro вести её саму. Вай невольно усмехнулась: девчонка явно прогрессировала. На длинной прямой Мина первой вжала педаль в пол. Camaro заревел низким гулом и уверенно полез вперёд. Вай задержалась на долю секунды — ровно настолько, чтобы прочувствовать вибрацию мотора под собой, и вдавила газ до упора. М3 зарычал в ответ, легко набирая скорость и сокращая разрыв. В зеркале Вай заметила Skyline, который пытался воспользоваться их соперничеством и подлезть ближе. Она ухмыльнулась, на долю секунды встретившись взглядом с Миной через стекло, и без слов они обе рванули вперёд. Skyline полез вперед, пытаясь вклиниться, но Вай и Мина словно договорились заранее: одна сместилась чуть ближе к центру, другая — к краю, оставляя наглецу узкий карман, из которого тому пришлось резко уйти назад, спасая бока от царапин. - Вот так, дружок, — усмехнулась Вай, переключаясь на повышенную. Camaro снова навис рядом, его гул давил на уши, словно вызов. Мина пыталась выдавить её наружу, но не слишком грубо — скорее проверяла реакцию. Вай отвечала тем же: чуть позднее торможение, резкий вход в вираж и уход внутрь, так что Мине приходилось ловить её траекторию. Машины переплетались на асфальте, будто в танце: то Camaro выходил вперёд, то М3 ввинчивался внутрь поворота, оставляя соперницу за кормой на долю секунды. И где-то посреди всей этой суматохи Вай поймала себя на том, что улыбается. По-настоящему. Не из злости, не из привычного адреналина, а из кайфа. Сколько времени прошло с того момента, как она чувствовала трассу так живо? Сколько лет прошло с тех гонок, где не нужно было давить, сбивать, рвать зубами — а можно было играть? - Ну давай, малышка, — пробормотала она, проводя рукой по рулю, будто уговаривая машину. — Покажи, кто тут кошка, а кто мышь. Supra и Skyline остались далеко позади. Сейчас остались только они — М3 и Camaro, два зверя, кусавшие друг друга за бока, но не до крови. Вай чуть убрала ногу с газа, позволяя Camaro вырваться вперёд. Движение было настолько тонким, что со стороны выглядело бы как обычная потеря скорости на входе в поворот. Но Вай сделала это специально. Мина заметила шанс и рванула, Camaro с низким рёвом занял лидирующую позицию. На мгновение её задняя оптика вспыхнула перед глазами Вай, как вызов. Это была сложная связка: узкий левый, тут же резкий правый с небольшим подъёмом. Если чуть переборщить со скоростью — улетишь в бордюр. Если замешкаться — потеряешь всё преимущество. Camaro вошёл в первый вираж идеально, широким, но уверенным заходом. Вай даже скривилась — ей не хотелось признавать, но Мина чётко чувствовала машину. Подвеска работала ровно, мотор держал тягу — не зря девушка жаловалась, что убилась на настройке. Оно того стоило. Но на выходе из второго поворота Вай увидела то, чего ждала: задняя ось Camaro чуть дёрнулась, колёса заскользили по влажному пятну асфальта. Не критично, но достаточно, чтобы терять скорость. М3 моментально вцепился в этот шанс. Вай чуть прижала газ, чувствуя, как мотор рычит в унисон с её сердцем, и мягко, но напористо занырнула внутрь, словно хищник, атаковавший добычу. Camaro дёрнулся, но было поздно — Вай уже снова была впереди. Она коротко усмехнулась, чувствуя, как адреналин прожигает грудь. - Ну что, малышка, кошка снова на охоте. Camaro Мины не думал сдавать позиции. Как только Вай обошла её на выходе из связки, та тут же переключила передачу, выжимая из машины всё, что можно. Camaro взревел, будто разъярённый зверь, и снова пошёл в наступление. Вай видела это по зеркалу — огни фар Мины не отставали ни на метр, будто вцепились в корму М3. Прямая впереди тянулась длинной ниткой асфальта, и Мина явно собиралась атаковать. «Хорошо, хорошо… попробуй», — Вай слегка прижала газ, будто дразня. М3 ровно держал скорость, позволяя Camaro подкрасться сбоку. Вай краем глаза заметила боковое зеркало — массивный силуэт Camaro уже шёл рядом, низкий рокот её двигателя перебивал рев мотора BMW. На секунду они оказались почти наравне, две машины, гулом и рычанием заполняющие улицу. Вай улыбнулась — это была чистая игра: гонка ради гонки. Она знала, что на следующем перекрёстке их ждёт резкий правый, и тот, кто первым войдёт, получит преимущество. Мина прибавила, Camaro буквально рванул вперёд, пытаясь занять линию. Вай, напротив, чуть задержалась. Дала Мине поверить, что та берёт лидерство. И в последний момент, когда Camaro залетел в поворот слишком агрессивно, М3 нырнул внутрь, идеально выверив угол. Шины коротко взвизгнули, но зацеп держал крепко. BMW словно прошил вираж изнутри, вылетая на выходе с минимальной потерей скорости, и уже через пару секунд Вай снова вырвалась вперёд. В зеркале мелькнули фары Camaro, и Вай слышала, как Мина что-то выкрикнула — даже сквозь рёв моторов. Злость? Азарт? Всё вместе. И от этого Вай лишь сильнее стиснула руль, чувствуя, что кровь в венах кипит. Они летели бок о бок, улицы Зауна мелькали размытыми линиями света и тени. На каждом повороте, на каждой прямой — никто не сдавался. Camaro ревел, упираясь всей мощью восьми цилиндров, а М3 Вай отвечал чёткой, цепкой динамикой. В зеркале время от времени маячил Skyline — он пытался влезть в их дуэль, но всё никак не мог удержаться рядом: то Мина закрывала траекторию, то Вай сбивала ритм быстрым манёвром. Всё внимание было приковано друг к другу. Оставался последний участок трассы — длинная прямая к импровизированной финишной черте, которую подсветили неоновые фонари. Толпа на обочине разрывалась в криках, предвкушая развязку. - Ну давай, малышка, покажи им, — пробормотала Вай, вдавливая газ в пол. Camaro мощно рванул вперёд, словно стараясь одним махом растоптать соперницу. Вай чуть замедлилась на долю секунды, ловя момент — и в этот миг переключила передачу, мотор М3 взвыл на пределе, и машина кинулась вперёд, словно выпущенная из пращи. Они летели рядом, по асфальту били звуки рёва, скрежета и визга шин. Плечо к плечу, капот к капоту. Толпа ревела. И на самом краю прямой, в последний миг, Вай выжала из машины всё. М3, будто вздохнув, вырвался вперёд — буквально на пару сантиметров. Финиш. Они пересекли черту почти синхронно, но рев толпы и вспышки телефонов ясно дали понять: BMW оказался впереди. Вай сбросила скорость, вывела машину в сторону и заглушила мотор. Сердце колотилось, дыхание было сбивчивым, руки дрожали от адреналина. Но на лице — впервые за долгое время — блуждала настоящая улыбка. Camaro остановился рядом. Дверь хлопнула, и Мина выскочила наружу, волосы разметались от ветра. Лицо пылало — смесь злости и восторга. Вай вышла следом, подошла к девушке и, убрав руки в карманы, сказала чуть хриплым от эмоций и адреналина голосом: - Это была одна из самых интересных гонок за последнее время. — Она усмехнулась. — Ещё чуть-чуть, и ты бы меня сделала. Мина тяжело выдохнула, облокотившись на крышу своего Camaro, и какое-то время молчала, глядя на Вай. На её лице играли эмоции — досада, азарт, и всё же яркая искра удовольствия от того, что заезд действительно удался. - Ну ты и сука, — наконец выдала она, прищурившись. — На финише так выскочить… Я же уже видела, как рву тебя в клочья. Вай хмыкнула, скрестив руки на груди: - Ты слишком рано радоваться начала. Камаро у тебя зверь, но руки всё ещё решают. - Ой, да ладно, — Мина махнула рукой, но улыбка не исчезла. — У тебя руки золотые, не спорю. Но в следующий раз я тебя сделаю. Вот увидишь. - В следующий раз, — лениво кивнула Вай, но по её голосу было слышно, что вызов её только забавляет. Они постояли так ещё пару секунд, обмениваясь взглядом, полным искры соперничества, пока Мина не прищурилась хитро и, склонив голову, сказала: - Ладно. Раз уж ты выиграла, грех не отметить. Поехали в бар. Выпьем за твою победу. Вай на секунду замерла, будто взвешивая. Сунула руку в карман, вытащила телефон — экран был пуст. Ни звонков, ни сообщений. Ни от Паудер, ни от Кирамман. Она выдохнула, пряча телефон обратно, и усмехнулась: - Ладно, чёрт с ним. Поехали. - Вот и умница, — довольно сказала Мина, хлопнув её по плечу. — Я знаю место, тебе понравится. ХХХ Вай со стоном перевернулась на спину, уставившись в белый потолок. Голова пульсировала, словно внутри кто-то стучал молотком, а во рту было сухо, как в пустыне. Телефон снова завибрировал, напоминая о себе резким жужжанием, и это раздражало сильнее всего. Она медленно приподнялась на локтях, моргая и пытаясь сфокусировать взгляд. Комната была просторная, но слишком светлая — белые стены, большое окно с полупрозрачными шторами, простая, но, очевидно, дорогая мебель. Совсем не похоже на её мастерскую и уж точно не на квартиру Элли. Вай опустила взгляд — на светлом деревянном полу вперемешку с чужими вещами валялись её джинсы и футболка. Рядом торчал один кроссовок. Она прищурилась, нахмурилась и мысленно выругалась. Телефон продолжал вибрировать. Вай, спрыгнув с кровати и чуть пошатываясь, наклонилась, схватила его с пола. Экран мигнул — «Паудер (5 пропущенных)» и ещё уведомления сверху: от Кирамман. Она шумно втянула воздух, потерла лицо ладонью, пытаясь вспомнить, как вообще сюда попала. Вай сжала телефон в руке так сильно, что костяшки побелели, будто это был единственный якорь, удерживающий её в реальности. Но реальность всё равно пошатнулась — картинка вспыхнула в голове слишком ярко, слишком осязаемо, чтобы списать её на игру похмельного воображения. Горячий пар, плотной завесой обволакивающий просторную душевую, превращая дыхание в хриплый, сбивчивый ритм. Капли воды, медленно стекающие вдоль ключиц, по груди, по животу, будто каждая оставляла за собой огненный след. Чёрные пряди, тяжёлые и мокрые, зажатые в её кулаке, приглушённый смех и стон, от которого тогда у Вай едва не поехала крыша. - Да блять… — вырвалось у неё едва слышно. Она медленно повернула голову. И правда — прямо перед ней, на другой стороне широкой кровати, под скомканным белым одеялом лежала Мина. Спокойное дыхание, приоткрытые губы, чёрные волосы, раскиданные по подушке. Спала крепко, даже не шелохнулась от её шёпота. Сердце Вай ухнуло вниз. Вчера всё казалось лёгкой игрой, дерзкими подколами, случайным решением «давай в бар». А теперь вот — вот это. Самый банальный и в то же время самый абсурдный финал. Она опустила взгляд на свои голые ноги, на то, как одеяло чуть сползло, открывая линию бедра Мины, и снова шумно выдохнула. Телефон в руке продолжал мигать уведомлениями, будто напоминая: «эй, жизнь-то не на паузе». Вай почесала затылок, морщась, и пробормотала себе под нос: - Пиздец, и вот как объяснить теперь, где я торчу?