Дуэт каннибалов

Седьмой день начался для Таноса как-то странно. Он проснулся в смятой постели, одеяло небрежно сползло набок, обнажая бедра. Какое-то движение внизу заставило его резко распахнуть глаза. И тут он увидел его: Нам-гю, с ехидной ухмылкой, уже вовсю хозяйничал между его ног, стянув трусы и сжимая член в руке. – Эй, fuck, Нам-су… – прохрипел Су-бон, прерываясь на стон, когда брюнет начал энергично двигать рукой вверх-вниз. – Доброе утро, любимый. – Любимый? Ох, бля… Нам-су… – Нам-гю, – строго поправил его брюнет, сжимая член у основания. – Ах, да, да! Нам-гю, Нам-гю, – Су-бон напрягся всем телом, выгибая спину, – что ты… – Не нравится? – внезапно Нам-гю лизнул головку. И, на несмотря на отсутствие личной гигиены, все было неплохо. – Пирсинг немного удивил, конечно. – Ну… В целом… Продолжай, – Су-бон расслабился, пожал плечами и закинул руки за голову. Нам-гю принялся дрочить его член с нарастающим напором, наблюдая, как тот твердеет в его руке. Вены набухли, головка слегка покраснела. Он ухмыльнулся и лизнул языком штангу пирсинга, вызвав тихий стон у парня. Пенис Таноса был больше его собственного, но не намного. Впрочем, скорее всего эта разница была заметна лишь Нам-гю. Сам он был сантиметров пятнадцать. Он аккуратно взял его головку в рот и начал посасывать. Су-бон положил руку на его макушку и очень тихо спросил, странно задумавшись: — Ты делал это раньше? — Да. Было пару раз. — Серьезно? Нам-гю заглотнул глубже, слегка подавился и отстранился, чтобы сказать: — Нет. — Так значит, это твой первый минет? — Су-бон как-то расстеряно посмотрел на Нам-гю, а затем снова откинул голову назад и посмотрел в потолок. Раньше подобное его совсем не волновало. – Забавно, да? – Нам-гю снова прильнул к его члену, продолжая ласкать губами и языком. Су-бон застонал, прикрыв глаза. Странное чувство – осознавать, что занимаешься оралом с человеком, который, очевидно, делает это впервые. И делает это с тобой. Это льстило, возмущало и возбуждало одновременно. Через несколько минут Су-бон почувствовал приближение оргазма. Он схватил Нам-гю за волосы, чуть оттягивая их назад, и прохрипел: – I'm close.… Нам-гю старался изо всех сил, чувствуя легкую неловкость, но желание угодить было сильнее. Он сосредоточился на ощущениях Су-бона, на его тихих стонах, на напряженных мышцах. Ему хотелось сделать все правильно, чтобы произвести впечатление. Он ускорил темп, чувствуя, как пенис Су-бона пульсирует в его губах. Брюнет постанывал от боли в нижней губе при каждом движении, посылая по стволу вибрации, что возбуждало ещё больше. Внезапно Су-бон дернулся и застонал громче. Нам-гю почувствовал, как приближается разрядка, тут же уткнулся носом в его лобковые волосы и начал глотать, стимулируя член горлом, игнорируя рвотные позывы. Он сжал пальцами бедра Таноса, а тот застонал и излился в рот брюнету. Нам-гю сглотнул. Су-бон, слегка покраснев от возбуждения, вытер член тканью одеяла. – И это все? – А что еще? – Нам-гю пожал плечами. – Я подумал, тебе будет приятно. – Ну… Да, приятно. Но обычно… – Су-бон замолчал, не зная, как сформулировать свои мысли. – Просто обычно все заканчивается по-другому. Нам-гю нахмурился, глядя на него. – Может, в следующий раз я попробую что-то другое, – сказал он, вставая с кровати. – Но сейчас мне нужно в душ. Танос хмыкнул, наблюдая, как Нам-гю умывается у еле-живой раковины и полощит рот. — Ты что, сглотнул? Зачем? — Эм... — Нам-гю и сам не знал зачем, а потому почувствовал себя неловко, — не знаю. Сполоснув лицо, он двинулся к кровати, но тут же поскользнулся на кишках, небрежно валявшихся на полу. Гримаса боли исказила лицо – рана в ноге отозвалась резкой вспышкой, но он удержал равновесие. Досадливо вздохнув, он машинально пнул кровавые колбаски и уселся на кровати. Су-бон, бросив участливый взгляд, тихо спросил: — Ну а тебе оргазм не нужен? — Нет… Не нужен, — ответил Нам-гю, кинув взгляд на пол. Разглядывал субстанцию, распростертую на грязном полу. Кишки, конечно, уже остыли, но это не отменяло их функциональности. Холодное есть уже надоело, но они все еще кишки, просто немного менее живые. Слегка задубевшая, серовато-розовая масса вполне годилась для утоления голода. Взял в руки веревочку и откусил. Вкус не такой насыщенный, как можно было ожидать, скорее водянистый, с привкусом травы и, да, немного крови. Консистенция, конечно, оставляет желать лучшего – скользкая, резиновая, но вполне съедобная. Похоже на плохо проваренные грибы, только с немного другим запахом. Хотя нет, что-то среднее между хрящом и недоваренной курицей. С легким привкусом железа. Су-бон ухмыльнулся и, перехватив кишку, которую жевал Нам-гю, потянул с другого конца на себя. Он присосался к ней, затягивая, как макаронину, всё ближе к губам Нам-гю. Они увлечённо засасывали её с двух сторон, пока их рты почти не соприкоснулись. Оба, расплывшись в глуповатых улыбках, тут же инстинктивно сжали челюсти, чтоб раскусить и отпрянули друг от друга.

***

Танос расслабленно раскинулся на кровати лицом вниз, а Нам-гю восседает на его пояснице. Брюнет с серьезным видом перебирает руками его мышцы. — Здесь напряжение, чувствуешь? – Спрашивает Нам-гю, вдавливая ладонь в район лопаток Су-бона. Техника у брюнета, конечно, специфическая. Видно, что курсы массажистов он не посещал. Но, надо отдать ему должное, чувство плеч и спины развито неплохо. После нескольких минут сильной, но терпимой боли, в мышцах начинается приятная истома. Нам-гю переходит к нижней части спины. Здесь, говорит Танос, у него обычно больше всего проблем. Брюнет меняет позицию, наклоняется вперед и начинает массировать поясницу кулаками. — Во, вот тут... – выдыхает Танос, расслабляясь под тяжестью парня. Нам-гю начал бить его по спине рёбрами ладоней, на что в ответ Танос одобрительно промычал. Ещё пощипав фиолетового за плечи, Нам-гю лёг на него сверху, обнимая руками. Танос улыбнулся и прикрыл глаза: — Тяжёлый ты. Брюнет зарылся лицом в шее Су-бона, поморщился от ощущение шероховатости из-за болячек, а затем приподнялся и увлеченно начал перебирать фиолетовые волосы.

***

Наконец, они приплыли. Поздний вечер уже обволакивал землю. Нам-гю, покинув каюту, не заботясь об останках трупов, которые кто-то найдет, небрежно прихватил свой портфель, набитый человечиной и хмурым. Су-бон сунул пластиковую расческу в карман, телефон и вышел следом, налегке.От них несло так, что у случайного прохожего глаза бы заслезились. Выйдя на берег, Танос обвел взглядом окрестности и притянул брюнета за плечо, тот что-то увлеченно тыкал в телефоне. Подняв голову к небу, он прошептал: – Смотри, лапка, это «Шкатулка с драгоценностями». – Шкатулка? Что это? – Ну, созвездие Южного Креста. Красиво, правда? – Иди ты, романтик, блин. Умылся бы хоть, – Нам-гю смущенно улыбнулся и тоже посмотрел в небо. Звезды, на удивление, сияли во всей красе. – Чего там высматриваешь? А ты чего в телефоне копаешься? Внезапно к ним направилась группа людей. Танос отметил, что четверо из них – азиатской внешности. – Allez-y, – один из них, с явным французским акцентом, резко схватил Нам-гю за локоть и потащил в сторону. Танос нахмурился: – Так, я не понял. Куда его? Мужчины начали что-то оживленно обсуждать, в том числе и брюнет. Нам-гю пытался сохранять уверенность, хотя в китайском был не силен. Да, узкоглазые оказались китайцами. Один, похоже, француз. Насчет шестого пока не ясно. – Этот со мной, – сказал брюнет, кивнув на Таноса. – Вы чего там бормочите? Hey, do you know English, you jerks? – выпалил Су-бон. Брюнет закатил глаза.