Мадемуазель Аннабель

      В тот вечер никто никуда не уехал – все гости остались праздновать помолвку шевалье де Сан-Рэсса и молодой маркизы де Луази. Признаться, большая часть общества недоумевала, что нашёл Серж в этой милой, однако самой обычной девушке. Одни говорили, что род Луази древний и был очень могущественным когда-то, другие считали, что месье де Сан-Рэсс решил жениться назло дяде, третьи же полагали, что в этом браке есть какая-то выгода. И они были не так уж и не правы.             Казалось, только жених и невеста ни о чём не думали и были вполне счастливы. Аннабэль никогда в жизни столько не улыбалась, как в тот вечер, и, разумеется, все её улыбки были предназначены будущему мужу. Серж улыбался в ответ, но иногда девушке казалось, что хоть губы его и растягиваются в улыбке, глаза остаются печальны. Анну это обеспокоило, и она решилась спросить:                       - Месье Серж, что-нибудь не так?             - С чего вы взяли? - попытался отшутиться молодой человек.             - Возможно, я ошибаюсь, но мне показалось, что вы грустите.             Сан-Рэсс помолчал с минуту, но всё же ответил:             - Вы правы, мне действительно грустно. Но лишь потому, что завтра я буду вынужден  покинуть вас.             Анна была поражена – ведь слова сказаны так искренне – она и подумать не могла, что способна вызвать в мужчине столь сильные чувства!             Словно прочитав мысли девушки, шевалье склонился к ней и прошептал на ушко:             - Мадемуазель Аннабэль, не хотите ли вы прогуляться со мной в сад?             Анна лишь покорно кивнула.

* * *

            Молодые люди шли по освещённым почти полной луной дорожкам, и им казалось, что во всём мире, кроме них, больше никого нет.             - Мадемуазель, - первым нарушил молчание Серж, - я бы многое отдал, чтоб на веки остаться здесь, с вами.             - На веки? - переспросила Анна. - И вы бы смогли отказаться от полной развлечений и удовольствий жизни в столице?             - Вы моё самое большое удовольствие, - шепнул де Сан-Рэсс и, увидев скамеечку, предложил: - Сядем?             Скамейка находилась под вишнёвыми деревьями, которые росли так близко, что создавали нечто наподобие беседки. Когда молодые люди уселись в этом импровизированном убежище, Серж осторожно обнял Анну за талию. От неожиданности девушка невольно вздрогнула.             - Вы замёрзли? - заботливо спросил Сан-Рэсс. Маркиза лишь в смущении кивнула.             - Тогда позвольте мне согреть вас, - сказал Серж, крепко прижимая девушку к себе.             - Я не настолько замёрзла и… - попыталась отстраниться Анна, но молодой человек перебил её:             - Аннабэль, - прошептал он внезапно охрипшим голосом, - не мучайте меня. Я уезжаю и не увижу вас несколько недель, мучительно долгих недель. Так подарите же мне несколько сладостных мгновений!             С этими словами шевалье припал к губам Анны. Этот поцелуй вовсе не был похож на тот, первый. Тот был нежный, осторожный. Нынешний же – страстный, почти грубый. Девушка попыталась оттолкнуть Сержа, но не смогла. Как будто поняв, что погорячился, молодой человек ослабил хватку, его губы стали не столь требовательны. Маркиза больше не сопротивлялась. Тут Сан-Рэсс принялся покрывать поцелуями её шею. Что-то было в этом слишком нескромное, интимное, и Анна почти взмолилась:             - Серж, прошу вас, прекратите…             - Аннабэль, - срывающимся голосом ответил жених, - вы моя. Какая разница, если это случится раньше?             - Нет, нет! – с каким-то не человеческим усилием девушка вырвалась из его объятий. - Что вы себе позволяете?! Что на вас нашло?             Набрав в грудь побольше воздуха, Серж ответил:             - Простите, Аннабэль, я сам не знаю, что со мной. Но, когда вы рядом, я иногда теряю голову.             - Нам лучше вернуться в дом.             - Да-да, вы правы, - сказал молодой человек, предлагая невесте руку. Заметив, что девушка колеблется, он добавил: - Не бойтесь, Аннабэль. Я обещаю, что подобное больше не повторится.             «Не повторится совсем?» - в смятении подумала Анна, принимая предложенную ей руку.             Оставшись же одна в своей комнате, Аннабэль села на кровати, задумчиво глядя в окно. Её разрывали противоречивые чувства: с одной стороны, она понимала, что поступила верно и правильно, оттолкнув Сержа, но с другой… Девушка чувствовала легкое сожаление. Всё это было не известно ей и, к тому же, запретно. А, как известно, запретный плод сладок.             И тут вдруг вспомнились слова мамы о том, что она, Анна, всегда вынуждена будет уступать желаниям мужа, а он её желаниям – редко или даже никогда. «О, нет! Так не будет. Серж любит меня. И сегодня он мне показал, насколько сильно».             Маркиза была так молода и неопытна, что ещё не могла отличить понятия «любил» от «желал». Но, всё же, она едва ли жалела о случившемся и почти со спокойной душой заснула.

* * *

            В ту ночь размышляла не только Аннабэль. Не спалось и Сержу. Молодой человек ходил по комнате, вспоминая прошедший вечер. И действительно, что на него нашло? Ведь он не любил невесту так сильно, чтобы мог потерять голову. И неужели он её так желает?             И тут шевалье подумал, что это затмение разума, эта вспышка страсти возникла из-за отчаяния. Когда маркиза сказала ему, что он грустный, он думал о том, как всё общество будет над ним потешаться, узнав, что он женился не на ровне. Не объяснять же каждому, что это было необходимо. Ему хотелось утешиться, забыться, а он чаще всего находил успокоение в женских объятьях. Но, слава богу, что Аннабэль его оттолкнула. Ведь она всё-таки благородная дама, а не какая-нибудь легкомысленная девка. А всё же, будущей жене его ласки понравились – де Сан-Рэсс был втом уверен, и это приятно тешило его самолюбие. « А, может быть, не всё так плохо?» - подумал Серж перед тем, как уснуть.             ... На следующее утро граф де Вильгеруа и вся его многочисленная свита собрались во дворе, где уже были поданы их экипажи. У всех собравшихся были довольно разные чувства: кто-то сожалел, что уезжает из столь тихого места и придётся вернуться к привычной для них суете, кто-то, наоборот, радовался, что избавится от деревенской скуки, но всех объединяло общее желание – приехать домой и рассказать всем знакомым о том, свидетелями какой необычной помолвки они стали. Шутка ли, племянник графа де Вильгеруа женится на не известной никому и небогатой дворянке!             Сам же граф, казалось, был всем доволен. Он сердечно прощался на крыльце с маркизом де Луази. Последний был в таком печальном состоянии, что чуть-чуть  не расплакался.             Невдалеке от них прощались жених с невестой.             - Вы не сердитесь на меня, Аннабэль? - спросил Серж.             - Нет, - ответила не сразу девушка. Потом добавила, слегка краснея: - Надеюсь, теперь вам будет, что вспоминать?             - О, милая моя, не иронизируйте, иначе совсем разобьете мне сердце!             Анна не могла поймать его взгляд, но в словах Сан-Рэсса было столько чувства, что она решила пожалеть будущего мужа.             - Мне не нужно ваше разбитое сердце, - с искренней нежностью проговорила девушка. - Мне нужны вы.             - Я люблю вас, Аннабэль, - просто сказал Серж, целуя ей руку. Потом он выпрямился и, не оборачиваясь, торопливо пошёл к своей карете.