Дуэт каннибалов

Нам-гю неуверенно двинулся к Су-бону, запинаясь в собственных мыслях. — Слушай, если честно… У меня с женщинами как-то вообще не складывалось. — Да ладно тебе, дырка она и есть дырка, не все ли равно, что к ней прилагается? — беззаботно бросил Су-бон. — То есть, я для тебя тоже просто дырка? — Нам-гю нахмурился, в его голосе проскользнула обида. — Ох, глупыш, тебя еще и отшлепать приятно, — Су-бон тепло улыбнулся, видя его замешательство. — Да шучу я, чего ты? Я ж тебе не раз говорил, что к тебе чувствую. Don't be shy. Брюнет сглотнул, стараясь успокоить участившееся сердцебиение. Аккуратно взял за бедра труп, безжизненно лежавший на низеньком столике. Приподнял вопросительно бровь. — Я бы лучше в рот ей. — Не-а. Давай, трахай ее в киску. Нам-гю поджал губы, внезапно ощутив нарастающее возбуждение от властного тона Су-бона. — Я ненавижу женщин. — Почему? — Эти… мерзкие складки, слизь, болтающиеся сиськи, целлюлит… Фу. — Ну да, а на шланг прыгать намного приятнее, видимо. Нам-гю хмыкнул, пряча улыбку. Схватил вазелин, нервно оглядываясь на Су-бона. Быстро приспустил штаны и, густо краснея под его пристальным взглядом, щедро смазал свой уже набухший член. Нам-гю обхватил ледяные бедра мертвой девушки, пальцы судорожно вцепились в кожу, раздвигая окоченевшие ягодицы, обнажая стылое лоно. Су-бон неотрывно смотрел. В животе у Нам-гю скручивался клубок смущения, но сама мысль, что Су-бон заставляет его, толкает на это отвратительное для Нам-гю, почти унизительное действо, щекотала нервы странным возбуждением. Он бросил на Су-бона злобный взгляд, тут же опустив глаза и, сглотнув, начал медленно входить. Тяжелая ладонь Су-бона легла на его бедро, подталкивая, заставляя двигаться быстрее. Нам-гю тихо застонал, захрипел, и начал неуклюже двигаться, гладя труп по спине. Главное – Су-бон смотрит. И это безумно заводит. Су-бон подошел ближе, обнял его сзади за талию. Прикосновение его рук заставило мурашки пробежать по коже, и короткий, обжигающий поцелуй в шею сбил дыхание. Нам-гю начал двигаться, судорожно выдыхая и закрыв глаза, стараясь не видеть женское тело под собой. Су-бон отстранился и, обойдя стол, приспустил шорты, обнажая набухший член. Схватив труп за спутанные волосы, он оттянул голову назад, другой рукой силой открывая мертвенно-бледные губы. Нам-гю закусил губу, с возбуждением наблюдая, как Су-бон вталкивает свой член в безжизненную глотку. На мгновение он замер. — Чего встал? Двигай давай, – ухмыльнулся Су-бон и начал яростно трахать труп в рот. Нам-гю тоже задвигался, подчиняясь холодному приказу. Он не знал, каким должен быть настоящий вагинальный секс, но подсказывало нутро, что должно быть теплее и мягче, чем это мертвое, стылое скольжение. Через пару минут они двигались в унисон. Взгляд Су-бона, влажный от похоти и напористый, буравил Нам-гю. Тот, в свою очередь, пытался ответить тем же, но взгляд его то и дело ускользал, прятался за прядями волос. Су-бон бешено задвигался бёдрами, и Нам-гю повторил за ним. Травка мигом вылетела из головы. Труп между ними лежал безвольно, покорно принимая толчки. Нам-гю, спустя несколько минут, втянулся и даже нашёл в этом удовольствие. Рэпер ухмыльнулся и бросил ему: — Эй, Малыш. Отшлёпай её. Брюнет слегка сбавил темп, замялся, но тут же навёрстывал, стараясь не отставать от Су-бона. Неуверенно поднял руку над мёртвой задницей и шлёпнул. Тело ещё не успело окоченеть, и ягодица дрогнула. На губах Нам-гю заиграла хитрая ухмылка. Он ускорился, яростно начал хлестать ладонью мертвую плоть, сжал её, снова шлёпнул. Су-бон остановился и вытащил член изо рта девушки. Нам-гю, увлечённый, даже не заметил. Су-бон обошёл его и встал сзади. Смазал свой член вазелином, нежно коснулся губами шеи Нам-гю и прошептал: — А для меня местечко найдётся? Нам-гю сглотнул в предвкушении новой волны возбуждения и тихо кивнул. Су-бон резко, со всей силы сжал его ягодицы, оставляя красные следы, от чего Нам-гю тихо вздохнул и сжал ягодицы трупа ещё сильнее. Су-бон вошёл медленно, не так грубо, как в прошлый раз. Бёдра брюнета задрожали от удовольствия, когда уже привычная штанга пирсинга прошлась по простате. А рэпер замер позади, до упора вогнав член в его задницу. Нам-гю тихо простонал и начал двигаться между трупом и Су-боном, насаживаясь на член рэпера и одновременно погружая свой в мёртвое тело. Он застонал от двойного наслаждения. Никогда раньше такого не чувствовал. Ускорился. Решил снова шлёпнуть труп, но Су-бон перехватил инициативу, смачно хлопнув по его собственной заднице. Она задрожала, а рэпер самодовольно ухмыльнулся. Нам-гю даже слегка покраснел, но тут же вцепился в труп за складки на боках и начал яростно долбиться в её дыру, а Су-бон сзади схватил Нам-гю за бёдра, вдалбливаясь в него с такой силой, что заставлял его двигаться ещё быстрее внутри мёртвой девушки. Нам-гю взвыл от восторга и запрокинул голову, а Су-бон, воспользовавшись моментом, укусил его за шею. Нам-гю потерял связь с реальностью, его чувства обострились до предела, разум затуманился. Он метался от стонов к хриплому вою, вырывая из горла какие-то нечленораздельные звуки, пальцы судорожно вцепились в холодное, безжизненное тело. Су-бон опалил его шею звериным рыком, хватка на бедрах с каждой секундой становилась все сильнее, а толчки – все яростнее и глубже. Су-бон грубо прижал руку Нам-гю к животу девушки, заставляя почувствовать, как вздымается бугорок под кожей от каждого его проникновения. Ухмыльнувшись, он схватил Нам-гю за волосы, откинув его голову назад, на свое плечо. В глазах брюнета плескалось мутное, горячее возбуждение. Он уже не различал, где заканчивается его собственное тело и начинается мертвая плоть. И вот, долгожданная волна оргазма накрыла Нам-гю. Тело забилось в судорогах, горячая сперма хлынула в мертвую утробу. Су-бон, предчувствуя финал, издал рык и, вложив всю свою силу, толкнулся в последний раз, извергаясь в задницу Нам-гю. Су-бон медленно вышел из него, небрежно хлопнул по ягодице, наблюдая, как по ней стекает его сперма. Нам-гю поморщился. Опустил взгляд на труп, равнодушно погладил его бедро и медленно выскользнул. — Ты кончил в труп, чувак. Надеюсь, у твоих головастиков есть хоть какой-то шанс? Хотя, даже если они и доплывут до цели, вряд ли что-то получится, да? — Придурок, — Нам-гю усмехнулся и присел на край стола, рядом с мертвым телом. Су-бон осклабился, подошел к трупу, перевернул его на спину, схватил за ноги и, закинув их на плечи, поднес влажную киску прямо к своему лицу. Он начал шутливо подбадривать: — Вперед, мои маленькие герои, вы сможете! Нам-гю станет папочкой для исчадия ада! Внезапно Су-бону приходит в голову идея. Он хватает бутылку туака (спизженную из бара), грубо хватает труп за холодную ногу и прижимает к её груди. Срывает крышку, и обжигающий поток алкоголя щедро орошает вход во влагалище. Прозрачная жидкость смешивается с мутным семенем Нам-гю, образуя вкусный, наверное, напиток. Су-бон склоняется, жадно припадает губами к склизкому отверстию и пьёт, не отрываясь, пока не чувствует солоноватый привкус во рту. Отстраняется, тыльной стороной ладони стирает остатки влаги с губ и, криво усмехнувшись, произносит: — Не хочешь попробовать? Брюнет лишь укоризненно покачал головой и достал из кармана свёрток с травой. Он залился краской, увидев, как Су-бон с наслаждением вылизывает вагину мертвой девушки, слизывая его сперму. Су-бон хищно оскалился, отстранился, облизывая губы. Примостился на столе рядом с Нам-гю, бедро к бедру. Смотрел, как брюнет затягивается. Того сразу пробрало. — О… Да… Неплохо… Су-бон выхватил косяк и тоже затянулся. Затянулся как-то… буднично. Травка и правда оказалась хуевая. Но Нам-гю уже летал где-то в облаках, блаженно улыбаясь. — Нам-су? Нам-су, ты в порядке? — голос Су-бона звучал немного расслабленно. Нам-гю захихикал, обхватил руку Су-бона и прижался к ней, как ласковый котенок. Рэпер хмыкнул и, погладив его по голове, легонько чмокнул в макушку. — Мне так хорошо с тобой, Су-бон, — вдруг выдал Нам-гю, отчего Су-бону стало даже не по себе. Он неловко почесал затылок, натянуто улыбнулся и сказал: — Yes… Понимаю… Мне тоже с тобой хорошо. — Нет, ты не понимаешь… Я… Мне кажется, я влюбляюсь в тебя. Су-бон замер, потом устало провел рукой по лицу: — Ой, вот только не надо. То, что между нами, — это другое. Не про любовь. Нам-гю должен был нахмуриться, но вместо этого расплылся в улыбке. — Как раз на тебя не похоже, Су-бон. То, что между нами — самая настоящая любовь. Я люблю тебя. — Ой, да брось… — А ты меня любишь? Су-бон задумался, тихо вздохнул и аккуратно приподнял подбородок Нам-гю, нежно коснувшись его губ: — Люблю. По-своему. — А-а, типа как младшую сестренку? Рэпер вскинул бровь, но ничего не ответил. Нам-гю спрыгнул со стола и пошел к выходу из камеры. Не рассчитав, врезался плечом в косяк. Су-бон поднялся следом: — Ты куда? — В спальню. Су-бон хмыкнул и кивнул в сторону «спальни», без слов показывая, что тот идет не туда. Нам-гю прищурился и наклонился вперед, будто пытаясь что-то понять. Рэпер вздохнул и взял его за руку, уводя в спальню.

***

Казалось, прошла целая вечность, но в этом «лагере» тишина так и не наступала. Сон здесь приходил по своим причудливым графикам, чаще всего в первой половине дня. Котенок с головой под подушкой отчаянно пытался уснуть, но тщетно. Нам-гю и Су-бон вопили так, что казалось, сорвут глотки в ближайшие секунды. Это был уже не сладострастный шепот, а дикий крик. И этот долбаный стук кровати о стену, казалось, въелся в кости каждому, кто пытался тут отдохнуть. Да, у них такое бывало, но они явно перешли все границы. – Да-а, да-а… А-а-а… Ах… Су-бо-о-он… – голос брюнета хрипел и рвался, словно он не занимался сексом, а истекал кровью. А Су-бон отвечал ему не менее громкими стонами, перемежающимися прерывистыми воплями. Один из котят, потеряв счет своим попыткам, снова ворвался к ним. Игнорируя соблазнительное мертвое тело рядом, он заорал, чтобы те заткнулись к чертям собачьим или шли трахаться на улицу, раз им так приспичило. Травяной туман рассеивался, а они и не думали останавливаться. Су-бон, сжимая Нам-гю в объятиях, яростно насаживал его на свой член, а тот в ответ обнимал его шею. В этот момент экстаза их и застал бедолага, успев лишь покачать головой и бросить презрительное «мерзость», прежде чем ретироваться обратно в свою камеру и утащить с собой труп. Су-бон с усмешкой швырнул Нам-гю на кровать, так резко, что тот глухо стукнулся головой о стену. Взгляд его потеплел похотью, но ноги раздвигать он не стал – лишь перекатился на бок, еле слышно выдохнув: — Всё. Кажется, Су-бон тоже выдохся и тяжело рухнул рядом. Нам-гю сладко потянулся, как кот. Оба они – взмокшие, растрепанные, с румянцем на щеках и легкой краснотой в уголках глаз. Брюнет придвинулся ближе, закинул ногу на талию Су-бона и, недолго думая, устроился сверху, обвив руками его шею. Прижался губами к теплой коже. Су-бон хмыкнул в ответ и принялся лениво поглаживать его по спине. — Слушай, Су-бон, а что мы вообще могли бы делать… Ну, как… как пара. Кроме секса. — Кроме секса? Ну… Может… э-э… Хм… Может, я оболью тебя шампанским и буду слизывать? — Звучит… Звучит заманчиво, но я о другом, — тихо усмехнулся брюнет, щекоча его шею дыханием. — Тогда может кровью? — Это же тоже к сексу относится. — Мы уже готовили вместе… Может, фильм посмотрим? — А у меня и телефона нет, — простонал Нам-гю. — Может, у Роберта что-нибудь попросим? — Су-бон обнял его в ответ. Нам-гю уже дремал. Су-бон тихонько растолкал Нам-гю. Тот, сонно щурясь, поднялся, и они побрели наверх. Место было просто создано для таких, как они. Райское гнездышко, где можно в любой момент урвать кусок человечины или, не стесняясь, ебаться, где только вздумается. В предвкушении пошлых забав, они, хохоча, ввалились в комнату Роберта, но тот, недолго думая, послал их куда подальше, оборвав их радужные мечты на корню, ибо размечтались ещё. Они вошли в сколоченный на коленке бар, улыбки и смех еще не покинули их лица, подошли к клетке, где девушки были — а внутри пусто, только следы мочи и прочих выделений. Обменялись каким-то странным взглядом, и, несмотря на смрад, Нам-гю опустился на барный стул, а Су-бон тут же встал между его колен. Су-бон все еще был в стельку, потому-что затянулся перед уходом из камеры ещё разок. Тихо вздохнув, он вдруг заорал на весь бар, заставляя головы повернуться к ним: — Бля, есть тут у кого-нибудь… Ну, типа… Интернет, или что-нибудь такое… Ноутбук, что ли… — он устало уткнулся лицом в грудь Нам-гю. Никто не ответил, все снова уставились в пиво и карты, но один из них все же подошел к парням. — У меня есть проектор. И флешка с фильмом, который вас точно зацепит. — Это ты выебываешься, или что? — усмехнулся Нам-гю. — Могу одолжить за небольшую услугу. — А в жопу давать не придется? — Нам-гю склонил голову набок, понимая, что их поведение могло привлечь именно таких любителей. — Нет, бля, даже расчленять никого не надо. Разберитесь с крысами в моих камерах. — Че, у тебя несколько камер в распоряжении? — встрепенулся Су-бон. — Короче, избавитесь от крыс, пока меня нет, дам проектор с флешкой на время, и еду. Стейки из моей лучшей жертвы. Нам-гю пожал плечами и кивнул, разминая плечи, оттолкнув Су-бона. Котёнок вывел их из бара обратно, вниз, туда, где их камера ютилась. Свернув в знакомое подземелье (где ещё обитали прачка и лабиринт проходов), он нырнул в самый тёмный и ебануться, какой зловещий коридор. Они спустились по узкой лестнице и оказались в затхлом помещении: по четыре камеры напротив, и в пяти из них томились девицы. — На хрена тебе столько? И зачем ты их здесь держишь? — Нам-гю осматривал помещение, держась пока в проходе. — Мясо свежим любят, вы ж новенькие, да? Мы тут между собой торгуем. Ну и на видео можно неплохо навариться. Су-бон хмыкнул: — Да ну? И почём килограмм мяса? Котёнок озвучил цену. — Нормально, но легче самому найти, если уж на то пошло. Котёнок пожал плечами, всучил им клетку и испарился. — Бля, я этих крыс терпеть не могу… — Су-бон скривился и швырнул клетку на пол. Пройдя в коридор, он с гадливой ухмылкой заглядывал в клетки: — Сеньориты, бедняжки, с крысами не комильфо, наверное. Но не волнуйтесь, сейчас мы тут всё по-быстрому… В этот момент в сторону Су-бона поползла крыса. И не просто крыса, а настоящий монстр. Су-бон взвизгнул, как девчонка, отпрыгнул от мерзкого существа, спотыкаясь о что-то и матерясь. В панике он спрятался за спину Нам-гю: — Фу, fuck, что за хрень?! Ты только глянь, какая она огромная! Нам-гю нахмурился и приоткрыл рот, разглядывая тварь. И их тут было до хрена. Вздохнув, он двинулся к крысе, но та бросилась наутёк. Нам-гю погнался за ней, прижал к решёткам, и когда она попыталась проскользнуть между прутьями, схватил её за шкирку и закинул в клетку, захлопнув дверцу. — Пиздец, а если она чем-то болеет? — спросил Су-бон. — Ой, подумаешь, еще одна болячка в копилку, — отозвался Нам-гю, выискивая новую жертву, — помогай давай. Как по мне, достаточно романтичное занятие. Для нас, по крайней мере. Су-бон вздохнул и, увидев крысу, торчащую из сена, подошёл и со всей силы наступил на неё, размазав по полу. Полудохлую тварь он швырнул в клетку. Таким образом он прикончил ещё двоих. Они валялись там, наполовину плоские, и конвульсивно дрыгали лапками. Девушки сидели тихо, забившись в углы, многие просто спали. Осмотревшись, они поняли, что крыс больше не видно, но проблема осталась в норках. Оттуда они рано или поздно вылезут, а как их травить, они понятия не имели. — А ведь у них тут, в Индонезии, крыс едят, — хмыкнул Су-бон, — вот же конченые, как можно эту мерзость в рот тянуть? Пиздец. — Согласен. Никогда не пойму. Су-бон осторожно подошёл к одной из клеток и тихо, почти шёпотом, обратился к девушке: — Эй. Эй, сеньорита. Можешь вон ту крысу поймать? — он кивнул на относительно небольшую крысу в углу её клетки, — да, да, вот эту… Девушка, не поднимая взгляда, аккуратно взяла крысу и протянула ему. Су-бону стало немного жаль её, ведь ей ещё сидеть здесь, ждать своей смерти или унижения на видео. Даже просто убить её не могут. Мысленно обругав себя за излишнюю мягкость, он хотел было швырнуть крысу в клетку, как вдруг она его укусила. Больно укусила. — Ах ты, bitch! — взревел Су-бон, отдернув руку, и схватил крысу за шкирку другой рукой. На месте укуса тут же выступила кровь. Он злобно посмотрел на девицу, но та, казалось, этого даже не заметила. Просто сидела, сжавшись в комочек. Он мощно кинул крысу на пол, и та, ударившись, еле-как поползла прочь. Посмотрел на рану: дырка, неровная, с рваными краями, окруженная багровым ореолом набрякшей кожи. Вокруг – россыпь микроскопических царапин, будто крыса не сразу решилась на укус, а сначала потестировала на прочность, поскребла когтями, оставляя маленькие дорожки крови. Крови, кстати, немного. Скорее, сукровица, грязновато-желтая, как застоявшаяся лужа у обочины дороги. Су-бон болезненно простонал и отряхнул руку: — Бля, а вдруг она заразная… — Да похер, раньше чего-то не парился, кто чем болеет. — Но меня крыса впервые кусает! Нам-гю с хрустом раздавил голову крысе и швырнул ее обратно в клетку, заперев ее на засов. Теперь крыс там была целая куча. После получаса возни с грызунами им это дело порядком надоело. Крыс и правда было до хрена. Нам-гю вздохнул, не до конца понимая, зачем все это, когда есть норки, но кивнул Су-бону, мол, валим отсюда. Они, таща клетку, уже собирались возвращаться в бар, как на лестнице столкнулись с тем самым котенком, который подбил их на отлов крыс. Тот ухмыльнулся и выхватил клетку у Нам-гю. — О, спасибо, наверное, вкусные. — А, так ты их жрать собрался? — презрительно фыркнул Нам-гю. Котенок ничего не ответил, только кивнул и повел их за собой вниз, к девушкам. Но вместо того, чтобы пройти в коридор к ним, свернул налево, в комнату. Не камера, а вполне себе уютное помещение, которому даже Су-бон позавидовал. Там котенок вручил им тарелку мяса, флешку и проектор, как и обещал. В целом, неплохо, если проектор не придется возвращать. Хотя, вряд ли он вообще о нем вспомнит. Парни вернулись в свою камеру. Нам-гю плюхнулся на кровать с тарелкой на коленях, а Су-бон уже возился с проектором, вставляя флешку. Фильмов оказалось три, все без названия. Выбрали наугад. Красная надпись на стене жутко раздражала, поэтому они перетащили кровать к другой стене, чтобы напротив была светло-зеленая. Устроившись поудобнее, начали смотреть. Первая же сцена оказалась порнухой. Мужик и баба трахались прямо на улице, так что у Су-бона, в отличие от Нам-гю, сразу встал. Это оказался кровавый хоррор. Не особо качественный и страшный, но парням даже зашло. Нам-гю положил голову на плечо Су-бону. Внезапно в фильме началась довольно странная сцена даже для них. Роды с сексуальным подтекстом, причем с явной сeксyaлизацией млaдeнца. В подробности вдаваться не стоит, хоть и хотелось бы, но смысл в том, что у Нам-гю встал колом. Су-бон ухмыльнулся и положил руку на бедро Нам-гю, пока тот нервно жевал человечину, стараясь не отвлекаться от просмотра фильма. Если закрыть глаза на подробности содержания фильма, то все довольно романтично. Кроме стояка Нам-гю, который был твердым, как сталь. Су-бон медленно склонился к паху Нам-гю, дразняще медленно стягивая с него трусы. Нам-гю слегка напрягся, не отрываясь от фильма. Его член, возбужденный, вырвался на свободу, на головке уже блестела капля преякулята. Су-бон нежно коснулся его чистой рукой, шаловливо надавил на уретру, вызвав у Нам-гю тихий стон. Нам-гю откинул голову назад, когда Су-бон дразняще обдал его головку горячим дыханием. Но вдруг Су-бон замер и отстранился. — Ты чего? Ебанулся? — опешил Нам-гю. — Мне что-то… нехорошо. Су-бон нахмурился и потер лоб. Горячий. Мышцы подергивались, словно при нервном тике. Нам-гю натянул трусы обратно и обеспокоенно посмотрел на руку Су-бона. — Промой водой… Су-бон схватил бутылку воды и начал лить на руку, но только на здоровую часть. — Ты что, еблан? Нам-гю выхватил бутылку и щедро полил водой рану. Су-бон тихо зашипел – идиот, даже рану нормально не промыл, сейчас уже поздно, пока они кино смотрели, там корка образовалась. Брюнет посмотрел ему в глаза и, приподнявшись на коленях на кровати, прикоснулся губами ко лбу, измеряя температуру. Лоб пылал. Су-бон выглядел каким-то потерянным, но слабо улыбнулся: — Ты чего это, целоваться полез? — У тебя температура.